Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

Георгий БАРБАЛАТ (Бостон)

ВСПОМИНАЯ ПРЕЗИДЕНТА

Президент Молдовы Петр Лучинский обратился к правительству России с просьбой вывести из Приднестровья оставшиеся там подразделения 14-й армии. Той самой, которой в свое время командовал генерал Лебедь. Она помогла прекратить разрушительные братоубийственные сражения между населением левобережья и правобережья. Этому надо бы радоваться и радоваться: миротворцы рядом. Ан, нет! Кое-кому они мешают. Иным руководителям Молдовы мир не нужен. Они в своих снах и мечтах видят республику в составе Румынии.

Но и у Румынии свои условия. Земля между реками Прут и Днестр - бедная родственница. Если Молдова прихватит левобережные районы с их крупными промышленными предприятиями, высокоэффективным сельским хозяйством, то она может стать желанной невестой с богатым приданым. Лакомый кусочек. Да вот, русская армия преградила дорогу к нему.

В Москве знают: как только последний солдат покинет левобережье, с обоих берегов Днестра грянут выстрелы, земля обагрится кровью, как это было несколько лет назад. Недальновидному президенту Молдовы дипломатично дали понять, мол, для отвода время еще не подошло.

Взрывоопасная обстановка осталась. Она сложилась во времена перестройки. А нынче страсти накалились. Но давайте вернёмся в недавнее прошлое.

* * *

На многолюдных митингах требовали отстранить от власти коммунистов. И громче всех кричали, настаивали на этом местные интеллигенты - писатели, артисты, ученые. Журналисты изрыгали синее пламя на коммунистов, хотя сами совсем недавно были рьяными партийцами.

На одном из таких митингов выступила секретарь райкома партии. Она заявила, что если перестройку заглушат, она не перенесет такого удара и покончит все счеты с жизнью.

Возвращались с митинга в ее машине. "Волга" мягко катилась по предвечерним улицам города.

- Людмила, неужели ты в самом деле намерена это сделать...

Мой вопрос не застал врасплох старую знакомую.

- Ты не так понял, - ответила она. - Речь шла о том, что брошу политику и вернусь на должность экономиста. Убедительно? Но об этом, пожалуй, пока писать не нужно.

- Значит, обычная демагогия?

- Иного пути нет. Партия должна руководить...

Мечта националистов сбылась. Увы, свобода пришла и к ним. И они снова устремились на митинги только теперь с лозунгами: "Русских за Днестр, евреев в Днестр!" Националисты начали вытеснять коммунистов. На дверях райкомов появились плакатики "Закрыто".

А митинги перед кишиневским "Белым домом" не прекращались. Сперва требовали ввести "Триколор" - румынскую символику. Уступили. Красный флаг заменили трехцветным. Не успокоились. Появились лозунги: "Молдавская буква - латиница!" Хотя исторические документы говорят о другом. Передо мной копия музейного экспоната - грамоты господаря Романа (1392 г.). Она написана кириллицей. На молдавских монетах того времени отчеканены буквы славянского алфавита.

П.К.Лучинский

На митингах оппозиционных групп появился новый лозунг: "Лучинского домой!" Настало время рассказать о Петре Кирилловиче, которого так хотели видеть в родном доме. В свое время он был первым секретарем ЦК комсомола Молдавии. Подружился со своим непосредственным "начальником" - секретарем ЦК ВЛКСМ Е.Тяжельниковым. Несмотря на большую разницу в возрасте дружили крепко, даже семьями. Разумеется, не без протекции друга кандидатура Лучинского была обсуждена и прошла на должность первого секретаря Кишиневского горкома партии, и сразу же он был избран членом бюро ЦК компартии республики. Было это задолго до перестройки. Новый "хозяин" города полюбил показуху. А заключалась она вот в чем: каждый день на первой полосе вечерней газеты должны были появляться две-три информации о том, что член бюро ЦК Компартии Молдавии, первый секретарь Кишиневского горкома П.Лучинский принял участие в собрании сотрудников Академии наук МССР и выступил с большой речью. Какие "наставления" мог дать академикам малообразованный секретарь, оставалось тайной. Содержание его речей перед обувщиками, приборостроителями или консервщиками также не сообщалось. Но многочисленные информации создавали видимость энергичной деятельности первого секретаря. И если в какой-то день в газете не было стандартного сообщения, редактор получал гневную выволочку.

