Содержание номера Архив Главная страница


Белла ЕЗЕРСКАЯ (Нью-Йорк)

В КИТАЙСКОМ РАЮ

(Продолжение серии очерков. Начало см. в "Вестнике" #25(179))

Kитайская пословица гласит: "На небе - рай, а на земле - Суджу". Мы едем в китайский рай - город Суджу. Очаровательные девушки-проводницы в белых перчатках, подобно ангелам порхают по вагонам, разнося бумажные стаканчики с кружочками из фольги на донышках. Под фольгой - заварка зеленого чая или ложечка растворимого кофе: уступка западной цивилизации, которая, как известно, без кофе жить не может. Западная, по преимуществу американская, масскультура уже пробила солидную брешь в Великой Китайской Стене и продолжает свое победное шествие по Поднебесной империи: китайцы вовсю крутят американские боевики, играют в американские видеоигры, объедаются кентуккскими жареными цыплятами и большими "Маками". Зря "великий кормчий" потратил жизнь в борьбе с американской империалистической заразой. Он, должно быть, переворачивается сейчас в своем хрустальном гробу в монументальном мавзолее на площади Тяньаньмэнь, куда доступ если не закрыт совсем, но сильно ограничен, хотя мавзолей Мао сейчас превращен из священной усыпальницы просто в музей.

Новостройки за окнами вагона сменяются рисовыми полями. Видны согнутые спины крестьян в островерхих соломенных шляпах - картинкой из советского учебника истории. Стоя по щиколотку в воде, они что-то делают с невысокими побегами риса: то ли окучивают, то ли пропалывают. Рис - капризная, трудоемкая и водолюбивая культура. Китай давно уже не империя, а рис, как был, так и остался основой китайского сельского хозяйства, основным продуктом питания и предметом экспорта. В Китае еще выращивают сою, пшеницу и просо, особенно на севере страны, но главной культурой является все-таки рис. Устье реки Янцзы, где расположены города Суджу и Ханджу - всекитайская житница и основной экспортер риса. Фермеры собирают тут по два и три урожая. Китай, несмотря на бурную индустриализацию, все еще сельскохозяйственная страна. Земля принадлежит государству, которое сдает ее в аренду мелким фермерам. После неудачной попытки объединить крестьян в колхозы по примеру "Старшего брата", коммунистическое руководство Китая почло за благо разрешить им вернуться к традиционному фермерскому хозяйству, в котором занята по преимуществу вся семья в нескольких поколениях.

Все древние религиозные ритуалы связаны с урожаем и направлены на то, чтобы умолить высшие силы даровать богатый урожай. В самом почитаемом в Китае "Храме неба" есть павильон, где император ежегодно проводил сутки в посте и в молитве, вымаливая у стихий благословение на хороший урожай, от которого зависела жизнь его подданных. Этот павильон так и назывался: "Храм молитвы о хорошем урожае". В знаменитом "Запретном городе", бывшей резиденции китайских императоров, есть "Храм шести гармоний", который посвящен все тому же неумирающему сюжету: налаживанию гармоничных отношений между человеком и природой. "Храмы гармоний" есть почти в каждом городе, в том числе и Суджу: отношения с окружающей средой заботили китайцев задолго до того, как эта среда превратилась в сточную канаву для растущего производства. Китайцы остро сознают бессилие человека перед стихийными бедствиями, и поэтому постоянно умасливают стихию жертвоприношениями (к счастью, не человеческими, как древние инки): жертвенные жаровни стоят у входа в каждый храм; зажигаются жертвенные свечи и воскуривается фимиам. Благовонный дым вокруг храмов стоит коромыслом; возносятся молитвы Будде. Тем не менее огромную территорию время от времени сотрясают стихийные бедствия: пожары, наводнения, землетрясения, оползни и паводки. То ли жертвы не помогают, то ли молитвы не доходят.

Суджу не только кормит китайцев, но и одевает их в шелка: там находится центр китайской шелковой индустрии. Это отметил еще Марко Поло, посетивший Суджу в XIII веке и оставивший о нем лестные воспоминания, чем суджийцы законно гордятся. В Судже даже бомжи - и те щеголяют в шелковых лохмотьях! Мы посетили шелкопрядильную фабрику. Я в очередной раз удивилась тому, как трудно поддаются автоматизации китайские традиционные промыслы: в душном цехе у допотопных, луддитских еще времен, прялок, трудились молодые женщины. Коконы шелкопряда мокли в желобке с горячей водой и выдавали невидимую нить, которая через сеть приспособлений в конце концов наматывалась на бобину. Тут же продавались покрывала, набитые шелковой нитью, вероятно отходами производства. Японская экскурсия унесла с собой эти покрывала, упакованные в прозрачные чемоданчики. Удивительно дисциплинированный народ, эти японцы! Прифабричные магазины, в отличие от цехов, хорошо кондиционированные, являются главным туристическим аттракционом, хотя там все значительно дороже, чем даже в универмагах, не говоря уже о киосках и палатках.

