Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 9(346) 28 апреля 2004 г.

Илья КУКСИН (Чикаго)

ЮРИЙ ХРУЩЁВ

Илья Куксин

В 1962 году Н.С.Хрущев согласился побеседовать с американским журналистом Норманом Казинсом. В разговоре Казинс коснулся проблем антисемитизма в СССР. В вышедшей через год книге журналист пишет, что Хрущев заявил ему:

«Я дед еврейского мальчика. Мой сын был женат на еврейской девушке. Затем мой сын пошел на войну и погиб в бою. Ребенок и его мать стали частью моей семьи. Я воспитал этого парнишку, как моего собственного. Вы видите, как нелепо и абсурдно говорить, что я антисемит». Немного лукавил Никита Сергеевич, но в главном он был прав. О его внуке мы и расскажем.

Хрущев Юрий Леонидович, 1935 года рождения, заслуженный летчик-испытатель, полковник в отставке. Отец Леонид Никитович Хрущев — сын Никиты Сергеевича Хрущева. Мать Эсфирь Наумовна Этингер — дочь авиаконструктора Этингера. Окончил Калининское суворовское училище, Московское общевойсковое училище имени Верховного Совета РСФСР и Военно-воздушную инженерную академию имени Н.Е. Жуковского. До выхода в отставку 36 лет работал летчиком-испытателем. Испытывал различные типы самолетов и системы вооружений, навигации и радиолокации на ИЛ-14, ИЛ-28, МиГ-15. Затем переучился на вертолетчика и испытывал все вертолеты конструкторского бюро Миля. После выхода в отставку — начальник летно-испытательского комплекса аэрогеофизического центра в Солнцево.

Ни один из руководителей бывшего СССР, кроме Н.С.Хрущева, мемуаров не оставил. Никита Сергеевич свои воспоминания наговорил тайно, уже будучи в отставке, а точнее сказать, под негласным домашним арестом. Его сын Сергей Никитович (ныне гражданин США) также тайно сумел переправить эти записи за рубеж, где они впервые и были изданы. После распада СССР эти мемуары были дважды изданы в России. Но во всех трех изданиях этих воспоминаний очень скупо было изложено о личной жизни Хрущева, о его трех женах, детях, их мужьях и женах, а также о многочисленных внуках. В прошлом году вышла очень интересная книга Вильяма Таубмана «Khrushchev: The Man and His Era». Ее автор работал над книгой почти 10 лет. Неоднократно посещал Россию и брал интервью у детей Хрущева, его внуков и родственников. Сверял эти беседы с опубликованными документами и архивными материалами. И эта книга, пожалуй, единственная, в которой достаточно подробно сообщается о всех близких родственниках Н.С.Хрущева. Настоящий текст, однако, основан не только на книге Таубмана, но и на ряде других американских и российских источников.

От первого брака, после смерти жены, у Никиты Сергеевича осталось двое детей — дочь Юлия и сын Леонид. Дети были обделены вниманием второй жены и жили у родителей Хрущева. Не сложились у них отношения и с третьей женой Хрущева — Ниной Петровной Кухарчук. Несмотря на то, что юность Леонида пришлась на годы резкого карьерного роста отца, он не походил на большинство детей высокопоставленных советских руководителей. После окончания семилетки стал, к великой радости Никиты Сергеевича, простым рабочим.

Несколько лет работал слесарем, затем окончил аэроклуб, Балашевскую школу летчиков и стал работать инструктором в аэроклубах Москвы и Киева. Был интересным, веселым парнем, пользовался успехом у девушек. Как отмечает Таубман, к 18 годам ухаживал сразу за двумя девушками — Эсфирью Этингер и Розой Трейвас. Первая родила от него сына Юрия, а со второй он позже расписался. Когда Юрий показал отцу свидетельство о браке, разъяренный Никита Сергеевич разорвал его и выгнал сына.

Мало известно об отношениях Леонида с матерью его сына. Но Юрий Хрущев вспоминал в беседе с Таубманом, что в начале Великой Отечественной войны, перед отправкой на фронт Леонид приходил к ним прощаться. Тогда Юрий в последний раз видел своего отца. В 1941 году Эсфирь Наумовна эвакуировалась с сыном на Алтай, а в 1943 году они возвратились в Москву. Юрий, носивший фамилию и отчество своего отца, был определен в Калининское суворовское училище. Виктор Гастелло (сын известного летчика), однокашник Юрия, с которым он дружил в училище и после, вспоминает, что училище считалось элитным и попасть в него было не так уж и просто. В то время среди его воспитанников были внуки Чапаева, племянники Орджоникидзе и Рокоссовского, внук Сталина Евгений Джугашвили. Виктор хорошо помнит мать Юрия, которая частенько навещала сына. Позднее, когда Виктор и Юрий учились в военно-воздушной академии, Виктор гостил у Хрущёвых в Москве и вспоминает, что Эсфирь Наумовна была ослепительно красивой женщиной. Виктор Гастелло рассказывает, что она сохранила свою яркую красоту, когда ей было далеко за сорок. Таубман, по словам хорошей знакомой Эсфири критика Сарры Бабенышевой, пишет, что она стала портнихой и этим зарабатывала себе на жизнь. Принимал ли участие Никита Сергеевич в судьбе своего внука? Таубман даёт утвердительный ответ на этот вопрос. Именно дед рекомендовал внуку инженерную карьеру и, несомненно, его имя и положение во многом помогли Юрию получить хорошее образование.

