Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 14(351) 7 июля 2004 г.

ВЗГЛЯД ИЗ МОСКВЫ

Сергей БАЙМУХАМЕТОВ (Москва)

Нападение на Ингушетию

98 убитых — итог нападения неизвестных боевиков на город Назрань, другие населенные пункты и пограничные посты в Ингушетии в ночь с 21 на 22 июня. Целенаправленно расстреливали военных, руководителей и сотрудников правоохранительных органов. В их числе — исполняющий обязанности министра внутренних дел, его заместитель, прокурор Назрани и два его заместителя, прокурор Назранского района, 30 милиционеров, 10 сотрудников ФСБ, 19 военных и 7 пограничников… В Назрани шел самый настоящий бой, горели здания, а 503 полк мотопехоты, расположенный в 20 километрах от города, выехал только в 4 часа утра. Говорят, был блокирован группой неизвестных в 15-20 человек и защищал, по сути, сам себя… Возможно ли такое, почему не вывели бронетехнику, неужто испугались гранатометов — кто знает и кто нам не скажет… Никто не скажет, потому что это хуже позора. С 11 часов вчера до 4 часов утра город был практически в распоряжении боевиков, и никто ничего не смог сделать.

Я пишу: неизвестные боевики, потому что эти люди пришли и ушли, как призраки. Конечно, потом начались облавы, аресты, тут же представители спецслужб стали говорить, что задержали столько-то человек и получили признательные показания, что эта группа подчиняется чеченскому полевому командиру Доку Умарову и так далее. Всегда они всё знают, вплоть до того, сколько долларов получил тот или иной полевой командир от иностранных заказчиков, вот только боевики ходят у них под носом, вот только поймать Шамиля Басаева на территории с пятачок не могут уже десять лет…

Ингушетия во времена президентства Руслана Аушева старалась максимально отстраниться от участия в событиях на Северном Кавказе. Этой позицией Аушева всегда были недовольны генералы министерства обороны и спецслужб. Руслана Аушева сменил другой президент, офицер ФСБ Мурад Зязиков. Но и при нем Ингушетия продолжала прежнюю политику. Единственной уступкой федеральным властям было упразднение лагерей чеченских беженцев.

Теперь нейтралитет нарушен и разрушен. Ингушетию наводнят войска и различные спецслужбы, которых и так здесь немало. Далее последуют конфликты, стычки, провокации, которых и сейчас предостаточно. В этой страшной и гнусной круговерти давно уже никто не разберет, кто есть кто, что за люди в камуфляже барражируют по дорогам Чечни, Ингушетии и уводят ночами людей без следа и без возврата… Накануне кровавых событий ингушские женщины перекрывали трассу Ростов — Баку, требуя вернуть их родственников, увезенных неизвестными в масках и в камуфляже. Получив, как всегда, обещание «разобраться», разошлись по домам, пригрозив в понедельник снова выйти на дорогу. В понедельник вечером и произошло нападение на Назрань…

Кровавая каша в Ингушетии выгодна и чеченским боевикам, и «ястребам» в федеральной власти. И те, и другие хотят расширить плацдарм своих действий.

 

Футбольный феномен России

Выступление нашей сборной на прошедшем чемпионате Европы выглядит особенно бесславным на фоне фантастического успеха Греции, о футболе которой мы всегда говорили со снисходительной улыбкой… А ведь улыбаться давно уже нет и не было никаких оснований. За двенадцать лет на международной арене сборная России ни разу не преодолевала групповые турниры мировых и европейских финалов.

Не могу и не хочу упрекать наших футболистов. Думаю, они старались, как могли. Вопрос в другом: почему не смогли? В 1988 году сборная Советского Союза на чемпионате Европы была грозой для всех. 15 лет спустя сборная России — чуть ли не мальчики для битья… А ведь в те времена мы были недовольны выступлениями сборной СССР. В годы перестройки и гласности все без исключения говорили: вот когда футбол станет бизнесом, когда люди будут получать, как на Западе — тогда другое дело… Бизнес есть, деньги есть, а успехов — нет. И уже в течение двенадцати лет другой спортивной жизни.

