Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 1(312) 8 января 2003 г.

Виталий ОРЛОВ (Нью-Йорк)

ПУШКИН - ПО-АНГЛИЙСКИ

Джулиан Лоуэнфельд

Имя переводчика Джулиана Лоуэнфельда становится все более известным любителям поэзии по обе стороны Атлантики, и тому есть объективная причина - его несомненный талант. По профессии адвокат, специализирующийся в вопросах авторского права и иммиграции, Дж.Лоуэнфельд параллельно занимается и литературной деятельностью. Он учился в Гарварде и некоторое время стажировался в Ленинграде. Из-под пера Джулиана вышла комедия "Кафка для начинающих ", книга стихов, а сейчас он работает над сочинением под названием "Талисман " - поэтическим путешествием по жизни и творчеству Пушкина. Джулиан также пишет музыку.

Поэт, композитор, юрист - таковы грани таланта этого человека.

Вызывает искреннее изумление его способность услышать музыку русского стиха - стиха Пушкина - и передать нюансы его звучания на родном Джулиану - английском - языке. Кстати сказать, русский - один из восьми языков, которыми владеет этот совсем еще молодой человек, и говорит он по-русски практически без акцента. Лирика, поэмы, "Евгений Онегин" и даже эпиграммы Пушкина, переведенные Дж.Лоуэнфель дом на английский - это феномен, тем более удивительный, что Джулиан, строго говоря, профессиональным переводчиком не является.

Надежда Брагинская, известный в зарубежье пушкиновед, впервые представила англо- и русскоязычной публике замечательного переводчика великого русского поэта на пушкинском празднике поэзии - 7 июня 2002 г., в миссии Российской Федерации при ООН.

На вечере, как и полагается, звучали пушкинские стихи. По-русски, а потом в собственном переводе на английский их выразительно и с чувством читал сам переводчик : "У лукоморья дуб зеленый " ("A green oak tree's by a cove curving"), "Каков я прежде был, таков и ныне я" ("The way I used to be, that way I still am now..."), "Что в имени тебе моем?" ("What is there in my name for you"), "На холмах Грузии лежит ночная мгла" ("Upon the Georgian hills there lies the haze of night..."). Их было много, более двух десятков, а могло бы быть еще больше, да жаль, время не позволило прочесть все.

Вот маленький фрагмент - начало знаменитого стихотворения "Анчар":

В пустыне чахлой и скупой
На почве зноем раскаленной,
Анчар, как грозный часовой,
Стоит - один во всей вселенной.

In fearsome desert, barren, dead,
On sands that from the heat are blazing,
The tree of fate, like sentry dread,
Stands, lone in all the world remaining.

Продолжением праздника стали и романсы на стихи Пушкина, некоторые - на обоих языках. Их исполнил солист Большого театра и Нью-Йорк Сити Опера бас Михаил Светлов в сопровождении известного пианиста-виртуоза и композитора, профессора Московской консерватории Михаила Зейгера.

Когда вечер окончился, я спросил у Джулиана:

- Были ли у вас учителя-переводчики поэзии: с русского на английский или с английского на русский?

- Слава Богу, нет, хотя я прекрасно знаю, какими талантливыми переводчиками были, например, Пастернак или Маршак. Знаете, греки считали, что при слуховом восприятии Гомера сам ритм его стихов имеет лечебный эффект. Я тоже верю в целительный эффект ритма, музыки стиха Пушкина. Строго придерживаться ритма оригинала - это даже важнее рифмы. Подходящие слова приходят тогда сами. Если я начинаю думать над переводом, не получается ничего. Как можно, например, осмысленно перевести: "Выпьем, добрая подружка, бедной юности моей. Выпьем с горя, где же кружка? Сердцу будет веселей". Это можно перевести только чувствуя ритм.

- Скажите, пожалуйста, вы, кроме Пушкина, еще кого-нибудь переводите?

- Рильке, Гете, из русских поэтов Мандельштама, Цветаеву, Есенина и Ахматову. Но больше всё же Пушкина.

- Когда Надежда Семеновна Брагинская представляла вас, вы сказали, что она для вас духовная мама...

- Надежда Семеновна - это та светлая женщина, которая вывела меня из мрака и привела к Пушкину. Помните: "И меж детей ничтожных света быть может всех ничтожней он". Это обо мне, не знавшем Пушкина, а значит, в чем-то обделённом. Надежда Семеновна сделала мне этот подарок - открыла Пушкина.

