Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 15(326) 23 июля 2003 г.

Элиа МИРЗОЕВ (Москва)

Иракская нефть вступает в игру

Александр Салтанов

Несмотря на то, что силы коалиции продолжают операцию по подавлению иракского сопротивления, сообщения о гибели в Ираке американских и британских солдат приходят с пугающей регулярностью. Тем временем, в конце июня биржевые аналитики отметили падение нефтяных котировок на нью-йоркской бирже — правда, пока незначительное, но тенденция — налицо. Как считают многие эксперты, связано это прежде всего с возвращением Ирака на мировой нефтяной рынок.

Ирак завершил свой первый послевоенный тендер: иракская государственная нефтяная компания SOMO подписала контракты с шестью крупными фирмами — испанскими Repsol и Cepsa, турецкой Tupras, итальянской ENI, французской Total и американским гигантом ChevronTexaco — на продажу 10 млн. баррелей иракской нефти. В Багдаде уже объявлено о возобновлении экспорта нефти: первый миллион баррелей «черного золота» начали закачивать из хранилищ на турецкий танкер Ottoman Dignity еще 22 июня. Место назначения судна с сырой нефтью — перерабатывающий завод, расположенный на турецком побережье Эгейского моря.

Вместе с тем, подписание контрактов на продажу иракской нефти ознаменовалось взрывом трубопровода, ведущего в Турцию с иракских месторождений на севере Ирака. Начало же отгрузки первой послевоенной нефти было прервано взрывом нефтепровода в городе Хиф, в 140 км к северо-западу от Багдада. По мнению сотрудников иракского министерства нефти, речь, несомненно, идет о диверсии. «Нефтяную войну» в Ираке следовало бы ожидать. Объекты нефтяной индустрии — весьма привлекательная мишень: даже небольшой взрыв приводит здесь к катастрофическим последствиям.

Вообще, рост «нефтяного фактора» в политике мусульманского мира заметен невооруженным глазом. Призывы не позволять «крестоносцам» пользоваться богатствами арабской земли (а это, прежде всего, нефть) звучат в транслируемых «Аль-Джазирой» обращениях бен Ладена и Аймана аль-Завахири постоянно. За начало «нефтяной войны» принимали и взрыв французского танкера «Лимбург» в Йемене еще до второй иракской кампании. Одновременно с ее началом премьер-министр Малайзии, известный своими радикальными высказываниями, призвал к «нефтяному джихаду» против Запада. В конце мая аль-Завахири, второй человек в «Аль-Каэде», в переданном той же «Аль-Джазирой» видеообращении уже грозил не только США, но и Норвегии, которую несколькими днями ранее «настоятельно приглашали» вступить в ОПЕК.

Джалал ат-Талабани

Судя по многим признакам, в игру на новом иракском поле вступает и Россия. По информации турецкой онлайновой газеты «Интернетажанс» от 7 июля, в Москву направляется лидер Патриотического фронта Курдистана Джалал ат-Талабани. Об этом сообщил журналистам представитель этой организации в России и странах СНГ Сорес Саид. В скором времени в России также может появиться и лидер Демократической партии Курдистана Масуд Барзани.

Между тем, 4 июля замминистра иностранных дел РФ Александр Салтанов подтвердил — контакты России с иракскими национальными силами «будут продолжены». Это, по его словам, «будет способствовать развитию дружественных отношений, что отвечает интересам народов обеих стран». «Россия никогда не уходила из Ирака, наши отношения насчитывают не одно десятилетие, — заверил Салтанов, курирующий в МИД контакты со странами Ближнего Востока и Африки. — Сейчас важно, чтобы не были прерваны наши экономические связи, которые имеют важное значение для восстановления нормальной жизни в Ираке». «Российские компании восстанавливают контакты в этой стране, — сказал он. — У нас есть основания рассчитывать, что их деятельность будет продолжена».