Сергей Чернов

То же самое и в баскетболе, к примеру. Вот мнение Сергея Чернова, президента Российской федерации баскетбола: «Кто-то мне говорит, что нет мотивации. Но ни в одной федерации в Европе не платят большие премиальные игрокам за выступление в сборной. Что однако не мешает тем же югославским звездам Бодироге, Дивацу биться до крови… Перед чемпионатом мира говорю: «Кто не хочет биться за сборную, уезжайте. Мы всё поймем, и никоим образом не будем наказывать ни вас, ни ваши клубы». Все отвечают: «Мы будем биться». А во время матчей нашей сборной хочется бежать из зала от стыда».

То есть реальные деньги платят в клубе. И потому в сборной ломаться никто не хочет… Во всём мире никто не позволит себе играть за сборную спустя рукава. А у нас, выходит, можно?

Однако ведь и в клубах наши футболисты выступают без особого успеха. Значит, причины в чём-то еще?

Смотрел я как-то в компании матч чемпионата Италии. Битва титанов, 90 минут в самом бешеном темпе, стык в стык. И мой ровесник, человек, не интересующийся футболом, вдруг сказал: «Вот вы говорите, что каждый из них — миллионер… Но тогда непонятно, чего ради они бьются в кость?»

Вот это уже близко! Ведь многие из нас думают: был бы у меня миллион — бросил бы всё и лежал на печке, чего ради еще упираться? А если нет его, миллиона, то тем более нечего стараться, всё равно ничего не получится.

Зарплаты футболистов в клубах нашей высшей лиги такие, что рядовому российскому обывателю за жизнь столько не заработать, сколько они зарабатывают за год… То есть наши ребята, как и взрослые, от добра добра не ищут?.. Но ведь это наша психология — взрослых, усталых людей. А они же молодые, неужели азарта нет? У мультимиллионеров зиданов, роналдо и прочих бэкхэмов азарт есть, а у российских нет?

Наверно, всё это вопросы почти без ответа. Во всяком случае, немедленного и исчерпывающего. Но задаваться ими, на мой взгляд, надо. Возможно, речь не только о футболе, а о психологии и социальном поведении современного российского человека вообще.

Потому что иных объяснений не видно.

 

Рекорд Фемиды

Двадцатилетнего московского студента Александра Белкова обвиняют в …нападении на заместителя руководителя аппарата фракции «Единство» в Государственной думе Алексея Гришковца. Какое нападение, с какой целью, почему и откуда возникло словосочетание «разбойное нападение» — никто не знает. Потому что процесс был закрытым. Но даже при нашей юстиции невозможно найти основания для закрытия процесса об обыкновенном нападении. Однако ж — закрыли. И к этому, к закрытым процессам, мы уже привыкли. Но Измайловский суд Москвы и судья Елена Ванина установили абсолютный рекорд Фемиды. Они и оглашение приговора провели в закрытом режиме. То есть зачитали приговор подсудимому, можно сказать, с глазу на глаз, объявили ему пять лет общего режима — и в автозак!

Родители Александра Белкова выходят из зала суда

Рекорд в том, что в любом самом закрытом процессе приговор обязан, по закону, читаться публично, открыто. Вплоть до дел, касающихся самых-рассамых государственных секретов, террора, безопасности государства и т.д. А тут — по делу о нападении на заурядного чиновника — невиданное и неслыханное нарушение всех процессуальных норм.

Я не знаю, как это комментировать. Потому что невозможно и не укладывается в сознание. Спасает только уличная, уголовная лексика. По ней это определяется одним словом — «беспредел». То есть в России набрал полную силу судебный «беспредел»? То есть всех подряд начали, как выразился гарант наших законов, «мочить в сортире»?

 