Столь успешных попыток дать жизнь стихам русского поэта в англоязычной пушкиниане, пожалуй, не много, несмотря на то, что переводами Пушкина занимались литераторы крупного масштаба.

Первое упоминание имени Пушкина в печати за пределами России относится к 1821 году. Еще при жизни поэта о нем кратко известил своих читателей парижский журнал "Revue encyclopedique". Несколько позже в Лондоне в слегка сокращенном английском переводе была издана поэма "Руслан и Людмила". Сообщение об этом без указания автора поэмы появилось а газете "The Monthly Magazine and Literary Journal". Четыре лирических стихотворения Пушкина, которые за два года до смерти поэта были опубликованы в Санкт-Петербурге, перевел Джордж Борроу. Два лондонских путешественника, посетившие Санкт-Петербург зимой 1829 - 30 г.г., по-видимому, встречались с Пушкиным. В своем рассказе об этом, опубликованном в 1838 году, они назвали его "русским Байроном".

В 1832 году литературный критик в "Foreign Quaterly Review" написал: "На английском языке Пушкин звучит чужеродно, а имя его не очень широко известно ". В первой истории русской литературы, опубликованной на английском языке в 1839 году в Оксфорде, жизни и творчеству Пушкина посвящена одна страница.

Спустя три года после смерти Пушкина известный английский литератор и историк Томас Карлейль в лекции "Герои и культ героизма" заметил: "Всемогущий русский царь обладает многочисленной армией с казачьими полками, артиллерией и проч. Он, очень искусно создав политическую обстановку преданности престолу, заботится лишь о собственном величии и не способен к диалогу. Гения Пушкина он не воспринимает и не желает слышать мнения народа и требований времени. Он подобен онемевшему монстру".

Первый серьезный и объективный очерк о жизни и творчестве Пушкина вместе с переводами двух десятков лирических стихотворений появился в 1845 году в журнале "Blackwood's Magazine". Автором его был преподаватель Царскосельского Лицея Томас Шоу. Долгое время этот очерк был единственным на английском языке достоверным источником информации о Пушкине.

К десятой годовщине со дня смерти Пушкина американский поэт Джон Гринлиф Уитьер написал короткую статью, в которой, среди прочего, были и такие строки: "С 29 января по 1 февраля 1837 года в одном из великолепных особняков русской северной столицы на берегах Невы умирал Александр Пушкин - поэт, историк, любимец императора и народа - тяжело раненный в роковой дуэли, еще совсем молодой, чтобы думать о смерти. Мне хотелось бы рассказать о способностях этого чудесно одаренного и уважаемого человека, о том, как его, негра, оплакивали в этой стране - факт, который покажется невероятным американскому читателю... Мы имеем основания полагать, что против этого выдающегося человека в нашей стране испытывается такое же безрассудное и несправедливое предубеждение, как и против цветной расы в целом. Это предубеждение несовместимо с просвещенным республиканством и истинным христианством". Статья Уитьера была обнаружена в начале ХХ века в одном из журналов, хранящихся в библиотеке Гарварда.

Можно предположить, что англоязычной публике была более известна проза Пушкина . Первый английский перевод "Пиковой дамы" был опубликован в Эдинбурге в 1850 году, и с тех пор эта романтическая история переводи лась не менее 12 раз. В Нью-Йорке эта повесть под названием "Пиковая дама - русская легенда" в переводе Джеймса Нока была популярна в середине ХIХ века. В 1875 году были переведены "Повести Белкина ", а несколько позже "Дубровский " и отрывки из "Арапа Петра Великого " и "Египетских ночей" также стали известными англоязычному читателю. Из поэтических произведений Пушкина в этот период была опубликована только поэма "Бахчисарайский фонтан". Ее в 1847 году перевел финансист и в течение некоторого времени Президент Пенсильванской академии изящных искусств (его фамилия мне неизвестна), который в юности несколько лет прожил в России, занимаясь изучением языков.

В 1881 году английский полковник Сполдинг перевел всего "Евгения Онегина". Об этом переводе И.С.Тургенев сказал: "Чудно правильно и чудно деревянно". К сожалению, из-за существовавшего предубеждения Пушкина долгое время переводили по большей части случайные люди.

В 1899 году по случаю столетнего юбилея со дня рождения поэта в очередном номере лондонского журнала "Foreignly Review" было опубликовано несколько стихотворений, три поэмы, две драмы и "Борис Годунов " в переводе преподавателя русского колледжа С.Тернера.