Пространное заявление Салтанова не оставляет сомнений: в России всерьез вознамерились вернуть прежние позиции в Ираке и уже активно ищут контакты с новыми иракскими политиками. А попутно пытаются избавиться от репутации союзников свергнутого режима: контакты с оппозиционерами россияне наладили еще до падения Саддама, и работы по подписанным контрактам, несмотря на давление со стороны Ирака, так и не начали до снятия ооновских санкций.

Трудно сказать, перевесят ли салтановские разъяснения многолетний патронаж Саддама Хусейна со стороны России и насколько продуктивна подобная дипломатия сегодня, пока контуры будущего правительства Ирака не ясны даже приблизительно. Ведь никто не знает, каким влиянием в нем будут располагать те самые Барзани и ат-Талабани — в конце концов, существует опыт Афганистана, где накануне вторжения пресса тасовала имена Факимхана, Рашида Дустума и т.д., а вся полнота власти оказалась в руках доселе малоизвестного Хамида Карзая.

Но не приходится сомневаться, что появление на новой иракской авансцене России, попытки Москвы наладить контакты с местными политическими лидерами и полевыми командирами не просто «путают карты» прежде всего США — они способны усложнить политическую ситуацию в Ираке, которая и так остается неопределенной, и существенно затруднить тем же США переговоры с местными политическими лидерами. А выигрывает от такого развития событий, прежде всего, Россия — чем дольше продолжается в Ираке период нестабильности, тем дальше отодвигается момент весомого выхода на мировой рынок иракской нефти и неизбежное падение цен на «черное золото». От которых, напомним, российская экономика зависит более чем сильно.

 

Иранский покер

Иран идёт по следам Северной Кореи

Камаль Харрази

Британская Би-Би-Си информационное сообщение о визите и переговорах главы британского внешнеполитического ведомства Джека Стро с его иранским коллегой Камалем Харрази и президентом ИРИ Мохаммедом Хатами озаглавила весьма симптоматично: «Стро предлагает Ирану «пряник».

По сведениям британских журналистов, Джек Стро не только призвал Иран подписать дополнительный протокол к соглашению с МАГАТЭ (Международное агентство по атомной энергии), который даст возможность инспекторам провести более тщательную проверку ядерных объектов, но и обозначил другой, не менее болезненный для ИРИ вопрос — соблюдение прав человека. После чего дал понять, что при отсутствии кооперации со стороны Ирана для Евросоюза было бы затруднительно пойти навстречу ИРИ в рамках обсуждаемого в эти дни соглашения о торговле и сотрудничестве. «Прогресс на пути достижения соглашения по торговле и сотрудничеству зависит от прогресса в отношении соблюдения прав человека и в отношении проблем, подобных договору о нераспространении ядерного оружия», — заявил Стро.

СМИ отмечают, что какой-то отклик Тегерана на «пряник» уже есть. На совместной пресс-конференции с Джеком Стро Камаль Харрази заявил, что Тегеран готов к дальнейшему сотрудничеству с МАГАТЭ, равно как и к переговорам по вопросу о подписании дополнительного протокола. Этот протокол стал камнем преткновения на переговорах между Ираном и Международным агентством по атомной энергии. МАГАТЭ требует от Тегерана допустить на свои ядерные объекты международных инспекторов, с тем, чтобы удостовериться, что эти объекты не могут использоваться для производства ядерного оружия.

Тем не менее, в ответ на позитивные шаги со своей стороны Тегеран потребовал «позитивных действий» от других государств. Трудно судить, идет ли речь о реальном согласии Ирана на инспекции, или же слова Харрази о «позитивных действиях в ответ на позитивные шаги» представляют собой всего-навсего новое изложение старых попыток Тегерана выторговать в обмен на расширение инспекций полный доступ к ядерным технологиям. В последнем случае МАГАТЭ останется просто регистрировать прогресс Ирана в ядерной сфере, не имея даже теоретических возможностей повлиять на события.

