Главная страница

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 4(315) 19 февраля 2003 г.

Борис КУШНЕР (Питтсбург)

ОДНА, НО ПЛАМЕННАЯ СТРАСТЬ

Заметки о книге И.Р.Шафаревича «Трёхтысячелетняя загадка. История еврейства из перспективы современной России», Библиополис, Санкт-Петербург, 20021

И вежливо жалят, как змеи в овсе.
                          Борис Пастернак

И.Р.Шафаревич

Российское «еврееведение» пополнилось новым обширным сочинением И.Р. Шафаревича2. Мне уже приходилось писать по поводу его прежних работ в этом модном в некоторых российских кругах жанре3. В 1987 и в 1993 гг. я избрал форму открытых писем. Но в 2002 г. для меня невозможно рассматривать г. Шафаревича как сторону в дискуссии, тем более в диалоге. Причины этого будут проясняться по мере изложения. Соответственно, эти заметки адресованы моим друзьям и более широкой публике.

Разумеется, автор «Загадки» изливает на читателя уже ставшие ритуальными жалобы на «запретность», «табуированность» «еврейской» темы, даже и на опасности, чуть ли не физические, прикосновения к таковой. Каждый, кто просматривает российские газеты, имеет доступ к российскому Интернету, может только улыбнуться в ответ4. Сколько злобы, самой чёрной ненависти, непристойностей публично изливается на евреев! Примером, кстати, может служить и интернетовская страница, на которой помещена книга Шафаревича, её окружение в этой части виртуального пространства. Да, в отличие от многих, автор «Загадки» вежлив, но содержание этой вежливости очень точно передаётся прекрасной строкой Бориса Пастернака, поставленной эпиграфом.

Трактат г. Шафаревича представляет собою огромную компиляцию цитат из самых пёстрых источников, от классических до бульварных, призванную поддержать заранее заданную автором идею зловещей роли еврейского народа в истории вообще и в российской истории в особенности. Уже в Предисловии автор заявляет себя выразителем именно русской точки зрения. Насколько обоснована эта его претензия, не мне судить.

Поразительным образом, нигде на бесконечном протяжении работы, в сущности, не упомянуто, что именно еврейскому народу европейская цивилизация обязана своей христианской религией, определяющей её лицо на протяжении многих веков. Читатель, не знающий об этом неудобном для некоторых российских господ факте, так о нём и не догадался бы, прочитав опус г. Шафаревича. Одно это обстоятельство полностью уничтожает все претензии на историчность, превращая книгу в карикатуру, пародию на Историю, в клевету на еврейский народ.

Нет никакой возможности в рамках разумного пространства обсудить все передержки, искажения, прямые нелепости, которыми изобилует книга. Да и необходимости в этом нет, нескольких примеров будет более чем достаточно, чтобы понять, с чем мы имеем здесь дело.

Г. Шафаревич делает особенный акцент на точности своего цитирования, он настойчиво заверяет в этом читателя. Дело доходит даже до трагикомических извинений за единственную, за недоступностью источника, непроверенную цитату из израильской газеты «Маарив», воспроизведённую… по книге американского экстремиста Дэвида Дюка. Здесь уместно сказать несколько слов о цитировании как таковом, этом неизбежном, но небезопасном орудии любого исследователя.

