Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 18(329) 3 сентября 2003 г.

Семён ИЦКОВИЧ (Чикаго)

Реакция

М.Шолохов

Итак, российская пресса реагирует на публикацию в «Новой газете» статьи Николая Журавлева, о которой я сообщил читателям «Вестника» в №15. Чтобы напомнить тему, повторю название статьи Журавлева: «Они писали за Шолохова. Самый грандиозный литературный проект ХХ века». Первой на эту публикацию откликнулась, конечно же, газета «Правда», орган КПРФ. Причем с невиданной оперативностью: статья Журавлева вышла 23 июня, а отклик в «Правде» — через 4 дня, 27 июня! Впрочем, затраты времени на написание этого отклика, по моей «калькуляции», не превысили десяти минут. Автор «Правды» Игорь Гребцов, член Союза писателей России, не дал себе труда что-то анализировать, просто исполнил партийное поручение в, очевидно, привычной ему манере. Название его статьи «Грязный котлован. Сатанинские пляски на книгах гения» ничем, кроме ругани, не подкреплено. «Не чем иным, — он пишет, а редакция главной партийной газеты такой «перл» пропускает, — как бредом сумасшедшего, невозможно назвать измышления некоего израильтянина Бар-Селлы, которые пропагандирует услужливый комментатор Николай Журавлев». Ну и стиль, ну и логика, ну и грамотность пошла в нынешнем Союзе писателей России!

А заканчивается статья в «Правде» так: «Литературоведы, миллионы почитателей таланта Михаила Шолохова, отбившие не одно покушение на святая святых — творчество гения, — сумеют (я уверен в этом!) достойно ответить и на новую атаку пачкунов, рядящихся в тогу «правдорубов». Так было и будет». Да, так было, а вот так ли будет — это мы еще посмотрим.

Итак, «Правда» дала установку литературоведам. Партия велела, комсомол ответил «Есть!» Ну, не комсомольцы уже, а люди солидные — два доктора филологических наук, В.И.Баранов и Ю.Г.Круглов, выступили в «Литературной газете» (30 июля) со статьей «Еще один опыт литературного киллерства». В отличие от вышеназванной публикации «Правды», статья в «ЛГ» содержит цитаты из критикуемой статьи Журавлева, написана более обстоятельно и, что отметим, грамотно. Однако отсутствие явных грамматических погрешностей — единственное достоинство этой статьи, по духу же она сродни «правдистской» (увы, теперь «ЛГ» уже совсем не та, которую мы помним).

Цитата — и барственный смешок, цитата — и издевка, таков стиль двух докторов наук. По существу же ими ничего не сказано, ровным счетом ничего из статьи Николая Журавлева они не опровергли, зато продемонстрировали свою образованность, приобщив имена Горького, Достоевского, Толстого, Белинского, Гончарова, Герцена. Просто так, ни к селу, ни к городу. Они также перечислили образы Григория Мелехова, Пантелея Прокофьевича, Ильиничны, Аксиньи, Коршунова… Для чего? Только чтобы воскликнуть: «Ниспровергателям, с арифмометром в руках просчитывающим всё и вся, нет дела до ЧУДА — характеров… в гениальном «Тихом Доне»». Как будто речь идет о ниспровергателях романа! Роман-то гениальный, только, господа, все-таки ведь не Шолохов его автор.

Вместо доводов по существу два ученых мужа ополчились на Журавлева по поводу упомянутого в его статье Пролеткульта. Чего ради они затеяли никчемную дискуссию об этой организации, непонятно. Полагаю, чтобы увести читателей «ЛГ» в сторону от сути дела. И вот они ссылаются на наброски Ленина и Письмо ЦК РКП(б) 1920 года, демонстрируя при этом «потрясающую эрудицию» (это их ироническое выражение в адрес Журавлева) в истории родной партии. «Даже средний студент-филолог, — пишут они, — знает, что Пролеткульт пришит к делу белыми нитками», будто Ленин и партия были против Пролеткульта, и, следовательно, Пролеткульт к советскому культурному строительству непричастен. Хоть это, повторяю, к делу не имеет отношения, давайте заглянем хотя бы в Большой энциклопедический словарь: «Пролеткульт… организация (1917-1932) пролетарской самодеятельности в различных областях искусства, особенно в литературе и театре…» А еще в 1925-1932 годах была массовая литературная организация РАПП (Российская ассоциация пролетарских писателей).

Первая публикация «Тихого Дона», как известно, сразу вызвала сомнения в том, что автором романа мог быть малолетний Шолохов. Чтобы эти сомнения пресечь, в 1929 году в «Правде» было опубликовано грозное письмо, подписанное «по поручению секретариата РАПП» пролетарскими писателями Серафимовичем, Киршоном, Авербухом, Фадеевым, Ставским: «Врагами пролетарской диктатуры распространяется злостная клевета… Чтобы неповадно было… мы просим литературную и советскую общественность помочь нам в выявлении конкретных носителей зла для привлечения их к судебной ответственности». Понятно, разговоры затихли.