Осторожность мирового сообщества только подстегивает «ядерный» аппетит Ирана. Посетивший Москву вице-президент Ирана, глава Организации по атомной энергии страны, Голям Реза Агазаде предложил России построить еще несколько атомных электростанций на территории ИРИ. «Мы намерены, помимо атомной станции в Бушере, построить еще несколько АЭС общей мощностью 6 тысяч мегаватт и предлагаем России воспользоваться этой возможностью», — заявил Агазаде. После встреч с российским руководством иранский представитель заявил, что он воодушевлен тем, что «Россия подтвердила готовность сотрудничать с Ираном в атомной области».

Визит Агазаде еще раз доказал, что иранцы решили «пойти по стопам» северокорейцев. В интервью «Первому каналу» российского телевидения Агазаде сказал, что Тегеран готов подписать дополнительный протокол к Договору о нераспространении ядерного оружия. Однако произойдет это только при наличии «атмосферы прозрачности и доверительности отношений участников этого документа». «Иран хочет, — пояснил он, — чтобы все участники договора в полной мере выполняли принятые на себя обязательства». Визит Агазаде, похоже, преследует и иную цель — прощупать готовность Москвы прикрывать своего южного «партнера» в случае неконтролируемого развития событий.

Как полагают аналитики Русской службы Би-Би-Си, близок «момент истины» в ядерном сотрудничестве России и Ирана — а это, по мнению многих, основной «локомотив» ядерной стратегии последнего. Либо Москва начинает посылать топливо для реактора в Бушере, и тогда, скорее всего, опять забеспокоится Вашингтон, либо нет, и тогда обострятся российско-иранские отношения. В скором времени Россия уже должна начать поставки в Иран ядерного топлива для тестирования бушерского реактора. Но еще раньше Москва взяла на себя обязательства вывозить отработанное ядерное топливо из Ирана, что не оставит Тегерану реальной возможности получать на бушерском реакторе оружейный плутоний и использовать его для получения атомного оружия.

Не исключено, что в Москве предпочтут ждать, пока Иран подпишет тот самый дополнительный протокол об инспекциях МАГАТЭ. Как бы то ни было, положение, в котором оказалась Россия, никак не назвать простым. С одной стороны, обострять отношения с Вашингтоном ей не с руки. С другой, терять иранский рынок ей тоже не хочется — покупателей российской высокотехнологичной продукции сегодня немного, а мириться с ролью России как «сырьевого придатка» Запада Путин, по всей видимости, не намерен.

Настораживает и другое. Пока в прессе скрупулезно анализировали «расстановку сил» и интересов США, ЕС и России, представители Ирана утверждали, что тема, мол, «излишне политизирована», а в Москве обвиняли Вашингтон в «недобросовестной конкуренции» на иранском рынке, как-то незаметно на второй план отошел, возможно, самый важный в подобной ситуации вопрос: на самом ли деле Иран разрабатывает ядерное оружие? «Московский комсомолец» указывает, по крайней мере, на одну «подозрительную деталь» — приобретение Ираном газовой центрифуги для обогащения урана. Конечно, обогащенный уран применим и для получения оружейного плутония, и в качестве ядерного топлива для АЭС. Однако, как известно, Россия продала Ирану не только ядерный реактор, но и обязалась поставлять для него готовое ядерное топливо и вывозить к себе ядерные отходы. А отсюда следует один вывод: кроме АЭС в Бушере, у Ирана есть и другие ядерные объекты, для которых необходим обогащенный уран. И если они тоже имеют сугубо гражданское предназначение, то почему в Иране так возражают против инспекций МАГАТЭ?

В свою очередь, у независимого консультанта Джона Ларджа, мнение которого приводит Би-Би-Си, тревогу вызывает заявление президента Хатами, что Иран обладает собственными залежами урановой руды, и начал добычу и переработку ядерного топлива. По его словам, обогащение урана имеет лишь два предназначения: производство первичного уранового топлива для ядерных реакторов и производство высокообогащенного урана для ядерного оружия. Ядерные реакторы, строительство которых ведется в Бушере, поставляются Россией в полном комплекте с ядерным топливом. Так что для этих реакторов нужды в обогащенном уране нет. Представители Тегерана говорят, что иранская ядерная программа преследует лишь цель производства электроэнергии. Однако у Ирана — экспортёра нефти, не знающего недостатка в энергоносителях — нет значительной сети ядерных реакторов, так что строительство предприятия по обогащению урана не оправдано ни с экономической, ни с практической точек зрения. Таким образом, продолжает Лардж, почти с полной уверенностью можно сказать, что завод по обогащению урана — часть программы по созданию ядерного оружия.