Можно различить несколько уровней манипулирования цитатами. Во-первых, возможен прямой подлог, т.е. цитирование несуществующих текстов. Во-вторых, довольно популярным у известного рода авторов является составление цитат из нескольких отдельных, в оригинальном тексте несвязанных, кусков. В результате цитируемому автору приписываются мысли, которых он никогда не высказывал. Ещё более «тонким» оказывается вырывание цитат из окружающего контекста (жалобы на это часто приходится встречать в ходе дискуссий). Наконец, можно приводить и вполне точные цитаты, целенаправленно выбирая их из океана доступных источников. Более квалифицированный манипулятор будет время от времени добавлять в приготовляемое зелье одну-две цитаты противоположного толка, как бы заранее отвечая на упрёки в необъективности. При этом воздействие на неискушённого читателя даже усиливается. Каждому, кто хоть немного занимался, скажем, историей, ясно, что подобным образом можно «доказать» всё, что угодно. Например, подбирая цитаты из огромного числа дипломатических и опубликованных архивных документов, можно написать целую книгу о том, как миролюбивая политика Гитлера наталкивалась на отчаянное сопротивление франко-английских поджигателей войны (это, кстати, и утверждалось в своё время советской пропагандой), что, в конце концов, закончилось мировым пожаром. И т.д. и т.п. Разумеется, возможно комбинирование разных уровней манипуляций, имеются и многие их разновидности, нами не описанные. Должен сказать, что читатель, который захотел бы проверить формальную точность цитирования у г. Шафаревича, оказался бы в затруднительном положении из-за принятой в книге не академической системы ссылок. Цитируемые места не локализуются, иногда даже не соотносятся с соответствующим источником. Использованные источники просто перечисляются в конце каждой главы, и потребуется перерабатывать тонны «словесной руды, единой цитаты ради». Не знаю, насколько плодотворен будет подобный труд. Здесь уместно упомянуть замечательную книгу С.Дудакова5, изданную в Москве в 1993 г. уважаемым издательством «Наука». Книга посвящена детальному научному исследованию антиеврейской литературы и общественной мысли в России XIX-XX-го века, в частности, происхождению на этой почве печально известных «Протоколов Сионских мудрецов». На стр. 213-224 приводится анализ прежней работы г. Шафаревича «Русофобия». Дудаков указывает здесь как на некорректное цитирование Бялика (соединение отрывков из разных произведений), так и на принципиальные, на уровне плагиата (стр. 223) заимствования из «трудов» известного юдофоба, оберштурмфюрера Г.Бостунича. Нет никаких сомнений, что при начитанности г. Шафаревича работа Дудакова ему хорошо известна. Можно было бы ожидать ответа на сказанное, но такового не последовало, и этот неудобный источник в «Загадке» не упомянут.

По правде говоря, указанный нюанс мне представляется второстепенным ввиду огромного объёма более изощрённого манипулирования источниками, в духе описанного выше.

Повесть Временных Лет (971 г.)

Как и в «Русофобии», г. Шафаревич приводит (на сей раз более длинный) ряд «отрицательных» мест из Ветхого Завета (гл. 2)6. Подразумевается, что каким-то непостижимым образом евреи из поколения в поколение вбивали в головы своим детям указанные академиком «избранные места», в результате чего была выработана злокачественная еврейская натура. Недостатком метода, однако, является его универсальность. Попробуем, например, применить его к самому Шафаревичу. Начнём, следуя Дудакову7, издалека, с русской летописной традиции. Повесть Временных Лет рассказывает о киевском князе Игоре, убитом древлянами, и его жене княгине Ольге, отомстившей за мужа8:

«Ольга же приказала выкопать на тюремном дворе вне града яму великую и глубокую. На следующее утро, сидя в тереме, послала Ольга за гостями (древляне приехали сватать её за своего князя Мала — Б.К.). И пришли к ним и сказали: «Зовёт вас Ольга для чести великой»… И принесли их (в ладье — Б.К.) на двор к Ольге, и, как несли, так и сбросили их вместе с ладьёй в яму….И повелела засыпать их живыми; и засыпали их».

Далее Ольга направила послов к древлянам и предложила им прислать лучших мужей в качестве сватов. Доверчивые древляне избрали «лучших мужей, управлявших Деревскою землёю» и те приехали к Ольге:

«Ольга приказала приготовить баню, говоря им так: «Вымывшись, придите ко мне». И разожгли баню, и вошли в неё древляне, и стали мыться; и заперли за ними баню, и повелела Ольга зажечь её от двери, и сгорели все».

И этого было мало княгине. Снова послала она людей к древлянам, просила приготовить «мёды многие» у могилы своего мужа, чтобы могла она его помянуть и оплакать. Неосторожные древляне разделили тризну с нею:

«И когда опьянели древляне, велела отрокам своим пить за их честь, а сама пошла прочь и приказала дружине рубить древлян, и иссекли их 5000».

Но и этого было недостаточно изобретательной Ольге. В качестве небольшой дани потребовала она от древлян по три голубя и по три воробья со двора, пообещав за это уйти с миром. Наивные древляне с радостью согласились.

