Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 16(327) 6 августа 2003 г.

Белла ЕЗЕРСКАЯ (Нью-Йорк)

История о том, как Эмиль Горовец вернулся в Одессу

Эмиль Горовец

Я хочу рассказать об одном концерте, смысл которого стал для меня особенно важен после недавнего посещения Одессы. Этот концерт был задуман в Нью-Йорке еще при жизни Эмиля Горовца — с благородной целью — вернуть знаменитому певцу веру в то, что на родине его помнят и любят. Идея принадлежала одесситке Наташе Нежмаковой, близкой к семье певца, и была более, чем актуальна: в последнее время Горовец болел, хандрил и жаловался на то, что все его забыли. По просьбе Наташи Эмиль Яковлевич и его жена Ирина подобрали аудиозаписи в кассетах и компактных дисках, любительские и профессиональные телезаписи, фотографии в жизни и ролях, интервью, статьи и публикации. Весь этот огромный и разнообразный материал был переписан, скопирован, отсортирован супругами Нежмаковыми и отправлен в Одессу музыковеду Одесской филармонии, хозяйке музыкальной гостиной еврейского центра «Мория» Анне Львовне Розен.

Надо было обладать безупречным вкусом и влюбленностью в творчество Горовца, чтобы при острой нехватке времени, связанной с работой в филармонии (Аня Розен — музыкальный комментатор государственного оркестра Одесской филармонии, лектор Камерного оркестра филармонии, руководитель детской группы «Юный меломан»), из этого пестрого и неоднородного по качеству материала создать нечто цельное и гармоничное, а именно, — концерт-биографию певца. Техническое обеспечение этого многоступенчатого мероприятия — запись, перезапись, сведение в единый звуковой и видеоряд, монтаж и оформление сцены осуществлял муж Ани Вениамин Яковлевич Паниман. Долгими часами прослушивая записи, он «заболел» Горовцем. Участие в готовящемся вечере приняла заведующая библиотекой «Мориа» Елизавета Максимова, специальную аппаратуру предоставила активистка «Мории» Эсфирь Гринберг. Так объединенными усилиями была обеспечена техническая часть этого необычного мероприятия. Скомпоновав отобранные и отредактированные фрагменты видео- и аудиозаписей, использовав материалы статей и интервью, Анна соединила их воедино своим комментарием, оживив и создав ощущение присутствия в зале самого исполнителя. Нехватку некоторых записей она восполняла, озвучивая их на фортепиано.

Честно говоря, у меня были сомнения в успехе этого предприятия: зрители, как известно, предпочитают видеть и слышать актера вживе. Но успех концерта превзошел все ожидания. Зрители долго аплодировали, было много слез и цветов. Концерт был снят на пленку, пленка отправлена в Нью-Йорк, но, к сожалению, опоздала: 17 августа 2001 года Эмиля Яковлевича не стало. Горечь и боль утраты на долгое время затмили все остальные чувства. Между тем, эстрадный телеконцерт, задуманный как акт признательности и милосердия, продолжал жить своей независимой жизнью. Выяснилось, что за кадром осталось огромное количество материала, не вместившегося в первоначальный, «общий» план. Интерес публики оказался столь велик, что был запланирован и проведен второй концерт, потом третий, причем в новом варианте. Горовец, известный миллионам как звезда российской эстрады, предстал как исполнитель и страстный пропагандист песни на идиш. Позже программа была показана в Краснодаре. В прошлом году Анна Львовна устроила ее презентацию в Санкт-Петербурге, куда она была приглашена на семинар музыкальных работников. А недавно по молдавскому радио прозвучали русские и еврейские песни в исполнении Эмиля Горовца. Концерт был подготовлен профессором Кишиневской консерватории Серго Бенгельсдорфом.

В этой связи нелишне вспомнить, что свою творческую деятельность выпускник студии Михоэлса и Гнесинского училища Эмиль Горовец начинал именно в Кишиневе. Горовца послали по распределению в Молдавский оперный театр, которого в то время... не существовало. Эта бюрократическая ошибка круто повернула творческий путь певца. Он остался в Кишиневе и получил временное назначение в Молдавскую филармонию как певец и преподаватель вокала. Эстрада стала его судьбой. Конечно, пришлось переучиваться. Его учителем стал известный в то время педагог Изя Голенд, преподававший по немецкой системе. Перемена амплуа прошла благополучно. Эмиль Яковлевич сохранил свой неповторимый голос.

