Содержание номера Архив Главная страница


Александр БУРАКОВСКИЙ (Нью-Йорк)

БОРИС ТАЛИС: "...БЫТЬ ЗАКОНОПОСЛУШНЫМИ ГРАЖДАНАМИ"

[Борис Талис]

- Борис, вас хорошо знают в Нью-Йорке. Знают и читатели по вашим статьям. Вы в Америке 10 лет. Время достаточное, чтобы понять: вжились ли вы в американскую жизнь или нет. Проблема вживания иммигрантов последних волн эмиграции в американскую жизнь чрезвычайно болезненна для многих, особенно тех, кто в возрасте, кто живет в русскоязычном окружении, слушает русское радио, читает русские газеты, ходит в магазины, где продавцы говорят на русском языке. Мой первый вопрос к вам, человеку, для которого русскоязычный Брайтон - рабочее место: как вам удалось покорить Америку? Но сначала несколько слов о своей прошлой жизни, что толкнуло к эмиграции?

- Прежде чем начать отвечать на вопросы, хочу сразу сказать читателям: что бы я не говорил, все это - ради добра. Я хочу предостеречь людей от ошибок. Хоть и понимаю: почти никогда не удается учиться на ошибках чужих. Знаю по себе. Потому и прошу: вслушайтесь, постарайтесь понять, не набивайте себе лишних шишек.

Я приехал в Америку из города-героя Одессы, героического хотя бы потому, что там проживало много евреев, невзирая на советский антисемитизм. Это коснулось в полной мере и меня. При рождении родители дали мне еврейское имя Бенцион. Но заканчивая десятилетку, я понял: с таким именем никуда не попаду - ни в техникум, ни в институт. Пришлось имя поменять.

Родители строили светлое будущее. Но не построили, умерли. Строил и я. Но тоже не построил. Ибо это бессмыслица и фантазия, которая никогда не претворится в жизнь. Почему же я уехал? Казалось бы, все есть: высшее образование, различные должности, но всегда я ощущал постоянный тормоз - моя национальность. Где бы я ни работал и что бы я ни делал, это всегда проявлялось. Думаю, это пережил каждый еврей, живший в Союзе. Последней же каплей, толкнувшей к эмиграции, было следующее: на памятнике отцу была вмонтирована его фарфоровая фотография, и какой-то мерзавец выстрелил в нее, сделав дырку в голове умершего отца. Я собрал эти осколки, наклеил на бумагу и привез в Америку.

- Где вы работали непосредственно перед иммиграцией?

- Я работал председателем спортивного клуба завода "Стройгидравлика", это самый известный завод в Одессе. У нас был прекрасный коллектив. Оставил я не только интересную работу, но и прекрасную пятикомнатную квартиру на углу улиц Горького и Кузнечной. Оставил и раздал друзьям свои коллекции уникальных музейных самоваров, утюгов, пластинок, которые собирал всю жизнь. Вместе со всем этим я оставил в Одессе и частицу самого себя.

- С чего началась ваша адаптация в Америке?

- С того, что поставил перед собой задачу: забыть кем был, чем занимался и начать все с нуля. Мне было 50 лет. И я начал с нуля. Пришел на фабрику, где мне определили должность помощника рабочего. Работа в подвале, всегда при электрическом свете. Но работа, как работа. Однако однажды мне предложили убирать в туалете такое, что я не мог этого сделать. Пришлось уйти.

- Кто руководил этой фабрикой, американцы?

- Нет, это были русские. Они сказали: если не уберешь туалет, завтра не будешь работать.

- Чем вы объясняете, что евреи-иммигранты из бывшего СССР, которых в Америке называют интегральным словом "русские", особенно жестоки и омерзительны с себе подобными, такими же иммигрантами? Я об этом слышу не от вас первого, и сам встречался неоднократно с этим жлобством в разных формах. Откуда оно? Ведь с американцами они себе такое не позволяют.

