Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

Валерий ГУСЕВ (Бостон)

ДОЛГ ПЛАТЕЖОМ КРАСЕН

По материалам российской и иностранной прессы

17 ноября закончился мораторий на выплату долгов иностранным банкам и всевозможным кредиторам. Он, напомню, был объявлен 17 августа и рассчитан на 90 дней. Они истекли. Прежде чем коснуться реакции западной и российской прессы, сразу сообщу, что денег в российских банках нет, и никаких долгов никто отдавать не собирается. Банки ожидали помощи от государства, от Центрального банка, но тот и сам еле дышит. Стало быть, банки оказались банкротами. И не только западные инвесторы ничего не получат, но и все вкладчики.

Банки были по-своему правы - именно ЦБ вменил им иметь в своих активах не менее половины в государственных кратковременных обязательствах - ГКО. А эти облигации были механизмом типичной финансовой пирамиды, построенной государством: сейчас вы купите ГКО под 100% годовых, давайте деньги сейчас, а мы там что-нибудь придумаем. Какое-то время более ранним показателям ГКО платили проценты за счет поздних, а потом - всё! Желающих получать обещанные дивиденды оказалось слишком много, и на всех уже не хватило. Вот и объявили дефолт - отказ от выплаты долгов. В том числе и по форвардным контрактам, то есть по будущим, за которые деньги, однако же, получили в прошлом.

Теперь несколько слов о том, каким образом банки, обреченные на вымирание, спасали свои деньги. Для своих, конечно, а не для вкладчиков и инвесторов.

Как только высшему менеджменту банка становится известно, что его хотят "санировать", то есть оздоровить, улучшить управление за счет внешних управляющих, начинается немедленный вывод денег из банка. Деньги исчезают в любом виде - в виде заведомо невозвращаемых кредитов фирмам-однодневкам, в виде инвестиций в другие предприятия и банки, в виде покупки акций, векселей и иногда даже недвижимости.

Российская пресса утверждает, что в случаях с блиц-разорением никогда не обходится без деятелей из Центробанка, которые своими действиями, а точнее - бездействием, гарантируют эффективное банкротство в интересах определенных лиц. У ЦБ всегда есть информация о плачевном состоянии дел в том или ином банке, но еще ни разу декларируемые намерения Центробанка "провести санацию" не заканчивались успехом.

После того как деньги из банка, испытывающего трудности, благополучно выводятся, ЦБ заявляет о том, что санация не дала результатов и банк надо закрыть. С носом остаются недостаточно проворные акционеры, вкладчики и кредиторы. Так было с Токобанком. Так было с Инкомбанком. К этому дело идет и в "Империале" Родионова.

И вот сейчас, по окончании моратория, по мнению британской деловой газеты Financial Times, начнётся "непристойная драка" за истощенные активы российских банков. "Вероятность судебного преследования российских банков очень высока, а следовательно, вполне реально и банкротство многих должников", - заявил этой газете западный банкир, пожелавший остаться неизвестным. По его словам, с окончанием моратория наступят совершенно новые времена, а многие крупные российские банки пойдут на убой.

Окончание моратория на выплату внешних долгов многим представляется чем-то вроде финансового конца света. Даже такой хладнокровный банкир, как глава Банка России Виктор Геращенко, склонен так считать. То, что внешние долги ускорят банкротство очень многих банков, в том числе и бывшей "первой тридцатки", не подлежит сомнению.

Большинство кредиторов все же отдает себе отчет в том, что за 90 дней российские банки, скорее всего, успели позаботиться о своих счетах. Сегодня они наверняка пусты. Такого мнения придерживаются, например, представители рейтингового агентства Moody's, заявившие, что в большинстве своем российские банки неликвидны и не смогут вернуть долги Западу. Financial Times оценивает сумму, которую российские банки смогут выплатить после окончания моратория, в 1-2 млрд. долларов, в то время как общая задолженность по сделкам, заключенным с западными банками, составляет 6 млрд. долларов.

Кроме того, многие западные банкиры очень хорошо изучили особенности российского национального банковского дела и понимают, что с некоторых банков, кроме помещений и мебели, уже получить нечего - все "хорошие" активы выведены. Неослабевающая кампания угроз найти и арестовать зарубежные счета, виллы, яхты и прочие атрибуты новорусского преуспевания служит предупреждением таким банкирам - мол, мы о вас все знаем и прятаться от нас бесполезно, лучше отдайте деньги по-хорошему. Однако суды, арест счетов и поиск активов - длительный процесс, имеющий множество юридических трудностей.