Генералы в свете видеокамер

Милицейская статистика за пять месяцев 2004 года показывает небольшой, но неуклонный рост почти всех основных видов преступлений: разбой, грабеж, изнасилование, мошенничество, присвоение или растрата, вымогательство. Три момента в статистике можно отметить особо: бурный рост мошенничества, относительное снижение краж и рост грабежей и разбоев. С первым всё ясно — разнообразная и часто махинаторская финансовая жизнь плодит таких же ловких охотников до чужих денег. Краж, то есть тайного похищения, проникновения в квартиры и офисы поубавилось потому, что более или менее обеспеченные люди обзаводятся охранными системами, а у бедных и брать нечего. Потому и выросли грабежи и разбои — то есть открытое похищение имущества граждан с угрозой насилия и применением оружия. В темных переулках и парках мы беззащитны. На старо-уголовном жаргоне это называется «гоп-стоп». Иными словами, на улицы нам стало выходить еще опаснее, чем прежде. Как правило, грабежи труднораскрываемы, потому как после нападения следов практически не остается. И как ни увеличивай личный состав патрулей, а за всеми закоулками не уследишь. Даже если патрульный наряд будет честно обходить район с вечера до утра. И потому давно уже в мире полицейские ноги и глаза заменяют системой всеобщего видеонаблюдения. Помимо моментальной фиксации нападения еще и портреты преступников остаются! Так что в Лондоне, к примеру, «гоп-стоп» не проходит. У нас же и просвета не видно. Милицейское начальство привычно жалуется на нехватку средств. Не знаю, сколько надо милиции, но на правоохранительную деятельность и обеспечение безопасности государства денег выделяется в три раза больше, чем на образование, и в шесть раз больше, чем на здравоохранение и физкультуру. Как они расходуются — нам неведомо. Но обязательно надо учесть, что введение системы видеонаблюдения сократит милицейский штат. А это противоречит интересам начальства. Ведь чем больше патрульных — тем больше офицеров и генералов. А они в ночной дозор не ходят. Да если и пойдут, то невелика помощь. Всё равно с видеокамерой не сравнится ни один генерал. И даже сержант с собакой.

 

Свои пацаны...

«Вы п…да! — кричал журналистке на пресс-конференции в Ростове-на-Дону популярный в России певец Филипп Киркоров. — Меня раздражает ваша розовая кофточка, ваши сиськи и ваш микрофон. Я не хочу, чтобы вы меня фотографировали. Вы мне надоели. Мне по …, что вы напишете! Взяла и ушла отсюда!».

Филипп Киркоров

Когда журналистка выскочила из зала, на нее напали телохранители певца, отобрали диктофон и фотоаппарат…

Разумеется, потерпевшая подала на Киркорова в суд. В Америке такое оскорбление обошлось бы хаму в миллион долларов. У нас за оскорбление личности («па-адумаешь, личность!») максимально могут присудить несколько десятков тысяч рублей…

Надеюсь, наши правоохранители доведут до логического конца и уголовное дело против телохранителей певца. Меня обрадовало, что оно ведется не по статье «Самоуправство» (до пяти лет), а по статье «Грабеж», потому как налицо нападение на журналистку и открытое похищение её имущества с применением насилия. А властям Ростова-на-Дону надо бы возбудить отдельное уголовное дело против самого Киркорова: за антиобщественное поведение, отличающееся особым цинизмом, оскорбление общественной нравственности и так далее. Право слово, какая-то странная власть: в её доме публично испражняется распоясавшийся хам, а она не видит и не слышит…

Журналисты Ростова призвали собратьев по ремеслу к бойкоту певца. Их уже поддержали коллеги из многих городов России. Меня же преследует мысль об общей закономерности. Например, за месяц до этого случая в том же Ростове-на-Дону, опять же на пресс-конференции, директор одной артистки за волосы потащил из зала корреспондентку «Комсомольской правды». И ничего, сошло с рук… А недавно в Москве группа радикальной молодежи устроила демонстрацию. Не разрешенную официально. И ОМОН вполне законно разгонял её с применением насильственных действий. Но при этом задержали журналистов, изъяли и стерли кассеты с записями. То есть ОМОН у нас знает, что о свободе слова и прессы положено говорить на политических встречах в верхах («лапшу на уши вешать»), а в действительности власть им слова не скажет, лишь молчаливо похвалит…

Фонд защиты гласности ведёт свой мониторинг нарушений прав прессы. В журнале «Журналист» ежемесячно публикуются сводки об убийствах, угрозах, нападениях на редакции, фактах цензуры, отключения вещания и других формах давления. Это как сводки с фронта. По всему пространству России идет война против прессы. Да, опасность входит в состав профессии, и журналисты сами эту профессию выбрали. Но ведь в этой войне власть или бездействует, не находя и не наказывая преступников, или же сама воюет с прессой. Иначе говоря, выступает на стороне преступников.

И потому случаи в Ростове-на-Дону вполне закономерны и логичны. Если ОМОН может изымать кассеты, то почему телохранители богатого певца не имеют права отобрать фотоаппарат у корреспондента. Ведь и те, и другие одинаково преступают закон. «Кореша», одним словом. Или «братаны». В общем, «свои пацаны»…

Цивилизованный мир уже давно принял негласный закон: «Журналисты — неприкосновенны!» Потому что пресса — это свобода и безопасность народа. И горе тем обществам, которые этого не понимают и не способны защитить журналистов.

