Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

Виктор СНИТКОВСКИЙ (Бостон)

MЕЖДУ ПРОШЛЫМ И БУДУЩИМ

КАК В СССР ЛЕЧИЛИ ИСТОРИЮ

Политика напрямую связана с историей и другими науками. Ленин хорошо понимал это и рассекретил тайные договоры царской России. Зато сам спрятал подальше все, что говорило о получении большевиками денег от Германии. Достойным ленинцем проявил себя и Сталин. Действовал он, как и его приемники из КПСС вплоть до Горбачева, подменяя подлинную историю на удобно специально для них фальсифицированную. Психически больной царь-убийца Иван Грозный превратился у историков-коммунистов в мудрого и сурового правителя, все народы жаждали войти в состав России, Черепанов изобрел первый в мире паровоз, Можайский создал первый самолет и так далее. Методическое пособие для экскурсоводов по Кремлю требовало от них указывать туристам, что славяне жили на территории Москвы "издревле" и являются ее "исконными жителями". Попробуй скажи, что до восточнославянских племен там жили "какие-то" угро-финские племена. Память делает человека человеком. Если же человека лишить памяти, за него решать что ему нужно и можно помнить, то получается фашизм или советская власть. Знавший толк в этом вопросе шеф жандармов граф Бенкендорф писал: "Прошедшее России было удивительно, ее настоящее более чем великолепно, что же касается будущего, то оно выше всего, что может нарисовать себе самое смелое воображение". С этой точки зрения он и требовал, чтобы "русская история должна быть рассматриваема и писана".

В антиутопии Джорджа Оруэлла "1984" главный герой служил в "Министерстве правды", которое занималось переписыванием и переделкой всех письменных и печатных документов в соответствии с последними указаниями "Старшего брата". Партийные лозунги в этом министерстве гласили: "Правда - это ложь", "Незнание - сила", "Кто управляет прошлым - тот управляет будущим, кто управляет настоящим - тот управляет прошлым". В результате такой селекции информации происходит постепенное оболванивание подавляющего большинства граждан, которое позволяет управлять их сознанием и поступками. Джордж Оруэлл это понял и создал свой знаменитый роман, который в СССР был, естественно, запрещен. Еще раньше был создан заградительный барьер для антиутопии "Мы" Замятина, в которой "все древние книги гибнут и не читаются". Только недавно на книжных прилавках России появилась книга Вильгельма Райха "Психология масс и фашизм", которую еще в 1933 году запретили печатать в гитлеровской Германии и Советском Союзе. Ни тот ни другой режимы не хотели, чтобы народ понимал их сущность. И действительно, тоталитарные режимы всех стран и сообществ во многом похожи друг на друга. Во-первых, это общее для всех граждан мировоззрение. Недаром Геббельс записал в своем дневнике: "Мы воспитываем народ в духе единого мировоззрения". Ну совсем как в СССР, Китае, Ираке, Иране, Ливии или на Кубе.

"Ученики" Маркса и Энгельса - Ленин, Сталин и другие сумели лишить народ памяти и втолмачить в головы своих граждан единое мировоззрение. Перекраивая, изменяя и выбрасывая целые куски истории народов России и Советского Союза, генсеки КПСС создали лживое, засушенное от рождения дерево под названием "История СССР". Андре Жид после посещения Москвы в 1936 году писал: "...в СССР каждый знает наперед, раз и навсегда, что по каждому вопросу может быть только одно мнение... Каждое утро "Правда" учит советских людей, что они должны знать, думать, во что должны верить".