- Думаю, от неустроенности, зависти и плохого воспитания. От несбывшихся иллюзий. С этим не каждый может справиться. Обратите внимание, почти все иммигранты, приехав в Америку, где каждый может заняться бизнесом, попадают в однотипную примитивную историю. Приехав и оставив там друга-начальника, или родственника, или собутыльника, который при власти, каждый решает, что вот он сейчас позвонит и найдет что-то такое-эдакое, что заинтересует американцев, и быстро разбогатеет. И он звонит. Но начинают на этом зарабатывать телефонные компании. Ему говорят: да, давай, раскручивайся, будем вместе в бизнесе. Рождаются различные крупные проекты. Например, реализация пароходов, пришедших в негодность, фактически - металлолом. Или разные товары: удобрения, водка, нефть, повидло, все что угодно. И все это в виде реально несуществующего контракта бесконечно гоняется по телефонам и факсам, обрастая при каждой последующей передаче надбавочной ценой, пропорционально числу участников действа. И в конце концов "проект" гибнет, не родившись. Пройдя несколько раз через такую экзекуцию, иммигрант понимает, что денег не заработает и пора садиться за руль кар-сервиса. Почти все мы прошли через это. Но не все сохраняют при этом человеческое достоинство.

Или другой пример. Посмотрите, сколько вокруг мошенников! Почитайте русскоязычные газеты! Бесконечное число предложений всяческих сервисов: по трудоустройству на работу, по предоставлению различных иммиграционных статусов, по черт знает чему, но все это на 90% - вранье! Почти никто никого не устраивает на работу. Все эти офисы и сервисы - метод выбивания денег незаконным путем из себе подобных.

- Почему же такие "бизнесы" американское законодательство не преследует?

- Потому что эти "офисы" очень быстро открываются и закрываются, не успеешь поймать за руку. Американская Фемида очень инерционна. И наши "дельцы" этим пользуются.

- Почему таким "бизнесом" занимаются главным образом русские, а не американцы?

- Потому что там людям приходилось "крутиться", чтобы выжить. На одной зарплате даже в кооператив не вступишь. И этот опыт, этот "крутеж" русские перенесли на американскую землю. Таких примеров "бизнеса" я знаю великое множество.

- Можно ли сказать, что вы уже адаптировались в американской жизни? И сколько вы знаете людей, которые так могли бы заявить?

- Я считаю, что человеком, который может положительно ответить на ваш вопрос, может быть любой иммигрант, знающий английский язык, соблюдающий американские законы, понимающий американские "правила игры" и их придерживающийся. Ведь что происходит - человек, живущий на Брайтоне или в любом другом месте, где одни русские, по лености своей не хочет заниматься изучением языка по-настоящему. Он стремится общаться с себе подобными. Но это - начало конца. Мы никогда не выберемся на поверхность, если не пойдем в американскую промышленность, любые отрасли хозяйства, где можно делать деньги. И не обязательно при этом общаться с американцами. Наше поколение никогда не станет американцами, мы не поймем их юмора, их традиций. Впрочем, как и они нас. Мы никогда не поймем, например, что у них принято с самого детства "стучать" друг на друга. Здесь все - "павлики морозовы"! Нормальное явление для них - позвонить в полицию, в IRS, куда угодно и доложить, что кто-то что-то нарушил. Но все это - от глубокого законопослушания, к чему русские абсолютно не приучены.

Другое наиважнейшее дело для иммигранта: заниматься здоровьем, делать физкультуру, ибо если человек недомогает, никакой английский язык в голову не пойдет, тем более - изучение новой профессии.

- Извините, Борис, ваша мысль о том, что русские, замыкающиеся в своеобразных языковых гетто, где нет надобности учить английский, обречены, подталкивает к следующему шагу. Не считаете ли вы, что наличие только в одном Нью-Йорке более сорока русскоязычных газет, русского радио, телевидения не помогает, а, напротив, засасывает, еще более способствует укреплению этого "болота", из которого нет выхода? То есть не помощь оказываем мы, способствуя всячески концентрации русских, например на Брайтоне, а, напротив, оказываем медвежью услугу?

- Нет, я так не считаю. Ибо люди уже приехали сюда, и с этим ничего не сделаешь. Кроме того, среди приехавших много пожилых, когда память не так свежа и "взять" язык довольно трудно. Им нужно помочь. Именно они и вынуждены жить рядом и поддерживать друг друга. И в нашу задачу как раз и входит объединить этих людей, скрасить их старость. Пожилой человек не в состоянии пойти к американскому врачу, они друг другу ничего не смогут объяснить. Может быть, как раз потому на Брайтоне много людей пожилых, но мало молодежи. Им здесь некуда деться. У них иные проблемы. Главная задача нашей Ассоциации любой ценой притянуть сюда молодежь, раскрутить здесь Америку. Чтобы не только для людей пожилых было интересно здесь жить, но и для молодых, получивших американское образование, отличную и высокооплачиваемую работу. Мы провели недавно "всенощную" молодежную дискотеку на катере, молодежь плясала с 10 вечера до 5 утра.

