Содержание номера Архив Главная страница

Леонид СТОНОВ (Чикаго)

(Международный директор Бюро по правам человека и соблюдению законности в бывшем Советском Союзе, президент Американской Ассоциации евреев из бывшего СССР.)

НЕУЖЕЛИ НОВОЕ НА ПОСТСОВЕТСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ - ЭТО ТОЛЬКО НЕЗАБЫТОЕ СТАРОЕ?

Только что я вернулся из большой поездки по бывшему Советскому Союзу и хотел поделиться с читателями небольшой частью полученной информации и впечатлений. Чтобы быть кратким, я укажу здесь только нарушения ряда фундаментальных прав и свобод человека, которые означают откат к тому, что было характерным для "империи зла" в прошлом.

Не приходится удивляться тому, как легко "русская тройка" летит обратно в пропасть несвободы и подавления человеческого достоинства. И даже не странно то, что люди, которые должны были бы протестовать и бороться с этим, "молчат там, где надо кричать", в том числе на Западе. Конечно, если бы состоялся Нюрнберг-2, то многие типично тоталитарные явления не повторились бы, а бывшие провокаторы и палачи не могли бы занимать прежние позиции. Но оптимизм внушает большое количество молодых людей, включая так называемых "новых русских", которые не хотят быть загнанными в коммунистическо-фашистское стойло, а также старая гвардия диссидентов и правозащитников, которые в свое время выдержали испытание тюрьмой, а теперь - признанием и, потеряв кое-кого на повороте истории, продолжают быть совестью нации.

Я стоял на Арбате в 2-3-километровой очереди 18 июня 1997 года, чтобы проститься с Булатом Окуджавой, гроб с телом которого был установлен на сцене Вахтанговского театра. Это было молчаливое, печальное шествие интеллигентных людей всех возрастов, прощавшихся с певцом диссидентской эпохи и, может быть, с самой этой эпохой. Булат Окуджава был примером того, что в старое доброе время называлось честью, достоинством, моралью, совестью, скромностью, принципиальностью. Тысячное скорбное присутствие почитателей Окуджавы, оставшихся в этом мире без своего кумира, как ни странно, вселяло надежду, что думающая и честная Россия жива и именно сильна своей неприспособленностью к поганому миру коррупции и насилия.

НОВЫЙ ЗАКОН "О СВОБОДЕ СОВЕСТИ И РЕЛИГИОЗНЫХ ОБЪЕДИНЕНИЯХ"

Дума в июне, а Совет Федерации в июле 1997 года приняли Закон "О свободе совести и религиозных объединениях", причем в первой Палате только 8 депутатов, а во второй 4 были против этого Закона. Президент Борис Ельцин в июле использовал свое право вето, вызвав гнев Патриарха и национал-патриотов всех мастей. Правда, Федеральному собранию будет очень просто опрокинуть вето Президента, ведь подавляющее большинство депутатов голосовали за этот Закон, который противоречит международным нормам и обязательствам России, ставит вне закона множество конфессий.

Валентин Распутин, Игорь Шафаревич, Юрий Власов и другие национал-патриоты заявили перед вторым чтением в Думе, что "государство должно взять на себя охранную функцию в отношении традиционных религий, прежде всего православия". На что и направлен Закон.

В преамбуле перечислены: "православие как неотъемлемая часть общероссийского исторического, духовного и культурного наследия, ислам, буддизм, иудаизм и другие традиционно существующие в Российской Федерации религии и местные верования..." Соответственно, все "другие религии" являются нетрадиционными и, в лучшем случае, согласно Закону, второразрядными.

Все религиозные организации делятся на местные и централизованные, а последние - на региональные и общероссийские. Местная религиозная организация образуется из религиозных групп, имеющих "подтверждение от органов местного самоуправления об их существовании не менее 2-15 лет на данной территории либо подтверждение от централизованной религиозной организации того же вероисповедания о вхождении в ее структуру". Всем понятно, какая свобода совести и религиозных организаций была 15 лет назад при Брежневе-Андропове!

Другой исторический ценз - статус общероссийской - религиозная организация иметь не может, если ее не было 50 лет назад (аж при сталинской "свободе вероисповедания"!) и если в ее структуре меньше религиозных организаций, чем в половине субъектов Росийской Федерации.

Религиозные объединения - не политические партии, поэтому навязывать им структуру общественно-политических образований (местные, централизованые, региональные, общероссийские) государство не вправе. Также введен ценз религиозной оседлости: организация легитимна, только если в нее входят местные жители. Людям, живущим, например, за 100 км, входить в зарегистрированную местную группу нельзя. Этого не было даже в сталинском законе.

Религиозная группа должна доносить государству сама на себя, сообщая "историю возникновения религии, отношение к семье и браку, к образованию, формы деятельности, особенности отношения к здоровью последователей данной религии, вероучительные ограничения для членов и служителей в отношении их гражданских прав и обязанностей".