Из-за краткости своего пребывания в сталинской империи, он не успел заметить, что у "Правды" и ей подобных органов была еще одна, более глубокая, задача - заставлять советских людей, когда это нужно властям, думать иначе, помнить иначе и забыть то, что велели помнить вчера. В 1934 году Киров и Жданов, написали "Замечания", то бишь указания о переработке отношения к истории России. В миг формулировка "Россия - тюрьма народов" была заменена на "Царизм - тюрьма народов" и т.д. и т.п. В соответствии с новыми указаниями были написаны новые учебники истории. И на "конкурсной" основе был определен лучший учебник и дана критика работников исторической науки, причастных к "плохим" учебникам истории. А из десяти членов конкурсной комиссии посадили девять. Председатель комиссии Жданов несколько позже умер "сам". Подходы Сталина и Гитлера к истории были на редкость похожи. Сравните.

Сталин: "Партия большевиков придает огромное значение истории в политическом воспитании советского гражданина, борца за свою родину, строителя социализма".

Гитлер: "Историю изучают не для того, чтобы знать что произошло в прошлом. Ее изучают для того, чтобы она научила поведению, которое необходимо в будущем для борьбы за существование своего народа".

Оба режима трансформировали историю в удобном для них направлении для решения "государственных" задач. С этой же целью убивали людей, идеи, книги, фильмы...

Все мы знаем имя князя Александра Невского. Прошли столетия после его смерти. Казалось бы, ничего принципиально нового в его судьбе историкам не прибавить и не убавить. Так считали на Западе и в России, а потом в СССР до 1937 года. После 1937 года Запад сохранил свое понимание исторической роли А.Невского, а в СССР отрицательный персонаж русской истории превратился в святого. В 1937 году было отвергнуто довольно "мягкое" его описание из Малой советской энциклопедии: "Княжил в Новгороде, оказал ценные услуги новгородскому капиталу, победоносно отстоял для него побережье Финского залива. В 1252 году достает себе в Орде ярлык на великое княжение. Александр умело улаживал столкновения русских феодалов с ханом и подавлял волнения русского населения, протестовавшего против тяжелой дани татарам". С помощью приданного ему монгольского войска Невский захватил Владимир и сверг своего брата. После чего принял звание великого князя. Затем, в 1257-59 годах, Невский подавил восстание против монгольских переписчиков в Новгороде. Позже проделал то же самое в других восставших городах. И "Ледовое побоище" Невский осуществил вместе с монгольскими войсками. Об этом в СССР тоже "забыли" начисто.

А вот мнение, которое никак нельзя было высказать в СССР после 1937 года: "Именно тогда, в 1937 году, никогда не пользовавшийся симпатией русских историков Александр Невский был объявлен великим патриотом русского народа, великим воином, остановившим движение немцев на восток, великим государственным деятелем, стремившимся к централизации, к объединению русских княжеств под одной рукой" (М.Геллер, А.Некрич. "Утопия у власти"). Понятно, что с этих пор в советских энциклопедиях и учебниках истории, историкообразных книгах и кинофильмах напрочь забыли, как Александр Невский каленым железом, в прямом смысле этого слова, выжигал антитатарскую смуту - попытки не платить дань татарам во вверенных ему ханским ярлыком русских землях.

Не менее жестоким был и внук Александра Невского - князь Иван Калита, о чем в СССР после 1937 года также было не принято говорить. Еще больше забыли в Советском Союзе слова своего кумира К.Маркса, который в "Diplomatic History of Eighteenth Century" (London, 1969,) характеризовал собирателя русских земель Ивана Калиту как "смесь татарского заплечных дел мастера, лизоблюда и верховного холопа".

В России хорошо помнят победу на Куликовом поле, но не любят вспоминать, что через 2 года монголы отомстили за неудачу новым набегом, разграбили Москву и продолжили сбор дани. А это означает, что военная победа на Куликовом поле не стала началом освобождения Руси от татар и следует искать причины и время освобождения от татарского "ига" в других, более поздних, событиях. Только в 1992 году русский читатель смог прочесть речь Ленина на IX всероссийской конференции РКП (б) о том, что он и ЦК решили в 1920 году "штыками прощупать не созрела ли социальная революция в Польше" и погнали Красную Армию в бесславный бой.