«Ольга же, раздав воинам — кому по голубю, кому по воробью, приказала привязывать каждому голубю и воробью трут, завёртывая его в небольшие платочки и прикрепляя ниткой к каждой птице. И, когда стало смеркаться, приказала Ольга своим воинам пустить голубей и воробьёв. Голуби же и воробьи полетели в свои гнёзда: голуби в голубятни, а воробьи — под стрехи. И так загорелись где голубятни, где клети, где сараи и сеновалы. И не было двора, где не горело. И нельзя было гасить, так как сразу загорелись все дворы. И побежали люди из города, и приказала Ольга воинам своим хватать их. И так взяла город и сожгла его, городских же старейшин забрала в плен, а других людей убила, третьих отдала в рабство мужам своим, а остальных оставила платить дань».

Случилось всё это в 945-946 гг., до крещения, таким образом, свирепость была в русском характере ещё для знакомства с кровожадными еврейскими Священными Книгами. Тут-то и является русский пророк Шафаревич с его неотразимым для русских детей авторитетом академика и с цитатами (в синодальном переводе). И пали эти цитаты, судя по дальнейшей истории, скажем, по поведению российских вооружённых сил на Кавказе9, уничтожению Грозного и т.д. на вполне благодатную почву. Кстати сказать, и в Новом Завете вооружённый глаз г. Шафаревича мог бы что-нибудь отыскать, например, Лука 19:27 вспоминается, а при огромной начитанности вряд ли ему неизвестна и вполне авторитетная интерпретация этого стиха, данная Иоанном Хризостомом (Златоустом):

«Когда животные непригодны для работы, их отправляют на живодёрню и именно это случилось с евреями. Сделав себя непригодными для работы, они приготовили себя для убоя. Именно поэтому сказал Христос: «Врагов же моих, тех, которые не хотели, чтобы я царствовал над ними, приведите сюда и избейте передо мною»10.

Можно и художественную литературу поцитировать на предмет природной русской свирепости, скажем, из того же Гоголя найдётся, что взять и т.д., и т.п.

Наметил я этот пунктир, и не по себе мне стало. Прошу прощения у русских друзей за прикосновение всуе к дорогим им документам. Но ведь и Танах не менее дорог еврейскому сердцу.

Я бывал за эти годы в очень многих синагогах, везде на самом почётном месте можно было прочесть Десять Заповедей, пять на одном изображении скрижали, пять — на другом. Как прекрасны Б-жественные Знаки Библейского Иврита, как прекрасны эти вечные слова — основа морали цивилизации, в которой мы живём. И г. Шафаревич, и я.

Что же касается «отрицательных» мест, то тексты такой древности и такого значения всё же не учебники алгебры. Каждый может читать, но не всем дано прочесть, и это не определяется учёными степенями и регалиями. Каждый выбирает по свету или по тьме своей Души.

Ветхий Завет — документ огромной сложности, это и история, и религиозная философия, это законодательство, и несравненная поэзия, это и бессмертные послания еврейских Пророков, достигшие нас через тысячелетия. Это и боль, и отчаяние несчастий, военных поражений, слёзы, гнев, неудержимо изливающийся из раненой Души. Вся жизнь и предков наших, и нас самих, и наших потомков в этих Божественных Книгах. Исайя… Великий Пророк-Поэт11, вдохновлявший поколения проповедников, комментаторов12, учёных, художников, поэтов, провозвестник Иисуса для христиан. Бессмертны его слова, одни из самых высоких слов, сказанных когда-либо и кем-либо:

«И будет Он судить народы и обличит многие племена; и перекуют мечи свои на орала, и копья свои на серпы; не поднимет народ на народ меча и не будут более учиться воевать»

Исайя, 2:4

Люди по-разному распоряжаются своими жизнями и талантами. Вот, безвременно ушедшая от нас филолог Лидия Кнорина в зрелые годы изучила Библейский Иврит, начала преподавать его в Московском Университете и написала, преодолевая болезнь, статью о библейской метафоре13. И тут является г. Шафаревич со своими «цитатами». Какое убожество, какая низость, прости Г-ди!

