Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 14(351) 7 июля 2004 г.

ИНТЕРВЬЮ

Владимир НУЗОВ (Нью-Джерси)

Владимир Ресин: Мое хобби — работа

Владимир Ресин

Кто такой Владимир Ресин? Должность его называется хитро, но в принципе он — заместитель мэра Москвы Лужкова по строительству. Весной, воспользовавшись его пребыванием в Нью-Йорке, я попросил у него интервью для нашего журнала. Владимир Иосифович согласился, и встретились мы с ним уже в Москве.

— Владимир Иосифович, начнем с вашего визита в Нью-Йорк. Для меня, как и для многих журналистов, присутствовавших на вашей пресс-конференции, сообщение о предстоящем возведении в Москве 60 небоскребов было, если угодно, громом среди ясного неба. Сразу возникла масса вопросов. Самый первый из них — о фундаментах. Ведь под Нью-Йорком, как известно, находится скала, а московские грунты очень капризны. И второй вопрос: сколько, по прогнозам, будет стоить квадратный метр (служебной или жилой) площади в московском небоскребе?

— Современные технологии позволяют возводить высотные дома практически в любом месте, главное — грамотно просчитать проект и провести необходимые исследования грунта. Этим вопросам мы уделяем самое пристальное внимание. Так, например, жилой квартал высотных домов «Воробьевы Горы», который возводится на юго-западе Москвы, стоит на четырех тысячах свай... На протяжении многих десятилетий в России была создана одна из лучших в мире школ инженеров-конструкторов, накоплен огромный опыт. Вспомните, например, Останкинскую башню. Несколько лет назад там был серьезный пожар, но конструкция выдержала. Уверен, что у московских проектировщиков и архитекторов хватит знаний и таланта на самые серьезные и необычные для Москвы проекты. Тем более что в проектировании высоток им помогут американские специалисты. Так что можно сказать — американский опыт попадает на благодатную почву. Очевидно, что при строительстве высотных и сверхвысотных зданий первостепенное внимание будет уделяться вопросам безопасности. Право на возведение небоскребов в Москве получат только те фирмы, которые будут иметь специальные лицензии на высотное строительство... Что касается цены квадратного метра в высотных зданиях, то она, на мой взгляд, будет сопоставима с ценой квадратного метра в обычных новостройках того же уровня комфорта, которые строятся рядом с высотными зданиями. Другое дело — самые высокие этажи — пентхаусы. Они, скорее всего, будут стоить заметно дороже — такова мировая практика.

— Что еще, кроме небоскребов, поразило или восхитило вас как строителя в Нью-Йорке?

— Очень понравились мосты Нью-Йорка. Например, Бруклинский мост — трудно поверить, что этому совершенному с точки зрения инженерии сооружению уже больше ста лет.

— Вы заметили, что в Нью-Йорке, в отличие от Москвы, почти нет подземных переходов? Как вы думаете, почему?

— Об этом надо спросить нью-йоркских градостроителей. Мне кажется, что подземные переходы очень удобны: они намного безопасней наземной «зебры» и практически незаметны в городской застройке, в отличие от переходов-мостов. В Москве подземные переходы всегда строились и будут строиться в будущем.

— В каком районе Москвы вы живете? В доме какой архитектуры?

— В Москве у меня квартира в доме на Осенней улице, в Крылатском. В этом же доме находится квартира первого президента России Бориса Николаевича Ельцина. Это обычный дом, никакой богатой архитектурой не выделяющийся. А живу я в Подмосковье, на служебной даче.

— Какое место в строительстве сегодняшней Москвы занимает панельное строительство, и какое — из кирпича?

— В этом году из 5 миллионов квадратных метров жилья, которое будет построено в Москве, примерно половина домов будет иметь монолитный несущий каркас. Треть всех зданий, которые строятся в городе, возводятся по индивидуальным проектам... Москве нужно разное жилье: и панельное, и монолитное. Наша задача — сделать покупку жилья более доступной для среднего москвича. Стоимость квартир в панельных домах при сопоставимом качестве заметно ниже, чем в тех, которые строятся по индивидуальным проектам, кроме того, здесь налицо выигрыш и в сроках строительства. Это особенно важно при возведении социального жилья, которое строится за счет городского бюджета... Если говорить о перспективах крупнопанельного домостроения, то современные панельные дома не только внешне и по планировке выгодно отличаются от прежней «панели», это совершенно иное качество проектирования и строительства! Там, кстати, и строительный шаг предусмотрен в 7,2 метра, что позволяет сделать планировку квартир практически свободной.

— Никита Сергеевич Хрущев «ввел» потолки высотой 2 м 40 см. В «сталинских» домах их высота составляла 3 м 50 см, а то и больше. Какой высоты «лужковско-ресинские» потолки?

— Высота потолков в современных сериях панельных домов — в среднем 2 м 65 см. В домах, строящихся по индивидуальным проектам, высота потолков может быть и выше — до трех и даже до четырех и более метров.

— Какая стройка в Москве была для вас самой трудной?

