Содержание номера Архив Главная страница


Марк ЦЫБУЛЬСКИЙ(Миннесота)

ВЫСОЦКИЙ В ЮГОСЛАВИИ

Вероятно, не ошибусь, если предположу, что большинство читателей, прочитав заголовок, подумало, что речь пойдет о белградском интернациональном театральном фестивале БИТЕФ 1976 года. В тот год "Таганка", впервые гастролировавшая в Югославии, выступила блестяще и завоевала первый приз фестиваля за спектакль "Гамлет", в котором бессменным исполнителем главной роли был Владимир Высоцкий.

Мало кому, однако, известно, что то был не первый приезд Высоцкого в Югославию. Впервые он попал туда в августе 1974 года, прилетев на съемки фильма. Об этом фильме под названием "Окованные шоферы" (в советском прокате - "Единственная дорога") сегодня знают, пожалуй, лишь люди, профессионально занимающиеся изучением биографии Владимира Высоцкого. В основу фильма положены реальные события.

- Действие происходит в 1944 году в Югославии. Там я играю одного из шоферов-пленных, которых приковали к рулям и сообщили партизанам, что в бензовозах шоферами едут пленные, и те не могут стрелять, - рассказывал Высоцкий на концерте в Вильнюсе (Вильнюс, ВНИИРИП, 9 сентября 1974 г.).

Постановщиком фильма был югославский режиссер Влад Попович. Он так хотел снять в своей картине Высоцкого, что, во-первых, предложил ему любую роль на выбор, а во-вторых, дабы у актера не возникло сложностей в театре, пригласил сниматься даже директора "Таганки" Н.Дупака. Для фильма Высоцким было написано три песни, из которых в окончательный вариант вошла лишь одна.

Фильм получился малоинтересным, незрелищным: причем, Высоцкому это было понятно с самого начала. Весьма вероятно, что два-три года спустя, когда поездки за границу стали для него обычным делом, он от участия в фильме отказался бы, а тогда, жадный до новых впечатлений, отправился в поездку.

Относительно достоинств будущего фильма Высоцкий не заблуждался и рассказывал о съемках с большой долей иронии.

- Роль у меня без слов, без единого слова, но зато с песнями... Роль со смертью, чтобы, так, дней за пять, отсняться, умереть, спеть и закончить. Я под это дело съездил в Югославию. Снимали мы, значит, в Черногории, в очень интересных местах. Я написал там стихи о черногорцах, потому что мне лавры Пушкина не давали покоя... (Гатчина, ЛИЯФ, 13 октября 1974 г.).

В тот год Высоцкому хорошо писалось. Присутствовавший на съемках фотограф И.Гневашев, живший с актерами в одной гостинице, позднее вспоминал, что Высоцкий уходил со съемочной площадки сразу же после окончания работы - его ждали неоконченные стихи.

- Местопребыванием киногруппы был крохотный порт Бар, - рассказывал снимавшийся в том фильме артист Г.Юхтин, - вдоль Адриатического побережья тянулись масса островов, крупных и не очень. На одном из них (Свети-Стефано. - М.Ц.) жили Высоцкий и Влади... Отношение к русским здесь было вполне дружеское. Высоцкого знали "по голосу" - часто звучали его песни.

Официальных выступлений в Югославии у Высоцкого не было, но в неофициальной обстановке он пел неоднократно. Однажды на вечере у советского посла в Югославии В.Слепакова Высоцкий и Влади встретили популярную тогда Людмилу Зыкину. Высоцкий сначала пел сам, а потом ему впервые в жизни пришлось стать аккомпаниатором певицы, которой тоже не часто приходилось петь под гитару. Впрочем, судя по сохранившейся фонограмме, оба с трудностями справились успешно.

Следующий приезд Владимира Высоцкого в Югославию состоялся в сентябре 1976 года. Как уже было сказано, "Таганка" с большим успехом выступила на международном фестивале БИТЕФ.

