Содержание Архив Главная страница

Дж. МОЛДАВАНОВ (Лондон)

ДЖОНАТАН САКС: ПОЛИТИКА НАДЕЖДЫ

    Главного раввина Великобритании Джонатана Сакса не нужно представлять
в Соединенном Королевстве: он здесь видная общественная фигура.
Выход в свет его книги "Политика надежды" произвел весьма сильное
впечатление на британцев и вскрыл еще одну грань этого религиозного
лидера.
    Сакс предстает в своей книге как блистательный стилист. Его литературное
дарование настолько бросается в глаза, что автор одной из рецензий
прямо советует раввину немедленно сменить профессию и отдать
все свои силы писательству. 
    Среди мастеров английской прозы и в прошлом встречались служители
культа. Один из них - знаменитый кардинал Джон Ньюман (1810-1890),
которого католическая церковь недавно чуть было не провозгласила
святым. Писатель Ивлин Во уверенно называл Ньюмана в числе первых
трех стилистов всей английской литературы. Но времена меняются,
и в сегодняшней Англии литературными лаврами увенчан не католик,
а еврей.
    Между тем художественность изложения - последнее, что имел в
виду Джонатан Сакс, берясь за перо. Его тема - нравственная проповедь
и поиск объединяющих ценностей в многонациональном обществе.
Семь лет назад, как раз после вступления в должность главного
раввина страны, он, получив от BBC приглашение прочитать цикл
радиолекций, веско и убедительно сформулировал свои представления
о современном обществе. Главная идея Сакса состояла в том, что
общинная структура сегодняшних развитых стран - не аномалия,
а норма, за которой - будущее. Эту норму нужно всячески поддерживать
и развивать. Государству, разумеется, нужен общенациональный
язык не в меньшей мере, чем правительство, - но язык этот не
должен вытеснять язык общин. Каждая община тем в большей мере
будет полноценной составляющей всего общества, чем полнее и свободнее
сумеет она реализовать внутри себя свои культурные, религиозные
и этнические запросы. Она должна иметь свое культурное ядро,
тесно связанное с национальным языком, всегда выражающим национальный
характер, в то время как общество в целом должно, так сказать,
сосредоточиться на несомненном и выработать единые духовные ценности.
    Книгу "Политика надежды" Сакс начинает спором с бывшим британским
премьер-министром Маргарет Тэтчер. Железная леди сказала в свое
время: "Общество - вздор, его просто не существует. Существуют
индивидуальности: мужчины и женщины. И существуют семьи". 
    Понятно, что Сакс не возражает против последней реплики; в ортодоксальном
иудаизме имеется древнее изречение, ставящее семью выше синагоги.
Главная мишень раввина - атомизация общества, отменяющая (как
видно из слов Тэтчер) самое понятие общества. Человек, по мысли
Сакса, не может и не должен быть один. А если так, если общество
- первостепенная ценность в нашей жизни, то слова "я хочу" должны
идти с отставанием по фазе от слов "я обязан". 
    Иначе говоря, раввин повторяет марксистское изречение "свобода
есть осознанная необходимость" - или, если угодно, предсмертные
слова Сахарова о том, что свобода подразумевает ответственность.
Здесь еврейский мыслитель перекидывает мост к европейской философии,
на разные лады твердящей (во всяком случае, со времен Аристотеля)
о самоограничении и разумном эгоизме. Но та же мысль присутствует
и в иудаизме. Несколько неожиданно, что такой несомненный эрудит
как Сакс не вспоминает в связи с этим знаменитые слова Галилея:

    "Кто позаботится обо мне, если не я сам? Но если я буду заботиться
только о себе, то что я такое?" 
    Впрочем, Сакс потому, вероятно, и опускает эту цитату, что она
кажется ему общеизвестной.
    Однако в одном Сакс круто расходится с давней европейской традицией.
Некогда мыслитель и историк Никколо Макиавелли (1469-1527) провозгласил,
что власть имущие свободны от обычной человеческой нравственности:
их преступления, совершенные во имя подданых, искупаются благоденствием
подданых. Эта мысль произвела столь глубокое впечатление на европейскую
политику, что, даже будучи многократно и решительно отвергнута
последующими философами, она на деле жива до сих пор. С нею и
сражается Сакс. Он считает, что правительства вернут себе народное
доверие, а значит - и подлинную власть, как только нравственные
обязательства обывателя станут и обязательствами политика. Стало
быть, раввин выступает за более сильные правительства, способные
противостоять разложению общества. 
    Здесь мы не можем не вспомнить небезызвестные сильные режимы
ХХ века, чудовищные монолиты, практически победившие преступность,
но зато и практически задушившие свободу, а с нею - и общество.
В нацистской Германии и советской России лекарство оказалось
страшнее болезни. Не к этому ли зовет нас Сакс? И не от этого
ли спасает нас индивидуализм?
    Но индивидуализм все равно не выход, - возражает на это раввин.
- Разве не очевидно, что он завел нас в тупик? И, конечно, не
тоталитарные режимы привлекают еврейского лидера. Рецепт в его
книге не назван прямо, но он угадывается... да, собственно говоря,
был ясен изначально. Для религиозного вождя это может стоять
только в увеличении роли религии в нашей жизни. Но любопытно
то, в каких словах Сакс подводит нас к этому неизбежному выводу.
Ключевые слова тут - иудео-христианские ценности, а пояснительное
слово - просвещение. 
    В переводе это может означать следующее: во-первых, главный ортодоксальный
раввин Великобритании осторожно дает понять, что иудаизм если
не вовсе зашел в тупик, то во всяком случае нуждается в некотором
обновлении на основе идей современной цивилизации; во-вторых,
что евреи как жили, так и должны жить среди христианских народов
- к обоюдной (материальной и культурной) выгоде сторон. Иначе
говоря, к Израилю и сионизму сердцевина британской общины относится
по-прежнему, а к современности - чуть-чуть иначе. Сакс прилагает
специальные усилия к тому, чтобы не выглядеть теократом и моралистом.
    Но даже если вывод, к которому нас подводит автор, покажется
вам неудовлетворительным или мелким, критическую часть книги
мы все же признаем превосходной. Она написана с удивительным
умом и блеском, и она заставляет нас думать - чем и оправдывает
свое название: ведь только живая, плодотворная мысль и способна
принести нам сегодня некоторую надежду.
Содержание Архив Главная страница