Таким образом, государство с подачи московской Патриархии (которую отец Глеб Якунин метко назвал церковным Газпромом) препятствует возрождению тех религиозных групп и организаций, которые не контролируются государством. Пропаганда утверждает, что этот Закон является средством борьбы с так называемыми тоталитарными сектами, которые склонны нарушать закон, но ведь в случае нарушения любого российского закона можно и нужно использовать Уголовный кодекс, и нет надобности в отдельном Законе.

К сожалению, внутри страны почти не слышно протестов религиозных организаций, в том числе и еврейских, против этого Закона. Главный раввин России Адольф Шаевич (да, да, тот самый непокаявшийся член Антисионистского Комитета советской "общественности") не отвергает Закон как антиконституционный и антидемократический, хотя и пишет в своем заявлении, что этот Закон "не всегда соответствует нормам международного права". Российский Еврейский Конгресс не выпустил никакого заявления, молчаливо поддержав Закон. Американский христианин-миссионер Майкл Моргулис опубликовал в журнале Chrischianity Today отчаянную статью, перепечатанную в "Новой газете" (#26, 30 июня-6 июля 1997 г.). "Сейчас по скрытому соглашению с православной церковью готовится массовая высылка американских миссионеров из многих стран СНГ. Намечаются погромы американских миссий, полное нарушение законов по отношению к ним, отдание (так в оригинале русского текста. - Л.С.) их на растерзание мафии и рэкета". "Никто нам не поможет: ни российское государство, ни православная церковь, ни американское правительство".

Вице-президент ВААД Роман Спектор в письме на имя президента Ельцина четко определяет, что "Закон о свободе совести должен быть образцом терпимости, а не орудием борьбы с иноверцами, он не должен превращаться в дубинку для "охоты на ведьм". ВААД просил президента не подписывать Закон в том виде, в каком его приняло Федеральное собрание России.

28-29 июня 1997 года мы провели в Москве большую конференцию по правам человека и по аспектам возрождения еврейской жизни в России, которая приняла обращение к президенту России с просьбой не подписывать этот антидемократический Закон. Возглавляемый замечательным правозащитником отцом Глебом Якуниным Общественный Комитет защиты свободы совести ведет большую работу по демократизации религиозной жизни в России, по информации о многочисленных нарушениях свободы вероисповедания, по предотвращению преследования многих конфессий и религиозных групп. В выпущенной только что "Белой Книге о нарушениях свободы совести в Российской Федерации в 1994-96 гг." отмечается, что нынешняя власть становится в отношении к религии правопреемницей сталинизма 1943-53 гг. Одновременно Русская Православная Церковь (РПЦ) основала РАО "Международное экономическое сотрудничество" и экспортирует за границу нефть, в 1996 году ее оборот составил 2 млрд. долларов. Находящийся в непосредственном подчинении Патриарху Николо-Угрешский монастырь в Москве, также как и весь Отдел внешних церковных сношений, получил право на беспошлинный ввоз в Россию водки и табачных изделий в качестве гуманитарной помощи. Чистый доход только одного монастыря составил в 1996 году 350 млн. долларов. Вот так распространяется всероссийская "порча", исходящая от РПЦ, которую всецело поддерживает государство, охраняя ее от других конфессий и групп.

Сейчас важно, чтобы этот Закон был бы принципиально переделан, а не подправлен косметически, к чему призывали в своих заявлениях и Патриарх Алексий Второй и спикер Думы Геннадий Селезнев.

"ДЕЛО НИКИТИНА" - ЛАКМУСОВАЯ БУМАЖКА СОСТОЯНИЯ ДЕМОКРАТИИ В РОССИИ

Как известно, Александр Никитин в 1995-96 гг. подготовил для норвежской экологической правозащитной организации Беллуна доклад о загрязнении Северного моря радиоактивными отходами российского атомного подводного флота, за что был арестован и обвинен в измене Родине и в шпионаже. В докладе были использованы только официально опубликованные материалы. В декабре 1996 года бывший капитан ВМФ Никитин был освобожден под подписку о невыезде после 10-месячного заключения во внутренней тюрьме Петербургского отделения ФСБ (преемник КГБ), но дело его не прекращено до сих пор и направлено на доследование, срок которого в очередной раз продлен до 17 сентября 1997 года. Дополнительное следствие - это, по словам адвоката Никитина, известного юриста-правозащитника Юрия Шмидта, дополнительное беззаконие.