- Но привлекая сюда русскую молодежь, устраивая викторины, шахматные конкурсы, "всенощные" дискотеки, вы не помогаете им вживаться в американскую жизнь. Ради чего сюда бежали из советского "рая" русские "отцы и дети"? Отцам как будто это уже было ни к чему. Значит, ради того, чтобы дети и внуки стали людьми, чтобы никто их не унижал. Разве, привлекая на Брайтон молодежь "насовсем", вы приближаете ее к вживанию в Америку? Я не призываю к ассимиляции, ни в коем случае, напротив, я говорю о необходимости для наших детей стать полноценными американцами-гражданами, сохраняя культурные традиции и знание истории. Именно в этом направлении ваша, безусловно нужная Ассоциация, ничем помочь не может. Или вы все-таки видите такие пути?

- Только американское образование. Это основа успеха. Только американское образование может дать возможность почувствовать себя американцем, независимым человеком. Это главное. Если человек зависим материально, он зависим по многим другим параметрам, такова жизнь, нравится нам это или нет. Все остальное - политика, психология, культура - вторичны. Если человек имеет возможность поехать на концерт, спектакль, билет на которые стоит 120-150 долларов, он посмотрит и послушает самое современное искусство, великолепных актеров из любой страны мира. А если у него нет этих денег, он пойдет за 10 долларов на самодеятельный концерт какого-нибудь из "бывших" или на спектакль проезжего провинциального театра.

Другой момент: вы можете на Брайтоне купить русскоязычную книжку, скажем, за трешку. Но книги по новейшим образцам культуры, искусства, техники стоят на американском рынке на уровне 100 долларов, не меньше. Снова - деньги решают все! Это Америка!

- Хорошо. Но часть русских может себе все это позволить. Вы можете каждую пятницу прочитать в "Новом русском слове" отчет русского отдела UJA. Там часто даются имена преуспевающих русских адвокатов, врачей, бизнесменов (непременно вместе со своими женами, детьми, племянниками), которые жертвуют немалые деньги для нужд федерации. Может быть, они могли бы направить эти деньги на создание рабочих мест для тех русских, кто не сумел разбогатеть? Как вы относитесь к деятельности Федерации, к богатым русским в Америке, и есть ли контакты между ними и русскими бедными? Например, в вашей Ассоциации.

- Я с большим уважением отношусь к этой организации, которая занимается нами, евреями. Какие формы помощи русским иммигрантам они выбирают - это их дело, дело их совести и опыта. В то же время сложный вопрос вы задали. Ведь только на Брайтоне проживает русских более 140 тысяч. Вот если бы UJA помогла нам материально! Мы многое могли бы сделать. Например, создать музей иммиграции, музей образцов той культуры, искусства, откуда мы все вышли. А они есть, они рассыпаны у отдельных людей. И люди готовы бесплатно передать удивительные, бесценные экспонаты, за которые любой музей заплатил бы деньги. Увы! А кто, кроме богатых людей, может помочь?

- И все-таки: что общего и что разделяет, кроме денег, богатых и бедных русских в Америке? Ибо если правильна формула: "Если ты такой умный - почему не богатый?" - то общего, похоже, ничего нет. Но, как говорили на Руси: "от тюрьмы и от сумы..." Далеко не все бедные русские, извините, кретины и бездельники, так уж сложилась их жизнь, обстоятельства. Очень часто сегодняшние богатые были совершенно незаметными людьми там, и наоборот. Так что же у них общего здесь?

- В Одессе говорили так: "Для того чтобы съесть курицу, надо ее иметь". Потому, если человек не сумел заработать денег, он не должен мечтать о своем домашнем бассейне, куда бы ему девушки в купальниках приносили охлажденное шампанское. Он должен ходить в общегородской бассейн и там плавать за 230 долларов в год. И стараться выучить язык, получить образование... И тогда уж мечтать. В Америке нужно, проснувшись утром, закатать рукава и идти работать. И не смотреть по вечерам телевизор, не читать русскоязычные газеты, развалившись на диване, а пахать, пахать и пахать до умопомрачения. Только так можно чего-либо добиться.

