Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 11(348) 26 мая 2004 г.

АНАТОМИЯ МИФА

Сергей БАЙМУХАМЕТОВ (Москва)

От Олега до Ричарда

ЛЕТОПИСЕЦ НЕСТОР — ИЗОБРЕТАТЕЛЬ СКЕЙТ-СЁРФИНГА

Миф мифом, а попутно я сделаю попытку доказать, что научная фантастика как жанр мировой литературы зародилась на Руси в XII веке!

И первым автором, создателем жанра, был летописец Нестор, автор «Повести временных лет». А «Повесть временных лет» — это начало начал истории, фундамент русской литературы и истории, она лежит в основе большинства последующих летописных сводов. Не случайно же её называют Начальной летописью…

Вещий Олег глазами современного художника

Все мы помним одно из самых красочных мест «Повести…» — поход князя Олега, Вещего Олега, на Царьград-Константинополь.

Когда он в знак победы повесил свой щит на врата Царьграда. А перед этим поставил корабли на колеса, поднял паруса и так они «пошли со стороны поля к городу. Греки же, увидев это, испугались и сказали через послов Олегу: «Не губи города, дадим тебе дани, какой захочешь».

Как ни странно, но многие ученые прошлого, да и настоящего, приняли эти строки летописи как абсолютно достоверные сведения. Они вошли в гимназические дореволюционные и в советские школьные учебники. Вошли в новый фольклор, вплоть до песни Высоцкого: «Как ныне сбирается вещий Олег щита прибивать на ворота. А тут подбегает к ему человек — и ну шепелявить чаво-то…» В общем, всем известно и само собой разумеется. Хотя при самом элементарном применении здравого смысла тотчас же возникают неразрешимые противоречия и тупиковые вопросы. Однако к здравому смыслу мы еще придем, а пока продолжим об ученых. Несмотря на всеобщее ослепление, серьезные историки (от Шахматова до Лихачева) относились к данному эпизоду всего лишь как к красочной легенде. Дмитрий Сергеевич Лихачев вообще делал особый упор на литературные достоинства и литературное значение «Повести временных лет». Анализ, проведенный исследователями, доказал, что такого похода Олега в 907 году, как точно указывается в летописи — не было. И вообще — не было. В 904 году на Константинополь ходили походом арабы. В том же году совершали набег на Царь-град вольные воины из диких ватаг, обитавших в устье Днепра и на побережье Черного моря. Еще раньше, за сорок лет до того, был поход варяжско-киевского князя Аскольда. Некоторые историки полагают, что Нестор приписал Олегу тот поход Аскольда. Но если учесть, что летопись он создавал спустя два века после тех событий, то путаница могла возникнуть и сама по себе. Объяснимы также многочисленные нестыковки по событиям и датам.

А самое главное — о том летописном походе нет никаких сведений в подробнейших византийских хрониках. Хотя там в деталях описаны и поход арабов, и набег славяно-варяжской вольницы. И другие, совсем уж незначительные события того времени.

А уж такого, как щит на вратах Константинополя, тем более поход кораблей на колесах под парусами — византийские хронисты просто не могли не отметить! Да и другие — арабские, еврейские, западноевропейские хронисты не могли пропустить. Однако ж нигде — ни слова.

Но в данном случае для меня и для моих читателей не это — главное. Прежде чем перейти к сути, остановлюсь на подступах к главному. Начну с количества воинов в том походе. В летописи точно указано: 2000 кораблей, «а было в каждом корабле по 40 мужей». Итого — 80000 человек!

Собрать по тем временам такую армию в Киевской Руси практически было невозможно. По очень старой и доныне авторитетной книге знаменитого профессора Урланиса «Рост населения в Европе», в 970 году в Киевской Руси было около 2 миллионов жителей. Можно предполагать, что в 907 году — около миллиона. Тут ведь речь идет не только и не столько о росте за счет рождаемости, а о присоединении новых земель и новых племен. А к тому времени, к летописному 907 году, самой русской государственности-то было едва пятьдесят лет. Те же древляне в Искоростени, что совсем рядом с Киевом, Киеву тогда не подчинялись и спустя пятьдесят лет всё еще бунтовали, убили князя Игоря и были жестоко покараны уже княгиней Ольгой. Легко ли, возможно ли было в таких условиях собрать армию в 80 тысяч человек!?

