Содержание номера Архив Главная страница


Белла ЕЗЕРСКАЯ (Нью-Йорк)

ПРОГУЛКА ПО "ЗАПРЕТНОМУ ГОРОДУ"

Согласитесь, что не каждый день и не каждого из нас судьба заносит в Китай не с целью интенсивного приобретения китайских зонтиков, термосов и других популярных предметов массового пользования, а с целью знакомства с этой великой страной из окон туристического автобуса, если уж подробней нельзя. Хотя я убеждена, что, проживи мы в Китае хоть сотню лет, все равно он остался бы для нас таким же таинственным и непостижимым, как поверхность Марса на экранах наших телевизоров.

"Храм высшей гармонии" в "Запретном городе".

Китайский мегаполис напоминает муравейник: все куда-то спешат, все что-то тащат. Ритм и напряженность жизни в больших городах резко контрастирует с китайской жизненной и религиозной философией, культивирующей покой, медитацию и гармонию, о чем говорят сами названия буддийских храмов и пагод: "Дворец всемирного спокойствия", "Храм воздержания" (очень актуально, особенно сегодня, когда население Китая достигло 1300 миллионов), "Храм высшей гармонии", "Храм совершенной гармонии", "Храм сохранения гармонии" и так далее. О гармонии, как внешней, так и внутренней, китайцы пекутся более всего. Это и понятно: все древние религии Китая берут начало в сельском хозяйстве, которое зависело от гармоничной смены времен года. Религия при Мао Цзэдуне была запрещена. Служители культа преследовались, посылались на перевоспитание в деревню. Будду и Конфуция заменил бессмертный образ председателя Мао, но сейчас происходит что-то вроде религиозного ренессанса, несовместимого, казалось бы, с коммунистической идеологией. Правительство за свой счет реконстрирует и восстанавливает храмы, пагоды и другие религиозные святыни, пришедшие в упадок за время коммунистического правления. Оно переносит слепки с гигантских рельефов и скульптур Будды из знаменитой пещеры Датонг, в восьми часах езды от Пекина, в пекинские парки и сады, чтобы трудящиеся могли любоваться этим уникальным творчеством безвестных мастеров (всего их в пещере 51 тысяча!) и молиться Будде на свежем воздухе. И это в стране, где большинство населения живет в ужасающей бедности.

Вокруг гигантских, мастерски скопированных изображений из бетона толпятся туристы и нищие, обезображенные какими-то ужасными болезнями. Все это очень напоминает стремительное восстановление мэром Москвы Храма Христа-Спасителя якобы на деньги спонсоров, а в действительности за счет обнищавшего народа. Диктатуры в своем рвении назад, к истокам, и в своем лицемерном стремлении замолить грехи очень схожи, но народу до их показной набожности нет дела, у него свои заботы: как бы выжить.

Буддизм меньше всего заботится о загробной жизни, но зато ратует за долголетие и благоденствие в жизни земной. Вечный иудо-христианский конфликт между Богом и человеком в буддизме трансформируется в диалог между ними. Религия для китайцев не собрание догм, а, скорее, средство сохранить гармонию внутри и вне себя. Следуй китайцы своей философии - прекрасней и гармоничней их не было бы людей на земле. Но китайская империя стоит на крови и насилии, так же, как и всякая другая.

Ворота "Запретного города" выходят на площадь Тянаньмынь, где 4 июня 1989 года было совершено одно из самых кровавых преступлений маоистского режима против собственного народа. Коммунизм пришелся впору стране, привыкшей без рассуждений повиноваться своим властителям. Сама идея площади Тянаньмынь - огромной, пустой, рассчитанной на демонстрации солидарности и военные парады - восходит к официальной площади перед воротами "Меридиан" в "Запретном городе", откуда провозглашались императорские указы, календарь на новый год; где проводились военные парады и церемонии, свершались казни, и откуда гонцы спешили во все концы необъятной Поднебесной империи, дабы огласить императорскую волю, ослушаться которой не мог никто.

"Запретный город", ныне открытый для широкой публики, хранит тайны пятивекового правления двух последних императорских династий Минг и Квинг. Один из императорских указов запрещал строить в Пекине здания, которые превышали бы высоту стен "Запретного города" - 35 футов: никто не смел заглянуть внутрь святая святых империи, никто не смел выглянуть наружу. Только в XVIII веке в Пекине стали строить более высокие дома.

"Запретный город" как резиденция китайских императоров, с его роскошными храмами, воротами, площадями, каналами, резными мраморными балюстрадами, мостами, пагодами, жилыми помещениями для императорской четы и многочисленных наложниц, министров, духовенства, чиновников, обслуги, с его внутренними садами и парками, двориками для медитации, водопадами и фонтанами, был построен всего лишь за 14 лет на границе XIV-XV веков. Строился он на костях сотен тысяч рабов, согнанных со всей Поднебесной империи. "Запретный город" был окружен стеной и рвом и другим "Запретным городом", городом, который еще носил название "Пурпурного", или "Императорского", и был тоже окружен стеной и рвом. Пекин, столица Поднебесной империи, куда входили оба города, тоже, разумеется, был окружен стеной и рвом. Если бы китайские правители могли, они окружили бы всю империю по периметру Великой Китайской Стеной.