Русская история в шовинистическом варианте была сильнодействующим средством. Славянофилы, черносотенцы, КПСС и их последователи - псевдоисторические писатели типа Яна, Чивилихина, Пикуля, Солоухина, Бунича или кинорежиссера Говорухина - стоят в одном ряду. Их дело живет и продолжает строить фантастическое кривое зеркало русской истории. Это не позволяет многим людям трезво понять причины событий, корни которых лежат в действительном историческом прошлом России.

Один из этих примеров - фильм Говорухина "Россия, которую мы потеряли", где позабыты часто повторявшиеся голодоморы на Волге и еврейские погромы, преследование староверов и молокан, столыпинские "галстуки", позорный проигрыш японцам войны на Дальнем Востоке в 1904 году и не менее позорные поражения русской армии в Первой мировой войне в сочетании с "высочайше одобренными" антисемитскими мероприятиями в прифронтовой зоне. Русская история без сопоставления ее фактов с событиями в Западной Европе не позволяет понять ни прошлые, ни нынешние события. Давно пора отрешиться от трактовки истории, "вылеченной" советскими ветеринарами. Тем более необходимо знать, что о русской истории "думают" на Западе.

Полагаю, что, во-первых, следует осветить этот вопрос в области вотчинного права и его последствий.

РУССКАЯ ВОТЧИНА

Собственность в средневековой России - Киевской Руси называлась "вотчиной" и обозначала движимое и недвижимое имущество плюс полномочия, полученные от отца. "Оставленное мне отцом" являлось "неоспоримым моим". Эти понятия легко воспринимались в русском обществе, где царили патриархальные порядки. Вотчиной было не только поместье, рабы, право на рыболовство, но и политическая власть. Это становится понятным, если учесть, что тогда в России политическая власть означала, по сути, право налагать дань, которым всегда обладала группа иноземных завоевателей - варягов, печенегов, татар. Собственно говоря, города Киевской Руси возникли в местах первых поселений скандинавских пиратов - варягов.

Будучи частной собственностью, княжества передавались по наследству в согласии с владельческими традициями русского обычного права. То есть сперва какое-то имущество отказывалось женщинам и церковным учреждениям. Потом оно делилось примерно на равноценные доли и передавалось наследникам мужского пола. Права первородства тогда не было. Его не придерживались и в античности, хотя кое-где оно существовало в первобытных обществах. На Западе право первородства появилось только во времена правления Карла Великого (1338-80). Однако в Киевской Руси право первородства не пустило корней, поскольку тут не было ни одного из условий, необходимых для его появления, в том числе знания римского права и возможностей кормиться с промышленности или торговли. Твердый принцип русского обычного права состоял в разделе всего имущества равными долями между наследниками мужского пола. Все попытки внутри России поломать эту традицию в средневековье кончились неудачей.

По смерти одного из князей его княжество дробилось между сыновьями, каждый из которых получал свою долю - удел. Удел, наследуемый русским князем от отца, делался его вотчиной. Когда приходило время писать духовную грамоту (завещание), он в свою очередь дробил свою вотчину (вместе с вновь приобретенными, если таковые были, землями). Этот обычай наследования вел к необратимому уменьшению княжеств, часть из которых урезалась до размеров мелкого хозяйства. Эпоха дробления - так называемый "удельный период" - длилась в России с XII до середины XV века. Теоретически вотчина принадлежала князю. Но в действительности ни у кого из удельных князей не было ни денег, ни администрации, чтобы утвердить свои владельческие притязания. Типичное княжество на девять десятых состояло из девственной природы. Ключевский описывал, как князья, будучи не в состоянии колонизировать пустоши, старались привлечь на их земли поселенцев, с которых можно будет собирать дань. Крупных латифундий, как на Западе, Россия не знала. В основном хозяйства состояли из мелких ячеек: маленьких деревень, пасек, мелких рудников, садов, мельниц, рыбных ловель, кузниц.