Впервые Никита Сергеевич близко познакомился со своем внуком, когда тому было 12 лет. Юрий был на летних каникулах у своей мамы в Москве. Раздался телефонный звонок, и неизвестный офицер попросил мать приготовить мальчика к поездке к деду. Через два дня на военном самолете он был доставлен в Киев, а затем прямо с аэродрома — на дачу Хрущева в Межгорье. Там его тепло встретила жена Хрущева Нина Петровна, познакомила со своей дочерью Радой и сводной сестрой Юрия Юлией. Это была дочь Леонида Хрущева от его второго брака. После его гибели мать Юлии была арестована и по сфабрикованному обвинению в шпионаже отправлена в ГУЛАГ, а внучку Хрущевы удочерили, и она действительно воспитывалась в семье Хрущевых. Первым делом Нина Петровна попросила Юрия угадать, кто из двух девочек его сестра, а кто — тетя. Он не угадал.

Практически все тогдашние летние каникулы он провел на даче своего деда. Характером, внешним видом и манерой поведения Юра очень походил на своего отца. В первый же день пребывания на даче он, не спросив ни у кого разрешения, взял моторную лодку и помчался на ней кататься по Днепру. Охране Хрущева пришлось попотеть, разыскивая и вылавливая 12-летнего своевольника. Нина Петровна относилась к нему действительно, как к внуку. Не стеснялась делать ему замечания. Просила быть осторожным, сдержанным, прежде думать, чем что-то сделать. Вывел однажды из себя Юрий и самого Никиту Сергеевича, который в гневе оговорился: «Леня! Прекрати!». Так внук напоминал ему сына. Под конец каникул Юрий так разбил и извалял в грязи свои ботинки, гоняя на мотоцикле, что носить их было невозможно. В наказание его отправили домой в домашних тапочках его сестры. По словам Юрия, дед помогал им с Эсфирь Наумовной, особенно во время её болезни, но, тем не менее, ни разу не посетил их.

Виктор Гастелло вспоминает, что Эсфирь Наумовна рассказывала ему о своих пикировках с Хрущевым по телефону. Сам факт телефонных контактов с дедом сына говорит о том, что Эсфирь Наумовна в какой-то мере считалась у Хрущевых своей. Во время учебы в суворовском училище Юрий ещё раз побывал на каникулах у деда, который к тому времени уже работал в Москве. Дед делал ему довольно дорогие подарки. Подарил мотоцикл, водные лыжи, что было большой редкостью в то время. После окончания суворовского Юрий Хрущев поступил в Московское общевойсковое училище имени Верховного Cовета. Это также было элитное военное учебное заведение. В «кремлевские курсанты» принимали далеко не каждого. После окончания второго курса Юрия приглашают на вступительные экзамены в военно-воздушную инженерную академию. Экзамены он, разумеется, сдал. Члены экзаменационной комиссии хорошо знали, кто он такой. Но встала заковыка. Существовал приказ министерства обороны о запрещении присваивать рядовым слушателям академии офицерские звания. Но и ее сумели обойти. В виде исключения Юрию Хрущеву разрешили экстерном сдать экзамены за третий курс училища и присвоили звание лейтенанта. Ему даже не пришлось сдавать обязательные для всех стрельбы и полевые задачи по тактике.

Еще в академии Юрий женился на дочери маршала авиации Судца, которого вскоре назначили командующим ПВО СССР. Поэтому практику Юрий проходил в частях ПВО (с дочерью маршала он, кстати, впоследствии разошелся). Парень он оказался способный и не робкого десятка. Научился летать не только на винтомоторных, но и реактивных самолетах. Летал грамотно. Неплохой летчик, да к тому же с инженерным образованием, получил назначение в научно-исследовательский центр, которым руководила известная в авиационных кругах Валентина Гризодубова. Затем, когда на вооружение ВВС поступили вертолеты, Юрий переучился на вертолетчика.

На вопрос Таубмана, помогало ли ему имя деда в военной карьере, Юрий ответил отрицательно. Когда дед был у власти, летать ему не давали, придерживали на вторых ролях. Как только деда сняли — летай не хочу. Поэтому звание заслуженный летчик-испытатель Юрий Хрущев получил не как внук опального руководителя страны, а — собственным трудом. В учреждении, которым руководила Валентина Гризодубова, ни родственные связи, ни рекомендации сверху никакой роли не играли. Только личные качества открывали путь к успешной карьере.