В течение четырнадцати лет Эмиль Горовец вел авторскую программу на еврейском радио в Нью-Йорке. Он выходил в эфир три раза в неделю с получасовой передачей. Эта была большая, не только исполнительская, но исследовательская работа. Он поднимал целые пласты литературы на идиш, открыл своим слушателям поэзию Лейба Найлуса, Мориса Розенфельда, Самуила Галкина, Шимона Фруга, Абрама Суцкевера, Давида Гофштейна, Ицика Фефера, Хаима Нахман Бялика и многих других поэтов. Он выступал как их интерпретатор и популяризатор. Каждую неделю он писал новую песню на стихи того поэта, которому была посвящена передача. А иногда — на свои собственные. Это был огромный труд, ради которого Эмиль Яковлевич отказался от концертной деятельности. Но и моральное удовлетворение он получал большое. Тому свидетельство — десятки писем радиослушателей со словами признательности и благодарности. Горовец переводил русские оперные арии и народные песни на идиш. Ария Ленского в его переводе звучала великолепно. Мне порой жаль, что такой тенор пропал для оперы. Его голос сравнивали с голосом Карузо. В юности он пользовался услугами лечившего Карузо отоларинголога, и тот находил, что у Горовца строение горла такое же, как у великого итальянца. Переводя русскую классику на идиш, Горовец стремился к сближению двух культур — русской и еврейской. После него остались десятки бобин с записями передач. Это богатейшее наследие не должно пропасть, особенно сейчас, когда в Америке, России и на Украине возрождается интерес к языку, культуре и литературе на идиш. Именно этим и ценен почин одесских энтузиастов, который вышел далеко за локальные рамки.

Богатейший архив Горовца находится в Нью-Йорке. Он доступен всем желающим. Много лет Эмиль Яковлевич работал на радиостудии WMNB (потом — «Надежда»). Там у него были две программы — «По клавишам памяти» — о русской эстрадной песне и «Мамелошн» — о еврейской культуре на языке идиш. Эти программы он вел до последних месяцев жизни.

В мае я посетила библиотеку Одесского еврейского центра «Мория» — ту, где происходил первый показ теле-аудио-концерта Эмиля Горовца. Пригласила меня туда Анечка Розен — та самая, чьим талантом и трудом Эмиль Горовец был возвращен одесситам. Мне было очень приятно, что в подготовке программы о певце она использовала мою статью в журнале «Чайка», последнюю, которую Эмиль Яковлевич успел прочитать о себе. На обложке журнала была воспроизведена одна из последних фотографий певца на звездном фоне — так художник выразил свое отношение к объекту. Встреча в музыкальной гостиной была посвящена воспоминаниям. Вспоминали приезды Эмиля Яковлевича. Горовец очень любил наш город и охотно приезжал в Одессу. Одесситкой была его жена Маргарита Полонская, с которой он прожил 42 года. На концерте ее памяти он спел несколько песен об Одессе.

Читальный зал клуба «Мориа» 18 мая был полон. Много знакомых лиц, узнаваемых сквозь толщу времени. Аудитория была на редкость чуткой и благодарной. После беседы директор центра Геннадий Кацен, красивый человек с лучезарной улыбкой и грустными глазами, показал мне выставку фотографий под названием «Где эта улица, где этот дом» — снимки старых одесских домов, большей частью уже не существующих. Это было мое второе выступление в тот день, я очень устала, но оторваться от фотографий было невозможно. Я узнала свою Одессу, ту, которой больше нет, которая доживает последние дни. Дом — соседний с моим на улице Кузнечной, 36 — разрушен. Вся левая сторона улицы, если идти по направлению к Толстого, лежит в руинах. Снимки были сделаны мастером.

— Какую из этих фотографий вы хотели бы увезти с собой в Нью-Йорк? — спросил меня г-н Кацен. Я, не раздумывая, ткнула пальцем в угловой двухэтажный дом, облепленный самодельными вывесками и вывесочками. Это был дом на углу Чижикова и, если не ошибаюсь, Малой Арнаутской.

— Этого дома уже нет, — с сожалением прокомментировал Геннадий Наумович. — Но если вам понравилась эта фотография, я постараюсь ее отпечатать.

Накануне отъезда он принес оттиск, бережно завернутый в целлофан. Автор — Борис Грачиков, видимо, это была его персональная выставка. Мы долго говорили — о смысле и сущности его работы в еврейском центре, о нуждах популярной библиотеки, которая живет за счет пожертвований, в том числе авторов-одесситов; об Одессе, которая меняется на глазах; о превратностях жизни по обе стороны океана, о сложных взаимоотношениях отцов и детей… Профессиональная улыбка с лица Геннадия Наумовича исчезла. Передо мной сидел усталый человек, которому на склоне лет пришлось заниматься совсем не тем, чему его учили в институте. Он дорожит своей работой и относится к ней с полной ответственностью, потому что любит ее и людей, для которых работает. Повторяю его просьбу: Одесскому центру еврейского самообразованиия «Мориа» очень нужны книги писателей-одесситов и не только одесситов. Хотя бы по одному экземпляру. Адрес: Ukraine; Украина 65009 г. Одесса. ул Пионерская, 5-а. На имя директора центра Кацена Г.Н.

Уходит город, который мы знали и любили, — в память о нем остаются фотографии. Уходят артисты, но остаются их голоса, и в наших силах сделать все, чтобы голоса эти не умолкали.

5 июня 2003 г.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 16(327) 6 августа 2003 г.

[an error occurred while processing this directive]