Ставка Вашингтона

Как известно, наибольшую обеспокоенность в связи с иранскими ракетно-ядерными программами проявляют в Израиле, и израильские дипломаты, как и друзья Израиля в США, пытаются через Вашингтон оказать влияние на Россию с целью ограничить её техническое сотрудничество с Ираном. По данным ближневосточных СМИ, прежде всего агентства MENL, американские независимые исследовательские центры, в частности, Вашингтонский Институт ближневосточной политики, пришли к выводу, что «точечные удары» по ядерным объектам Ирана могут не только надежно «затормозить» развитие его ядерной программы, но и подорвать существующий в стране «жесткий исламский режим». В поддержку такой точки зрения говорит и пример Ирака, где израильская бомбардировка реактора в Озираке на долгие годы отбросила назад ядерную программу Саддама Хусейна.

Однако в Вашингтоне пока категорически отрицают даже намеки на подготовку военной операции против Ирана. Еще несколько дней назад, во время своего ближневосточного турне, госсекретарь США Колин Пауэлл заявил, что любое предположение о том, что США готовят войну с Ираном, «абсолютно неверно». «Мы выступаем против поддержки Ираном террористической деятельности, против программы по созданию ядерного оружия. Мы надеемся, что иранцы не будут играть отрицательную роль в наших попытках восстановить Ирак, — сказал Пауэлл, выступая на Всемирном экономическом форуме в Иордании. — Мы следим за происходящим в Иране, за настроениями, царящими среди населения страны, и мы обязаны обеспечить поддержку и содействие тем, кто добивается права говорить свободно». «Однако те, кто забегает вперед и говорит, что США готовятся к агрессии или ищут еще одно место для конфликта, — абсолютно не правы. Мы очень аккуратны в наших словах и действиях», — отметил госсекретарь США.

Махмудали Чехрегани

Словом, события вокруг Ирана развиваются как бы по кругу: заявления, «разъяснения» и опровержения звучат постоянно, но «резких поворотов» в развитии ситуации пока что нет. Многие аналитики сходятся на том, что Вашингтон пока делает ставку на смену режима изнутри. Sunday Telegraph сообщает о прибытии в начале июля в Азербайджан, с которым Иран граничит на севере, доктора Махмудали Чехрегани, лидера Движения национального возрождения Южного Азербайджана (ДHВЮА). Как отмечает Sunday Telegraph, Чехрегани в Вашингтоне считают «надежным союзником»: в течение последних месяцев иранский диссидент провел десятки встреч в Вашингтоне, где заручился поддержкой влиятельных сенаторов и официальных представителей Пентагона.

Как отмечает Sunday Telegraph, Чехрегани, находясь в Баку, намерен поднять на массовые акции протеста «миллионы азербайджанцев, живущих в Иране». «Я не думаю, что этот режим способен реформироваться, — говорит Чехрегани. — Они не хотят демократии и не имеют никакого уважения к правам народа». В интервью Sunday Telelegraph Чехрегани отметил, что «иракская война вдохновила иранцев».

Прибытие проамериканского иранского политика в Баку сразу же сказалось на внутриполитической обстановке в Иране. Иранские азербайджанцы провели демонстрацию, посвященную дню рождения Бабека (лидер восстания в Азербайджане против арабского ига в начале VIII века; восстание продолжалось несколько десятилетий и привело Арабский халифат к упадку). Демонстранты (журналисты говорят о 2 миллионах (!) человек) совершили поход к крепости Безз (центр сопротивления Бабека) в Южном Азербайджане. Один из функционеров ДНВЮА, Гусейн Тюркелли, заявляет, что «иранские муллы даже приняли фетву (решение высшего религиозного авторитета о соответствии того или иного действия или явления Корану и шариату), в которой указывают, что поход в Безз является безбожием».

