Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 14(351) 7 июля 2004 г.

ПАМЯТИ РОНАЛЬДА РЕЙГАНА

Виктор ВОЛЬСКИЙ (Вирджиния)

Прощай, Рейган!

Рональд Рейган

Америка проводила в последний путь 40-го президента Соединенных Штатов Рональда Уилсона Рейгана. Мало кто ожидал, что кончина Рейгана вызовет такой всплеск эмоций. В конце концов, он прожил долгую жизнь — ни много, ни мало 93 года, да к тому же в последние годы разум у истерзанного болезнью Альцгеймера экс-президента практически угас. Почему же смерть этого давно сошедшего со сцены и казалось бы забытого политического деятеля стала событием первостепенной важности?

Чтобы ответить на этот вопрос, вспомним, какую страну унаследовал почти 24 года назад Рональд Рейган, когда он, невзирая на все старания враждебной прессы, легко победил на выборах нелепого растяпу Джимми Картера и стал президентом США. Америка билась в тисках острого кризиса: двузначные показатели инфляции, безработицы и ставок ссудного процента, длинные очереди за бензином, полный упадок общественного духа — Картер без обиняков объявил, что страна «больна». Подразумевалось, что американский народ, увы, не оправдал доверие своего президента. Не лучше обстояли дела и на международной арене. В Иране томилось пять десятков американских заложников. Брежнев, нацеловавшись с Картером на венском саммите, утер рот и направил войска в Афганистан к ужасу американского президента, воспринявшего такой бессердечный поступок почти как супружескую измену (мы так вам верили, товарищ Брежнев!) В печати и в академических кругах шли серьезные разговоры о том, что, мол, американский век клонится к закату, и ничего тут не поделаешь (совсем как сегодня в Европе перед девятым валом исламофашизма).

И вдруг пришел Рейган, и всё изменилось, как по мановению волшебной палочки. Первым своим указом новый президент отпустил цены на нефть вопреки крикам о неминуемой катастрофе, стодолларовом барреле и других признаках неминуемого конца света. Нефть сначала действительно подорожала, но не успели кассандры как следует порадоваться своей мудрости, как цены стремительно покатились вниз. Очереди на заправочных станциях исчезли, бензина стало вволю. Последовала целая серия чрезвычайно дерзких инициатив — резкое упрощение налоговой системы при сокращении наивысших ставок подоходного налога с 70% до 28%, обуздание инфляции, разгон профсоюза авиадиспетчеров, забастовавшего вопреки закону. Трепещущие от ужаса тегеранские муллы немедленно освободили американских заложников. Рейган отверг стратегию сдерживания, которая позволила Советскому Союзу захватить полмира, и принял доктрину активного отката коммунизма. В Европе были размещены ракеты средней дальности «Першинг» — несмотря на многомиллионные демонстрации протеста против американского (но почему-то не советского) атома. Действительно, организовано было внушительно, КГБ воочию доказал, что не зря ест народный хлеб…

Результаты не замедлили сказаться. После короткого хозяйственного спада, вызванного жесткой антиинфляционной политикой, Америка воспряла, начался долгий экономический бум, «рейганомика» — т.е. классический либерализм по модели Адама Смита — стала господствующим направлением всемирной экономической мысли. В двух коротких войнах — американском вторжении на Гренаду и израильской операции в Ливане — было наглядно продемонстрировано превосходство западной военной техники над советской. А решающий удар был нанесен «Звездными войнами» — и отнюдь не потому, что кремлевские старцы были напуганы голливудскими страшилками Лукаса, как уверяют ныне некоторые российские журналисты, а потому что советские руководители свято верили, что Америка, если захочет, всё сможет. Да к тому же советские военные разработки показывали, что противоракетная оборона в принципе технически возможна, хотя Москве и не по зубам. И не надо думать, что Рейгану эта «противоракетная крыша над Америкой» пригрезилась, потому что он, дескать, привык «мочить» злодеев на экране. Он задолго до прихода в Белый Дом пришел к выводу, что Советский Союз — колосс на глиняных ногах, который можно разгромить без выстрела чисто экономическими средствами, попросту говоря — разорить. О том, что Советский Союз обречен, он открыто заявил — под дружный хохот интеллектуалов — ещё в самом начале своего президентства.

Не обращая внимания на насмешки «знатоков», уверенно предрекавших, что противостояние двух систем будет длиться столетиями и что свободному рынку придется очень туго в экономическом состязании с командно-административной системой, Рейган повел планомерное наступление на Советский Союз. Под его нажимом Саудовская Аравия и Южная Африка резко увеличили добычу нефти и золота, сбив цены на эти главные статьи советского экспорта (по расчетам, Советский Союз из-за этого недосчитался в 80-х годах 200 миллиардов долларов, на которые можно было еще долго закупать хлеб в Америке, оттягивая конец обанкротившейся системы). Рейган поднял ставки в афганской войне, очистив небо от советской авиации «Стингерами», спас Сальвадор и Никарагуа от коммунистической угрозы, невзирая на истерическое сопротивление в Конгрессе и прессе. А когда Горбачев попробовал его шантажировать, прервав переговоры о сокращении вооружений, Рейган спокойно сказал своим чуть не плачущим от ужаса советникам: «Не волнуйтесь, он вернется, никуда не денется». Когда же Горбачев капитулировал и вернулся на переговоры, Рейган стал всячески преувеличивать заслуги Горби, возносить его до небес. Кстати, на столе у Рейгана в Овальном кабинете Белого Дома стояла табличка с изречением «Нет предела возможного для того, кто готов делиться славой».