Проведем параллели. Население могущественной Византии в то время насчитывало 20-24 миллиона человек. Мощное государство с устоявшимся четырехсотлетним укладом жизни, порядка. Не говоря уже о том, что государственность Византии, Восточно-Римской империи, берет начало аж в античном Древнем Риме. Одним из главных врагов Византии была тогда не менее могущественная Болгария. Так в решающий, грандиозный поход на болгар византийский император-полководец Иоанн Цимисхий повел армию в 300 кораблей, 15 тысяч пехотинцев и 13 тысяч всадников. Война та описана опять же со всеми подробностями, так как была по тем временам событием эпохальным.

Или еще пример — из более поздних веков. Поход монголов, ставший потрясением для тогдашнего мира. Нашествием, как его называют некоторые историки.

В первом походе, когда монголы прошли через всю территорию нынешнего Казахстана и Узбекистана, разбили войска Хорезм-шаха, перевалили с боями через Кавказ, попутно разгромив грузин, затем рассеяли половцев хана Котяна и хана Юрия Кончаковича и закончили битвой на Калке с русско-половецкой армией, — было их, монгольских воинов, 20000 человек. Два тумена, две дивизии по 10000 всадников.

А во втором походе, под началом Батыя, когда они военным маршем прошли через Русь, вошли в Европу и докатились до Адриатики, было их, как подсчитывают историки — 30000 человек. И это очень близко к истине, потому как всех монголов, от стариков до детей и женщин, тогда было — 700 тысяч. А кто-то ведь должен был дома оставаться, работать, а к тому же у них был второй, главный фронт — с Китаем…

Тут надо сделать отступление. Мир был прежде всего потрясен молниеносными победами монголов. Такая организация, такая тактика боя, что в те века и долго еще потом с ними не могла сравниться ни одна армия. Однако и количество воинов поразило воображение современников. Учтем, что 30 тысяч — это только воины. А ведь каждый воин имел двух коней (потому и были такие стремительные, молниеносные походы и атаки), а еще сопровождающие армию обозы… В общем, конная армада.

И потому русская армада в 2000 кораблей и 80000 воинов уж точно не могла остаться незамеченной арабскими, византийскими и западноевропейскими хронистами! Это ведь вселенский поход по масштабам тогдашней Европы!

Но опять же меня в данном случае больше всего интересует не фактографически-историческая сторона, а — те самые корабли на колесах!

Мы их не замечаем просто потому, что современного человека такими штуками не удивишь. Тем более, в последнее время даже соревнования, гонки устраиваются по шоссейным дорогам под парусами! Называется — скейт-сёрфинг.

Но ведь это — сейчас. Когда к услугам гонщиков абсолютно ровные дороги и совершенные, по последнему слову техники сделанные скейты на каких-то немыслимых роликах. Да он и без парусов помчится куда хочешь!

А представьте, насколько это возможно было тогда. Вот высадились на берег воины Олега. Поставили корабли на колеса. Но ведь на каждый корабль надо как минимум четыре оси и восемь колес. Где они взяли шестнадцать тысяч колес на две тысячи лодок? А к ним еще восемь тысяч осей? Для этого надо конфисковать весь гужевой транспорт в доброй половине империи.

Предположим, что конфисковали.

Но вы представляете, какое было трение, какое трудное вращение тогдашних ступиц на тогдашних осях? Ведь тяжесть-то какая: корабль на сорок воинов. Да еще и сорок воинов в нем. Не пешком же они шли. А иначе зачем было затевать всё это?

Итак, поставили корабли на колеса, сами залезли в корабли. Подняли паруса и пошли к городу через поле?..

И тут вам любой взрослый человек скажет, что на «поле», на неровном грунте, на пересеченной местности такое сооружение, такая махина и с места не сдвинется. Под любыми парусами. Если нет глубокого киля, то под большим парусом, под большим напором ветра это сооружение просто-напросто опрокинется!

Понимал ли это летописец, человек своего времени?