Мы приглашали Александра Никитина на 2 дня в Москву для участия в нашей правозащитной конференции, но власти не позволили ему покинуть Санкт-Петербург. Отвод Никитиным следственной группы и прокурора был отклонен Генеральной прокуратурой России. Обвинение продолжает строиться на перечне тайн, которые, во-первых, запрещено засекречивать даже российским законодательством, так как каждый гражданин, по всем международным документам, имеет право обладать сведениями о катастрофах и угрозе загрязнения внешней среды. Во-вторых, невозможно разгласить то, что уже было опубликовано, ведь Никитин пользовался только опубликованными материалами. Здесь мы столкнулись с интересным явлением, касающимся также и отказников. Если даже какие-либо так называемые секретные данные и были опубликованы, но официальным путем не рассекречены, то они продолжают считаться секретными, а их носители ограничиваются в правах.

Наша конференция в Москве потребовала прекратить "дело" Никитина, хотя ни он, ни его адвокаты (Юрий Шмидт и Генри Резник, общественную защиту осуществляет Борис Пустынцев, руководитель правозащитной организации "Гражданский контроль") не боятся суда. Новый следователь Никитина, господин Есипенко, сказал, что теперь Александр Никитин обвиняется не в разглашении информации, которая помещена в доклад Беллуны, а в том, что делал какие-то записи в блокнотах, которые составляют государственную тайну. Двухлетние усилия ФСБ создать из ничего уголовное дело оказались, как и в памятном деле известного ученого-химика Виля Мирзоянова, безрезультатными, поэтому это грязное "дело" следует прекратить как можно скорее. Должен стоять также вопрос о привлечении к ответственности "экспертов" и следователей ФСБ, которые совершили служебный подлог, выполняя заведомо преступный приказ прокуратуры и ФСБ в отношении Никитина.

Наша организация считает это дело лакмусовой бумажкой состояния демократического развития России. Никитин сигнализировал всему миру о значительном загрязнении Северного моря атомными подводными лодками, и вместо честного признания этого факта и принятия мер по очистке моря и недопущению его загрязнения впредь российские власти пустились во все тяжкие для защиты чести мундира. Это точно напоминает действия советских властей во время Чернобыльской катастрофы.

Какое же может быть доверие к подписанным Россией договорам о разоружении и контроле над вооружениями, если в простом экологическом вопросе правительство России (ведь оно контролирует ФСБ; если наоборот - тем хуже) пытается зажать рот активистам по охране окружающей среды?

Для Запада это тоже своеобразный тест на приоритеты прав человека в его политике. Когда-то академик Сахаров совершенно справедливо связывал доверие в области разоружения с ситуацией с правами человека. Необходимо мощное давление Запада для прекращения постыдного для России "дела" Никитина.

Интересная деталь: 22 июня 1997 года норвежская газета Aftenposten опубликовала интервью с послом России в Осло Юрием Фокиным. Его спросили, почему сотрудникам объединения Беллуна отказали в очередной раз в выдаче въездных виз в Россию? Он заявил следующее:

- Ситуация не изменилась. Если объединение Беллуна действует как природоохранная организация, то заявление, сделанное моим президентом год назад, остается в силе, а именно: добро пожаловать. Но честно говоря, мы не знаем правозащитной организации, которая называется Беллуна. И когда эта группа пытается вовлечь себя в работу с проблемами прав человека в России, мы не желаем их вмешательства. Если Беллуна будет продолжать действовать в качестве правозащитной организации, то шансы ее сотрудников получить визы в Россию очень малы.

Итак, причиной отказа в выдаче виз стала правозащитная деятельность. Правда, и председатель президентской Комиссии по правам человека профессор Владимир Карташкин и начальник управления по правам человека и гуманитарному сотрудничеству МИД России Теймураз Рамишвили на наш вопрос, касается ли это всех зарубежных правозащитных организаций, включая и нашу (Объединение Комитетов), сказали почти в унисон: ну что вы хотите услышать от старых номенклатурщиков?

Кстати, отмечена новая тенденция в поведении официальных лиц - соглашаться с приведенными фактами нарушения прав человека, ничего не меняя.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЭТНИЧЕСКИХ ЧИСТОК В МОСКВЕ

В преддверии празднования 850-летия Москвы с новой силой началось преследование здесь людей так называемой "кавказской" национальности. Под истерические вопли о "кавказской преступности" в России (по официальным данным, 83% всех преступлений в Москве совершается гражданами России, 16% - СНГ, 0,1% - беженцами, что в процентном отношении в 2 раза меньше,чем количество беженцев в Москве) на фоне раздувания ненависти к инородцам начата кампания по очистке Москвы от лиц, которые по всем стандартам международного права являются беженцами и были признаны таковыми властями и расселены в жилые помещения, минимально, но все же пригодные для проживания. Создана обстановка ксенофобии и нетерпимости, которую в средствах массовой информации постоянно поддерживает мэр города Юрий Лужков. Проводятся регулярные акции по проверке паспортного режима, отбор проверяемых происходит по внешнему признаку принадлежности к определенному этническому типу. Проверяются не удостоверяющие личность документы, а наличие регистрации. Удостоверения беженца, выданного и продленного в Москве, недостаточно - необходимо иметь регистрацию по месту жительства в Москве.