А теперь? «Через несколько месяцев, — пишут Баранов и Круглов, — 100-летний юбилей писателя, лауреата Нобелевской премии. Как же хочется испортить это событие некоторым «товарищам», вытащив из сундуков с нафталином грязные одежды». Доктора филологических наук, как видим, сбились на неакадемический стиль. И ошиблись в арифметике: до юбилея месяцев не несколько, а 22. Хотя с датой рождения Шолохова нет полной ясности, юбилей намечено праздновать в мае 2005 года (уже есть на то Указ президента РФ, распоряжение председателя правительства и оргкомитета).

В «Парламентской газете» (издание Федерального Собрания РФ) с отповедью Журавлеву выступил один из «шолоховедов», автор книги о Шолохове Валентин Осипов. Характерно, что в его статье даже нет упоминания «Новой газеты», он пишет «В одной из газет…» Очевидно, для того, чтобы затруднить читателям поиск статьи Журавлева. «В который уж раз Шолохову пытаются отказать в авторстве трех его романов. По мнению Журавлева (на самом-то деле, не по мнению Журавлева, а согласно исследованиям Зеева Бар-Селлы. — С.И.) их создали три разных автора… Невольно вспомнишь Мэлора Стуруа («Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты». — С.И.), назвавшего тех, кто пытается опорочить Шолохова, мракобесами».

Надо отдать должное Осипову: у него среди ругани есть все-таки хоть одно возражение по существу. Не принимая Краснушкина в качестве автора «Тихого Дона», Осипов дает своё обоснование: Краснушкин «погиб в 1920 году, а действие романа, напоминаю, заканчивается в 1922 году». Для тех, кто не читал публикации Журавлева и Бар-Селлы, это возражение, возможно, будет выглядеть убедительным, но дело-то в том, что Краснушкину, как показал Бар-Селла, принадлежит только основа романа, первые его части и наброски, а после того, как Краснушкина расстреляли, роман дописывали другие!

Осипов это понимает, оттого в конце срывается на угрозу: «А может, стоит проучить этого самого Журавлева? Например, вчинить иск за распространение клеветнических измышлений в отношении Шолохова. А также за нанесение далеко не только морального ущерба правообладателям и издателям…» Страшно, аж жуть! А если серьёзно, то в сегодняшней России журналисту действительно есть чего опасаться.

Помимо центральных российских газет, свой голос подала выходящая в Ростове-на-Дону газета «Молот» (11 июля). Местный журналист-краевед В.Вихрова реагирует на статью Журавлева совсем просто: «Не хочется ни повторять приводимые автором ничем не подтвержденные факты, ни опровергать их… Доколе?.. Страна готовится отметить 100-летие…» Видите ли, вся страна готовится, а кто-то вот выступает. Против всей страны! Враг народа?

Вот такая на сегодня реакция. Почин сделан, но главные сражения — впереди, ибо «шолоховедов» в России — легион, а «шолохолюбов» — еще больше. И всё же в конечном итоге апологетам Шолохова не устоять, ибо факты — упрямая вещь. Их всё больше, и они всё весомее. В «Новой газете» между тем опубликована (4 августа) еще одна интересная статья под заголовком «Шолохов начал писать «Тихий Дон» в семь лет?» Авторы — Андрей и Светлана Макаровы — занимаются этой темой давно. Известны их публикации, в том числе и изданные в России книги. Они обнаружили в изданиях «Тихого Дона» множество несуразностей. «Начинаются они, — пишут Макаровы, — прямо на первой странице с упоминания времени действия. «В последнюю турецкую кампанию вернулся в хутор казак Мелехов Прокофий…» Но последняя кампания — Балканская война 1877-1878 гг. — не подходит по возрасту персонажей… Заметив ошибку (или получив подсказку — С.И.), Шолохов в издании 1941 г. исправляет на «предпоследнюю», но в примечаниях к последующим изданиям продолжает лепетать о Балканской кампании 1877 г. Выходит, что «автор» просто не представляет, когда же начинается действие его собственного повествования».

«Большая часть ошибок, — отмечают авторы статьи, — появляется там, где в текст вставлены заимствования из ряда мемуарных книг (генералов Лукомского, Деникина и Краснова, Антонова-Овсеенко, Френкеля, Какурина) и вызваны они неправильным согласованием этих заимствований с основным текстом… Заимствования в «Тихом Доне» возникают лишь с середины 4-й части и служат связками отдельных сюжетных линий и эпизодов, прикрывая разрывы в повествовании… Например… о казаках 12-го Донского полка, сражавшихся с петлюровцами под Старобельском… Полная чепуха. Весной 1918-го еще не было ни 12-го полка… ни каких-либо петлюровцев — Украина была… под полным контролем немцев. Шолохов (или кому это было поручено — С.И.)… произвольно вставил взятый откуда-то фрагмент на случайное место. Понимал ли он хорошо смысл того, что писал или переписывал?»