Эта концентрическая циркульная тенденция диктовалась не только необходимостью обороны от внешних врагов, но и соображениями экологии: древний город, окруженный высокими крепостными стенами и глубоким рвом, был своеобразной моделью окружающей природы с высокими горами и глубокими реками. Система рек, притоков, ручьев и каналов образовывала как бы кровеносную систему земли, питая ее, как нормальный ток крови питает организм. Помимо орошения и обороны водная система обеспечивала целый ряд других важнейших жизненныхфункций: она снабжала население городов и сел питьевой водой, способствовала рыболовству, судоходству. Китайцы ревностно охраняли природу, стараясь в своей парковой архитектуре следовать ее лучшим образцам. Мне всегда казалось, что миниатюрные "сады камней" - специфически японское явление, происходящее от недостатка земли, но в Китае, особенно в старых кварталах, очень много таких миниатюрных садов с беседками, мостиками, переходами, водопадами, ручьями, бассейнами с золотыми рыбками и скамейками для медитации. И, разумеется, с драконами и львами, без которых не обходится ни один интерьер. В этих садах всегда прохладно, даже в самую удушливую жару; из них не хочется уходить, и чувствуешь, как на тебя снисходит благодать. Нечто подобное я испытала на выставке цветов и зеленой архитектуры в Рокфеллер-центре. Человек силой своего искусства и данных ему природой чувств всячески сопротивляется урбанизации.

"Запретный город", как об этом свидетельствует его название, был наглухо закрыт для простых смертных. Император жил там в роскоши со своей свитой, строго следуя протоколу дворцовой жизни. Каждое из зданий имело свое особое назначение. Три церемониальных дворца - "Храм высшей гаромнии", "Храм совершенной гармонии" и "Храм сохранения гармонии" - служили для дворцовых церемоний. В "Храме высшей гармонии" находился знаменитый золотой "Драконий трон", на котором восседал император. За троном находился шелковый экран, за которым скрытая от посторонних глаз императрица нашептывала малолетнему императору слова, с которыми он обращался к придворным. "Храм высшей гармонии" был главным и самым важным храмом "Запретного города". Он служил для торжественных церемоний, в нем короновались императоры. "Храм совершенной гармонии" служил для репетиций и подготовки к церемониалу, а в "Храме сохранения гармонии" император принимал ученых, людей искусства и устраивал грандиозные банкеты для иностранных послов. В кинофильме "Последний император" хорошо показаны быт и нравы "Запретного города". В частную секцию "Запретного города" входили "Дворец небесной чистоты", "Дворец согласия", "Дворец земного спокойствия", а также личные апартаменты императорской семьи с многочисленными внутренними садами. Там же находилась библиотека, придворный театр, музей часов, "Дворец мира и долголетия" (по нашему - дом для престарелых). Наложницы, число которых могло достигать нескольких сотен, тоже жили там. У них были довольно скромные жилища, и им не разрешалось покидать дворец и выходить замуж даже после смерти императора. Их выбирали специальные служащие из очень знатных семей, для которых это было большой честью. Многие из девушек так и не удостаивались императорской близости. По сути, эти "счастливицы" всю жизнь проводили в заточении. Единственный путь, который был открыт для них, был путь в монастырь.

К вопросу о связи градостроительства с экологией: многие китайские ученые считают ее древнейшей, уходящей в китайский народной эпос. Китайский фольклор хранит память о некоем мифическом гиганте Пан Ву, тело которого после смерти превратилось в ветер, тучи, солнце, луну, горы, реки, поля, леса и так далее. Эта легенда говорит о том, что античные китайские философы считали человека частью вселенной и полагали, что человеческое тело есть само по себе вселенная в миниатюре. Эта теория, считают они, побудила древних архитекторов строить города по принципу человеческого тела, со всеми присущими ему функциями. Возвращение к логически обоснованной архитектуре прошлого, приближения человека к земле - вот в чем китайские архитекторы видят спасение от мегаполисов. А те все наступают, громоздя небоскребы по американскому образцу, превращая исконно-китайские города в витрину сверкающего западного истеблишмента. И вот уже китайцы, поколениями воспитанные на ненависти к "американскому империализму", с удовольствием объедаются жареными кентуккскими цыплятами и картошкой-соломкой. "Макдональдсы" плодятся, как грибы после дождя. Американские боевики заполонили китайские кинотеатры, от зрителей нет отбоя. Фильмы переводятся на местные китайские наречия, но охраняя целомудрие нации от тлетворной масскультуры, китайские цензоры не разрешают растолковывать смысл американских непристойностей, полагая,что в буквальном переводе они будут непонятны.

(Продолжение см. Вестник #26(180))


Содержание номера Архив Главная страница