Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 24(309) 27 ноября 2002 г.

Огден НЭШ

СТИХИ

ЗИМНЕЕ УТРО

Разволшебилась зима!
Стали тортами дома,
В ледяной глазури пни -
Любишь сладкое - лизни.
Сеет сахарный снежок,
Стелет вафельный ледок.
Мир воздушен, чист и бел -
Так бы взял его и съел!
Все, скользя, бегут кругом
И снежинки ловят ртом.

Как хрупок снег, когда завьюжится!
Как хлюпок снег, когда он в лужицах!

ПРИКЛЮЧЕНИЯ БЕЛЛОЧКИ

Белла с медведем в лесу повстречалась,
Беллочка-Белла не испугалась.
Мишка голодный был, рыскал по чаще,
Вышел он к Беллочке с пастью рычащей.
- Белла, - сказал он, - как кстати ты здесь!
Беллочка, мне тебя надобно съесть!

Беллочка-Белла не испугалась,
Не обомлела, не растерялась:
Зубками мишке вцепилась в живот -
Мишка грабастый с тех пор не живёт.

Чёрною ночью, безлунной порой
Встретилась Беллочка с ведьмой дрянной.
В жутких морщинах была её рожа,
Редкие зубы на сабли похожи.
Ведьма прокаркала: "Белла, привет!
Быть тебе жабой до старости лет!"

Беллочка-Белла не испугалась,
Не обомлела, не растерялась,
Ведьме велела: "Теки молоком!"
И с неразлитым пришла котелком.

Раз Великана она повстречала,
Но не струхнула и духом не пала.
Был Великан волосатый и грязный,
Прыгал во лбу его глаз безобразный.
- Я тебя, - крикнул, - смелю на муку,
Сделаю тесто и хлеб испеку!

Беллочка-Белла не испугалась,
Не обомлела, не растерялась:
Ножик она перочинный взяла
И Одноглазу башку отсекла.

К Беллочке вызвали на дом врача,
Доктор пришёл, саквояж волоча.
Долго твердил он о гриппе и кори,
Насморке, кашле и всяческой хвори,
Щупал он Беллочке нос и живот,
Спрашивал, как она ест и что пьёт.
- Ротик, - просил он, - открой свой сперва,
Высунь язык и скажи мне: "А-А!"

Беллочка-Белла не испугалась,
Не обомлела, не растерялась:
Выдала доктору сто порошков,
Доктор их пьет, и поныне здоров.

МИКРОБ

Микроб зловреден и могуч,
Хоть неказист и не колюч.

Мы все: и я, и ты, и он,
В его глазах - жилищный фонд.

Микробьей детской спеси льстит,
Когда жилье в жару лежит.

- Ты трёшь, дурашка, грязный лоб?
А в нём давно сидит микроб.

РАЗМЫШЛЕНИЯ О ДОМАШНЕЙ ПТИЦЕ

Мы яйца лопаем чуть свет,
А у яичек лапок нет,

Но если яйца не съедят,
То будут лапки у цыплят.

У взрослых цыпов, мам и пап,
Родятся яйца, но без лап,

А где тут смысл и в чём тут суть,
Ни нам, ни курам не смекнуть.

ЛЬВЫ

Об усопших возрыдаем:
Съеден львом был мистер Браен.
Вслед за этим львова львица
Проглотила Браеницу.

СПРУТ

Скажи, о Спрут, мой добрый друг,
Ты Осьми-Ног иль Осьми-Рук?
Да будь я из семьи Осьми,
Я б величал себя на Мы!

ВЕРБЛЮД

Поймал я удивлённый взгляд Верблюда:
Я - без горба, так это ли не чудо?

МУХА

Всевышний муху сотворил,
А вот зачем - не объяснил...

ТЕЛЁНОК

Не трожь телёнка, злой мясник!
Услышь о милости мой крик!
Взгляни, как юн он и хорош -
Не смей вести его под нож!
Пусть скачет по лугам окрест,
Пусть травки досыта поест,
Пусть округлят его бока
Люцерна, клевер и река,
А мы без мук и без урона
Съедим бифштекс вместо бульона.

УПЫРЬ

Зачем, Упырь, ты здесь шалишь?
Ты и не птица, и не мышь,
Без крыл ты носишься и рук,
Твой писк - не звук, а ультразвук,
Ширяешь по глухим углам,
В потёмках вспугивая дам,
А перетрусившие дамы
Честят всех ближних упырями.