Зарегистрироваться в Москве могут только лица, получившие статус беженца и вынужденного переселенца, а этот статус теперь могут получить только те, у кого в Москве есть близкие родственники, согласные на совместное проживание. Лица, не имеющие регистрации, подвергаются в лучшем случае штрафам, иногда по несколько раз в день, причем квитанции не выдаются.

По сведениям председателя Комитета помощи беженцам и вынужденным переселенцам "Гражданское содействие" Светланы Ганнушкиной, обычными стали задержания на неопределенный срок тех, кто не имеет при себе денег. Это может относиться к старику, кормящей матери, подростку. Участились прямые ограбления сотрудниками милиции лиц без регистрации, когда у задержанных просто выгребаются все наличествующие деньги. Создается впечатление, что работники милиции убеждены в правомерности таких действий, сопровождающихся националистическими высказываниями, угрозами и обвинениями.

В мае 1997 года работа Комитета Ганнушкиной была почти парализована потоком грузинских беженцев из Абхазии. В отличие от армянских беженцев из Баку 1990 года, почти никто из них не получил статуса, поскольку вошли в силу варварские московские постановления (правила регистрации для Москвы и Московской области от 17 декабря 1996 г.).

Также грубые антибеженские законы приняты, в нарушение российских и международных законов, в Ростовской, Воронежской областях, в Краснодарском и Ставропольском краях, суды помогают властям вышвыривать беженцев из обжитого временного жилья. Судья Куренева (Солнцевский нарсуд Москвы) даже изгнала из зала заседания журналистов, освещавших судебный процесс по выселению беженцев. Правозащитники требуют привести действующие в Москве правовые акты в соответствие с законодательством Российской Федерации, прекратить позорную охоту на людей на улицах столицы, не допустить развития антибеженской и любой иной человеконенавистнической пропаганды в средствах массовой информации.

О СИТУАЦИИ В ПРАВОЗАЩИТНОМ ДВИЖЕНИИ РОССИИ

Главный вопрос, который возник перед правозащитниками сразу после перестройки, а не сегодня и не в связи с публикацией нашумевших статей Эд.Поляновского в "Известиях" ("Раскол", 4 и 5 июня 1997 г.) и А.Кивы в "Российской газете" ("Блеск и нищета движения правозащитников", 20 и 21 февраля 1997 г.), это проблема взаимодействия с властями. Этот вопрос встал особенно остро после того, как замечательного диссидента-правозащитника Сергея Адамовича Ковалева на посту председателя президентской Комиссии по правам человека сменил чиновник от науки советского времени Владимир Карташкин, а президент Ельцин издал 13 июня 1996 года Указ "О некоторых мерах государственной поддержки правозащитного движения в Российской Федерации". Этот Указ рекомендовал органам государственной власти субъектов Российской Федерации образовать комиссии по правам человека с функциями, аналогичными функциям Комиссии при президенте России - положение о Комиссиях было утверждено Президентом 18 октября 1996 года. Рекомендовано было включать в эти Комиссии лидеров неправительственных организаций. И вот работа закипела... Срочно было создано в России 30 комиссий, в некоторых регионах их возглавили главы администрации, в состав вошли члены администрации, но не правозащитники.

По мнению Московской хельсинкской группы (МХГ), государственные Комиссии призваны стать "мостиком" между общественными организациями каждого данного региона и его властями. Через эти Комиссии по правам человека общественные организации должны получить доступ к необходимой и ныне недоступной им информации, получать право посещать закрытые учреждения, такие, как тюрьмы, лагеря, делать запросы и т.д. Основное назначение этих Комиссий - составление ежегодного доклада о положении с правами человека в регионе, включая и местное законодательство, и состояние органов самоуправления и пр. МХГ, однако, отмечает в своих документах, что если власти какого-либо региона не соглашаются на создание действительно независимой Комиссии по правам человека, то МХГ рекомендует правозащитным организациям создать альтернативную общественную Комиссию. Такая Комиссия уже не будет иметь прав официальной Комиссии, но тем не менее будет составлять ежегодный доклад о положении в регионе с правами человека, и доклад этот, наряду с докладом официальной Комиссии, будет направлен президенту и в МХГ, которая обеспечит его распространение в средствах массовой информации и использует для составления сводного доклада. МХГ организовала Межрегиональный правозащитный центр во главе с со-председателем "Демократической России" и председателем Общественного комитета российских реформ Львом Пономаревым для координации всех видов помощи правозащитным организациям в регионах.