А для тех, кто не понимает, объясню. Пусть каждый омоновец возьмет на заметку в свою служивую голову, что когда он случайно попадет в жернова каких-то более «крутых» людей и структур, где никому ничего не докажешь, то его несчастные родители побегут в редакции газет и телевидения. Потому что больше некуда и не к кому. И никто, кроме «глупых» журналистов, рискуя нажить большие неприятности, не пойдет защищать этого самого омоновца и его родителей. Вот и думай, вояка…

А что до Киркорова, то он сейчас гастролирует по Америке. И на пресс-конференции в Атлантик Сити, к примеру, будет вести себя, как белый и пушистый зайка («Зайка моя» — название одной из его песен). Потому что хамы лучше всех знают, где можно распоясаться, а где сразу же дадут по ушам…

 

Квентин Тарантино в русском свете

Главным событием нынешнего московского кинофестиваля, безусловно, был приезд Квентина Тарантино. Пресса только о нём и говорит. Угасающий в последнее время интерес к фестивалю сильно подогрелся присутствием всемирно знаменитого режиссера…

Но я не о кино.

Квентин Тарантино

На первом же банкете в Нескучном саду, в особой зоне для особо допущенных людей Тарантино окружили, в числе прочих, американский бизнесмен Алекс Шустерович со своей московской подругой Ксенией Собчак, российский бизнесмен Алимжан Тохтахунов и французско-российский предприниматель Аркадий Гайдамак. Если о Шустеровиче сказать особо нечего, то остальные — личности примечательные.

Ксения Собчак — дочь сенаторши Людмилы Нарусовой и знаменитого деятеля первой демократической волны ныне покойного Анатолия Собчака. Первый раз имя Ксении появилось в прессе, когда ограбили ее московскую квартиру, похитив бриллианты на десятки тысяч долларов. Обилие драгоценностей у скромной студентки объяснили подарками ее предыдущего бой-френда, известного бизнесмена. Затем она стала завсегдатаем всех миллионерских тусовок от Москвы до Ниццы. Сейчас учится в Московском институте международных отношений и совмещает учебу, как говорят, с ведением какой-то передачи на телевидении…

55-летний Алимжан Тохтахунов известен в определенных кругах по кличке Тайванчик. Как утверждают в американском ФБР, он является «одной из ключевых фигур восточного преступного сообщества» и чуть ли не правой рукой другого известного авторитета — Вячеслава Иванькова по кличке Япончик, осужденного и отбывающего срок в США. Окружной суд Манхэттена предъявил Тохтахунову заочное обвинение по пяти статьям, в том числе и в подкупе судей на Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити в 2002 году. Тохтахунова арестовали в Италии, но итальянский суд, рассмотрев дело, не счел доказательства американской стороны вескими и выпустил его на свободу. Сейчас Тохтахунов живет в России.

Аркадий Гайдамак — французско-российский бизнесмен. Французская пресса подозревает его в нелегальном бизнесе, причастности к делу о продаже оружия Анголе.

В газете «Фигаро» Гайдамак рассказал, что и продажей оружия в Анголу, и спасением французских летчиков в Боснии он занимался исключительно официально, с ведома высоких чиновников в правительстве Франции. Причем, именно он оплатил всех расходы по освобождению летчиков, и в этом деле использовал свои связи в российских секретных службах…

В общем, любопытные персонажи. В каком качестве их представили Квентину Тарантино — неизвестно. Возможно, как меценатов. И действительно, Тохтахунов и Гайдамак известны благотворительной деятельностью. Возможно, они спонсировали и Московский кинофестиваль, ну и как же в таком случае не сфотографироваться рядом с всемирной знаменитостью! Вряд ли Тарантино вникал в эти тонкости и запомнил, с кем фотографировался: программа у него была напряженная, в день по несколько встреч и поездок.

Фильмы Квентина Тарантино создали ему репутацию брутальной, демонической личности. Но возможно, мы, как обычно, путаем художника и человека. В московском общении Тарантино покорил журналистов необыкновенной простотой, благожелательностью, рассудительностью, одним словом — зарекомендовал себя как умный, интеллигентный человек.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 14(351) 7 июля 2004 г.

[an error occurred while processing this directive]