Содержание номера Архив Главная страница


Александр ЛАЗАРЕВ

СУД НАД НЯНЕЙ

В очередной раз система рухнула: убийца на свободе!" - так начала корреспондент газеты New York Post Андреа Пейсер репортаж об освобождении из тюрьмы 19-летней англичанки Луизы Вудворд.

"Массачусетский судья Хиллер Зобел... выпустил на свободу признанную виновной убийцу", - пишет далее Пейсер, сравнивая Зоббела с судьей Ленсом Ито, который председательствовал на процессе О-Джей Симпсона... "Второе пришествие судьи Ленса Ито!" - негодует нью-йоркская журналистка.

Права ли она?

Страсти бушуют по обе стороны Атлантического океана и еще долго будут бушевать, поскольку процесс Луизы Вудворд привлек всеобщее внимание - сравнимое с тем, какое привлек процесс Симпсона. Конечно, Симпсона знала вся Америка на протяжении многих лет, а имя англичанки Вудворд стало известно только в этом году. Конечно, в целом по Америке "дело Симпсона" привлекло больше внимания, чем "дело Вудворд". Но в Британии и в штате Массачусетс за судом над Луизой Вудворд следили никак не менее пристально, чем над процессом Симпсона. Да и американский телеканал Court дал возможность каждому, у кого в доме есть кабельное телевидение, смотреть ежедневно процесс Вудворд. Ну, а в Британии телерепортажи из зала американского суда стали почти обязательным еждедневным зрелищем, и газеты освещали происходящее столь же ярко и последовательно, как матчи по футболу и регби. В британских судах телекамер не бывает, и для англичан, шотландцев, ирландцев, уэльсцев телерепортажи из суда в массачусетском городе Кембридж были чем-то совершенно новым. Они могли, конечно, смотреть и процесс Симпсона, и многие смотрели, но только суд над соотечественницей Вудворд привлек внимание едва ли не каждой семьи.

Вудворд приехала в Соединенные Штаты в прошлом году - как приезжают тысячи иностранок - поработать няней. Она приехала "в поисках лучшей доли", прочитал я в одной русскоязычной нью-йоркской газете, авторы которой знакомы с американскими реалиями не лучше авторов, живущих на Таймыре или на Мадагаскаре. Луиза, как и тысячи ее сверстниц, идут работать нянями в американские семьи с одной целью - поближе познакомиться с Соединенными Штатами, американским бытом, культурой... Живут они в семьях, где на их попечении находятся дети, и обеспечены жильем и едой. Их зарплата обычно невелика - только-только на скромные карманные расходы. Луиза, на попечении которой находился не достигший года Мэтью и его 2-летний братишка Брендон, была занята уходом за детьми с утра до вечера и получала в неделю 115 долларов. Она приехала в Америку в ноябре прошлого года, приехала на год и не собиралась задерживаться. Задержалась же - потому что произошла трагедия.

4 февраля Вудворд позвонила по телефону 911 и сказала, что 8-месячный Мэтью потерял сознание. Прибывшая через несколько минут скорая помощь отвезла малютку в больницу, где он скончался 9 февраля от "сотрясения мозга". А 5 марта няню обвинили в убийстве.

В обвинительном заключении говорилось, что смерть наступила из-за того, что мисс Вудворд сильно трясла ребенка и ударила его головой обо что-то твердое. Обвиняемую взяли под стражу и заключили в тюрьму, а спустя 7 месяцев, 7 октября, начался судебный процесс, и 19-летняя англичанка, о которой в Америке мало кто знал за пределами Массачусетса, оказалась в центре внимания: процесс транслировал телеканал Court, его постоянно обсуждали в телепрограммах CNN и WNBC, о нем писали крупнейшие газеты, а бостонские Globe и Herald уделяли суду больше внимания, чем другим событиям.