Уверен, что понимал.

Тогда почему написал нечто несусветное?

Тут вариантов множество. От чрезмерного желания возвеличить, прославить князя Олега до осознанной, рассчитанной мины-провокации. Этакого тайного кукиша через века. Мол, если заставили меня писать неправду, приписывать Олегу несуществовавший поход, то вот вам! Потомки, дойдя до кораблей на колесах, сразу поймут, что всё здесь брехня. От начала и до конца… Вот уж они посмеются…

Может быть, может быть… Однако здесь нет никакой логики. По всей «Повести временных лет» чувствуется, что Нестор к Олегу относился с глубочайшим уважением. Зачем же он выставлял его на посмешище?

И потому очень даже не исключен самый простой и естественный вариант. Полет фантазии! Действительно, почему бы и не позволить себе? В хронике — нельзя. Но тут-то весь поход выдуманный, так где же еще разгуляться фантазии, как не здесь?! Особенно на такой выигрышной исторической фигуре, как князь Олег! Ведь не на пустом месте фантазировал Нестор, а наверняка основывался на красочных легендах, которые сопровождали знаменитого князя и дошли, наверное, до Нестора через два века.

И потому я считаю Нестора-летописца первым научным фантастом в русской литературе, основателем жанра.

Ведь что такое научная фантастика? Это современные достижения науки и техники, которым автор дает в будущем преувеличенные формы. Например, если сделать громадную пушку, в снаряд поместить людей и выстрелить в небо — что будет? Будет роман Жюля Верна «Из пушки на Луну»!

Когда есть такое замечательное достижение современной техники, как телега на колесах, когда есть такое чудо, как корабль под парусами, то что будет, если их соединить?

Так Нестор-летописец изобрел современный скейт-сёрфинг! Шоссейные гонки под парусами на колесах! Прошу любить и жаловать и выдать мне патент на открытие открытия!

Но самое интересное было у летописи впереди. Доподлинно установлено, что «Повесть временных лет» редактировал монах Сильвестр под присмотром Владимира Мономаха. Что они думали, читая про такие диковинные турусы на колесах? (Турусы на колесах — это деревянные башни на колесах, под прикрытием которых штурмующие подходили близко к крепостным стенам). Да, со дней Олега прошло уже два века, но практическая жизнь не изменилась — те же телеги, колеса… Те же корабли под вёслами и парусами. И все, кто читал летопись Нестора, хорошо знали, что такие турусы на колесах невозможны! Почему же не вычеркнули? Ведь тогда авторского права не было, и к летописям относились как к общему достоянию, каждый правил и переписывал как хотел, вписывал, что он посчитает нужным. Но этот сюжет — никто не тронул!

Может, разгадка в великом Киевском князе Владимире Мономахе? Человек яркого литературного таланта, он как никто другой способен был оценить полет чужого пера и чужой фантазии. Оценить, восхититься и сказать: «Ай да Нестор! Ай да сукин сын! Это ж надо такое придумать — корабль на колесах под парусами!»

А потом, после Мономаха, уже никто не трогал, не осмеливался…

А потом мы читали, даже не задумываясь…

Вот так, по моему мнению, Нестор-летописец в одном только сюжете своей великой книги явил нам первое произведение научной фантастики и изобрел современный скейт-сёрфинг!

 

ЗЛОДЕЙ РИЧАРД; КОРОЛЬ АНГЛИЙСКИЙ

Герцог Ричард Глостер был потомком королевской династии Плантагенетов. Его и назвали в честь великого предка, короля Ричарда Первого Плантагенета. Того самого Ричарда Львиное Сердце, героя крестовых походов, многочисленных романов и народных баллад.

Но никто из родных и близких Дика Глостера никогда не думал, что Дик действительно станет королем. Даже когда началась война за престол Англии между династией Ланкастеров (Алые розы) и династией Йорков (Белые розы), к коей и принадлежал герцогский дом Глостеров (Йорки и Ланкастеры — боковые ветви Плантагенетов).

Эдуард IV

Йорки в той войне победили. Ланкастеры бежали во Францию. Королем Англии стал старший брат Ричарда — Эдуард IV. А после смерти Эдуарда трон должен был занять (и занял!), по праву престолонаследия, его сын Эдуард, малолетний племянник Ричарда.