Многие правозащитники сомневаются в целесообразности своего участия в официальных Комиссиях. В статье "Раскол" приводится мнение председателя екатеринбургского "Мемориала" Анны Пастуховой:

- Я не верю в независимые правозащитные организации при ком-то. Если эти Комиссии губернаторы берут на полное довольствие, если они прикормлены, скажите, кому придет в голову перечить губернатору? Сотрудничать с ней, конечно, нужно, если она сама действительно этого хочет, но не подчиняться, при полной самостоятельности.

Виктор Орехов, капитан бывшего КГБ, помогавший диссидентам, считает:

- Такую Комиссию по правам человека, подчиненную власти, правозащитник создать не может, эту Комиссию может создать явный аппаратчик, прожженный чиновник по согласованию с компетентными органами.

В Москве я подробно говорил на эту тему с президентом Независимой психиатрической ассоциации Юрием Савенко. Он считает, что те правозащитники, которые стали придерживаться мнения, что правозащита - это политика и стали рассматривать все с позиций конкретной государственной власти, превратились в апологетов проправительственного толка. Это повторение феномена народовольца Льва Тихомирова, который, вернувшись с каторги, стал государственником.

Очень важной является инициатива МХГ по созданию Нового гражданского движения, оно начнет политическую реформу снизу для построения нормального гражданского общества. В этом движении есть три основные направления: 1) правозащитная деятельность, 2) создание свободных профсоюзов, 3) реформа местного самоуправления. Правозащитная деятельность должна обуздать произвол в центре и на местах, истинно свободные профсоюзы должны находить компромисс между работниками и работодателями. Надо изменить законы о местном самоуправлении, его права должны быть фундаментально расширены во всем, что касается контроля над местным бюджетом, милицией, здравоохранением, образованием. Этой деятельности должна быть оказана широкая моральная и материальная поддержка, и тогда она сможет изменить ситуацию в стране.

СИТУАЦИЯ С ПРАВАМИ ЧЕЛОВЕКА В КАЗАХСТАНЕ

Ситуация в Казахстане типична для многих постсоветских республик. Даже в таком "оазисе" демократии, как Кыргызстан, стала проявляться авторитарность, началось преследование журналистов, оппозиционеров, профсоюзов. В большей степени это характерно для Узбекистана, Туркменистана, Беларуси, Азербайджана, в меньшей степени для других республик. Поэтому мы здесь остановимся только на тех примерах, которые определяют состояние демократии, и на преградах к построению истинно гражданского общества.

Для того чтобы ограничить свободу слова и распространение независимых средств массовой информации, власти Казахстана весной этого года организовали так называемый тендер радио- и ТВ-частот. Из-за невозможности платить огромные деньги за эфир многие компании ("М", "Тотем", "Макс" и "Семейный канал") прекратили свои передачи. В марте 1997 года 17 уголовных дел были возбуждены против активистов за их участие в деятельности незарегистрированных общественных организаций, начались преследования со-председателя гражданского движения "Азамат" Петра Своика и президента Независимых профсоюзов Казахстана Леонида Соломина. Против последнего выдвинуто обвинение в нарушении так называемого "Закона о валютных операциях", хотя даже придирчивая бухгалтерская проверка не выявила никаких нарушений в расходовании средств, да и сам этот Закон давно признан антиконституционным. Власти вызывают для бесед практически всех лидеров местных независимых профсоюзов, следователи Комитета национальной безопасности запугивают допрашиваемых и допускают откровенные антисемитские высказывания в адрес Соломина.

Власти чинят препятствия проведению собраний оппозиционного координационного Комитета "Республика" и движения "Азамат" в Алматы, а также общественных организаций в провинции. Несанкционированные марши, демонстрации и пикеты грубо пресекаются. Только в июне были задержаны и провели 7-15 суток в заключении Юрий Винков, лидер "Рабочего движения" и Ирина Савостина, руководитель пенсионерской организации "Поколение" и другие. Генеральный прокурор республики Шуткин запугивает общественность. Он в своем мартовском заявлении отметил "участившиеся факты закрытых собраний общественных организаций с обсуждением антиконституционных вопросов".

Совершенно катастрофическая ситуация сложилась в тюрьмах Казахстана. Из-за того, что для большинства обвиняемых мерой пресечения является содержание под стражей, тюрьмы переполнены. Люди спят по очереди. Туберкулез и кожные заболевания стали нормой. Повсеместно применяются избиения и пытки. Только за январь-март 1997 года милиционеры убили или замучили до смерти 5 заключенных.

Бюро по правам человека и соблюдению законности в Алматы провело пресс-конференцию на эту тему и обратилось с открытым письмом к президенту Н.Назарбаеву. Кроме того, все эти факты попали в сводный доклад Бюро по соблюдению прав человека в Казахстане. Характерна реакция властей - заместитель председателя Президентской Комиссии по правам человека Бусурманов заявил по телевидению, что Казахстанско-Американское Бюро по правам человека и соблюдению законности занимается идеологической диверсией. Правда, вскоре глава администрации президента Абдукаримов прислал письмо в Бюро о том, что ни президент, ни его администрация не согласны с заявлением Бусурманова, который выражал свое личное мнение.