Мне уже приходилось отвечать одному православному талмудоведу14. Скажу несколько слов и об изысканиях г. Шафаревича (глава 4 его книги). Современные атаки на Талмуд восходят к немецкому христианскому писателю Иоганну Эйзенменгеру (1654-1704), о подробностях биографии которого известно немногое. Наиболее полные сведения я нашёл в книге выдающегося гебраиста, профессора петербургского Университета, члена-корреспондента российской академии Наук Д.А. Хвольсона (1819 -1911) «О некоторых средневековых обвинениях против евреев»15.

Ссылаясь на ряд источников, в том числе и первичного характера, Хвольсон сообщает, что Эйзенменгер был профессором восточных языков Гейдельбергского Университета, но, несмотря на это, человеком малообразованным и грубым. Он вошёл в доверие к евреям, уверяя их, что хочет перейти в иудаизм, тем самым обеспечив себе помощь еврейских учёных. Он также поручил выкрестам (судя по транскрипциям некоторых еврейских слов, из Волыни) сделать для него выписки из еврейских книг.

Итогом двадцатилетних усилий явилась огромная (два тома, более 2000 страниц) обвинительная книга «Разоблачённый Иудаизм», отпечатанная в 1700 г. Содержание книги, однако, стало известным до её выхода в свет. Князь-архиепископ майнцский обратился к германскому (габсбургскому) императору с просьбой запретить книгу ввиду того, что «будучи вызвана злыми побуждениями, книга эта должна иметь гибельные последствия и даже нанесёт вред католической религии». Такого же рода представление сделал и курфюрст ганноверский. Современные Эйзенменгеру евреи тоже употребили все доступные им средства, чтобы предотвратить публикацию этой книги. Слишком хорошо они знали, чем кончаются еврееведческие изыскания христиан. В результате книга была запрещена, тираж уничтожен, за исключением нескольких копий. Эйзенменгер предложил евреям полностью уничтожить книгу за тридцать тысяч талеров, но евреи на это не согласились. Тем временем, Эйзенменгер нашёл поддержку у прусского короля Фридриха I, ходатайства которого сначала перед императором Леопольдом, а потом — Иосифом I успеха, однако, не имели. Борьба, продолжавшаяся в течение 10 лет, закончилась тем, чего в средневековом мире и следовало ожидать. Книга была опубликована в 1710 г. в Кёнигсберге, городе, находившемся вне юрисдикции габсбургского императора, таким образом, был обойдён запрет.

Существуют разные мнения о степени владения Эйзенменгером необходимыми для чтения еврейских книг языками, о формальной точности его цитирования. Современный исследователь, выдающийся историк Яков Кац16здесь несколько расходится с Хвольсоном, но оба учёных совершенно единодушны в общей оценке «труда» Эйзенменгера как пародии, клеветы на Талмуд.

Целью Эйзенменгера было обращение евреев в христианство, отсюда вытекал и подбор извлечений из Талмуда и окружающей литературы, подбор, который Кац в книге «От предрассудка к уничтожению», характеризует как тенденциозный17. С этой оценкой охотно соглашается г. Шафаревич, не делая при этом, по понятным причинам, очевидных выводов. Здесь мы опять приходим к проблеме чтения и интерпретации религиозных документов, особенно такой сложности и древности, как Талмуд. Следует иметь в виду, что талмудическая традиция является результатом тысячелетнего развития — от пятого века до новой эры и до пятого века нашей эры. В Талмуде зафиксировано бесчисленное множество мнений, часто противоречивых, дискуссионных, часто восходящих к древним периодам истории с совершенно иным, чем наше, мировосприятием. Морис Адлер, автор популярной книги о Талмуде18, сравнивает его с огромным дискуссионным залом. Читатель, вообразивший дискуссию длиною в тысячу лет, легко отдаст себе отчёт в возможностях тенденциозного цитирования. Г. Шафаревич, объявляющий (и в данном исключительном случае с полным основанием) мнение Каца авторитетным, не приводит его характеристик «метода» Эйзенменгера. Вот некоторые из них:

«…Изложение Эйзенменгером верований и мнений евреев создаёт образ, не имеющий ничего общего с реальным образом мыслей евреев, учившихся и живших по тем же самым книгам, что он изучал».