Интерес достиг апогея 28 октября, когда дело было передано на рассмотрение жюри присяжных. Начиная с этого дня, суд над 19-летней англичанкой отодвинул на второй план едва ли не все события. А события нарастали, как в мастерски закрученном киносценарии: 30 октября жюри признало Вудворд виновной в предумышленном убийстве второй степени, за что полагается тюремное заключение на срок вплоть до пожизненного; утром 10 ноября судья Зобел объявил, что Вудворд виновата в непредумышленном убийстве и, таким образом, ее нельзя отправить за решетку на срок больше 20 лет; и в тот же день, спустя 5 часов, судья приговорил Вудворд к 279 дням тюрьмы - сроку, который она уже провела за решеткой, и это означало, что Луиза выходит на свободу. Вот после этого-то в средствах массовой информации и начались главные обсуждения.

Вечером 10 ноября едва ли не все телешоу обсуждали решение судьи Зобела, а 11 ноября в США вряд ли нашлась хоть одна ежедневная газета, которая не сообщила бы об этом решении на первой полосе. В стране не было события более важного. Еще бы! Как писала в нью-йоркской Post Андреа Пейсер, "убийца оказалась на свободе". Ни дать, ни взять - еще один О-Джей Симпсон! И она была не одинока в своем мнении.

Сравнения суда в Кембридже с судом в Лос-Анджелесе гуляли по страницам газет, заполняли радио- и телеэфир. Однако эти сравнения, как и многие другие, были далеко не точными. Сравнивая два процесса, я бы говорил только об общественном интересе к тому и другому, но никак не о результатах. Ну, хотя бы потому, что Симпсона оправдали, жюри признало его невиновным в убийстве бывшей жены и ее приятеля, а Вудворд, хоть и отпустили на свободу, но никто не снял с нее обвинения в непредумышленном убийстве. Какие уж тут сравнения! Но, уважаемый читатель, процесс Вудворд позволяет нам, как и процесс Симпсона, поговорить об американском судопроизводстве, которое британцы - свидетели суда на Вудворд - назвали "издевательством над справедливостью" после того, как жюри признало ее виновной в предумышленном убийстве, и стали превозносить как едва ли не образцовое, когда судья Зобел распорядился освободить Вудворд из-под стражи. То и другое мнение - крайность. Процесс Вудворд (который, замечу в скобках, еще не завершился, потому что и прокуроры, и адвокаты подали апелляции: обвинение считает нужным отправить ее за решетку, защита настаивает, чтобы ее признали невиновной) не доказывает, я считаю, ни того, ни другого. Судопроизводство в нашей стране не лишено - как и любой другой институт демократического государства - недостатков, но Черчилль в свое время говорил, и с ним следует согласиться, что демократия несовершенна, но лучшей системы мир пока не придумал. Эти слова относятся и к американскому судопроизводству.

Начнем с обвинения мисс Вудворд в предумышленном убийстве. Том Райли, окружной прокурор графства Миддлсекс, явно переусердствовал, предъявляя молодой англичанке такое обвинение. Прокурор не ошибся бы, если бы ограничился обвинением в непредумышленном убийстве. Да, нянька трясла малыша, злясь на него, а еще больше и на его родителей, выражавших недовольство ее поздними возвращениями домой и установивших для нее "комендантский час". Да, она шлепала малыша, который еще ничего не понимал. Но предумышленное убийство - это предумышленное убийство: человек намеренно убивает... Можем ли мы предъявить обвинение в предумышленном убийстве пьяному водителю, который вел машину со скоростью 100 миль в час, в результате чего произошла катастрофа и пассажиры погибли, а сам водитель (пьяному море по колено!) отделался легкими царапинами? Конечно же, нет! Он не убивал намеренно, умышленно... То же относится и к Луизе Вудворд.

Защиту осуществляла бригада во главе с Барри Шеком, бывшим, если вы помните, в составе "команды мечты", как прозвали команду адвокатов Симпсона. Шек вел защиту Луизы так, будто бы не она, а он - главный участник процесса. Шек играл на публику, играл откровенно, а публике - двенадцати присяжным, которым предстояло решать судьбу Вудворд, - такое поведение вряд ли могло понравиться, и присяжные (я не исключаю этого) перенесли на обвиняемую свое отрицательное мнение об адвокате. Да к тому же в жюри могли оказаться люди, не забывшие о роли Шека в процессе Симпсона.

