Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 23(334) 12 ноября 2003 г.

Захарий ГРУЗИН (Балтимор)

Крестоносцы ХХ века*

План «Wolkenbrand», финишная кривая

«…Из-за тесноты в самом Дахау или «по другим причинам» в начале апреля 45 г. масса транспортируемых узников «была забыта» в запломбированных вагонах. (…) Эти вагоны были обнаружены и открыты американскими солдатами после захвата лагеря 29 апреля 1945 года. В вагонах были найдены одни спрессованные трупы».

«From the last extermination» — Journal for the History оf the Jewish People during the Nazi Regime (Мюнхен, 1947, перевод с идиш).

Все справочники слово «эвакуация» определяют как «вывоз (или вывод) людей, учреждений, имущества из опасных местностей во время военных действий или стихийных бедствий. У гитлеровцев под словом «эвакуация» подразумевался вывоз или вывод людей к гибели…

Гиммлер отправку людей в лагеря смерти называл только «эвакуацией»!

Для этого был разработан целый арсенал способов и средств массового уничтожения. Каратели специальных подразделений («Zonderkomando») и их услужливые помощники из завербованных в оккупированных странах Европы и республиках Советского Союза коллаборационистов выполняли различные функции, начиная от пропаганды нацизма и антисемитизма до организации погромов и участия в расстрелах мирного населения. Совместно с гестапо, в гетто и рабочих лагерях они проводили акции по отбору узников для переправки в другие лагеря или для «эвакуации», то есть уничтожения.

На эти спецподразделения также были возложены обязанности по организации «транспортов» в лагеря смерти, где «эвакуируемых» ждали газовые, паровые или вакуумные камеры, крематории или просто костры для сжигания жертв и мельницы для уничтожения остатков несгоревших костей.

Эти подразделения также использовались в расстрельных командах по уничтожению советских военнопленных и узников гетто и концлагерей по пути следования.

В основном, узников отправляли в вагонах для перевозки скота, иногда, для маскировки, — в пассажирских составах1.

Передислокации из одних лагерей в другие проводились постоянно — из-за гибели узников в этих лагерях и необходимости замены их новыми жертвами.

Но часто «эвакуируемые» куда-то бесследно «исчезали», особенно во время отступления немецких войск. Так случилось с «транспортом» из Штутгоффа, откуда зимой, в ноябре 44-го, 12 тысяч евреев, в том числе 4000 женщин, были отправлены в 500-километровый пеший поход…

О количестве транспортов из «рабочих лагерей» (именно из «рабочих лагерей») трудно судить. Но думаю, что следует напомнить о некоторых из них, чтобы дать более полное представление о гиммлеровских «эвакуациях», и тех жертвах на дорогах, которые на Нюрнбергском и других международных процессах нацисты под всякими предлогами оправдывали:

«… 4-го августа 1944 года был отправлен транспорт с евреями из Варшавы в Дахау.

9-го августа варшавский «Поезд смерти» прибыл в Дахау. 2000 из 3000 узников умерли по дороге…» (стр. 549, 550);

(…) В начале января 1945-го, из Данцига и Штутгоффа были эвакуированы 29 тысяч евреев, в основном женщины. Из них в живых осталось только 3 тысячи! (стр. 591, 592);

(…) От 250 до 275 тысяч узников, в основном евреи, погибли во время «маршей мертвых» (стр.586) »2

Во время агонии третьего рейха нацистская верхушка решила расправиться с оставшимися в живых узниками концлагерей, но к газовым камерам в Освенциме, Майданеке и в других лагерях смерти доступ был закрыт. Территория Польши, где и находились самые крупные лагеря смерти, была освобождена советскими войсками. Тем более что и свободного транспорта для перевозки узников тоже не было. В связи с этим гитлеровцами были пущены в ход запасные варианты массового уничтожения узников.

Немецкий исследователь Andreas Wagner (Андреас Вагнер) в своей книге «Марш смерти» (другие авторы именуют эту трагедию «Марш мёртвых» или «Марш смертников») пишет:

«Перед самым концом войны, 18 апреля 1945 года, Гиммлер (Heinrich Himmler) — «архитектор геноцида», издал приказ о принятии срочных мер по ликвидации концентрационного лагеря [Дахау], который гласил: «Лагерь должен быть немедленно эвакуирован, ни один узник не должен попасть живым в руки врага»…

(…) Имеются источники, в которых главным инициатором истребления узников концлагеря Дахау указан сам Гитлер.