«Отправной точкой Эйзенменгера было убеждение, что евреи рутинно грабят и убивают своих христианских соседей. Он верил рассказам о ритуальных убийствах, об осквернении Святых Даров и тому подобному, независимо от того происходили ли они из фольклора или из средневековых хроник, не различавших факта и фантазии. … В попытке обосновать своё мнение Эйзенменгер доводит свою интерпретацию до полного абсурда».

«Для каждого знатока традиционной еврейской литературы интерпретация Эйзенменгера выглядит пародией… Такой знаток распознал бы раствор и кирпичи, из которых было возведено знакомое ему сооружение, но обнаружил бы, что части структуры собраны и соединены таким произвольным образом, что само сооружение уже невозможно узнать»19.

А вот, что говорит Хвольсон20:

«Он (Эйзенменгер — Б.К.) вырывал фразы из их связи с предыдущими и последующими, от чего затемнялся их смысл и значение… О критическом отношении к талмудическому материалу, о том, чтобы углубиться в дух Tалмуда и вообще еврейской литературы, о различении того, что в глазах евреев имеет авторитет и принято ими к руководству от того, о чём какой-нибудь еврей когда-либо нафантазировал в какой-нибудь еврейскими буквами написанной книжке, — обо всё этом у Эйзенменгера не может быть и речи. Он только искал отрывочные места, которые приурочивал к своим целям».

Читаешь и видишь перед собою г. Шафаревича, как будто про него сказано!

Кац указывает на особенность обращения с древними религиозными документами, состоящую в том, что их прочтение в ежедневной религиозной практике отличается от прочтения исторических документов, при котором читатель пытается буквально воссоздать точку зрения автора, жившего много столетий назад. Здесь речь идёт о меняющейся со временем интерпретации, о проповеди. Не этим ли заняты и христианские церкви? Имеется ещё и опасность буквального восприятия метафор, идиоматических оборотов21.

Кац приводит также мнение христианского теолога XVIII-го века о том, что по методу Эйзенменгера можно было бы написать и «Разоблачённое Христианство»22. И если это не было сделано, то только потому, что христианская религия была господствующей, в отличие от иудаизма. По мере ослабления контроля Церкви над обществом антихристианская литература действительно стала появляться. Значительного расцвета она достигла в Советском Союзе, многие из нас помнят пасквили, скажем, Емельяна Ярославского. В бытность мою студентом мехмата МГУ, в шестидесятых годах мы слушали курс научного атеизма. С кафедры бойко (и формально точно) цитировался и Ветхий, и Новый Завет. Приёмы лектора, в общем, мало отличались от манер г. Шафаревича.

Замечательная книга Хвольсона не слишком доступна, но при таком горячем интересе к предмету, г. Шафаревич мог бы с нею ознакомиться. Не сомневаюсь, впрочем, что она ему известна. Тем выразительнее её отсутствие в списке использованных им источников. Не упомянута г. Шафаревичем и другая книга Хвольсона «Употребляют ли евреи христианскую кровь?»23

В.С.Соловьёв

В той же главе 4 примечательна заочная полемика Шафаревича с Владимиром Соловьёвым (1853-1900), написавшим в 1886 г. статью в защиту Талмуда24. Соловьёв начинает с краткого очерка еврейской религиозной истории в её соотношении с возникновением и развитием христианства. Рассказывает он и о Талмуде. Я не всегда согласен с эсхатологическими воззрениями православного мыслителя, но сколько человечности, тепла в его словах! Какое удовольствие, даже и чисто эстетическое, доставляет каждая встреча с его работами. Воистину, соприкасаешься с Душой, в которой запечатлён Образ Б-жий…

Соловьёв подробно рассматривает клевету на Талмуд (и на его конспективное изложение, известное под названием Шулхан Арух25) последователей Эйзенменгера, некоего «доктора» Юстуса и доктора Эккера26. Г. Шафаревич предъявляет Соловьёву следующий упрёк (стр. 58):

«Самое же, пожалуй, поразительное, что Соловьёв уклоняется от главного вопроса: обсуждения подлинности тех или иных цитат из Талмуда. О нём было известно, что он владеет древнееврейским языком (даже умирая, прочёл молитву на древнееврейском), и он вполне мог высказать по этому поводу своё мнение. Но он этого не делает, ограничиваясь обсуждением не Талмуда, а книг Юстуса и Эккера»