- Хорошо, вопрос другого плана. Наш разговор посвящен проблемам вживания русских в американскую жизнь. Но кроме индивидуальных усилий в получении американского образования существуют и другие, общегосударственные, пути. Например, около двух лет назад два русских еврея, А.Ланцман и О.Гутник, получив американское образование, баллотировались в городской муниципалитет Нью-Йорка. И что же - русские Бруклина их не поддержали, не пришли голосовать за своих. Откуда такая пассивность? Или это явление имеет другое название?

- Вы правы, я тоже замечаю, что ни на одно важное для всех русских собрание, где необходимо их присутствие, голос, мнение, почти никто не приходит, невозможно никого вытащить из дома, оторвать от дивана и телевизора. Я думаю, что это отрыжка той жизни, где мы "голосовали", ничего не решая, поднимали руки "за", будучи в душе "против". И все это надоело. Люди приехали в Америку, однако старые стереотипы продолжают работать. С другой стороны, названные вами люди, может быть, и не такие уж хорошие лидеры! И форму общения с избирателями выбрали неверную.

- Значит, при тех реальных русских, которые живут сегодня в Америке, в Нью-Йорке конкретно (имеем то, что имеем), создать русскую общину, о которой так много разговоров, не удастся.

- Община возможна только при одном условии: если она будет давать нечто конкретное своим членам, а не руководителям общины.

- Думаете, это реально?

- Безусловно. Если определить цели общины. Например: повоевать за права русских - участников Великой Отечественной войны. Есть и другие цели.

- Не считаете ли вы, что причина непрохождения русских в государственные управленческие структуры кроется и в противодействии им со стороны "русских" американцев в третьем-пятом поколении, бабушки и дедушки которых были земляками наших с вами бабушек и дедушек? Американские евреи, их мощные структуры, почти начисто игнорируют русских "безбожников".

- На слух я знаю, что это так. Но сам не сталкивался.

- В нашей беседе мы говорили о проблемах русских старшего поколения. Как вы думаете, в Америке те классические взаимоотношения "отцов и детей", воспитанные на еврейских традициях и лучших образцах русской культуры, не изменились ли? Не усугубляется ли общий кризис русских старшего поколения увеличивающейся пропастью между отцами и детьми в силу разной скорости вживания в американскую жизнь?

- Вы правы, эта проблема здесь становится глубочайшей пропастью. И виновата в этом прежде всего местная школа, которая ничему не учит, кроме как хулиганству, сексу и потреблению наркотиков. И это всем известно. Здесь вы никогда не выучите математику, физику, химию, классическую литературу, но легко найдете оружие и прочую дрянь. И понимание добра и зла в американской школе кошмарное.

Именно это обстоятельство приводит многих родителей в кабинеты психиатров, ибо они попадают в глубокую депрессию при виде того, что происходит с их детьми и внуками, ради которых они оставили все.

- Значит ли это, что местные нравы хуже тех, от которых мы бежали?

- Нет, они другие, не такие трафаретные, привычные. Мы приехали сюда. А американцы живут по иным законам. И надо к ним привыкать. Нет иного пути. Именно поэтому местные психиатры, знающие законы взаимоотношений в обществе, знают, как помочь русским при депрессиях, знают, как помочь нашим детям, срывающимся "с рельс" в новой жизни.

- Что же получается: мы бежали из кошмарной страны, ибо нас дискриминировали и унижали, но мы гордимся полученным там образованием и культурой. И приехали в действительно свободную страну, но где начальное образование на уровне нуля. Как это объяснить или взаимоувязать? Где логика?

- Система начального образования в Америке недоброкачественная.

- Как же так: совершенную систему начального образования создала несовершенная и порочная система взаимоотношений. И наоборот?

- Мне трудно ответить. Я этого не знаю. Но знаю, что высшее образование здесь прекрасное. Все, кто получает в Америке высшее образование, получают высочайшую квалификацию, но в очень узкой специализации. В этом главное отличие от советской высшей школы.