Шеф Гестапо Эрнст Калтенбрунер (Ernst Kaltenbruner) известил руководителя округа Пауля Гиестера (Paul Giester), что, в целях исполнения указания фюрера, предложены три варианта уничтожения узников:

1. По плану «Wolke A 1» («Tуча А 1) еврейские лагерные комплексы в Кауферинге и Мюлдорффе должны быть уничтожены германской авиацией. (…) План «Wolke A 1» подлежал немедленному исполнению в связи с тем, что основным контингентом, занятым на строительстве секретных подземных «Бункербау» были тысячи узников комплексов Кауферинга и Мюлдорффа. Не должен был остаться ни один свидетель, знающий о строительстве этих секретных бункеров и их месторасположении.

2. Отравить всех узников центрального лагеря Дахау (кроме узников из стран Скандинавии).

3. Перегнать узников из всех лагерей в Тироль (Альпы) и там, в ущельях, всех их уничтожить. (…) Этот план был зашифрован мистическим названием «Wolkenbrand» («пылающая, или горящая туча» — нем.).

…Из трех вариантов, самым приемлемым оказался план по уничтожению узников в ущельях Тироля (план «Wolkenbrand»). По этому плану, наряду с узниками еврейского происхождения, подлежали расстрелу в ущельях Тироля и узники других национальностей. В первую очередь там предполагалось уничтожить немцев, русских и поляков»3.

Судя по документам и свидетельским показаниям, планы типа «Wolkenbrand» об отправке на уничтожение узников именно в Тироль осуществлялись и раньше.

Обратимся к показаниям Исраэля Сегала, бывшего узника Бухенвальда:

«2 апреля, во время совместного построения трех лагерей Бухенвальда, эсэсовцы стали вытаскивать евреев из рядов и строить из них отдельную колонну. Собранных евреев разделили на здоровых и «больных» и разместили в разные ангары. (…) Для охраны евреев комендант выделил команду узников и немцев-уголовников («зеленых»). Лагерной полиции, которая состояла из политических заключенных («красных»), не доверили охрану. Все поняли, что настали плохие времена.

(…) 6 апреля нас выгнали из ангаров к воротам и образовали две еврейские колонны. 16 сотен в нашем «транспорте», и еще две тысячи — во втором.

В дороге кормили очень редко. На четвертый день разделили остаток хлеба, одну буханку на 20 человек. Потом три дня вообще не кормили. Узники питались зерном или сырой картошкой (если это удавалось где-то «организовать»). Чистой воды тоже не было, пили из луж. От голода стали опухать, перестали понимать, что можно есть, а что нельзя.

(…) Колонна стала совсем короткой, ибо большинство узников погибло по дороге, а остальные, судя по их состоянию, могли «тянуть» еще пару дней, не больше.

Еле тащились, завидуя мертвым. (…) Нас погнали дальше.

(…) Горстка людей тянулась из последних сил в сторону Тирольских гор. Зачем — мы не знали. И только 9 мая, около Зальцбурга, после 34-дневного (!) «марша из Бухенвальда», узники была освобождены американцами. (…) В колонне из 3600 осталось всего 128 узников»4.

Несмотря на то, что к исполнению был принят план Wolkenbrand», то есть план «эвакуации» в горы, план «Wolke A 1» — бомбардировку лагерей готовили параллельно. Об этом свидетельствует тот факт, что после вывода из лагерей Кауферинга «здоровых» евреев в сторону Тироля, в лагерь №1 и в лагерь Аллах, близ Дахау, стали переправлять из других лагерей узников-«мусульман» («мусульманами» на лагерном жаргоне называли доходяг).

Концентрацией немощных узников, видимо, преследовалась цель их массового уничтожения одной единственной усиленной бомбардировкой (или мощным взрывом). Потом можно было в этом обвинить американцев и англичан, которые беспрерывно бомбили близлежащие города Мюнхен и Аугсбург.