В Советском Союзе успех театра был встречен... гробовым молчанием прессы. Не секрет, что причины неприятия "Таганки" советским официозом были не только политические, но и чисто художественные. Эстетика уличного театра, принципы, разработанные Б.Брехтом (а именно на них в первую очередь опирался Ю.Любимов), были чужды и непонятны тем, кто руководил в СССР культурой. Объявить о международном успехе "Таганки" означало признать тот факт, что любимовские методы не просто имеют право на существование, но и признаны театральным миром. Поступить так советское министерство культуры, естественно, не могло, а потому, молчало.

Реакция мировой театральной прессы на спектакли "Таганки" (а кроме "Гамлета" были еще "Десять дней, которые потрясли мир" и "А зори здесь тихие") была, естественно, различной. Были рецензии уважительные (польский журнал "Театр": "Спектакли "Таганки" выделялись как мастерством актеров, так и интересными режиссерскими решениями".). Были почти восторженные (газета "Нью-Йорк таймс": "Имея в виду неодинаковое качество таганских спектаклей, один мудрый восточноеврoпеец сказал: "Если хочешь получить мясо, надо взять и кости". "Гамлет" - это мясо. Это ярчайшее театральное зрелище, содержащее к тому же политические намеки".). Были и курьезные замечания. Так, корреспондент югославского журнала "НИН" писал: "На исполнение Владимиром Высоцким роли Гамлета постоянно падает тень исполнения этой роли И.Смоктуновским.

Курьезным это замечание считаю вот почему. Летом 1973 года Высоцкий давал интервью для польского журнала "Панорама". На вопрос, сколько постановок "Гамлета" он видел, Высоцкий ответил: "Шесть". И ни одним не был доволен. Меньше всего Смоктуновским. В общем, он создал образ очень интересный, но я не принимаю такого Гамлета".

В советской прессе единственное, кажется, упоминание о международном успехе "Таганки" появилось почти три года спустя, да и то не в центральной печати ("Ответственность художника" в газете "Советская Белоруссия" от 27 июня 1979 г.). О том же, как проходил фестиваль, какие труппы в нем участвовали, какова была организация, российский читатель не имеет информации до сих пор. А информация такая есть, и содержится она в рассказах самого таганского Гамлета - Владимира Высоцкого.

- Организация этого фестиваля была грандиозной, хотя там было всего четыре человека, которые занимались всем, а именно - организацией гостиниц, встреч, пресс-конференций, всеми банкетами, всевозможными распределениями и так далее. Каждый совмещал несколько должностей, они смогли все это сделать. У нас бы это было целое учреждение, я убежден, а они организовали все вчетвером, причем каждый из них разговаривал на нескольких языках, и никаких проблем не возникало (Выступление перед актерами Удмуртского русского драматического театра им. Короленко, Ижевск, 28-30 апреля 1979 г.)

- Этот БИТЕФ был самым представительным за все десятилетие, потому что он был юбилейным... Там были очень интересные и ответственные деятели и большие художники, такие, как Барро, например, который приезжал туда в жюри. Были представлены имена великих режиссеров, которые привезли свои спектакли. Среди них был, например, Брук. Был спектакль, поставленный самим Беккетом, был спектакль, который привез Вайда, был спектакль Уилсона и так далее.

Там было восемнадцать стран мира, театры со всех континентов абсолютно разных направлений - и авангард, и реалистические театры, - в основном, где есть имена режиссерские крупные... Там очень странно раздаются премии - там называются три спектакля. Это был "Гамлет", "Племя Ик" Брука и "Эйнштейн на пляже" Уилсона. Потом респектабельные господа долго, до пяти часов утра, спорили, кого писать первыми. Потому что, оказывается, кого первым напишешь, тот и занял первое место. Вот они судили-рядили и все-таки дали нам первую премию, назвали нас первыми. Так что мы приехали при премии. Нам, конечно, от этого ничего, только приятно," (Неизвестное публичное выступление, конец 1976 г.).