Известный советский летчик-испытатель, Герой Советского Союза Марк Галлай в годы борьбы с космополитизмом был уволен. Евреев тогда нигде на работу не брали, и, тем не менее, Гризодубова взяла Галлая в свой центр. Марк Лазаревич вспоминал разговор, свидетелем которого он стал. Руководитель высокой комиссии, занимавшейся «чисткой» авиационных рядов от представителей определенной национальности настаивал перед Гризодубовой об увольнении евреев из центра. Она не соглашалась. Тогда руководитель комиссии раздраженно воскликнул: «Валентина Степановна! Вы же умная русская женщина. Ну, скажите сами: что вас может связывать с каким-нибудь… и он назвал фамилию одного из инженеров…»

«[Всё] очень просто, — ответила Гризодубова. — Мы с ним провоевали вместе четыре года. Впрочем, вам этого не понять. Вас в то время поблизости не было… (в годы Великой Отечественной Валентина Гризодубова успешно командовала полком дальней бомбардировочной авиации — И.К.)» Она не дала в обиду ни одного из намеченных к увольнению. Даже высокое начальство побаивалось Гризодубовой, ибо она, как писал Марк Галлай, «свою точку зрения доводила до сведения собеседника любого ранга, неизменно заботясь, прежде всего, об убедительности и лишь после этого — о светскости формулировок».

Всю свою сознательную жизнь Юрий Хрущев занимается сбором документов о судьбе своего отца. Именно он ознакомил Вильяма Таубмана с подборкой официальных архивных документов, доказывающих, что Леонид Хрущев погиб в бою. Какие только слухи не распускали о гибели сына Н.С.Хрущева. Юрий считает, что эти слухи были местью руководства КГБ, которое не могло простить его деду разоблачений сталинских преступлений. Тем более, что Хрущев высветил зловещую роль именно НКВД-НКГБ как основного исполнителя этих преступлений.

А слухи эти были действительно в духе типичной гебешной «дезы»: что Леонид Хрущев не погиб, а сдался немцам и сотрудничал с ними. Что он не только сдался сам, но приказал всему полку перелететь к врагам. Что он служил затем в штабе генерала Власова. Основания некоторым слухам давали и трижды менявшиеся донесения свидетеля гибели Леонида, его ведущего в последнем бою летчика И.А.Заморина.

Таубман проверил эти утверждения. Нигде в немецких архивах ему не удалось найти упоминаний о пленении или сдаче в плен Леонида Хрущева. Тем более нет никаких данных, что советский истребительный полк в марте 1943 года (то есть — после Сталинграда — И.К.) полностью перелетел к немцам. Таубман справедливо утверждает, что если бы это имело место на самом деле, то немецкая пропагандистская машина, несомненно, не пропустила бы такой факт. Тем более, что в 1943 году успехи немецкой армии были далеки от блестящих. Что же касается службы у генерала Власова, то его штаб был создан значительно позднее гибели Леонида, и появление сына Хрущёва там не осталось бы незамеченным. Разгар этих слухов пришелся на время, когда Хрущева отстранили от власти. Недостаток места не позволяет остановиться на других абсурдных обвинениях, которые при их проверке оказались грубо сфабрикованной клеветой. Те, кто участвовали в заговоре против «дорогого Никиты Сергеевича», явно не были заинтересованы в прекращении этих слухов, хотя и располагали доказательствами гибели Леонида Хрущева в бою.

Перед самой смертью летчик Заморин написал покаянное письмо на имя тогдашнего министра обороны Устинова. В нем он объяснил, почему менялись его донесения об этом бое. Авиационное начальство, опасаясь наказания за то, что не уберегли сына видного советского партийного деятеля, заставило отказаться от первоначального рапорта. В нем Заморин докладывал, что Леонид Хрущев, защищая своего ведущего, то есть его, принял на себя огонь немецкого истребителя и погиб. Поскольку гибель его произошла на территории, оккупированной немцами, поиска по свежим следам организовать не смогли. Тогда и появилось сообщение, что Леонид Хрущев пропал без вести.

Его сын, Юрий Хрущев сумел собрать убедительные документальные доказательства, и ныне в официальных документах значится, что гвардии старший лейтенант Леонид Хрущев погиб в бою. Он был храбрым и умелым летчиком. Перейдя перед войной из гражданской в военную авиацию, Л.Хрущев с самого начала войны принимал участие в боевых действиях. Еще в 1941 году был награжден орденом Красного Знамени. В те скорбные дни лета 1941 года награждали скупо. И наградили летчика-бомбардировщика не как сына Хрущева, а за то, что, летая без прикрытия истребителей, он не только удачно бомбил врага, но и вступал в бой с самолетами противника. Был подбит, привел свой самолет на базу, но при посадке получил тяжелое ранение. Полгода провел в госпиталях, с еще не зажившей раненой ногой переучился на истребителя и смело воевал в 18-м гвардейском истребительном авиаполку. Всего совершил 35 боевых вылетов. Еще при жизни за успехи в боях был представлен к ордену Отечественной войны 1-ой степени, но получить его не успел.

Недавно в Калужской области найдено место гибели советского самолета ЯК-7Б. Предполагается, что это был самолет Леонида Хрущева, хотя определенных доказательств пока нет. Юрий Хрущев сомневается, что такие доказательства когда-либо найдутся.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 9(346) 28 апреля 2004 г.

[an error occurred while processing this directive]