Содержание номера Архив Главная страница

Рафаил КАШЛИНСКИЙ (Балтимор)

ВОЗМОЖЕН ЛИ ВОЕННЫЙ МЯТЯЖ В РОССИИ?

30 июня в Большом Кремлевском Дворце состоялся торжественный прием выпускников военных академий 1997 года. Посмотреть на новое пополнение российского офицерского корпуса пришло практически все руководство страны за исключением лишь президента Бориса Ельцина. Его приветствие вчерашним курсантам огласил секретарь Совета Обороны России Юрий Батурин. Напутственные речи произнесли также премьер-министр Виктор Черномырдин и все руководители так называемых силовых министерств и ведомств России.

Премьер Черномырдин заверил молодых офицеров, что в августе бюджет выплатит армии всю огромную задолженность перед ней. Это заявление по замыслу российского правительства должно было успокоить доведенную до крайностей армию.

Повсеместная криминализация российского общества, отсутствие социальных гарантий у офицеров, систематические задержки с выплатами им денежного довольствия и компенсаций на питание ведут к частым случаям самоубийств среди офицеров (в 1996 году покончили с собой более 500 российских офицеров); к массовым хищениям продуктов из солдатских пайков, что приводет к случаям голодной смерти солдат (такие факты имели, в частности, место на Тихоокеанском флоте, в учебной части флота на острове Русском); к массовому принуждению солдат к воровству и нищенству. Доведенные до отчаяния солдаты выражают свой протест в ужасных формах: устраивают драки между собой с применением оружия (в 1996 году в таких драках погибло более 3000 человек), а также нападают с оружием в руках на предприятия и граждан (особенно в отдаленных поселениях).

Командующий 58-й армией, размещенной на Северном Кавказе, генерал-лейтенант Геннадий Трошев заявил в своем интервью "Московским новостям" (#25): "В воинских частях и гарнизонах - тотальное безденежье. Офицеры распродали свои пожитки и все равно по уши в долгах... В офицерских семьях голод".

Когда против такого положения в армии выступили министр обороны Родионов и его первый заместитель - начальник Российского Генштаба Колесников, то оба были немедленно отправлены в отставку. И тогда с обращением к Верховному Главнокомандующему - президенту России и к офицерскому корпусу российской армии обратился любимец армии, председатель комитета Государственной Думы по обороне генерал Рохлин. Рохлина не только любят и уважают в армейских кругах, но с ним серьезно считаются и во всех политических структурах. Он член Политического совета проельцинского движения "Наш дом - Россия" (во время парламентских выборов Рохлин был третьим по списку этого Движения). Считается, что теперешний министр обороны России Игорь Сергеев получил свой пост, опираясь на содействие Рохлина. И вот теперь Лев Рохлин делает заявление, которое другой член Политсовета НДР - вице-спикер Госдумы Александр Шохин назвал "мятежом".

В связи с этим возникает вопрос: возможен ли в действительности мятеж в изнуренной бедами Российской армии?

У России исторический опыт военных мятежей не слишком велик. Первое крупное восстание профессиональных воинских частей - это Стрелецкий бунт, жестоко подавленный Петром I. При наследниках Петра I восставали или принимали участие в акциях неповиновения отдельные привилегированные гвардейские части. Классический пример: восстание декабристов, поднявших на бунт подчиненные им воинские команды. В дальнейшем воинские мятежи в царской России никогда практически не превышали уровень отдельной части или боевого судна.

В первом десятилетии этого века несколько раз поднимали мятеж гарнизоны российских крепостей в Финляндии (Свеаборг, Або), а также прошла череда восстаний флотских экипажей (восстание в Очакове под руководством лейтенанта Шмидта, мятеж на броненосце "Потемкин"). В 1917 году вышел из подчинения Временному правительству крейсер "Аврора".

В советское время серьезным военным выступлением был Кронштадтский мятеж, поднятый гарнизоном крупнейшей военно-морской базы и подавленный верными большевикам частями во главе с делегатами Х съезда РКП(б). После этого имели место редкие случаи вспышек мятежа на военных кораблях. Самый известный из этих случаев - это попытка первого помощника капитана ракетного фрегата "Сторожевой" Саблина увести свой корабль из Рижской базы в Швецию. Уже в шведских водах (у острова Готланд) корабль Саблина был перехвачен Балтфлотом и возвращен в Ригу. Саблин и 26 матросов были расстреляны.

Таким образом, история ни прошлых веков, ни новейшего времени не имеет сколь-либо серьезных традиций мятежей и бунтов в российской армии. Она, по существу, никогда и не выступала в роли силы, диктующей свои условия существующей власти.