"Международная амнистия" считает, что число случаев туберкулеза на душу населения в тюрьмах в 40 раз больше, чем на душу общего населения. Отмечены десятки случаев каннибализма, спровоцированные голодом. Режим в тюрьмах и колониях, в том числе для несовершеннолетних, основан на принципе "кулака и дубинки", по образному выражению одного из надзирателей.

За последние годы Казахстан вышел на четвертое место в мире (после Китая, Нигерии и Саудовской Аравии) по количеству смертных казней. Общественность проводит кампанию по введению моратория на исполнение смертных приговоров в качестве первого шага на пути полной отмены института смертной казни.

СИТУАЦИЯ С ПРАВАМИ ЧЕЛОВЕКА В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

Поездка в Минск напоминала возвращение в "светлое" прошлое, когда все стороны жизни были строго регламентированы, а люди боялись встреч и даже бесед по телефону с иностранцами. Тем не менее нам удалось повидаться со многими активистами по правам человека и получить объективную информацию. Все единодушно отмечали значительное ухудшение ситуации по сравнению даже с прошлым годом: контроль властями всех секторов общественной жизни усилился. Президент Александр Лукашенко установил жесткий контроль электронных средств массовой информации. С этого года цензура распространена на сообщения западных журналистов, использующих государственное спутниковое оборудование. Аресты и незаконное задержание журналистов стали привычным делом. Парламентский процесс полностью подорван. Президентским указом создан двухпалатный Парламент, состоящий главным образом из сторонников президента. В Нижней палате представлено менее половины регионов, Верхняя палата вообще не избиралась, а назначалась.

Режим старается всячески подавить инакомыслие. 13 депутатов прошлого законно избранного Верховного Совета были незаконно лишены прав: их преследовали, штрафовали и даже арестовывали. Мирные демонстрации разгоняются, их участников постоянно избивают, арестовывают. В апреле 1997 года были избиты участники демонстрации журналистов в Минске, недавно были арестованы и до сих пор не выпущены сотрудники российских телевизионных станций. Аресты стали повседневным делом, ни одна демонстрация не обходится без десятков, а то и сотен арестованных.

Референдум 1996 года по проекту новой Конституции, значительно расширяющей президентскую власть, был проведен с такими нарушениями, что не может быть признан легитимным. Президент прямо или косвенно контролирует состав Конституционного суда, по его указу только он и новосозданная "Народная Ассамблея" могут определять соответствие законов Конституции страны. КГБ жестоко расправляется с оппозицией, особенно с активистами Белорусского народного фронта, подвергая опасности их жизнь и здоровье.

3 июня 1997 года Палата Представителей, являющаяся фактически "органом законодательной власти", приняла дополнения, которые придают легитимность печально известному Декрету президента #5 "О собраниях, митингах, уличных шествиях, демонстарции и пикетировании". На массовых собраниях люди с белорусской символикой подвергаются избиениям и арестам. Организатор акции протеста может быть лишен свободы сроком до 2-х лет, либо привлечен к исправительным работам на срок 1-2 года.

Министерство юстиции требует перерегистрации всех профсоюзных организаций, тогда как Закон предусматривает только регистрацию уставов. Все демонстрации новых профсоюзов признаются незаконными и грубо разгоняются. Обращения в суды и прокуратуру ничего не дают, ибо эти органы полностью подчинены властям. Зато милиция отличается жестокостью по отношению к демонстрантам, да и просто прохожим. Хочу процитировать здесь только одно из сотен писем, поступаемых в Белорусский хельсинкский комитет (БХК).

Депутат Верховного Совета 13-го созыва, 55-летний Валерий Щукин пишет:

"2 апреля 1997 года на улице Коммунистической я был избит милицией при исполнении профессиональных обязанностей журналиста. Вначале били по голове, а когда я упал под ударами, избивали ногами до потери сознания. После чего продержали в РОВД 5 часов, несмотря на предъявленные мною документы корреспондента и депутата Верховного Совета. Вместе со мной избили и доставили на одной машине журналистку Ирину Халип и ее отца Владимира. Они тоже были жестоко избиты".

Власти строго наказывают руководство вузов и преподавателей за участие студентов в демонстрациях и митингах.

Наблюдатели БХК на судебных процессах над участниками несанкционированных митингов и шествий отмечают, что часто лица, привлеченные к административной ответственности не только не могут ознакомиться с материалами дела, но и не знают, в чем они обвиняются. Обвиняемым отказывают в праве вызвать своих свидетелей, единственными свидетелями являются задержавшие их или просто дежурные по отделению работники милиции. На задержанных до суда оказывается давление, вынуждая их сознаться в том, чего они не совершали.