Признаюсь, и мне пришлось почувствовать тяжелую руку "хозяина". У каждого сотрудника редакции были свои, так называемые "внештатные", авторы. И у меня числился такой корреспондент, служивший в политотделе министерства внутренних дел. Неплохим парнем был капитан милиции Ф.Статный. Однажды он передал по телефону информацию о состоявшейся конференции в министерстве. Назвал фамилии докладчиков, выступивших в прениях. Информация была записана на магнитофон и после стилистической обработки вышла в газете на первой полосе без подписи. Сразу последовал вызов редактора в горком партии. Следом за ним и меня потребовали к П.Лучинскому.

- Это вы сдали в газету материал о милиции? - спросил он тоном строгого следователя.

И подняв указательный палец, обратился к редактору:

- Вот видите! А вы сомневались. Через час хочу видеть приказ об увольнении этого политически безграмотного журналиста. Балласт.

Звучало, как приказ, но редактор, человек умный, протёрший не один пиджак в коридорах горкома и ЦК, сразу спросил меня:

- Почему вы не упомянули о выступлении первого секретаря?

- Автор ничего не сообщил об этом.

- Кто автор? - обрадовался редактор.

Ему не хотелось увольнять...

- Есть магнитофонная запись.

Разобрались.

- Так это капитан милиции не любит и не уважает члена бюро ЦК, первого секретаря горкома! - разочаровано проговорил П.Лучинский. - Ну, ничего, коммунист получит "партийное поручение", а этого ленивого путаника все равно надо уволить. Мог бы и сам написать репортаж.

- А закон? - спросил редактор.

- Разве распоряжение первого секретаря для вас уже не закон?

Лучинский давал "наставление" в моем присутствии, нисколько не стесняясь. Не постеснялся он и отправить капитана милиции за столь мизерное нарушение субординации в Афганистан, якобы для помощи в организации специального подразделения полиции. Через два года Ф.Статный вернулся в Кишинев в звании подполковника, но без одного глаза. Дорого ему обошлось случайное пренебрежение к лидеру кишиневских коммунистов. Ну, а секретаря мучили угрызения совести? Отнюдь. Он выполнил свой партийный долг.

Кипучая деятельность Лучинского была направлена на то, чтобы как можно быстрее занять должность первого секретаря ЦК. Но и первый секретарь И.Бодюл не дремал... Об этом чуть позже, а пока еще несколько эпизодов, характеризующих будущего президента Молдовы.

В Союзе каждую весну проводились так называемые коммунистические субботники. Накануне этого массового мероприятия созывали на большое совещание всех руководителей предприятий. Инструктаж о том, что говорить на митингах, что пресекать, делал сам Лучинский. Однажды меня отправили на такое совещание. Первую рутинную часть прослушал в полудреме: обычная жвачка. Наконец секретарь закончил и, гордо выпятив грудь, сел за стол президиума. Ему жидко поаплодировали. Вдруг поднялся какой-то чудак и спросил:

- Завтра на митинге нас, вероятно, спросят, почему в кишиневских магазинах с осени и до сих пор нет ни картофеля, ни лука, ни фруктов. Что мы можем ответить?

Секретарь на мгновение опешил от неожиданного вопроса, но быстро нашелся. Снова поднялся на трибуну и сказал:

- По поводу лука ответ прост. В прошлом году этот самый лук не уродился на всей планете. Подчеркиваю, на всей планете. По этой причине не завезли его в Кишинев.

После такого "обоснованного" заявления в зале вместо аплодисментов раздался гомерический хохот. А секретарь, выдержав паузу, без смущения продолжал:

- С картофелем дело сложнее. Завезли достаточно много, и кишиневцы быстро его раскупили. А где они хранят его? На балконах. К сожалению, рано, очень рано, ударили морозы, и картофель замерз. Жители снова побежали в магазины, а купить уже нечего. Фонды исчерпаны. Так что горожане сами виноваты - погубили свой картофель, не сумев сохранить.

В зале снова хохот. Не было ни зимы, ни холодов. Смеялись люди над самодуром, который правил городом.

А он, подождав, изрек:

- Напрасно смеетесь! Боюсь, что завтра будете плакать.