Не стоит обольщаться теплыми словами, которые сквозь зубы цедит большая печать над гробом Рейгана. Левые интеллектуалы (а других в природе не существует) всегда люто его ненавидели и продолжают ненавидеть. Попытки свергнуть его с пьедестала (вернее, не пустить на пьедестал) начались с первых же дней появления Рэйгана на большой политической сцене. По страницам газет и журналов принялся гулять карикатурный образ Рейгана — полоумного ковбоя, у которого палец пляшет на атомном курке, второразрядного актера (на это почему-то особенно напирают его недруги, как будто, будь он киноактером более высокого класса, это прибавило бы ему политического ума-разума), деревенского дурачка, который мирно дремлет на заседаниях кабинета, не понимая толком, что вокруг него творится. «Благодушный простофиля», — таков был приговор Рейгану, вынесенный вашингтонским бомондом. (Спасибо, что хоть благодушный!) Так он и проспал свои два срока в Белом Доме, ничего не соображая, пока Горбачев не поднатужился и не совершил в одиночку революцию в международной политике, американская экономика совершила небывалый рывок вперед, престиж Америки поднялся до небес, а коммунизм рухнул в грязь. И всё, как нам объясняют, произошло само собой. Но вёдра сами ходят по воду только в сказке, в жизни кто-то должен их носить.

Прошли годы с тех пор, как Рейган покинул Белый Дом и навсегда уехал на свое калифорнийское ранчо. Сменилось целое поколение. Историю пишут сначала журналисты, а потом — в более далёкой перспективе — историки. За дальностью лет события отстоялись, пропагандистская муть осела на дно, и великие свершения Рейгана стали настолько очевидны, что никто уже не берется их отрицать. И с каждым годом он всё выше и выше поднимается в иерархии американских и мировых государственных деятелей. Его калибр настолько неоспорим, что при всём старании его врагам никак не удаётся умалить заслуги 40-го президента. Пришлось им выстраивать версию, которую они без устали раздували на протяжении всей рейгановской поминальной недели. Дескать, Рейган был просто большой везун. Он пришел в Белый Дом в тот момент, когда системный кризис коммунистического строя достиг пика, и всё что от него потребовалось, это ничего не делать. Что он и делал (т.е. не делал). Он вообще был какой-то тефлоновый, никакая грязь к нему не липла. Но главное в том, что он был очень обаятельный человек, оптимист, с солнечной улыбкой, которого американский народ слушал, развесив уши. Вот всё у него и получалось само по себе, вернее, помимо него. Как где кризис, стоит ему улыбнуться, и тут же лев укладывается рядом с агнцем. (Надо полагать, будь он кинозвездой покрупнее, выходило бы ещё лучше. А вообще как-то не вяжется — плохой актер, и такое всесокрушающее обаяние, такое мастерство убеждения!)

Вот это-то и жжет наших интеллектуалов, которые ни за что не желают понять, что лидерские качества никак не связаны с академическими степенями и умением жонглировать пудовой постмодернистской терминологией. Рейган был антиподом стереотипного политика левой закваски: он не предавался пустой болтовне, не считал, что слово заменяет дело, не заискивал перед прессой, не рассказывал всякому встречному и поперечному, какой он умный и знающий, и как упорно он трудится на благо американского народа. Истинное мерило лидера — знать свой уровень, понимать, где нужно вмешаться, а где — положиться на помощников. Бездарный Картер совал свой нос во все мелочи, лично составлял расписание пользования теннисным кортом Белого Дома. А у Рейгана было несколько простых глобальных идей, которые он без излишней рефлексии неуклонно проводил в жизнь. Рассказывают, что когда новый кабинет собрался после инаугурации Рейгана на свое первое заседание, президент внезапно возник в дверях и сказал: «Господа, мне омерзительны инфляция, высокие налоги и коммунизм. Вам поручается найти способы покончить с ними». И ушел. И, кажется, даже не улыбнулся солнечной улыбкой.

Впрочем, как выяснилось, он был чрезвычайно глубоким, начитанным и мыслящим человеком. Прочтите его речь в поддержку Голдуотера, которая в 1964 году выдвинула Рейгана на политическую авансцену. Прочтите недавно изданный сборник текстов его радиовыступлений 60-х годов (все до одного написаны им собственноручно), и сразу станет ясно, насколько не соответствует действительности образ Рейгана, старательно распространяемый его врагами. Главная его непростительная вина в их глазах в том, что всё у него горело в руках, а у них, таких умных и талантливых, таких знающих и красноречивых, всё из рук валится. Что же, пусть пытаются расклевать наследие великого человека, пусть тявкают у ног гиганта… Собаки лают, а караван идет.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 14(351) 7 июля 2004 г.

[an error occurred while processing this directive]