О том, что бомбардировка лагерей немцами намечалась давно, говорит и тот факт, что еще в начале декабря 44-го была проведена «репетиция».

Однажды, когда нас привели в лагерь с работы, мы застали там жуткую картину. Всюду на аппельплац лежали узники, погибшие от страшных рваных ран. Оставшиеся в живых заключенные, те, кто находился во время налета в землянках, рассказали нам, что прилетел какой-то самолет без опознавательных знаков и стал кружить на низкой высоте вокруг аппельплаца и расстреливать из крупнокалиберного пулемета узников. Сирены не было. Когда появился самолет, охрана спряталась под вышками, никто не стрелял в самолет, хотя рядом с лагерем стояли зенитки. Охранники не пострадали, только узники. Нас заставили подключиться к «тотенкоманде» и собирать погибших на тележки…

Выбор для «пробного» обстрела именно первого лагеря был не случайным. В отличие от других, он находился на отдаленном от населенных пунктов пустыре и был отлично виден. «Репетиция» прошла удачно…

Андреас Вагнер ссылается на три варианта уничтожения. Но кроме них были еще два.

Первый — это уничтожение больных во время подрыва освобождаемых лагерей, как это было в лагере №4.(Там всех облили бензином и подожгли).

Второй — уничтожение узников по пути к месту назначения.

Мой отец и младший брат во время эвакуации, как я уже писал, были оставлены в первом лагере. Несмотря на то, что брат еле ходил, его в числе других узников послали на станцию Кауферинг на разгрузку эшелонов, прибывших из четвертого лагеря. Недавно он рассказал мне, что им пришлось выносить полуживых узников из вагонов и перегружать их на тележки для перевозки в лагерь №1. В вагонах было очень много умерших.

Для одновременной «эвакуации» еврейских узников из рабочих лагерей было подключено огромное количество эсэсовских подразделений. Иногда колонны сопровождали от 200 до 300 конвоиров. Для пополнения конвойного состава к эсэсовцам добавили немецких заключенных-уголовников («зеленых») и военизированные формирования из бывших военнопленных и других коллаборационистов.

Судьба каждого узника, в основном, зависела от настроения этих конвоиров и их начальства.

Выходец из Италии доктор Армино Ваксберг в своих воспоминаниях писал, что в 1943 году его арестовали и вместе с другими 1300 итальянских евреев отправили в Освенцим. 1100 человек, то есть почти всех сразу, направили в газовые камеры. Ваксберг чудом избежал этой участи, попал в Мюлдорфф. Из всей группы арестованных только трое остались в живых. Вот что он писал:

«В самом конце апреля во время перевозки узников в сторону Тироля, начальник транспорта обершарфюрер Майер решил, что не обязательно везти эшелон до пункта назначения — можно расправиться с узниками на месте. В местечке Poing (Поинг) он приказал открыть вагоны и сообщил узникам, что они свободны. Люди поверили, разбрелись по городу. Но через 20 минут многие попали под перекрестный огонь броневиков, гестаповцев и СС.

Перед тем, как скрыться, Майер оповестил население, что евреи устроили бунт, напали на охрану и разбежались.

Командование «транспортом» принял на себя армейский оберфельдфебель Блази. По дороге он получил приказ направить состав к станции Кохель, а потом передать «транспорт» в распоряжение ожидающих там спецподраздений СС.

Но когда Блази узнал, что ожидает узников на конечной станции, он решил нарушить приказ – даже не взирая на то, что вся охрана состояла из войск СС. Он сумел сменить маршрут и доставил поезд с узниками в безопасное место, куда вскоре вошли американские войска. Таким образом, он спас набитый узниками эшелон от верной гибели.

Сопровождавшая «транспорт» эсэсовская охрана была сразу же арестована, а самого Блази не тронули — за него заступились узники.

Приказ Блази подарил доктору Ваксбергу на память…».

 

Из воспоминаний Исраэля Сегала:

«…31 апреля. Издали была слышна канонада. Нас погнали через лес. Многие падали от усталости…

…Впереди и по бокам колонн бежали эсэсовцы. В самом конце узников подгоняли собаками два типа в незнакомой нам униформе.