Однако и грозная фетва не остановила противников режима.Демонстранты несли флаги Азербайджана, государства, которое иранский режим ненавидит почти так же сильно, как Израиль и США. «Более 300 флагов были водружены на крепость. 3 июля вечером более 50 знаменосцев были задержаны полицией, но после того, как демонстранты начали митинг и взяли под контроль военно-пропускной пункт, их отпустили», — подчеркнул Тюркелли. Он также отметил, что гвардия исламской революции провела военные маневры, пытаясь запугать активистов, но им это не удалось.

Информационная война уже началась

Представитель Госдепартамента США Ричард Баучер заявил, что с июля на территорию Ирана будет транслироваться получасовая телепередача «Голоса Америки» «Новости и взгляды» на фарси, и увидеть ее, как полагают в США, смогут миллионы иранцев. Передача эта, по словам Баучера, поможет иранцам больше узнать о событиях в мире и у себя в стране. Кеннет Томлинсон, возглавляющий Совет по вещанию, — именно в его ведении находятся финансируемые госдепартаментом СМИ, в том числе «Голос Америки», радио «Свобода» и «Свободная Европа», — заявил: «Сообщая о том, что сегодня происходит в Иране, мы сможем помочь борьбе его народа за свободу и самоопределение».

Впрочем, в Иране тоже не сидят без дела. По сообщениям региональных СМИ, члены полувоенного формирования «Басидж», находящегося под контролем иранских радикалов, в столице страны Тегеране, а также в городах Мешхед и Хамадан, провели рейд, направленный на борьбу с параболическими антеннами. Несколько владельцев спутникового оборудования были избиты, а сами антенны — сломаны. Запрет на пользование спутниковыми антеннами был введен в Иране еще в прошлом веке. И хотя по стране периодически прокатывались «антиспутниковые рейды», а радикалы выступали за строгие меры против пользования «тарелками», очень скоро между властями и владельцами спутникового оборудования было заключено своеобразное «джентльменское соглашение» — «тарелки» считались запрещенными, но если антенна устанавливалась так, чтобы ее нельзя было заметить с улицы, то хозяин мог пребывать в относительной уверенности, что серьезные неприятности ему не грозят.

Причины наступивших перемен понятны. История спутникового вещания и Интернета может служить классическим примером того, что самым надежным средством борьбы с цензурой является технический прогресс. Властям Ирана сравнительно легко удавалось контролировать ситуацию внутри страны, не допуская появления здесь по-настоящему оппозиционной прессы (так называемые «реформаторские газеты» в условиях Ирана отличаются от «консервативных», в общем-то, не больше, чем «Литгазета» от «Советской России» в брежневские времена), но вот противостоять калифорнийским спутниковым телестанциям, основанным живущими в США иранскими политэмигрантами и вещающим на их малую родину, оказалось куда труднее.

Более того, практически с самого начала студенческих волнений в Иране там продолжаются споры о том, какую роль в этих волнениях сыграли те самые спутниковые каналы. Ведь сам факт их существования для иранских официальных лиц — «железобетонное доказательство», что акции протеста в Иране «инспирированы США». Не зря в своей программе помощи иранской оппозиции сенатор Сэм Браунбек предлагал оказать финансовую поддержку в первую очередь именно спутниковым телеканалам.

Всё это ещё раз подтверждает, что постепенное ослабление иранского режима изнутри — по-прежнему превалирующая стратегия Вашингтона в отношении Тегерана.

 

Ближний Восток: христианский фактор

Несмотря на прозвучавшие заявления палестинских группировок о прекращении огня, стрельба не замолкала даже в день встречи премьер-министра Израиля Ариэля Шарона с главой палестинского Кабинета министров Махмудом Аббасом.