Действительно, поразительно. Поразительно это столкновение Духа с ловцом цитат. Во-первых, как раз обсуждению Талмуда, живой религиозной системы, заключённой в нём, и посвящена значительная часть статьи, только душевный и религиозный опыт Соловьёва другого калибра. И разница здесь воистину космическая. С какой же, собственно, стати должен он смотреть на Талмуд «по цитатам» академика, из (пользуясь стилистической находкой г. Шафаревича) этой убогой перспективы? К сожалению, статья Владимира Соловьёва труднодоступна, и я не нашёл её в Интернете27. А жаль. Помимо всего прочего, читатель мог бы сравнить и перья — вдохновенный слог великого русского религиозного философа, публициста и поэта с вялотекущей в межцитатных пробелах бубнящей прозой академика-алгебраиста.

Характерно, что Соловьёв в самом начале статьи упоминает древние книги православной церкви:

«Всякий, кто заглядывал, например, в так называемые «Кормчие», по которым в течение многих веков управлялась наша церковь, знает, какими нелепыми и невежественными вымыслами питалась вражда православных к другим исповеданиям».

Уже не в первый раз аргументы г. Шафаревича возвращаются рикошетом к нему самому. В таких случаях господа, клевещущие на еврейский народ, говорят: «Не меняйте тему, не об этом мы говорим». Ну, разумеется, этим господам, одержимым ненавистью, только об одном и думается, только об одном и говорится. В «перемене темы» и у Каца, и у Соловьёва, и у Хвольсона, да и у меня самого был вполне великий предшественник. Не Иисус ли сказал: «Вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего».

Что касается подробного анализа пресловутых «цитат», разумеется, в подобающем религиозном, историческом и филологическом контексте, то здесь имеется ещё одна великолепная книга «Еврейские законы об иноверцах в антисемитском освещении» другого известного гебраиста, переводчика на русский язык ряда трактатов Талмуда Н. Переферковича (1871 — 1940)28. В этой книге подробно рассмотрены все «сто законов» Юстуса-Эккера-Шмакова29.

И эта книга удобным для г. Шафаревича образом отсутствует в списке источников.

Продолжение следует.


1 Интернетовская версия www.rus-sky.org/history/library/shafarevich/1.htm. Недавно в интернете появилась рецензия Г. Еремеева http://www.sem40.ru/anti/1042726455.shtml.

2 Ср., И. Р. Шафаревич, Русофобия, Сочинения в трёх томах, т. 2, 86–172, Феникс, Москва, 1994, Русофобия: 10 лет спустя, там же, 173-206. «Русофобия» распространялась в Самиздате во второй половине восьмидесятых годов, впоследствии, если не ошибаюсь, была опубликована в «Нашем Современнике» и в других изданиях. Вторая из упомянутых работ была впервые опубликована в «Нашем Современнике», №12, 1991.

3 Открытое письмо, написанное в 1987 г. и тогда же распространявшееся в Самиздате, позже было опубликовано, как: Б. Кушнер, Не произноси ложного свидетельства, Страна и Мир, т. 2 50, Munich, Mart-April (1989), 122-126, а также как Открытое письмо И.Р. Шафаревичу, «22», т. 64, Jerusalem, March-April (1989), 154-164 и под тем же названием в газете Новое Русское Слово, New York, Август 18, 1989. Второе открытое письмо (ответ на статью Шафаревича «Русофобия 10 лет спустя») было опубликовано в Новом Русском Слове 12 января, 1993. Статья Some Remarks about Shafarevich’s Book Russophobia. Notices of the American Mathematical Society, vol. 40, No. 1, (1993). 12-14 была написана мною по просьбе Американского Математического Общества.

4 В частности, образовалось целое направление псевдоинтеллектуальных евреистов. Хотя их изыски отнюдь нельзя назвать невинными (в нынешней накалённой российской ситуации особенно), трудно не видеть трагикомизма в том, как эти господа серьёзно цитируют друг друга, благодарят за «ценные замечания», авторы одних клинических теорий дискутируют другие, не менее клинические построения, обсуждают нюансы и т.д. Что-то вроде споров знатоков вин о сравнительных достоинствах редких винных марок. Создаётся впечатление, что уже и физические евреи не нужны этим авторам, поскольку господа-сочинители образуют замкнутый, самодостаточный круг.