Поразительно также, что одни и те же события, описанные в романе, имеют в разных местах различную датировку. Объясняется это просто — разные люди писали: подлинный автор романа датировал события по старому стилю, а в поздних инородных включениях они датированы по новому. И недосуг было выверить! Шолохову не под силу, а старшим товарищам — «до лампочки»?

Много странного в тексте романа. Когда же он был написан? Много ранее, чем гласит официальная версия. А. и С. Макаровы обратили внимание на красочные описания явлений природы в первой части романа — ранний снег на Покров, ростепель до Михайлова дня, ледоход на Дону в Страстную субботу, весенние потоки на Вербное воскресенье, жара на Троицу (именно так было в 1911 г.) — и по деталям, которые мог описать только очевидец, сделали заключение: «Начало работы автора над романом следует отнести примерно к 1911 году. Естественно, что любые попытки как-либо связать М.А.Шолохова… с созданием текста первых частей романа просто неуместны».

Действительно, в 1911 году Шолохову было 7 лет. Почему же рукопись расстрелянного автора вручили не какому-либо его ровеснику, а малолетнему Шолохову? По недосмотру. Недосуг было читать, вникать и разбираться в нюансах. Думали, и так сойдёт. И долго сходило с рук. Но сколько веревочке ни виться, конец будет…

«Недавно в Ростове, — сообщают Макаровы, — сын Нобелевского лауреата опубликовал важный и неизвестный ранее документ — письмо М.А.Шолохова от 23 марта 1929 г. В нем впервые упоминается о состоявшейся 21 марта встрече Шолохова со Сталиным, во время которой вождь и закрепил окончательно авторство «Тихого Дона» за молодым пролетарским писателем. Сталиным, очевидно, было продиктовано и то письмо «пролетарских писателей», которое угрозой уголовного преследования на долгие десятилетия заткнуло рот всем скептикам».

Но слухи о мошенничестве шли по стране. «Писатели из «Кузницы» Березовский, Никифоров, Гладков, Малышкин, Санников и прочие, — писал в своем письме М.Шолохов, — людишки со сволочной душонкой сеют эти слухи и имеют наглость публично выступать с заявлениями подобного рода. Об этом только и разговору везде и всюду».

Для справки: «Кузница» — литературная группа, основанная в 1920 г. писателями, вышедшими из Пролеткульта, и в 1931 г. влившаяся в РАПП. Из перечисленных Шолоховым «людишек» Ф.Гладков и А.Малышкин преуспели в качестве советских писателей. Очевидно, сразу уняли свои языки и подружились с Шолоховым, иначе им бы не выжить.

А вот еще свидетельство, с которого Макаровы начинают свою статью в «Новой газете»: «В начале 1992 года мы опубликовали свою первую работу об авторстве «Тихого Дона» и тогда же выступили с рассказом об этом в программе ленинградского ТВ «Истина дороже». И вот после передачи неожиданно мы получили письмо от Александра Лонгиновича Ильского. Профессор, доктор технических наук, он в те далекие годы, с конца 1927 г. по апрель 1930 г., еще молодым, работал в редакции «Роман-газеты»… техническим секретарем… «Я, очевидно, являюсь одним из последних участников событий времен появления на свет произведения «Тихий Дон» в 1928 г. Я на четыре года моложе Шолохова М.А. и в тот период часто встречался… регистрировал его рукописи, сдавал в машбюро их печатать и практически участвовал во всей этой кухне, как из Шолохова сделали автора «Тихого Дона». Не только я, но и все в нашей редакции знали, что первые четыре части романа «Тихий Дон» М.А.Шолохов никогда не писал. Дело было так: в конце 1927 г. в редакцию М.А.Шолохов притащил один экземпляр рукописи объемом около 500 страниц машинописного текста… Когда через год после выхода в свет романа возникли упорные разговоры и слухи о плагиате, главный редактор «РГ» Анна Грудская собрала нас в редакции и сказала, что там… в «верхах» принято решение, что автором «Тихого Дона» должен быть молодой пролетарский писатель М.А.Шолохов. Шолохов… часто бывал в редакции… но никогда не говорил о «Тихом Доне». В редакции мы все знали, что эта рукопись как-то попала к нему… У нас в редакции всегда крутилась целая компания так называемых молодых пролетарских писателей, произведения которых никто не печатал. Они, конечно, страшно завидовали Шолохову. Почему выбор пал на него?..» Может быть, их и поминает недобрым словом Шолохов в цитированном выше письме?

Статья Макаровых, несомненно, вызовет новый всплеск нападок на них и на «Новую газету», оставшуюся на сегодня едва ли не единственным в России бастионом свободного слова. Тем более, что вопрос об авторстве «Тихого Дона» и других приписываемых Шолохову произведений уже не столько литературоведческий, сколько политический. Ведь разоблачение Шолохова — это удар по духовному сталинизму, который в России, судя по реакции на статью Журавлёва, ещё вполне здравствует.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 18(329) 3 сентября 2003 г.

[an error occurred while processing this directive]