- Я слышал недавно мнение политолога, который считает, что низкий уровень начального образования в Америке вызван недекларируемым желанием отсеять часть людей от высшей школы. Создать своеобразный буфер между начальным и высшим образованием. Ибо те школьники, которые будут "пахать" даже в плохих школах, проявят характер, настойчивость, выучат все необходимое дома по учебникам. То есть естественный отбор и конкуренция начинаются на уровне начальной школы. И нет в этом ничего случайного. А музыкальные, шахматные, математические, литературные или иные другие классы в начальной школе, к чему мы привыкли там, здесь - нонсенс. Здесь дети в школе не изучают Достоевского, Фейхтвангера или Фицджеральда.

- Думаю, все проще. У американцев до сих пор не нашлось талантливой команды специалистов, которая пересмотрела бы систему начального образования.

- Мы ушли несколько в сторону. Как же все-таки скорее и безболезненнее адаптировать русских последних волн иммиграции в американскую еврейскую общину? Какими путями пробиться к их сердцу и разуму?

- Если бы я мог повернуть время вспять, я бы 10 лет назад настоял на том, чтобы мой внук пошел в ешиву. В ней более четко прививается дисциплина. В ней прививаются основы знаний по культуре еврейского народа, его традиций и религии. Это чрезвычайно важно. Многие из нас ничего этого не знают не потому, что не хотели. У нас не было возможности. Потому нас и называют здесь "русскими". Если бы я мог повернуть время вспять, хотя бы на 10 лет!

- Вам нравится Америка?

- Я люблю Америку. Я живу здесь по принципу: каждый новый день должен чем-то добрым удивить, в любой области. И я нахожу эту доброту, это добро.

- Страдали ли вы ностальгией за эти 10 лет?

- Да, страдал. По Одессе. Но несколько лет назад съездил в Одессу на время. И с тех пор ностальгия улетучилась навсегда. По делам бизнеса я часто бываю в бывшем Союзе, и каждый раз, когда самолет чиркает колесами по бетонке в JFK и все американцы аплодируют (я сперва не понимал, почему они так поступают, думал, вот пижоны, подумаешь - чиркнул самолет колесами по бетонке), я аплодирую громче всех, ибо понял: они аплодируют тому, что приземлились на свою американскую землю.

- Как вы думаете, реально ли, чтобы ваши внуки, выросшие в Америке, сохранили в памяти язык, культуру своих предков, традиции?

- К сожалению, я не смог этого сделать. Культура непередаваема, ибо мой внук уже не читает по-русски, его не интересует история России, история евреев России. И знать об этом он ничего не хочет. То же самое - все его друзья, внуки русских. Ни один из них ничего не хочет знать о Советском Союзе. Я надеюсь, что этот интерес придет к ним позже, когда им будет по 20-25 лет. Они придут к этому.

- Вряд ли. Например, американские евреи в 3-5-м поколении, правнуки выходцев из местечек юго-западного края Российской империи, ничего знать не хотят об ашкеназийской истории, культуре времен Шолом-Алейхема, творчестве более поздних всемирно известных еврейских писателей. Они все это отметают, как мусор. Не кажется ли вам, что тот тотальный исход евреев из империи, длящийся, с перерывами, почти 120 лет, является заключительным аккордом в исчезновении ашкеназийских евреев и их культуры. Это же относится и к нам с вами. Америка для тех русских, кому за 50, кто помнит и любит мамэ лошн, кто воспитан на хоть каких-то еврейских традициях, будет своеобразным "Моисеем", который "40 лет" будет вести нас из российского "Египта", пока мы все не вымрем. И тогда наши дети начнут новую жизнь. Свою. Не похожую на нашу.

- Я согласен с вами. Это, к сожалению, правда.

- Почему, прожив жизнь, познав добро и зло, вы не ходите в синагогу в Америке?

- Нет времени. Жизнь - это болото.

- Если бы вы имели миллион долларов, занимались ли бизнесом?

- Миллион?

- Хорошо, два миллиона...

- Нет. Занимался бы своим здоровьем, благотворительностью, рыбалкой, воспитывал бы внука, читал книги.

- Что пожелаете читателям?

- Здоровья. Неугасимого желания выучить английский язык и законы жизни в Америке. И быть законопослушными гражданами.


Смотри также:


Содержание номера Архив Главная страница