ПАСТОРАЛЬ

Две коровы у болота
Не спеша жуют чего-то.
Мама ест
И дочка ест.
Цапли белые окрест:
Ждут лягушек отрешенно
Одноногие хароны.

Му-у-у, коровушки.
Тоска,
Лень, болото,
Нет быка...

МАЛЫШУ, СТОЯЩЕМУ НА МОИХ
НАЧИЩЕННЫХ БОТИНКАХ,
ПОКА Я ИХ ЕЩЁ НЕ СНЯЛ

О, юный хозяин, привет и почтенье!
Попробуем нынче прийти к соглашенью:
Явился я в дом ваш как гость и как друг
Со складками утром наглаженных брюк,
Совсем не к лицу на полу мне валяться,
Стишками смешить тебя, ржать и лягаться.
Хоть в прятки с тобой мы на ёлку играли,
Те хвойные дни уж давно миновали.
Меня к баловству не склоняй ты упрямо:
Для этого созданы папа и мама.
Мне вовсе не мил твой восторженный лепет
И детский пинг-понг не привёл меня в трепет.
Поверь, что старания эти напрасны:
Мы в разных вселенных живём - это ясно,
И мой интерес к вашей детской, к тому же,
Не глубже на солнце подсохнувшей лужи.
Я думаю, следует дочку-скакалку
С тряпьём и бумагой отправить на свалку,
А если в дому куролесит бутуз,
То с домом я вправе расторгнуть союз.
На папе отплясывай ты хоть фокстрот,
Влезай, как на горку, на мамин живот.
Но только со мною держись поскромнее,
А то я сверну тебе, солнышко, шею.

Ах, сколько удачливей был бы мой рок,
Когда бы наш гость мне свернул её в срок!

ПОЛТЕРГОСТЬ

Миссис Скок усадил в вагон я сейчас -
И это, надеюсь, в последний раз,
Но коль снова такое произойдёт,
То уж, точно, я усажу её под,

Потому что ни разу не встретил в жизни я
Гостьи несноснее и капризнее,
И просто с ума сходил от желания
Увидеть спину её при прощании.

Дама Скок со своими замашками
Наш дом поставила вверх тормашками:
Всё в нём ломалось, скрипело, тряслось,
Будто вселился в него полтергость.

Газету первой она хватала,
Но больше мяла её, чем читала,
И то, что подписчик потом получал,
Был форменный, а не газетный скандал.

Когда у горничной был выходной,
Весь мир прислуживал ей одной,
И требовала она, стеная,
Чтоб в постель ей в полпервого подали чая.

На диете сидела она месяц кряду
И просила всех ближних присесть с ней рядом,
Призывая их утреннею порой
Хрумкать, как хрюшки, свёклой сырой.

Три раза залила она соседа,
Разбила каталку несчастного деда,
Без света вдруг оставался дом,
Но с громом и молнией над утюгом.

Боюсь, увы, и под скорым поездом
Полтергостья не успокоится:
С лодки столкнул её я, озлясь -
Оказалось, что плавает, как карась!

КОФЕ С ЕДОЙ

Нарядный мужчина, весеннее мая,
Впорхнул в ресторан, окрылено сияя,
И метрдотелю прищёлкнул: "Привет!
Коллега, я кофе хочу и обед!"
Коллега ответил незрячим кивком:
- Покушать изволите здесь с кофейком?
И слово за словом он клал, как кирпич:
- Мосье, вам котлетки подать или дичь?
- Мне дичь не нужна, мне не нужно котлет,
Поймите, я КОФЕ хочу - и - обед.
Ничуть не настроен я против бульона
И белого блюда со студнем студёным,
И нежной корейки, и жарких котлет,
Но кофе СПЕРВА, а чуть позже - обед.
Шеф стал деловым, как на справке печать:
- Так значит, вам кофе с обедом подать?
И выпятил губы надменным смешком:
- Обед для мосье с демитассом * потом!
Глаза у мосье полыхнули бедой:
- Поймите, я требую КОФЕ с едой.
Заказ мой простейший, загадок в нём нет:
Я КОФЕ, я КОФЕ хочу - и - обед!
Дымящую чашку налейте до края,
Чтоб пил я её, вдохновенно сияя,
Не нужно косули, фазана, бекаса,
Не нужно мне тощенького демитасса,
Я брошусь на море воинственных бед,
Но прежде я КОФЕ хочу - и - обед.
Расправился шеф, как парадный мундир:
- Вы с кофе хотите салат или сыр?
- Мы, кажется, всё же друг друга поймём:
Да, с тем, что вначале, и с тем, что потом,
Да, кофе со студнем, да, кофе с бульоном,
Да, сказочный шницель с гарниром зелёным,
Да, крему, нежнее, чем девичий сон,
Пусть будут и сыр, и пахучий лимон,
Да, и от коктейля я не откажусь,
Да, кофе с коктейлем - прекрасный союз!
Но я не пожертвую светлой мечтой
О КОФЕ, о КОФЕ, о КОФЕ-с-едой.
Коллега издал понимающий вой:
- Мосье, я вас понял, да, КОФЕ-с-едой.
Мосье погрузился в блаженный покой,
Согретый видением кофе с едой.
Он мирно дремал, а на стол через час
Поставили крохотненький демитасс.