Но через три месяца правления малолетнего Эдуарда V королем Англии стал Ричард. Однако и он правил недолго. Изгнанные Ланкастеры объединились с Тюдорами и свергли Ричарда. Так на английском троне возникла новая династия — Тюдоров.

Всего два года царствовал Ричард. Но в истории остался навечно. Как один из самых страшных злодеев. Узурпатор, обманом захватил трон, родных племянников задушил…

Мы с детства знаем его по «Черной стреле» Стивенсона. Есть там такие строчки: «И зловещий горбун поскакал навстречу своей страшной славе…»

Но еще раньше окончательный приговор Ричарду вынес Шекспир:

 Ты адом сделал радостную землю,
Проклятьями и стонами наполнил…
Оставь наш мир и спрячься в ад, бесстыжий
И гнусный демон, — там царить ты должен!
                                    (В.Шекспир, «Ричард III»)

Ричард III

Да, прибавьте ко всему, что бедный Ричард был горбат. Представляете, какой образ «злодея»! Страшный горбун, руки по локоть в крови, вурдалак, исчадие ада… Что еще надо для создания образа всесветного чудовища, воплощения абсолютного зла!?

Как часто бывает, всё это — чушь собачья. Да, в войне Алой и Белой роз Ричард показал себя храбрым рыцарем и жестким военачальником. В общем и целом — действовал в рамках тогдашних правил и нравов. А в мирной жизни — добрейший был человек. И королем он стал не по своей воле, не хотел и уж тем более не «отстранял» малолетнего племянника, как пишут сплошь и рядом во всех справочниках и энциклопедиях.

После смерти короля Эдуарда IV оказалось, что его сын, малолетний Эдуард, права на престол не имеет. Вскрылось, что король состоял в тайном, но законном браке с женщиной, которую спрятал в монастыре. И, таким образом, его жена, считавшаяся королевой Англии, — незаконная, и дети ее — незаконнорожденные. Вся эта история обсуждалась в парламенте, в палате лордов. В общем, возник династический кризис, и никто, кроме Ричарда Глостера, не мог занять трон. Естественно, с ведома и решения Английского парламента.

И став королем, Ричард никаких злодейств не совершал. А уж племянников своих берег как зеницу ока. Да и зачем ему их убивать, если они официально признаны незаконнорожденными и не могут быть ему соперниками в борьбе за престол, если таковая борьба когда-нибудь и начнется!? Более того, всех побежденных противников, Ланкастеров, он вернул из Франции и дал им возможность жить тихо и мирно в Англии. Вот они-то, за всё хорошее, и отомстили Ричарду!

Но прежде чем перейти к доказательствам документальным, фактическим, довольно известным в мире, приведу свое доказательство, быть может, субъективное, а может — и самое что ни на есть убедительное.

Я имею в виду гибель Ричарда. Очень показательная смерть. С точки зрения человеческой, с точки зрения того, что называется логикой характера.

В битве при Босворте, состоявшейся в 1485 году, где граф Генрих Ричмонд в союзе с Ланкастерами одержал победу и стал королем Генрихом VII, родоначальником новой династии, Тюдоров — все преимущества были на стороне Ричарда III. И если бы не предательство Генри Перси, второго графа Нортумберленда, исход сражения был бы совершенно иным.

Ричард смотрел с холма, как тюдоро-ланкастерские воины теснят и истребляют его войска.

Как должен поступить в такой ситуации государственный деятель? Наверное, в первую очередь сохранить себя, как знамя движения, сохранить верных сторонников, увести войска с поля боя. А затем набрать новую армию и продолжить борьбу. Война одним сражением не решается. Тем более, за ним все преимущества законного короля… То есть за ним парламент и народ Англии!

Вместо этого Ричард в сопровождении немногочисленной свиты ринулся с холма в гущу сражения, стремясь добраться до Генриха Ричмонда-Тюдора и решить исход сражения рыцарским поединком, как в старые добрые времена. И погиб, один сражаясь против армии врагов.