Недалеко от Дженина палестинские боевики обстреляли израильский гражданский автомобиль. Ответственность за теракт взяла на себя связанная с арафатовским «ФАТАХом» группировка «Бригады мучеников Аль-Аксы», которая ранее также присоединилась к прекращению огня. Палестинские источники заявили, что эта организация состоит из отдельных групп, и их «полевые командиры» могут и не знать о прекращении огня. Чего в этом случае стоят заверения политического руководства этих самых «Бригад», авторы «разъяснений» умалчивают.

Понятно, что сверхпристальное внимание прессы к продвижению «Дорожной карты» не могло не привести к тому, что многие «внутриизраильские» и «внутрипалестинские» события и процессы оказались оттесненными на второй план. В том числе и беспорядки, вспыхнувшие в Назарете — городе на северо-востоке Израиля, где находится одна из крупнейших христианских святынь — церковь Благовещения. Обстановку здесь, по информации РИА «Новости», пытаются стабилизировать более пятисот полицейских. Как указывают СМИ, местные жители — арабы-мусульмане — «протестуют против намерений властей разрушить возведенную недавно в центре города мечеть Шихаб ад-Дин. В свою очередь власти указывают, что мечеть возведена незаконно, без получения необходимых документов на строительство».

Однако на самом деле все значительно сложнее. Площадь, на которой несколько лет назад началось строительство мечети, вплотную примыкает к храму Благовещения. Более того, как указывают израильские источники, исторически именно церковь Благовещения была в Назарете «архитектурной доминантой». И когда лидеры мусульманской общины Назарета заговорили в конце 90-х годов о строительстве мечети, достаточно многочисленная христианская община выступила категорически против.

Заявления местных мусульманских лидеров о том, что на месте, где предполагается строить мечеть, находилась древняя гробница мусульманского мученика, на христиан особого впечатления не произвели: если бы на этом месте было бы так важно построить мечеть, полагают они, это бы сделали или арабские халифы, во времена которых была возведена мечеть Аль-Акса на Храмовой горе в Иерусалиме, или турки — и те, и другие властвовали здесь не один век.

Напряженность между мусульманами и христианами в Назарете дошла до того, что местные жители «обозначали» свою принадлежность к той или иной общине, выставляя соответствующие «талисманы» под ветровыми стеклами автомашин. Городские власти формально не разрешили строительство мечети, тем не менее, реально не препятствовали ее возведению. Теперь же, когда земельное управление Израиля приняло решение о сносе мечети, тысячи арабов-мусульман пытаются этому помешать и атакуют камнями полицейские автомашины.

Как бы то ни было, столкновения в Назарете являются одним из проявлений процесса «перераспределения влияния» между мусульманами и христианами.

Ясир Арафат с супругой

Вопреки распространенному мнению, здешние христиане — это не только монахи и паломники, а еще и значительная часть арабов. В годы «холодной войны», когда, собственно говоря, и формировалось палестинское «движение сопротивления», главными спонсорами которого были спецслужбы социалистических стран, прежде всего КГБ и восточногерманская «Штази», тот факт, что «раис» Ясир Арафат еще в юности установил тесные связи с египетскими «братьями-мусульманами» и даже прошел военную подготовку в их лагерях, не помешал христианам занять серьезные позиции в руководстве ООП. Супруга Арафата Субха также происходит из христианской семьи — ее отец был одним из ближайших соратников «раиса».

Наконец, можно вспомнить арабов-христиан Вади Хаддада и Жоржа Хаббаша, предложивших в 1967 году использовать террор в качестве основного метода борьбы и основавших собственную группировку — Народный фронт освобождения Палестины. В палестинские отряды активно вступали местные армяне-христиане. Дело доходило до того, что в 1974 году за незаконный ввоз оружия в своем автомобиле, имевшем дипломатические номера, к 12 годам тюрьмы был приговорен архиепископ Илларион Каппучини, глава греческой католической общины Восточного Иерусалима. Его освобождения, в числе прочих, требовали террористы, захватившие в июне 1976 года самолет «Эйр Франс» и заставившие летчиков приземлиться в угандийском аэропорту Энтеббе.