При этом вытравляется все белорусское, начиная от флага и кончая языком, и возрождаются типично тоталитарное правление и командная экономика. Да и чего ожидать, если в интервью германской газете "Хадельсблат" 23 ноября 1996 года президент Лукашенко сказал: "Ведь немецкий порядок формировался веками. При Гитлере это формирование достигло наивысшей точки. Это то, что соответствует нашему пониманию президентской республики и роли в ней президента. (...) Германия поднялась благодаря сильной власти, благодаря тому, что вся нация сумела консолидироваться и объединиться вокруг лидера".

Видимо, подражая Российской Думе и Московской Патриархии, Совет Министров Беларуси принял подготовленное с помощью Митрополита Филарета Постановление от 9 апреля 1997 года, которое подорвет свободу деятельности религиозных организаций всех конфессий. Вот только несколько пунктов из этого Постановления: исключить факты организованного обучения религии детей и взрослых, не допускать деятельности детских и молодежных лагерей, в которых проповедуются религиозные учения, осуществлять контроль за соблюдением установленного законодательством порядка использования религиозными организациями общественных зданий, помещений, спортивных сооружений, независимо от ведомственной их принадлежности и т.д.

В ограничениях свободы совести власти Беларуси обошлись без одобрения даже своего ручного "Парламента".

НОВЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ В ЕВРЕЙСКОЙ ЖИЗНИ И СОВРЕМЕННЫЙ АНТИСЕМИТИЗМ

Продолжая белорусскую тему, следует подчеркнуть, что власти всячески препятствуют развитию иудаизма в республике. Они отказывают в возвращении синагог и запрещают использовать здания школ и других образовательных учреждений под нужды религиозных общин. Затягивается регистрация новых иудейских религиозных общин. Например, Бобруйская ортодоксальная община более года не могла пройти перерегистрацию, а реформистская вновь получила отказ в первичной регистрации по причине "отсутствия собственного помещения для получения юридического адреса". Такое помещение было найдено: одна из женских организаций Бобруйска сама обратилась к реформистской общине с предложением предоставить свое помещение в аренду, но вето на аренду наложила городская администрация, представитель которой заявил буквально следующее: "Сдавайте в аренду свое помещение кому хотите, только не евреям". Указ президента Беларуси запрещает формальное объединение религиозных и светских общественных структур, вот почему сегодня белорусское объединение еврейских организаций и общин не имеет в своем составе ни Союза ортодоксальных иудейских общин, ни Ассоциации общин проогрессивного иудаизма, что противоречит национальным еврейским интересам.

В России, Беларуси, на Украине, в Казахстане и почти во всех других республиках множится число откровенно фашистских и антисемитских организаций и публикаций, которые не критикуются властями. Государственный антисемитизм сталинско-брежневского времени также не получил публичного осуждения со стороны современного руководства. В связи с этим даже среди ранее нейтральных кругов возник так называемый "конъюнктурный антисемитизм": огромному количеству людей просто никто еще не сказал, что быть антисемитом плохо. В империи, где народ был лишен самостоятельного мышления, такие глобальные вопросы всегда диктовались "сверху". Более того, в связи с Днем святого Гавриила Белостокского (единственного православного святого-ребенка) Белорусское государственное телевидение 27 июля 1997 года, эксплуатируя тему кровавого навета, прямо заявило, что иудей Шутко с ритуальными целями убил христианского младенца Гавриила (1690 г.). Власти отказываются от диалога с еврейской общественностью на эти темы.

Не получила завершения и история с поджогом дачи главного редактора минской еврейской газеты "Авив" Михаила Нордштейна и с появлением на дверях его квартиры свастики и знаков SS (1-2 января 1997 г.). Виновные, конечно же, как и всегда, не обнаружены, автор единственного репортажа об этом событии - корреспондент российского телеканала НТВ Александр Ступников - был, как известно, впоследствии выдворен из Беларуси.

В Минске совершенно открыто действует отряд баркашовского "Русского национального единства", продается откровенно фашистская газета "Завтра". Ответ на это президента Лукашенко дословно приведен в "Международной еврейской газете" (#10, 1997 г.): "Пожалуйста, распространяйте. Наш народ поумнел настолько за три года, что его уже не собъешь с пути".

Будучи во Львове, наша делегация посетила 26 июня 1997 года редакцию самой антисемитской и экстремистской газеты "За Вiльну Украiну" ("За свободную Украину"). Главный редактор Олег Пендеретский и его заместитель Богдан Пасечник, а также другие сотрудники - молодые люди от 25 до 40 - были бесстыдно откровенными в своем неприятии евреев и всего, что связано с иудаизмом. Я привожу здесь их мнение потому, что оно типично для многих старых и молодых антисемитов во многих регионах бывшего СССР, в том числе в Латвии. А поскольку отпор даже еврейских организаций часто еле слышен, так как многие их лидеры боятся поднимать эти проблемы или оглядываются на словоохотливые, но молчаливые в данном вопросе власти, то вся эта антисемитская мифология воспринимается массами как данность. Ведь в царской и советской империи было принято верить в магию печатного слова, полностью контролируемого властями.