Что же касается жюри, то оно обязано трактовать любые сомнения в пользу обвиняемого. Присяжные могут признать обвиняемого виновным только в том случае, если у них нет ни малейших сомнений в его (ее) вине. Ну, а в отношении вины Вудворд была тьма сомнений.

Обвинение настаивало, что Мэтью умер в результате встряски и удара, последовавших 4 февраля, - в тот день, когда нянька позвонила в неотложную помощь. Однако выступающие на процессе медицинские и судебные эксперты показали, что "рана", о которой идет речь, могла появиться за несколько дней до 4 февраля. По чьей вине она случилась? Няньки? А, может, матери или отца? Или старшего братишки?.. Однако 12 присяжных отвергли всякие сомнения и признали Вудворд виновной в предумышленном убийстве (!).

После вынесения присяжными вердикта началась общественная буря по обе стороны Атлантического океана. Опрос за опросом общественного мнения показывал: большинство - как в старой доброй Англии, да и в Новой Англии - считает вердикт абсурдным, противоречащим здравому смыслу. Да он и был абсурдным, демонстрируя, что институт присяжных - несовершенный инструмент в системе правосудия (а существует ли совершенный?)...

Законы штата Массачусетс предоставляют судье множество различных вариантов. Он может согласиться с вердиктом. Может изменить формулировку обвинения - как в сторону ужесточения наказания, так и в сторону уменьшения. Может назначить новый суд в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.

Начиная с 30 октября, когда присяжные вынесли вердикт "виновна в предумышленном убийстве", и до 10 ноября, на которое судья Зобел назначил вынесение приговора, обе стороны бурлили - обсуждали, что решит судья. Мнений было высказано множество, но мало кто предполагал, что Вудворд приговорят к пожизненному заключению с правом выхода на свободу через 15 лет (такое максимальное наказание влечет за собой - по закону Массачусетса - предумышленное убийство), и абсолютно никто не предполагал, что судья отпустит Вудворд на свободу. Произошло то, чего никто - ни сама Луиза, ни ее родители и друзья, ни многочисленные "болельщики" в Британии и США - не предвидел.

Вудворд пробыла в тюрьме 279 дней - на 15 дней больше, чем прожил на белом свете малыш Мэтью, за которым она ухаживала. Восторжествовала ли справедливость?

Я не знаю ответа на этот вопрос. Я, как и все, знаю, что судья признал Вудворд виновной в непредумышленном убийстве. Достаточное ли наказание за убийство 279 дней тюрьмы? Нет? А если она вообще невиновна, и малыш умер, потому что кто-то другой до этого тряс его? Если бы судья Зобел назначил новый суд, был бы, возможно, получен ответ на этот вопрос.

Процесс Луизы Вудворд поднимает и другие вопросы. Родители умершего мальчонки Дебора и Сунил Ипен - врачи. Преуспевающие - во всяком случае, до трагедии - врачи. Будучи врачами, мать и отец должны, конечно, знать и понимать, как важен уход за грудным ребенком. Но они доверили уход за ним 18-летней (в то время) девушке, у которой нет своих детей и которая не имеет необходимых для ухода за грудными детьми навыков, опыта, знаний. Да к тому же на ее попечении был еще и 2-летний братишка малыша. Может быть, матери следовало уйти с работы на год-полтора, пока старший сынишка дорос бы до детского сада (мой брат живет в Ньютоне, по соседству с Бостоном, там же, где и семейство, в котором произошла трагедия, и я знаю, что там есть детские учреждения), а младший чуть-чуть подрастет и окрепнет, и только после этого доверять его няне? Семья, где мать и отец врачи, не разорилась бы от этого. А разве вы, читатель, доверили бы 18-летней няне двух детей, одному из которых два года, а второму еще не исполнилось и года.

Разговор о трагедии в Ньютоне выходит далеко за пределы обсуждения системы американского судопроизводства...


Содержание номера Архив Главная страница