С одной стороны, нынешний процесс палестино-израильского урегулирования, когда под палестинский контроль перешли важнейшие христианские святыни, такие, как храм Рождества в Вифлееме, еще больше сблизил христианских иерархов с палестинским руководством. А что означает поддержка христианских лидеров на уровне прессы и «пиара», можно было видеть на примере того же храма Рождества в Вифлееме во время операции «Защитная стена».

Но в то же время в палестинской среде происходит стремительный процесс «исламизации», — в немалой степени результат перехода спонсорства палестинского «сопротивления» из рук Москвы к радикальным кругам нефтяных монархий Залива, Ирану и т.д. Сегодня практически все ведущие роли в палестинском движении занимают исламские экстремисты, что, в свою очередь, не может не тревожить местных христиан. Не исключено, что беспорядки в Назарете — лишь начало масштабного «передела власти» в среде, где лучшим средством для решения политических и экономических споров считают автоматы Калашникова и взрывные устройства.

 

Мир и террор

Иран

Министр обороны Ирана Али Шамхани в интервью саудовской «Аль-Ватан» заявил, что Тегеран не откажется от поддержки шиитских организаций в Ираке и Ливане, и вообще, прекратить оказание помощи высшему совету исламской революции Ирака или ливанскому движению «Хезболла» — «все равно, что отрезать себе руку».

Айман аль-Завахири

Однако куда больший интерес вызывают сообщения об аресте иранскими властями Аймана аль-Завахири — «второго человека» в «Аль-Kаэде», ее идеолога, личного врача и реального преемника бен Ладена. За аль-Завахири власти США обещали награду в 25 миллионов долларов. Официальный Тегеран пока не подтвердил эту информацию. В свою очередь региональные СМИ сообщают, что вместе с аль-Завахири арестованы и другие террористы, в том числе, возможно, один из лидеров организации Сулейман Абу Гейт, а также сын Oсамы бен Ладена — Саад бен Ладен. Речь идет об аресте не менее 40 членов «Аль-Kаэды», среди которых есть выходцы из Саудовской Аравии, Египта, Ирака, Кувейта и Иордании.

По данным спутникового телеканала Al-Arabia, «Иран готов выдать этих людей на родину. Но проблема состоит в том, что некоторые из задержанных не имеют гражданства, они были лишены его у себя на родине». Выдавать задержанных американским властям в Иране не намерены, и вопрос о гражданстве может быть с успехом использован как повод для бесконечного затягивания вопроса об экстрадиции.

Россия

Жертвами очередного террористического акта в Москве — двух взрывов в Тушино на рок-фестивале «Крылья» 5 июля, по последним данным, стали 16 человек, в том числе две террористки-смертницы. И, как постоянно подчеркивают представители российских правоохранительных органов, если бы террористам удалось довести свой замысел до конца, то есть проникнуть в гущу зрителей фестиваля и привести в действие взрывные устройства уже там, что неизбежно привело бы к массовой панике, — число погибших было бы несоизмеримо большим. В московских больницах продолжают оставаться десятки раненых, многие из которых — в критическом состоянии.

Несмотря на то, что в официальной риторике видимых изменений не произошло, реакция на теракт в Тушино может свидетельствовать о серьезной корректировке российской политики. И особого внимания здесь заслуживает отмена намечавшегося на ближайшие дни визита Путина в Малайзию, где, как планировалось, должен был быть подписан контракт на поставку этой стране военных самолетов. Вряд ли речь идет исключительно о политическом жесте. Премьер-министр Малайзии Махатхир Мохаммад известен своим «исламистским радикализмом», в частности, именно он призывал недовольные политикой Буша страны к «нефтяному джихаду» против США. Судя по всему, волна чеченского террора заставила Москву пересмотреть свои отношения с радикальными режимами, хотя они, кроме всего прочего, также являются основными покупателями российского оружия.