…Эсэсовцы не стали стрелять по упавшим. Но эти два бандита не прекращали, даже здесь, добивать безоружных, они разбивали прикладами головы лежащих людей. Зачем им это было нужно, кого они боялись — умиравших? Кому они доказывали свою «преданность рейху» и свой «героизм»? Убегающим впереди колонны фашистам?..».

 

Я неоднократно встречался с подобными «патриотами». Не могу забыть рассказы очевидцев о том, с какой злостью, во время детской акции, эти подручные нацистских палачей ловили детишек, как они обращались с ними и с их матерями.

После того, как эти нелюди закончили свою кровавую «работу» во время акции, их подключили в качестве дополнительного конвоя для сопровождения нас обратно с аэродрома в лагерь. Помню, как они кричали нам: «с вашими жидовскими [товарищами] мы расправились, скоро и вам конец, коммуняки!..».

Однажды, еще в Литве, на встречу нашей колонне, конвоируемой немецкой охраной, шла колонна измученных советских военнопленных. Вокруг них была охрана из таких же, но уже бывших военнопленных. Когда колонны поравнялись, эти предатели начали избивать своих же бывших однополчан, показывая пример немецким солдатам. Но, когда эти изверги сунулись в нашу колонну, стали нам угрожать и кричать «А ну-ка, запойте свою «Катюшку»», офицер из нашего конвоя выхватил пистолет и прогнал их. Я слышал, как он выругался: «Свиньи, своих же свиней бьют»…

·

Не хочется говорить о национальной принадлежности этих подонков. Ни один народ не отвечает за своих бандитов, убийц, которых даже их временные хозяева, эсэсовцы, считали людьми третьего сорта. Вторым сортом у них шли «зеленые», «свои» преступники…

 

На Нюрнбергском процессе Kaltenbrunеr с пеной у рта доказывал, что отправка узников в Тироль, якобы, была вызвана только тем, что там планировалось строительство подземных сооружений, а отнюдь не с целью истребления узников.

А на процессе в Дахау была выдвинута версия о том, что невыполнение приказа «Wolke A 1» есть заслуга руководителя округа Баварии Гиестера. Пауль Гиестер, якобы, всевозможными отговорками задерживал эти бомбардировки, постоянно оправдывался перед Калтенбрунером, ссылаясь то на плохую погоду для точной бомбардировки лагерей, то на нехватку необходимого количества бомб или топлива.

Можно с уверенностью сказать, что, если бы нацистское руководство привело в действие «Wolkenbrand», «Wolke A1» и подобные им кровавые акции всего на одну неделю раньше (да, да, всего на одну!), то некого было бы Союзным армиям спасать. Планы были бы выполнены согласно первоначальному замыслу, с немецкой педантичностью, на все 100 процентов.

Не успели!!!

Французский историк и государственный деятель конца Х1Х века Луи Блан писал: «Для того, чтобы явилось в свет какое-нибудь зло, нужен один день, а чтобы его стереть с лица земли, потребуются многие десятилетия».

Думаю, чтобы стереть коричневое пятно с позорного столба истории, к которому новоявленные крестоносцы ХХ века пригвоздили не только немцев, но и тех, кто им верноподданически прислуживал, потребуются даже не десятилетия — многие столетия!…

Балтимор, 2003 г.


*Окончание. Начало см. «Вестник» #22 (333), 2003 г.

Использованные источники и литература:

1.Материалы из архива концлагеря Дахау;

2. Barbara Distel, Ruth Jakush «Concentrations Camp Dachau 1933-1945» (каталог музея), изд. в Мюнхене, 1978 г.;

3. Andreas Wagner «Todesmarsh Die Raumung und Teilraumung der Konzenntrationslager Dachau, Kaufering und Muhldorf Ende April 1945» Panther Verlag Lutz Tietmann, Ingolstadt 1995; (на немецком языке)

4. «The Holocaust Chronicle. A History in Words and Pictures». Publications International, Ltd;

5. «From the last extermination» — Journal for the History оf the Jewish People during the Nazi Regime (Мюнхен, 1947. (издано на идиш);

6. Dr. S. Ginaite «Zydu tautos tragedijos Lietuvoje pradzia» Leidikla «Misa», Vilnius 1994 (на литовском языке) 

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 23(334) 12 ноября 2003 г.

[an error occurred while processing this directive]