5 С. Дудаков, История одного мифа, очерки русской литературы XIX-XX века, Москва, Наука, 1993.

6 Я использую здесь и ниже христианскую терминологию. Православный Ветхий Завет с точностью до некоторых неканонических книг является русским переводом Танаха, Еврейского Священного Писания. Говоря догматически, при этом использовались Септуагинта (греческий перевод) и церковнославянская Библия. Но последние источники сами являются переводами (возможно, немасоретских) списков Танаха. О драматической истории русского перевода Библии можно прочесть в книге М.И. Рижский, История переводов Библии в России, Наука, Новосибирск,1978. Не могу не отметить, что г. Шафаревич с комической настойчивостью продолжает цитировать в своём любимом контексте Третью Книгу Ездры. Ещё в 1987 г. я указывал ему, что в еврейский канон и, соответственно, религиозный обиход эта книга не входит, но в качестве неканонической включена в Синодальную Библию. Вот, что сообщает один из христианских комментаторов: «Последняя В-ная книга слав. Библии и некоторых изданий Вульгаты носит имя великого священника Ездры, но написана не им, а палестинским иудеем – быть может, знакомым с зарождавшимся христианством – по-еврейски или арамейски в конце I в.н.э. (несомненно после 70 г.)» И далее: «В этой апокрифической книге с большой силой проявляется скорбь и недоумение автора при виде разрушенного Иерусалима и храма». Книга пользовалась уважением Отцов Церкви, а в XIX веке — Митр. Филарета Московского.«Ни одна из иудейских апокрифических книг не вызывала в христианском мире такого интереса», Библия, Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета, Издательство «Жизнь с Богом», Брюссель, 1973, стр. 2007-2008, комментарий к Третьей Книге Ездры.

7 С. Дудаков, цит. соч., стр.221.

8 Повесть Временных Лет, Часть первая, текст и перевод, Академия Наук СССР, Литературные Памятники, Издательство Академии Наук СССР, Москва–Ленинград, 1950, стр. 238–240.

9 См., например, Всеми имеющимися средствами, Операция МВД РФ в селе Самашки, 7-8 апреля 1995 г., Правозащитный Центр «Мемориал», Москва 1995.

10 Paul W. Harkins, Saint John Chrysostom, Eight discourses against judaizing christians, the Catholic University of America Press, Washington, D.C., 1979, 1–2. Здесь и ниже, если не очевидно противное, цитаты из английских источников даются в моих переводах. См., также мою статью Святой Иоанн Хризостом (Златоуст) и христианский антисемитизм, Вестник, No. 14 (142), Baltimore (1996), 30-33 и Русский Еврей No. 2-3 (15), Лето-Осень 2000, 37-39, Москва.

11 В контексте и уровне, навязанном сочинением Шафаревича, мы не можем останавливаться на интереснейшей проблеме генезиса этой несравненной еврейской книги. См., например, статью в New Catholic Encyclopedia, vol.7, McGraw Hill Book Comp., New York 1967, 666-671.

12 Например, в многотомном Международном Критическом Комментарии The International Critical Commentary on the Holy Scriptures of the Old and New Testaments, A critical and Exegetical Commentary on the Book of Isaiah, two volumes, Charles Scribner’s Sons, New York, 1912, книге Исайи посвящено два внушительных тома.

13 См., Памяти Лидии Владимировны Кнориной, Вестник, №18 (303), Сентябрь 4, 2002, 34-48.

14 Б. Кушнер, Кошмары православного талмудиста, Новое Русское Слово, New York, January 12, 1993, а также Нева, No.9, Санкт-Петербург (1994), 252-257.

15 Д.А. Хвольсон, О некоторых средневековых обвинениях против евреев, Историческое исследование по источникам, второе издание, Санкт-Петербург, 1880. (Книга одобрена к печати факультетом восточных языков Санкт-Петербургского Университета). By Jay M. Harris (Editor), Harvard University Press; 2002.

16 Выдающемуся историку, профессору Еврейского Университета в Иерусалиме Якову Кацу (1904–1998) посвящена книга The Pride of Jacob: Essays on Jacob Katz and His Work.