Производство шелка напрямую связано с другим специфически китайским искусством - вышивкой гладью. Тут китайские мастерицы достигли совершенства почти немыслимого. Оригинал маслом или акварелью, с которого они копируют свою вышивку, кажется бледной и бездарной копией того, что выходит из-под их пальцев. Но самое потрясающее - это так называемая "двойная вышивка". Например, мастерица вышивает собаку с котенком (шерсть собаки отливает серебром, котенок - рыже-золотой, так и хочется погладить). А на изнанке получаются две цапли, или тигрица с тигренком. Такие картины не вешают на стену, а растягивают и заключают в резную раму, внутри которой вращается экран. На создание маленькой картины уходит месяца три, большой - три года и больше. Три года, изо дня в день, изнурительной работы, при которой портится зрение и искривляется позвоночник. И хотя вышитые картины стоят дорого, труд вышивальщиц оплачивается плохо. В Суджу есть единственное в своем роде учебное заведение - "Академия двойной вышивки", где учат этому высокому искусству.

Есть в Суджу еще одна достопримечательность, трудно объяснимая природными или климатическими условиями: этот город славится на всю Поднебесную своими красавицами и поэтому привлекаeт женихов со всего Китая. Именно Суджу поставлял наложниц для китайских императоров. Этим занимались специальные высокопоставленные чиновники. Они разъезжали по стране в поисках девушек не просто красивых, но обязательно из знатных семейств. Количество наложниц не поддавалось учету: их могло быть и несколько сот, и несколько тысяч. Для семьи выбор их дочери в наложницы императора являлся большой честью. Жизнь девушки вели уединенную, общаться с внешним миром им было запрещено. Многие так и не видели своего повелителя до самой его смерти, но и после этого у них был один путь - в монастырь. Выходить замуж им было запрещено. Такая вот жестокая традиция.

Главной достопримечательностью Суджи является Большой Канал, по популярности сравнимый только с Великой Китайской Стеной. Длина Канала - 1800 км, и он до сих пор является самым длинным каналом на Земле, что вполне соответствует китайским амбициям и мании величия. Начинаясь в устье Янцзы, он тянется через всю страну с юга на север до Пекина. Нас несколько часов возили на прогулочном катере по Большому Каналу, и мы могли оценить грандиозность этого сооружения, уходящего в VII век н.э. В течение этого времени канал много раз реставрировали, удлиняли, расширяли, пока не довели его до нынешнего состояния. В свое время канал был главной транспортно-торговой артерией на востоке страны, но сегодня его функция свелась к плавучему рынку: по каналу фермеры привозят в Суджу и другие города плоды своего труда и продают их прямо с лодок. Мы наблюдали эту торговлю с катера. Хозяйка спускает корзину с деньгами на веревке прямо на лодку, фермер берет деньги, кладет продукты, и корзинка поднимается в окно. За многие годы фермеры и их покупатели хорошо изучили взаимные привычки и обходятся почти без слов. Не потому ли в Суджу нет обычного городского рынка, что его с успехом заменяет канал?

Суджу часто называют "китайской Венецией", но он так же похож на Венецию, как одесский рыбацкий поселок Вилково: комары, бедность, облупленные фасады, убогий быт, просматривающийся в настежь открытых окнах. Многим недоступно даже такое жилище. Это - "лодочные люди". Ничего общего со швейцарскими они не имеют: те живут в лодках экзотики ради и оттого, что не хотят платить квартплату. У них лодки ухоженные, обжитые, с занавесочками и геранью на окнах. Китайские "boat people" живут на воде потому, что им больше негде жить.

В сравнительно небольшом городе Суджу (всего каких-то полтора миллиона) двадцать университетов, знаменитая школа живописи и огромный "индустриальный парк" - комплекс заводов, выпускающих компьютеры, точные приборы, различную электронику. Каким образом в одном городе уживаются технология будущего со средневековым цеховым производством - понять трудно.

В Суджу есть еще одна достопримечательность, роднящая ее с Италией - Падающая Пагода. Она на столетие старше своей итальянской сестры - Пизанской башни, и ее "падение" началось в год завершения строительства Пизанской башни - 961-й. Видимо, в расчетах была допущена ошибка. Башню много раз ремонтировали, стараясь предотвратить ее окончательное падение, но без успеха. Сейчас ее верхушка отклонилась от оси на два с половиной метра. Специалисты считают, что ее долголетию способствует то обстоятельство, что она сложена только из камня и кирпича, без деревянных деталей. В 1956 году, во время очередного ремонта, рабочие обнаружили в стенах две каменные урны, в которых были запечатаны свитки буддийских текстов, керамическая посуда, монеты, четки, рабочий инструмент.

Сейчас Падающая Пагода закрыта для восхождения (она семиэтажная). Возле нее разбит потрясающий парк скульптур Будды, где собраны реплики (копии) из различных парков и храмов Китая. Эти реплики не имеют художественной ценности, выполненные из подцвеченного бетона, они поражают своей монументальностью и многочисленностью обликов Будды: Будда молодой, Будда-ребенок, Будда старый, Будда сидящий, стоящий, лежащий, Будда с животом и без, Будда серьезный и Будда улыбающийся (по преданию, приносящий счастье, поэтому его покупали далекие от буддизма американские туристы). В этом парке я впервые увидела детей-калек, без кистей рук, без ног, видимо, пораженных проказой или другой какой-нибудь страшной болезнью. Они просили милостыню. Всесильный, добрый и милосердный Будда не вступился за них.


Содержание номера Архив Главная страница