Хозяйство князей велось холопами, которые были или пленниками, или потомками пленников, захваченных в соседних княжествах, или попавшими в кабалу из-за неуплаты дани соотечественниками. В XII-XIII веках в России, то есть после разрыва торговли с Византией, куда русские князья сбывали рабов-соотечественников, был избыток работников. До нашего времени дошли сведения, что после успешной междоусобной войны, князья продавали пять пленников за одну козу. Со временем холопы, на которых были возложены административные обязанности, выделились в промежуточную касту, что-то между вольными и подъяремными людьми. Их называли приказными.

За пределами своего поместья князь обладал очень малой властью - мог только собирать дань. Право вольных людей бродить по Руси было твердо укоренено в обычном праве и признавалось в договорных грамотах князей. Кроме княжеского владения землей, было еще боярское право на землю. Предки бояр обычно когда-то служили в дружинах князей, и князья из-за неимения денег расплачивались с ними землями. Поместья покрупней у бояр походили на княжеские. Они имели право продать поместье. Дань они платили князю, в чьих владениях была их земля, но принудить кого-либо из бояр или вольных людей к службе удельный князь не мог. Вольные крестьяне, то есть не холопы, платили дань, но могли и продать свою землю и уйти куда глаза глядят.

В Киевской Руси дружина состояла из вольных людей, которые сами выбирали своего предводителя. Дружинники могли покинуть войско в любой момент, воспользовавшись своим правом "отказа". Вольные люди Киевской Руси могли пойти на службу и к иноземным властителям, это было общепринятым и напоминало традиции древних германцев. Эти обычаи, столь похожие на анархию, пережили период раздробления Киевской Руси и удельный период. И только в XVII веке русским царям удалось окончательно закрепить своих подданных на земле.

Если крестьянин умирал, не оставив потомков мужского пола, земля возвращалась князю. Вышеизложенные факторы общеизвестны и не являются спорными между историками Запада и России. А вот дальше разногласия существенны. В России было принято считать, что Русь повторила, хоть и с незначительными различиями, путь феодальной Западной Европы.

Один из ведущих специалистов по истории России на Западе - Ричард Пайпс считает, что хотя Русь удельного периода в ряде отношений напоминала феодальную Западную Европу, но были и существенные отличия. Его основная идея заключается в том, что западноевропейский феодальный строй сводится к трем элементам: политической раздробленности, вассалитету, условному землевладению. В России же эти элементы либо вообще не существовали, либо, если имелись, то выступали в совершенно ином историческом контексте и привели к диаметрально противоположным результатам.

По поводу политической раздробленности Р.Пайпс утверждает, что централизации власти в Киевской Руси не было, а раздробление происходило не из-за присвоения княжеских прерогатив могущественными вассалами, а из-за умножения числа князей. На Руси ни одному церковному иерарху или боярину не удалось присвоить себе княжеской власти.

Вассалитет на Западе представлял личностную сторону западного феодализма. Он был договорными отношениями, в силу которых сеньор должен был предоставить содержание и защиту, а вассал был обязан соблюдать верность и нести службу у своего властителя. Взаимные обязательства, скрепленные специальной церемонией, воспринимались заинтересованными сторонами и обществом в целом весьма серьезно. Во-первых, этот договор был персональным между двумя лицами и подразумевал личное согласие. Во-вторых, вассалитет первоначально являлся договором между двумя лицами, но благодаря умножению числа вассалов "вглубь" он создал целую сеть взаимоотношений между самыми разными людьми. То есть вассалы, состоящие в договорных условиях с сеньором, становились сами "сеньорами" по отношению к следующему ряду вассалов. Побочным продуктом вассалитета было создание прочных социальных уз между обществом и правительством. В-третьих, обязательства вассалитета распространялись на вассала и сеньора одинаково! Невыполнение сеньором своих договорных обязательств освобождало вассала от выполнения своих. В-четвертых, помимо юридической стороны, договор имел и нравственный аспект - сеньор и вассал в дополнение к своим конкретным обязательствам обещали проявлять по отношению друг к другу добрую волю. Хотя эта добрая воля представляет собой весьма расплывчатую категорию, она явилась важным источником западного понятия гражданственности. Страны, в которых вассалитет либо отсутствовал, либо означал лишь односторонние обязательства слабых по отношению к сильным, с великим трудом пытаются вселить в своих чиновников и население то чувство общего блага, в котором западные государства всегда черпали немалую долю своей внутренней силы.