Молодая редакция "За Вiльну Украiну" настаивала на следующих постулатах. Холокост, как явление, был выдуман евреями, чтобы получать германские репарации, максимальное количество погибших евреев - 500 тысяч человек, это меньше, чем потеряли во время войны другие народы. О том, что евреи уничтожались именно потому, что они евреи, - ни звука. Второе. Почти все работники советских карательных органов - евреи, которые с большим рвением репрессировали людей других национальностей, особенно после советского вторжения в Западную Украину, Бессарабию и Прибалтийские республики в 1939-40 гг. Наши собеседники сильно удивились, когда мы привели им цифры, что среди высланных в июне 1941 года из Львова 14 тысяч человек 12 тысяч были евреями, а среди работников НКВД в Риге евреи составляли 5%. Меня вообще-то поразило полное невежество этих антисемитов. И, наконец, они всячески отрицают роль местного населения и таких известных личностей, как Петлюра и Бандера, в пособничестве (а иногда и опережении) немцам в уничтожении евреев.

Фигурировали и прочие фальшивки: о всемирном еврейском заговоре, о протоколах Сионских мудрецов и об их публикации в газете как исторического правдивого материала, о невиновности Демьянюка, об еврейском характере всех средств массовой информации, о том, что украинская деревня ассоциируется с евреем-корчмарем, и т.д. Редакция отстаивала правомерность использования слова "жид" как украинского синонима слова "еврей", хотя это и не так. Кстати, такая же дискуссия велась в Риге, и руководство еврейскими организациями города во главе с Григорием Крупниковым поддержало правомерность использования этого оскорбительного для еврейского народа слова.

Не думаю, что нам удалось поколебать сотрудников редакции, но мы еще раз поняли - любой ультранационализм и экстремизм в сочетании с историческим невежеством и вседозволенностью могут спровоцировать любой межнациональный и межрелигиозный конфликт. В Риге этими же тремя вопросами (правда о Холокосте и о роли местного населения в уничтожении евреев, правда о "засилье" евреев в советском НКВД-КГБ и их роли в революции) оперируют ярые антисемиты и даже рядовые обыватели.

Во многих республиках бывшего Советского Союза существуют большие трудности с возвращением еврейской общинной и культовой собственности. В Тбилиси мэрия даже денонсировала свое и Арбитражного суда прежнее решение о передаче здания бывшей ашкиназской синагоги XIX века еврейской общине в угоду местным националистам, а находящийся в здании синагоги театр организовал даже голодовку против возвращения здания и спровоцировал беспрецедентную клеветническую кампанию в прессе (по 1-му каналу местного ТВ в программе "Алиони" 23 июня 1997 года было сказано, что евреями руководят криминальные элементы). Такая же ситуация в Баку и Витебске (тоже театры), во Львове, Черновцах, Москве, Екатеринбурге и многих других центрах.

По-прежнему антисемитизм остается единственным, что было реально приватизировано и номенклатурой, и ультранационалистами, и толпой. Ни исполнительная, ни законодательная, ни судебная власти не реагируют должным образом на это позорное явление. Евреи стараются противопоставить этому создание еврейских общин в городах с тем, чтобы возвратить ассимилированные еврейские массы к своим корням, чтобы повысить национальное самосознание и наладить еврейское образование, чтобы действовать и бороться сообща.

Хорошим примером является недавнее создание в Москве Еврейского общинного дома под руководством Ирины Щербань. Дом представляет московских евреев в диалоге с местными властями. Он издает газету, организует изучение иврита, имеет массу социальных и культурных программ, поддерживает молодежные и женские клубы, имеет хорошую библиотеку, укрепляет связи с Израилем. Этот Общинный центр нуждается в помощи и поддержке. Такие же центры работают в Петербурге и Нальчике, Екатеринбурге и Самаре.

Для евреев, которые по каким-либо причинам еще не уехали, эти общины помогают выжить в нелегких условиях на всем постсоветском пространстве, а наша задача - всецело помочь им в этом. Для этого Объединение Комитетов имеет программу "Рука к Руке", по которой американские синагоги и светские еврейские организации помогают синагогам, общинам, организациям и отдельным людям в бывшем СССР в восстановлении еврейской жизни.

Мы провели две конференции российских, украинских и американских партнеров этой программы в Москве и Львове, такие контакты и совместная работа осуществляются в 60 городах бывшего СССР. Это взаимодействие стимулирует духовное обогащение и высокую мораль участников по обе стороны океана. Евреи на всем постсоветском пространстве нуждаются в нас! 


Содержание номера Архив Главная страница