17 J. Katz, From Prejudice to Destruction, Anti-Semitism, 1700–1933, Harvard University Press, Cambridge, Massachusetts, 1980, p.14.

18 M. Adler, The World of Talmud, Second Edition, Schocken Books, New York, 1963. Имеются и другие популярные книги о Талмуде, например, Э. Урбах, Мудрецы Талмуда, Библиотека–Алия, Иерусалим, 1991, пер. с иврита, A. Steinsaltz, The Essential Talmud, Basic Books, USA, 1976, A. Cohen, Everyman’s Talmud, Schoken Books, New York, 1975.

19 Кац, цит. соч., гл.1.

20 Д.А. Хвольсон, цит. соч., стр. 137.

21 Так изображение Моисея с рогами в известной скульптуре Микеланджело восходит к буквальному переводу еврейской идиомы в ранних версиях латинской Библии (Вульгаты).

22 Вот, что говорит на эту тему Хвольсон: «Я читал не все, но весьма много творений отцов церкви и нашёл, что в них высказывается о язычниках во сто раз более худого, чем в Tалмуде. Рим и римское государство называется у них Вавилоном, и этому государству, гражданами которого они были, они желают возможного физического и нравственного зла. Они пророчили этому государству внутренние раздоры, неприятельское нашествие, диких варваров с севера, мор, голод, мрак кромешный, землетрясение и наводнение. Они ожидали, что пламень с неба истребит город семи холмов вместе с его дворцами, храмами и триумфальными арками». (Цит. соч., стр. 147).

23 Д.А. Хвольсон, Употребляют ли евреи христианскую кровь? Издание второе, Санкт-Петербург, 1879.

24 Вл. Соловьёв, Талмуд и новейшая полемическая литература о нём в Австрии и в Германии, Собрание сочинений в десяти томах (1911–1914), 2-е издание, т.6, Санкт-Петербург, 3–32. Существует фототипическое переиздание этого Собрания Сочинений: «Жизнь с Б-гом», Брюссель, 1966.

25 Шулхан Арух (в переводе «Накрытый стол») составлен рабби Иосифом Каро в XVI веке.

26 Вот вкратце история этой атаки на Талмуд. В 1883 г. в Пруссии вышла очередная клеветническая книга «Еврейское Зерцало» некоего доктора Юстуса, впоследствии выяснилось, что за этим псевдонимом (означавшим «справедливый») скрывался вовсе не «доктор», а выкрест Арон Бирман, человек авантюристического склада. В 1885 г. за мелкое уголовное преступление он был заключён в Вене на два месяца в тюрьму, а затем выслан из Австрии, после чего следы его теряются. Вскоре возникло судебное дело против газеты, опубликовавшей хвалебный отзыв на пасквиль Юстуса. Выражаясь современным языком, газете вменяли в вину разжигание межнациональной розни. Один из привлечённых экспертов, приват-доцент католической духовной академии в Мюнстере доктор Эккер признал, что Юстус манипулировал с цитатами, составляя их из нескольких, не связанных друг с другом отрывков оригинала, произвольно вставлял слова и т.д. Тем не менее, Эккер утверждал, что Юстус прав по существу. Газета была оправдана, а Эккер в следующем году выпустил книгу «Еврейское зерцало в свете истины» в поддержку своей точки зрения. Затем эту книгу перевёл на русский язык известный юдофоб (впоследствии гражданский истец в деле Бейлиса) А.С. Шмаков (А.С. Шмаков, Еврейские речи, Москва 1897). Вл. Соловьёв обсуждает книгу Эккера.

27 Российская Академия Наук приступила в 2000 г. к изданию полного собрания Сочинений и писем Вл. Соловьёва, но, очевидно, это предприятие займёт много лет.

28 Н. Переферкович, Еврейские законы об иноверцах в антисемитском освещении. Разбор «Еврейского Зерцала», переведённого А. Шмаковым, издание второе, С. Петербург,1910. Я изложил выше историю Юстуса-Эккера, следуя этой книге Переферковича.

29 Ответы экспертов на клевету на Талмуд можно найти и в интернете http://www.geocities.com/Athens/Cyprus/8815/

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 4(315) 19 февраля 2003 г.

[an error occurred while processing this directive]