Самым шокирующим стало то, что после теракта концерт на Тушинском поле был продолжен: в то время, как у входа на рок-концерт увозили раненных и тела погибших, в нескольких десятках метрах от места теракта более 20 тысяч фанатов веселились, распивали алкогольные напитки и слушали рок. А мэр Москвы Юрий Лужков заявил, что «Фестиваль пива» и связанные с ним увеселительные мероприятия не будут отменены даже в день траура.

Саудовская Аравия

Власти Саудовской Аравии объявили, что с начала мая 2003 года, когда террористы-смертники взорвали жилые дома в Эр-Рияде, были арестованы 124 человека, подозреваемых в связях с «Аль-Каэдой», сообщает агентство Reuters.

Али Абдул Рахман Аль Гамди

По последним сообщениям, в Саудовской Аравии арестован Али Абдул Рахман Аль Гамди, также известный как Абу Бакр Аль-Ажди. Его считают вероятным организатором серии взрывов в Эр-Рияде. Кроме того, по оценкам сотрудников американских спецслужб, аль-Гамди — один из наиболее высокопоставленных членов «Аль-Каэды» в Саудовской Аравии, и его арест серьезно подорвет способности этой группировки проводить в регионе свои диверсионные акции.

Согласно имеющимся данным, аль-Гамди участвовал в боевых действиях в Афганистане на стороне «Талибана» и «Аль-Каэды». Обстоятельства ареста аль-Гамди остаются неизвестными. Представители саудовских властей уверяют, что подозреваемый сдался сам, журналисты, в свою очередь, утверждают, что задержать его удалось в результате спецоперации.

Тем не менее, до сих пор без ответа остается главный вопрос: готовы ли власти Королевства Саудовской Аравии, бодро рапортующие об арестах все новых фигурантов дела о взрывах в Эр-Рияде, к реальной борьбе с той самой системой финансирования и тайной политической поддержки террора, существование которой вскоре после 11 сентября едва не поставило под вопрос добрые отношения Эр-Рияда и Вашингтона? Еще до афганской войны в США был опубликован список 12 саудовских банков, подозреваемых в финансировании террора. Угонщики-смертники 11 сентября получали деньги по довольно длинным «цепочкам», через кипрские и малазийские банки, но на другом конце этих «цепочек» находились, среди прочих, и члены королевской семьи.

Франция

«Шакал»-Карлос

В продажу поступила книга, написанная одним из самых известных международных террористов — «Шакалом»-Карлосом. Настоящее имя «Шакала» — Ильич Рамирес Санчес. Ему 55 лет, он отбывает пожизненное заключение в одной из тюрем Франции.

Отрывки из книги, озаглавленной «Революционный ислам», были напечатаны в газете «Монд». Непонятно, каким образом Санчесу удалось незаметно переправить материалы в издательский дом, в то время как вся корреспонденция заключенных подвергается строгому контролю. Рукопись была отредактирована французским журналистом Жаном-Мишелем Верноше. По его словам, он получал материалы от издательского дома, опубликовавшего книгу, и никогда лично не встречался с автором. Верноше говорит, что книга является откровенной апологией терроризма.

На счету Санчеса — убийства, теракты и захват заложников. Выходец из Венесуэлы, «Шакал» был убежденным коммунистом, но после того, как его осудили за убийство двух парижских полицейских и их информатора в 1997 году, принял ислам. В своей книге «Шакал» защищает и оправдывает терроризм, называя его «ответной реакцией на американский тоталитаризм». «С сегодняшнего дня терроризм станет повседневно присутствовать в жизни загнивающих демократий», — пишет Санчес в своей книге. События 11 сентября он называет частью «вооруженной борьбы за освобождение святых мест ислама и восстановление справедливости по отношению к палестинцам». Революционный ислам, по мнению Санчеса, — единственная сила, способная противостоять рабству целых наций.

В книге Санчес описывает также и свой путь к исламу. По словам заключенного, он уже подготовил мемуары, которые будут опубликованы после его смерти.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 15(326) 23 июля 2003 г.

[an error occurred while processing this directive]