- Работы там было много, было много смешных эпизодов. Мы вот приехали туда, думали, что поиграем в одном городе. Только разместились в гостинице, поиграли там шесть дней, а потом начали ездить по стране. Я все время недоумевал: думаю, почему, нас все время возят в поезде? То сидячим поездом часов девять проедем, потом отдохнем в Белграде дня три-четыре, нас посадят уже в лежачий поезд, и мы приедем в другой город. Оказывается, просто за гостиницу не платят за это время, пока мы едем! Выгоднее платить за поезд! (Москва, ДК "Красная звезда", декабрь 1976 г.)

Выступал ли Высоцкий в Югославии с концертами, пока неизвестно. Учитывая его большую популярность в этой стране, такое не исключается. Известно, однако, что в дни пребывания "Таганки" в Белграде югославское телевидение сделало о Высоцком передачу. Рассказавший об этом югославский актер И. Чирилов добавляет:

- Тогда трудно было купить пластинки Высоцкого. Но песни были столь популярны, что переписывались на магнитофонную ленту и переходили из рук в руки (Цитируется по газете "Труд" от 31 декабря 1987 г.).

Видеозапись, о которой шла речь выше, до сих пор не обнаружена. Может быть, кто-то из читающих эти строки видел ее? Любая информация на этот счет будет принята с благодарностью.

Больше, не считая короткого, двух-трехчасового пребывания в Белграде весной 1977 года, Владимир Высоцкий в Югославии не был. А "Владимир Высоцкий" был. Огромный, водоизмещением 16 тысяч тонн танкер, носящий имя поэта и актера, был построен в югославском городе Риека и спущен на воду 8 ноября 1987 года. Сейчас он приписан к Новороссийскому морскому порту.

Как было сказано выше, для кинофильма "Единственная дорога" Высоцкий написал три песни. Песня "В дорогу живо..." вошла в картину в авторском исполнении. "Расстрел горного эха" многократно исполнялся автором в концертах, записан на пластинке. Третья же песня осталась малоизвестной. Большинству любителей Высоцкого известно лишь одно авторское исполнение, сделанное с оркестром югославского телевидения. Там Высоцкий поет лишь четыре строфы, поэтому текст последних двух строф все публикаторы давали по авторской рукописи.

Известна, однако, еще одна фонограмма этой песни, сохранившаяся на рабочей пленке Высоцкого. Эта фонограмма явно записана до югославской и носит предварительный характер. Специалисты найдут в тексте отличия от канонического варианта и другой порядок строф, а любители познакомятся с малоизвестным произведением Владимира Высоцкого. Текст данной фонограммы публикуется впервые.

Если где-то в чужой, незнакомой ночи, ночи
Ты споткнулся и ходишь по краю -
Не таись, не молчи, до меня докричи, докричи -
Я твой голос услышу, узнаю!

Может, с пулей в груди ты лежишь в спелой ржи, в спелой ржи -
Потерпи: я иду - и усталости ноги не чуют!
Мы вернемся туда, где и травы врачуют, -
Только ты не умри, только кровь удержи!

Если ж конь под тобой, ты домчи, доскачи, доскачи -
Конь дорогу отыщет буланый
В те края, где всегда бьют живые ключи, ключи, -
И они исцелят твои раны!

Если трудно идешь - по колено в грязи, по колено в грязи
Да по острым камням, босиком по воде по студеной, -
Пропыленный, обветренный, дымный, огнем опаленный -
Хоть какой, - доберись, добреди, доползи!..

Здесь такой чистоты из-под снега ручьи, ручьи -
Не найдешь, не придумаешь краше!
Здесь друзья, и цветы, и деревья - ничьи, ничьи,
Стоит нам, захотеть будут наши, наши!

Где же ты - взаперти или в долгом пути, пути?
На развилках каких, перепутиях и перекрестках?
Может быть, ты устал, заблудился в трех соснах -
И не можешь обратно дорогу найти?

(1974)


Содержание номера Архив Главная страница