Тем не менее, очевидно, следует признать, что в современных, исключительно трудных условиях, в которых оказалась российская армия, волнения и акции неповиновения, вероятно, возможны. Во-первых, наиболее опасны с точки зрения потенциальных мятежей отдаленные гарнизоны (их тяжело контролировать), а также (и даже с большей вероятностью) современные военные корабли, такие, как атомные подлодки, ракетные крейсера (типа "Киров", "Кара", "Крест"), эсминцы и фрегаты (типа "Современный", "Неустрашимый", "Удалой").

Возглавить мятеж могут в первую очередь молодые перспективные офицеры - недавние выпускники военных академий и получившие опыт боевых операций в Чечне, через которую в порядке ротации прокрутили большую часть офицерского корпуса России.

Солдаты никогда не смогут, видимо, возглавить сколь-либо серьезные акции неповиновения, ибо советский, а теперь российский солдат - человек неопытный в свои 18-20 лет, уставший от тяжелой службы и забитый прапорщиками и сержантами. Среди солдатской массы едва ли возможно появление нового Спартака.

Вряд ли способны возглавить мятеж и офицеры с двумя просветами на погонах. Таким людям обычно уже порядком за тридцать. Они уже чего-то добились - для этого много лет выслуживались перед начальством. Их мечты - о даче и списанном гарнизонном "уазике" по цене металлолома. Таких большинство. Задержанную зарплату они компенсируют мелкой торговлей (продовольствием из солдатского довольствия, зачастую и оружием) и приусадебным участком, куда на работу гонят тех же солдат. Жена, конечно, ругается за нехватки, но явно никуда не денется (ей уже тоже немало лет, и перспектива самостоятельной жизни - нуль). Такие люди явно не годятся в новые декабристы. Да за ними никто и не пойдет: сразу вспомнят и пьянки с комдивом, и "принудработу" солдат и мелкое воровство.

Совсем другое дело - молодой капитан или "старлей": он вырос и получил образование уже не в СССР, а в совсем другой стране. Это очень важно в психологическом плане. У него авторитет "чеченца" и "своего парня". Уже полгода и более он не получал зарплату, а у него красавица-жена 20-25 лет, на которую в городе заглядываются владельцы особняков и роскошных мерседесов. Он уже закончил военную академию или училище в числе лучших и имеет прекрасную военную профессию (офицер ВДВ, летчик или ракетчик). Ему не нужна плохонькая дача или списанный "уазик", а нужны сейчас деньги, чтобы не было стыдно перед женой и самим собой (таким смелым, сильным и красивым!), а в перспективе - карьера.

Самый потенциально опасный случай мятежа в сегодняшней России - это захват мятежниками базы стратегической авиации со складами боеприпасов, включая бомбы с ядерными боеголовками. Зарплату летчикам стратегической авиации не платят очень давно. Нет денег и на авиационный бензин, поэтому летчики успели забыть, что такое тренировочные полеты. Целые города, например, в Мурманской области и Республике Карелия, которые образовывались вокруг военных баз, теперь полностью выбиты из нормальной жизни, и в них нельзя найти никакой работы. Абсолютно никакой, ибо ничего, кроме подсобных заводиков и структур для обслуживания нужд военной базы, в этой тайге отродясь не бывало. Сегодня все это тихо умирает или уже умерло.

Отсюда наиболее вероятный сценарий мятежа в российской армии - это захват стратегической авиации молодым и образованным младшим офицером или офицером ВДВ во главе батальона тренированных солдат. Лидер мятежа, естественно, не поведет свой батальон "на Москву". Он просто захватит базу и потребует выкуп, сопроводив свое требование более-менее подходящими политическими лозунгами.

С ним придется вести серьезные переговоры, которые будут сопровождаться разноречивыми криками средств массовой информации как в России, так и за ее рубежами. В конце концов, скорее всего, спецназ ГРУ или спецподразделение Генштаба, натасканные на устранение таких "эпизодов", разгромят мятежников и убьют их лидера.

Спецназу ГРУ требуется всего около 15 минут на полную ликвидацию такого мятежа - это штатная ситуация, которая постоянно отрабатывается на учениях. Единственная задержка - это время на доставку группы спецназа к месту мятежа.

Возможен, однако, вариант, когда в дело вмешается кто-то из популярных генералов, не находящихся в данное время на действительной службе. Это может быть генерал Лебедь или генерал Рохлин (другие фигуры, типа Макашова, Варенникова или Руцкого, менее вероятны). Политические последствия локального мятежа в этом случае могут стать катастрофическими для нынешних властных структур в России.


Содержание номера Архив Главная страница