В России целовали крест на верность князю, но никаких обязанностей на князя по отношению к боярам это не налагало. Свобода, что была в Киевской Руси, не была подкреплена правом, то есть обязанностями князей к своим вольным соотечественникам и наоборот. Практически полная свобода вольных людей была актом голого отрицания, отвергающего какие-либо взаимные обязательства и просто крепкие отношения между людьми. Право и способность бояр покидать своих князей когда им заблагорассудится, понуждала и князей вести себя так же безответственно по отношению к боярам и зависимым от них людям. В конечном итоге все-таки росла власть князей. И когда Москва покорила всю Русь и не осталось удельных князей, к которым можно было перебраться, бояре обнаружили, что они, бояре, оказались вообще без всяких прав. Тогда им пришлось взвалить на себя весьма тяжелые государственные обязанности, не получая равноценных благ взамен. Хроническое российское беззаконие, особенно в отношениях между стоящими у власти и их подчиненными, проистекает, по мнению Р.Пайпса, в немалой степени из-за отсутствия какой-либо договорной традиции вроде той, что была заложена в Западной Европе многоступенчатым вассалитетом.

Примером этого в более поздние времена можно считать ленинские обещания раздать крестьянам помещичью землю в придачу к имеющейся в общинах. Крестьяне, поверив Ленину, пошли в Красную Армию, а в ответ получили голод 19-20-х годов, а потом крепостное право колхозов и голодную смерть миллионов земледельцев и скотоводов в начале 30-х годов (время насильственной коллективизации). Народам обещали религиозную свободу и право на самоопределение, а в итоге все это уничтожили, заменив террором ЧК, Соловками, а потом массовыми сталинскими репрессиями, расстрелами, ГУЛАГом и депортацией народов.

Хрущев обещал коммунизм через 20 лет. Брежнев заверил граждан, что они живут в "развитом социализме", который вот-вот начнет перерастать в коммунизм. Горбачев пообещал "социализм с человеческим лицом".

В России власть и подчиненные не имели традиций выполнения взаимных обещаний. Власть не несла никакой ответственности за невыполнение обещаний. Князь, а позже "царь всея Россия" был полным хозяином земли русской.

По поводу условного землевладения Р.Пайпс считает, что материальной стороной западного феодализма был "феод", то есть собственность (земля или должность), жалуемая вассалу в качестве вознаграждения за службу. В России такое появилось только в 1470 году. Отсутствие в России какой-либо зависимости между землевладением и несением службы означало не только отсутствие одной из коренных черт западного феодализма, но и отсутствие еще одной западной традиции - выполнения общественных обязанностей.

Именно из феодальных институтов выросло много современных важнейших политических институтов. Так собрание королевских вассалов было создано, чтобы помочь королю советом, которого он как господин имел право испрашивать. В XIII веке это собрание сделалось во Франции ценнейшим органом королевского правительства, пользующегося услугами платных чиновников. Чуть позже Генеральные штаты во Франции и Англии в том же XIII веке превратились из нерегулярных съездов, собираемых для выхода из чрезвычайных ситуаций, в парламенты. Парламенты сделали свою прежнюю обязанность давать советы правом, которым король далеко не всегда мог пренебречь. Аналогичная система сложилась в то время и в Испании.

Судебная система Франции и Англии выросла из феодального права вассала на публичный суд, творимый не его господином, а третьим лицом. В России и СССР цари и генсеки фактически владели исполнительной, судебной и законодательной властью, как хозяева своей вотчины.

(Окончание в следующем номере)


Содержание номера Архив Главная страница