Михаил БРИФ (Нью-Йорк)

СТИХИ

Михаил Бриф публиковался в Москве, Ленинграде, Грузии, Прибалтике. Автор книги стихов «Високосный век» (1991 год). С 1994 года живёт в США (Нью-Йорк). Первая публикация в Америке — журнал «Вестник» (№6, 1995 г.)

Уже написан Вертер

Листву сшибает ветер,
от леса — лишь наброски…
Уже написан Вертер.
Уже дочитан Бродский.

Доколе душу мучить,
коль всех давно издали?
Но лучшие из лучших
ушли в иные дали.

Все лучшие поэты
уже в иных пределах…
Зато избыток света
средь веток поределых.
 

Ангел

Мне спешить больше некуда,
занемог я и слег.
Сколько выпало снегу-то
на родимый порог.

Ты к окну отнеси меня,
чтоб я пил благодать,
и скажи, как по имени
мне тебя называть.
 

Сосед

Через стенку я был соседом
кроткой пары немолодой.
От меня доставалось им крепко,
я ведь парень-то холостой.

Вечно музыка, вечно танцы,
коромыслом дым до утра.
Иногда лишь они роптали:
закругляйся, мол, друг, пора!..

Я, конечно, не закруглялся,
я себе цену знал сполна:
я поэтом был комсомольским —
наивысшая мне цена.

Я в фаворе был у издательств,
у журналов. Стихи — текли.
И обратно ко мне стекались
привилегии и рубли.

Мой сосед на машинке тюкал
и стишата свои кропал,
а когда уставал он тюкать,
то жену свою заставлял.

Душу ранил он, графоманил
и жену терзал много лет.
Не считал я его поэтом.
Твердо знал я, что я — поэт!

И тем более доказательств
у меня-то хоть пруд пруди:
мое имя во всех журналах,
а его — поищи, найди!

Не здоровался с ним я даже,
не входил он в мой близкий круг.
Хоть Ахматова с ним дружила,
мне-то что? Мне Фадеев друг.

Я своим пепелящим взором
охмурял ненасытных дам.
Он смотрел на меня с укором,
нищий, маленький Мандельштам…

Нет соседа давно на свете,
в лагерях пропал навсегда.
Только нынче вдруг оказалось:
он — Поэт. Кто же я тогда?..
                                          1976
 

Скрипач

Сыпал град, густой, отменный.
Мерзли баржи на реке.
Жил мальчишка довоенный
в довоенном городке.

Под фокстроты и под вальсы
городок парил, кружил.
Каждый день к маэстро Шварцу
шкет со скрипочкой спешил.

Не по возрасту серьезен,
он надежд не омрачал,
и маэстро Шварц сквозь слезы
улыбался иль ворчал…

Довоенный городишко,
льются вальсы дотемна…
Довоенного мальчишку
унесла навек война.

Звездами в небесной сини
среди прочих звездных братств
стали — юный Паганини
и седой маэстро Шварц.

Мстя за них, бои гремели,
полыхало пол-Земли.
Музыку спасти сумели,
музыканта — не спасли…

Здравствуй, довоенный мальчик!
Как живется на лету?
…С каждым годом мне все жальче
твою скрипку-сироту.
 

Бегство

В край отцов задумал бегство.
Плащ и посох приготовь.
От злодейства и плебейства
сберегла меня любовь.

Да не та любовь, что к жизни
или к женщине, а та,
что к неведомой отчизне
путеводная звезда.
 

Полиглот

В Нью-Йорке мне все чаще
грозит душевный срыв,
не англоговорящ я,
я англомолчалив.

К ликбезам не привычен,
в Нью-Йорке сник совсем,
не столь англоязычен,
сколь англоглухонем.