Другой, рассматриваемый Западом, вариант, сообщает Financial Times, - это попытаться доказать в суде, что за долги должно отвечать российское правительство, так как именно оно приняло решение о введении моратория. Однако этот путь чрезвычайно сложный, поскольку не имеет прецедентов в судебной практике. Как сказал главный экономист отдела развивающихся рынков германского Deutsche Bank Марсель Кассар: "Это будет длительный процесс, и каждый иск будет рассматриваться отдельно".

Сумма долга российских банков западным в любом случае значительно перекрывает их возможности. Одной задолженности по форвардным контрактам, минимум в 10 млрд. долларов, достаточно, чтобы лишить российские банки почти всего капитала. Форвардные долги вышли на первый план потому, что требуют немедленного исполнения после конца моратория. Впрочем, Банк России уже принял меры к тому, чтобы максимально растянуть сроки выплаты. А ведь есть еще и долги по синдицированным кредитам и евробумагам, точный объем которых неизвестен - называются суммы в диапазоне от 4 до 15 млрд. долларов.

Переговоры с долговой петлей на шее не обещают российским предприятиям ничего хорошего. Скорее всего, кредиторы будут требовать передачи части имущества, активов и контрольных пактов акций в счет долга. Для кого-то из должников это будет означать потерю самостоятельности.

По общему мнению опрошенных газетой "Ъ" банкиров, дальше будет сплошной кошмар. Самостоятельно заплатить иностранным кредиторам российские банки не в состоянии - только по форвардным контрактам сумма их долгов, как уже сказано, превышает 10 млрд. долларов. Кроме того, есть еще и долги по разного рода кредитам и ценным бумагам.

В число главных должников входят те, кто еще недавно считался оплотом российской банковской системы, - тридцать крупнейших. Именно эти банки, имея относительно высокие международные рейтинги, могли работать с иностранцами напрямую. Кто из них устоит, предугадать практически невозможно. Во всяком случае, Виктор Геращенко недавно решился с уверенностью назвать лишь два таких банка - государственные Сбербанк и Внешторгбанк.

Зато несложно предположить, как теперь будут развиваться события. В первую очередь будут арестованы зарубежные активы российских банков. В российском суде крайне сложно выиграть дело о неисполнении форвардных контрактов - обычно их признают сделками-пари.

Виктор Гусаров, заместитель председателя правления банка "Держава", сказал так: "Иностранцы будут мстить! Что будет после окончания действия моратория? Ужас. Во-первых, иски в суд. С какими-то банками, в первую очередь с близкими к ЦБ, будут вести переговоры, но это будут единичные случаи. Зачем иностранцам что-то реструктурировать, если они прекрасно знают, что и где арестовывать? Нет убежденности, что эти активы можно легко и быстро отнять, но времени у западных банков достаточно, а желание иметь длинные вложения в российские банки отсутствует. К примеру, Банк Англии принял решение, по которому на каждое вложение в Россию необходимо отчислять в резерв 110% от вложенной суммы. Они сейчас просто хотят мстить. Максимальная цель нерезидентов, конечно, вернуть деньги, а минимальная - "похоронить" контрагента. И тот, кто не сможет договориться, выпадет из рынка навсегда".

Про месть Гусаров несколько погорячился. А вот вернуть деньги, конечно же, западники хотят. Они еще недостаточно сознательны, чтобы этого не хотеть.

Передача иностранцам контроля над российскими предприятиями-должниками приведет не к притоку инвестиций, а к банальному выкачиванию их активов. Наученные горьким опытом иностранцы не собираются вести бизнес в России. Они предпочтут выжать из своей новой собственности все соки, а полученные в результате этого деньги вывезти за пределы страны. Ни о каких инвестициях в российскую экономику речь сейчас не идет.

Справка. Дефолт для мировой экономики не новость. Эпидемии дефолта вспыхивали в 50-е годы прошлого века, в начале нынешнего века, в 30-е и в 80-е годы. В частности, в 30-е годы отказались платить зарубежным кредиторам правительства Германии, Франции, Италии, Бельгии, Австрии, Канады, Японии, Испании, Финляндии, Дании, Норвегии, Венгрии, Польши, Греции, Австралии, Новой Зеландии, не говоря уже о правительствах Аргентины, Бразилии, Венесуэлы, Чили, Сальвадора, Колумбии, Коста-Рики и Никарагуа. При этом переставали платить как по кредитам зарубежных правительств, так и по кредитам зарубежных банков; по облигациям, проданным иностранным инвесторам. Не платили просто потому, что не было денег. "Коммерсантъ - власть" от 17 ноября.

Но впервые в мировой практике целое государство оказывается банкротом в условиях мира, без восстаний, переворотов, стихийных бедствий, мирового криза и при полной поддержке МВФ, Мирового банка, банков и правительств Германии, Японии, США и других стран. Большевики не платили царские долги, так ведь там хотя бы была гражданская война. Россия опять оказалось первой.


Содержание номера Архив Главная страница