МНЕ НАПОМНИЛО...

Вот представь, на веранде ты с юной стоишь собеседницей,
Очарованный ею, как будто, не просто наследницей.
Летний вечер блаженством всю тайную блажь превзошёл,
Легкий ветер твердит, что Любить - активный глагол,
Звёзды тихо мерцают, исполнены грустью вселенскою,
И оркестр отдалённый играет вам что-то немыслимо венское,
И коснёшься руки, и рука покорится спокойно,
И в момент этот вещий ты спросишь: "О милая, сердце открой мне!"

Встрепенётся она, возвращаясь от лунных видений к веранде,
И ответит: "Не помнишь ли ты, сколько тонн тростника
Нужно за год скормить этой крошечке-панде?"

Или вот вы вдвоём на холме созерцаете зимний закат,
Что красой не уместится в тысячу саг и сонат,
И, рукой охватив её стан, ты вдруг скажешь слова,
которые по своей проникновенности и форме могли бы
стать страницей из Анакреона,

И в момент этот вещий ответит она: "Ой, забыла я,
кажется, взять для коктейля лимоны!"

Иль в гостиной вечерней ты задал из важных важнейший вопрос,
И в момент этот вещий ответит она:

"Я думаю, этот столик лучше поставить на место того столика,
но куда мы денем тогда тот столик - ты в подвал бы его не отнёс?"

Вот как бьют они нас ниже пояса милым щелчком...
Есть святое и в них, только в Самый Священный Момент
размышляют они постоянно о чём-то другом...

ФАКТЫ ЖИЗНИ

Баюшки, дочуронька,
Глазки закрой:
Твой любящий папа
Совсем не герой.

Ни танка, ни крейсера
Он не водил,
И в Ниле ему
Не грозил крокодил.

Ему не случилось
На поезде длинном
С протяжным гудком
Пронестись по равнинам.

С крыла самолёта
Он вниз не бросался,
А если по правде -
Ужасно боялся.

И среди пожарных
В дому обречённом
Он будет всего лишь
"По счастью спасённым".

И знай: никогда,
Ни за что, нипочём
Не станет твой папа
Индейским вождём,

Не будет он, стоя
На шаткой пироге,
Нестись между шкал
К ниагарским порогам,

В засаде сидеть
По ночам он не хочет,
А перья ему
Только шею щекочут.

Твой плотненький папа -
Совсем не силач,
И может свалить его
Брошенный мяч.

Когда его дочь
На закорках сидит,
Он только потеет,
Пыхтит и кряхтит.

Богатства увидишь ты
Только во снах:
Твой папа не Ротшильд,
Не Крез, и не шах.

За весь его ворох
Стихов и стишат
И платят чуть-чуть,
И платить не спешат.

Твой папочка может
Порой согрешить,
И с грешником папой
Дано тебе жить.

Хочу, чтоб запомнила
Ты навсегда:
Твой папа простой
И пустой, как вода.

Всю правду он выложил
Начистоту -
Большую, как дырка
От зуба во рту.

Плохую баюшеньку
Он рассказал.
Ты спишь, недовольная?
Так я и знал...

Переводы Самуила ЧЕРФАСА (Израиль)


* Demi-tasse - полчашечки (фр.)]

 

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 24(309) 27 ноября 2002 г.

[an error occurred while processing this directive]