Еще один эпизод. В самом большом родильном отделении города вдруг стали умирать младенцы. Это долгое время пытались скрыть, но выявить причину так и не смогли. Пришлось отделение закрыть. На очередной пресс-конференции Лучинскому был задан вопрос об этом трагическом происшествии. Ответ был умопомрачительный:

- Во всем виноваты... журналисты. Если бы они своевременно сообщили о возникшей проблеме, мы могли бы быстро закрыть это отделение и уничтожить зловредные бактерии, которые губили наших младенцев.

Как говорится, с больной головы на здоровую. Ведь член бюро ЦК хорошо знал, что ни один цензор даже под дулом пистолета не пропустит информацию такого рода на страницы газет.

На другой странице старого блокнота еще одна смешная запись. Вопрос на пресс-конференции:

- В соседней Одессе ранние огурцы продаются по полтиннику, а у нас в три раза дороже. Почему?

Ответ:

- Раньше надо было задавать этот вопрос. Мы могли бы подсказать торговле, что можно снизить цену. Считайте, что по вашей вине кишиневцы переплачивают за овощи!

И это было сказано вполне серьезно, без намека на шутку.

Кажется, вполне достаточно красок для реального портрета партийного лидера. К сожалению, такими были и многие другие деятели. Читая ежедневные газетные информации, многие читатели думали, что секретарь горкома партии денно и нощно печется о нуждах жителей не только города, но и всей республики. А между тем в магазинах было все меньше и меньше товаров, замедлились темпы строительства жилья. Жизнь становилась все труднее и труднее.

Никто не любит, чтобы ему дышали в затылок. Особенно этого не терпят "первые лица" города, области, республики. Бывший в те времена секретарем ЦК Компартии Молдавии И.Бодюл учуял дыхание П.Лучинского и принял "соответствующие" меры. Явно перезревший комсомольский лидер страны Е.Тяжельников был назначен заведующим отделом пропаганды ЦК КПСС. На должность заместителя он выбрал Лучинского. Молдаване такое продвижение сочли ссылкой.

Вспыхнула и стала угасать перестройка. Лучинский оказался на посту секретаря ЦК Компартии... Таджикистана. Профессиональный секретарь, номенклатурный правитель!

На митингах в Кишиневе требовали: "Лучинского домой!" Грозили перейти к более решительным мерам. В подтверждение угроз швырнули в окно здания Министерства внутренних дел бутылку с "коктейлем Молотова". Выгорел вестибюль первого этажа и архив с секретными документами. Приехал, разумеется, не запылился. Сразу был избран председателем Президиума Верховного Совета Молдовы. Перед очередными президентскими выборами Мирча Снегур заявил во время официального визита в Румынию, что чувствует себя там, как дома. Этого ему не простили. Дома, значит, заодно с Румынией, а именно этого не хочет большинство населения Молдовы. Референдум не оставил никаких сомнений по этой проблеме. Снегур выборы проиграл Лучинскому. Но разница между ними невелика: они из одного гнезда, извиняюсь, одного бюро. Так Лучинский добился своего: стал первым лицом в Молдове. Вопрос: надолго ли?

Жизнь на этой благодатной земле становится все труднее. Остановились многие заводы и фабрики, дорожают продовольственные товары, повышается стоимость жилья. "Кипучая деятельность" президента бесплодна. Словоблудию любой окраски никто уже не верит, оно не может никому помочь. И многие стали вспоминать прошлое.

На парламентских выборах народ отдал голоса коммунистам.

По конституции Молдовы "бразды правления" принадлежат партии, получившей большинство мандатов в парламенте.

Из Кишинева пришло сообщение о том, что правые партии, проигравшие парламентские выборы, объединились и получили большинство. Коммунисты, распределявшие уже министерские портфели, затормозили. Власть ускользнула из их рук. И Петр Лучинский остался на своем посту. Еще раз повезло!

Ему повезло, но проблем в республике не поубавилось. Самая животрепещущая - втащат ли Молдову в состав Румынии или же она останется самостоятельной страной? Референдум показал, что народ против румынизации, население Приднестровья не приемлет "аншлюса", ни политического, ни культурного, ни экономического. Но границы между Кишиневом и Бухарестом фактически не стало, а между Кишиневом и Тирасполем (столица Приднестровья) по обеим берегам Днестра плотно стоят боевые отряды. Каждую минуту может взлететь сигнальная ракета. Палец на спусковом крючке опасной ракетницы держит П.Лучинский. Очень тревожно, что судьбы этой благодатной республики в руках такого человека.


Смотри также:


Содержание номера Архив Главная страница