Это — поступок безрассудного рыцаря.

Его предок, Ричард I Плантагенет, он же Ричард Львиное Сердце, частенько пренебрегал государственными обязанностями, увлекаясь рыцарскими приключениями. Так и погиб в одном из походов в дальние края. Но с тех пор прошли века, и короли научились быть королями. Не королевское это дело — мечом махать. Тем более в такие сложные для страны времена. Но Ричард поступил так, как поступил… Погиб в бою как и Ричард Львиное Сердце.

Так государственные деятели не поступают.

Но так не поступают прежде всего проныры, хитрецы, мерзавцы!

Скажите, способен ли на такой безрассудно рыцарский поступок изощренный интриган и злодей, человек низкой души, каким выставляют Ричарда? Нет, нет и нет.

Логика характера. Это не пустые слова.

Но как получилось, что даже в Англии имя Ричарда окружено до сих пор зловещим ореолом?

Томас Мор. Худ. Ганс Гольбейн. 1527 г.

А очень просто: спустя сорок шесть лет (!) после гибели Ричарда появилось «историческое свидетельство». Не кто-нибудь, а канцлер Англии Томас Мор написал мемуары, в которых и изложил все «злодейства» Ричарда. Которым, злодействам, он якобы был свидетелем. Хотя при ближайшем рассмотрении не составляло труда выяснить, что в год смерти Ричарда III будущему мемуаристу Томасу Мору было всего восемь лет, и никаким «свидетелем злодейств» Ричарда он быть не мог. Но он много слышал. Слышал в первую очередь от своего приемного отца кардинала Мортона, ярого врага Йорков, приверженца Ланкастеров и Тюдоров. Мортон был одним из активных участников заговора против короля Ричарда! Естественно, в духе ненависти к Ричарду он воспитал и своего приемного сына Тома. Затем маленький Том вырос, стал служить Ланкастерам, был канцлером герцогства Ланкастерского, а затем канцлером Англии у Генриха Тюдора!

Какой объективности можно ждать от человека, который не только служил Ланкастерам-Тюдорам, но и осуществлял, проводил в жизнь политику Тюдоров-Ланкастеров!?

Очевидно же, что Томас Мор написал свою «Историю Ричарда III» не только по велению души и полученному воспитанию, но и по прямому заказу Тюдоров-Ланкастеров. И тем самым исторически как бы оправдал их правление, их репрессии: ведь Тюдоры-Ланкастеры, придя к власти, в отличие от Ричарда, чуть ли не всех Йорков истребили. Громко крича при этом, что они уничтожают Йорков исключительно во благо народа доброй старой Англии, потому как с такими злодеями жить на одной земле невозможно.

Скорее всего, мемуары Томаса Мора со временем так бы и канули в неизвестность, стали бы материалом для ученых историков, если бы ими не воспользовался человек по имени Уильям Шекспир. По ним, по этим мемуарам, он и написал свою знаменитую трагедию «Ричард III». А спорить с Шекспиром в Англии — всё равно что спорить с вечными скрижалями, с божественными предначертаниями. И вся история Англия пошла моровско-шекспировским путем. Многие последующие ученые с теми или иными вариациями повторяли всё ту же историю Мора о злодействах Ричарда.

Вот так рождаются и живут мифы. Даже в Англии, где все источники всегда были и остаются открытыми, где не было и нет единого и обязательного какого-нибудь «Краткого курса» истории, как у нас. Однако в широких массах там до сих пор здравствует миф о злодее Ричарде Глостере, захватчике трона и убийце родных племянников… А что уж о нас говорить. Нам бы со своими мифами и рифами истории разобраться. Где уж тут до английских… И потому, как постановили однажды — так и пишем до сих пор во всех справочниках то, что наклеветал когда-то Томас Мор.

Кстати, Томас Мор — это тот самый изучавшийся во всех советских школах Томас Мор — автор знаменитой «Утопии». В которой, как говорили нам, воплощены мечты прогрессивного средневекового человечества о будущем коммунистическом обществе.

Что говорить, причудливо переплетаются иногда сюжеты истории.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 11(348) 26 мая 2004 г.

[an error occurred while processing this directive]