В настоящее время известны 15 версий переводов стихотворения Пушкина "Я вас любил...", 12 - "Песни о вещем Олеге", 11 - "Памятника ". Некоторые из них были выполнены талантливыми переводчиками и близки к оригиналу. Поэзия в России (благодаря, в первую очередь, именно Пушкину) занимает, возможно , более заметное место, чем в других странах. ("Поэт в России больше, чем поэт" - известный афоризм Евгения Евтушенко), но из-за отсутствия хороших переводов она все еще во многом недосягаема для зарубежной публики. К сожалению, и Пушкин - не исключение.

Стоит упомянуть , что исчерпывающими сведениями о переводах Пушкина на английский мы прежде всего обязаны удивительному человеку - Аврааму Ярмолинскому. Он родился на Украине, учился в Петербурге и Швейцарии, а в 1913 году эмигрировал в США. В 1921 году защитил докторскую диссертацию по Достоевскому, став первым в США доктором наук в области русской литературы . С 1918 по 1955 год Ярмолинский возглавлял Славяно-Балтийский отдел Нью-йоркской публичной библиотеки. Одной из наиболее важных его работ было составление указателя "Пушкин на английском (1799 - 1837 - 1937)". Он содержит 482 библиографических описания произведений Пушкина и литературы о нем в переводе на английский язык. 127 переводчиков в общей сложности работали над этими переводами. Уже после опубликования Указателя Ярмолинский нашел еще около 50 новых переводов, включая "Капитанскую дочку", "Повести Белкина ", "Евгения Онегина".

О переводах "Онегина " следует сказать особо. Еще в тридцатые годы ХХ века над книгой переводов "Онегина " начал работать Владимир Владимирович Набоков. К.И. Чуковский в статье "Онегин на чужбине " писал, что переводчики превращают пушкинский роман в стихах "в дешевый набор гладких, пустопорожних, затасканных фраз". Всякий перевод - это неизбежное толкование текста, и переводчик всегда в какой-то мере комментатор. Цветаева переводила стихи Пушкина на французский язык, привнося в них нечто свое. Она писала в 1936 году: "Мне твердят - Пушкин непереводим. Как может быть непереводим уже переведший, переложивший на свой (общечеловеческий) язык несказанное и несказ'анное? Но переводить такого переводчика должен поэт".

У Набокова иное отношение. Он чрезвычайно ценил форму, словесную организованность, ритм, рифму романа, но начав переводить "Евгения Онегина " стихами, вскоре отказался от этого подхода, увидев неминуемые потери. Набоков перевел весь роман ритмической прозой, надеясь, что всю "солнечную сторону " текста можно будет подробно объяснить "в тысяча и одном примечании ". Трудно сказать , в каком случае потерь больше. "Онегин " в переводе Набокова - это четырехтомник. Первому тому предпослано "Введение переводчика " с описанием пушкинского текста, его особенностей, вроде того, что "Евгений Онегин" содержит 5541 стихотворную строку, из которых все, кроме 18-и, представляют собой четырехстопный ямб с чередованием женской и мужской рифмы. Многие темы "Введения " развиты в комментариях, которые следуют за переводом и занимают второй и третий тома. В комментариях Набоков учитывал и варианты, и черновые наброски. К третьему тому есть также приложения. А в четвертом воспроизведен русский текст романа.

Набоков учитывал литературную среду пушкинского периода, круг читательских интересов поэта, раскрывал читателю множество значений, связанных с тем или иным словом в "Онегине ", считал, что для понимания английс кого перевода необходимо также знать и английскую и немецкую литературу, которая в переводе на французский была известна Пушкину. Задачу Набоков выбрал себе не из лёгких - нужно было передать на другом языке сложнейшую стилистическую ткань пушкинского текста, включая скрытые - часто пародийные - намеки, понятные лишь посвященным. Лучшее, что мог сделать переводчик, считал Набоков, "это описать в некоторых своих заметках отдельные образцы оригинального текста". Он надеялся, что это побудит читателя изучить язык Пушкина и вернуться к "Онегину " уже без его подсказок.

Возможно, в случае Джулиана Лоуэнфельда намерения Набокова достигли цели. Но молодой переводчик не ограничился только изучением языка Пушкина. Он пытается разделить радость познания великого русского поэта со своими соплеменниками - американцами.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 1(312) 8 января 2003 г.

[an error occurred while processing this directive]