— Мой принцип такой: дело сделано, ставок больше нет. Каждая стройка — трудная, потому что строительство — это всегда огромная ответственность перед теми, кто придет в новое здание, кто будет в нём жить или работать. Но как бы ни было трудно, всегда надо идти вперед, работать на результат. Например, 10 лет назад началась застройка Марьинского парка — жилого района на юго-востоке Москвы. Район был построен на месте, куда на протяжении столетий многие поколения наших предков со всей Москвы свозили отходы жизнедеятельности. Там были проведены поистине циклопические работы по очистке свалок и полей аэрации, которые 10 лет назад называли Авгиевыми конюшнями Москвы. С территории будущего района было вычищено и вывезено около 10 миллионов кубометров илового осадка и завезено порядка 16 миллионов кубометров чистого грунта... За 10 лет в Марьинском парке возведено 3,5 миллиона квадратных метров жилья, десятки школ, детских садов, другие социальные объекты, проведено метро, возведен храм «Утоли моя печали», один из самых больших в Москве. Жилые комплексы Марьинского парка имеют оригинальный, отличный друг от друга внешний вид. Можно с уверенностью сказать, что строительство этого района открыло новый этап в развитии индустриального домостроения в Москве. Сейчас строительство и благоустройство этого района практически закончено. Только строитель знает, как трудно дается такое преобразование... Работа строителя трудная, но интересная. Как и мэр Москвы Юрий Михайлович Лужков, я убежден: «Строить — значит побеждать!» Мы строим, значит — и я, и мои дети и внуки, все москвичи, все в России будут жить лучше. Для этого надо работать. Каждая стройка трудная, но трудности забываются, а остаются красивые, комфортные и удобные здания и сооружения — для города, для его будущего, для наших детей и внуков.

— Не кажется ли вам, что в Москве имеет место некоторый избыток творений Зураба Церетели? Разве в России, в Москве нет других талантливых скульпторов?

— Зураб Церетели — талантливый скульптор, произведения которого украшают не только Москву, но и многие города России и мира. В Москве ставятся работы и других талантливых авторов: Михаила Шемякина, Вячеслава Клыкова, Александра Рукавишникова… Площадь Киевского вокзала украшает композиция бельгийского скульптора Оливье Стребеля.

— Вы сами и ваши родственники в недалеком прошлом на себе ощутили наличие «еврейского вопроса» в СССР. Сейчас в России нет государственного антисемитизма, в Москве открыто несколько синагог, еврейских культурных центров, школ, детских садов. Каков ваш прогноз на будущее? Вы оптимист в этом вопросе?

— Мы живем в демократической стране, и я уверен, никаких гонений или разделений по национальному признаков в России не будет. Да и в СССР я не ощущал на себе «еврейского вопроса». В школе и позже никогда не чувствовал дискомфорт из-за своей национальности. Друзья у меня всегда были разных национальностей, никому предпочтения по этому пункту я не отдавал. И девочки русские во дворе на меня обращали внимание, такого не помню, чтобы родители отговаривали их от контактов со мной словами: «Зачем ты дружишь с Володей Ресиным, он же еврей»... В Сибири, где мы жили во время войны, было много беженцев из Польши, в основном польские евреи, бежавшие от германской оккупации. Помню, что, подражая местным мальчишкам, и я бегал за ними и кричал: «Жиды пархатые!» За это старший брат меня однажды отлупил. Я его в слезах спросил: «Лёня, за что ты меня бьешь?» Тогда он мне объяснил, что хоть я и младший брат, но, во-первых, по национальности такой же еврей, а во-вторых, нельзя оскорблять людей, которые, спасаясь от фашистов, попали в беду. Вот такой урок по национальному вопросу мне был преподнесен старшим братом. С тех пор я остаюсь интернационалистом. У меня многонациональная семья: отец моей жены — мордвин, брат женился на карело-финке... Мне нравится формула Ильи Глазунова: «Русский тот, кто любит Россию». Я никогда и нигде от своей национальности не отказывался. Но при этом чувствую себя человеком русской культуры, россиянином.

— В своей книге «Москва в лесах» вы цитируете Есенина. Кого еще любите из поэтов, прозаиков? Какую музыку предпочитаете слушать?

Читаю я в основном специальную научную литературу, на чтение, что называется, «для души» времени практически нет. Если остается свободное время, люблю перечитывать русских и мировых классиков. Музыку люблю классическую. Из современных исполнителей люблю Аллу Пугачеву, Иосифа Кобзона, из зарубежных — Патрисию Каас. Очень ценю творчество Высоцкого — мне близко его мировоззрение. «Лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал», — для меня это основной принцип в жизни.

— Кто по специальности ваша дочь? Намерен ли внук пойти по стопам деда?

— Дочь окончила Горный институт. Получила диплом инженера-экономиста, как в свое время и я. Сейчас она по специальности не работает, занимается домом. А внук еще учится в институте, строительством пока не увлекается.

— Есть ли чему поучиться у московских строителей американцам?

— Мы уже начали активное сотрудничество с американскими проектировщиками и инженерами. В апреле московские строители с большим интересом прослушали лекцию двух крупнейших специалистов в области высотного строительства Америки Фрэнка Уильямса и Якова Гроссмана, которые рассказали об общих принципах возведения небоскребов в Нью-Йорке. И это только начало большой совместной программы. Уверен, что, познакомившись поближе с московским строительством, и американцы найдут для себя что-то новое и полезное.

— Один мой знакомый так определил счастье: это когда за хобби платят зарплату. А что есть счастье для «прораба Москвы» Владимира Иосифовича Ресина?

— Полностью согласен с вашим знакомым. Моё хобби — это работа. Я благодарю судьбу за то, что многие годы работаю в команде Юрия Михайловича Лужкова, возглавляю в Москве ответственную и важную отрасль — строительство. Я счастлив, что участвую в тех позитивных переменах, которые происходят в Москве.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 14(351) 7 июля 2004 г.

[an error occurred while processing this directive]