Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 21(306) 16 октября 2002 г.

Белла ЕЗЕРСКАЯ (Нью-Йорк)

ЧУДО НАТЮРМОРТА

Родившийся на Украине, в городе Иваново-Франковске, художник Борис Лейфер с 1982 года постоянно живет в старинном русском городе Ярославле. По словам одного из местных журналистов: "Ярославль может гордиться, что мастер именно его выбрал местом жительства".

По специальности Лейфер - театральный художник. Он с отличием закончил Одесское театрально-художественное училище, затем - ленинградский институт им. Репина Академии художеств СССР. Проработав несколько лет в театре, он решил заняться исключительно станковой живописью. Поиски себя в искусстве не были легкими. Идеи, завладевшие художником, шли изнутри и диктовали ему способы их воплощения. Так рождались его экспериментальные полотна, странный мир которых строился на ассоциациях, фантазиях, интуиции. Работы создавали иную реальность, иное ощущение пространства.

Это пространство притягивало, в него хотелось войти. Помимо экспериментальных полотен Борис Лейфер занимался портретной живописью. Его портреты отличались фотографическим сходством и психологической глубиной. Но любимым жанром все-таки оставался натюрморт.

В отличие от более абстрактных работ Лейфера, которые рождаются спонтанно и создаются на одном дыхании, натюрморт требует тщательной и кропотливой подготовки. Сначала возникает идея. Затем рождается композиция. Предметы у Лейфера находятся между собой в сложных взаимоотношениях и обладают своими собственными, неповторимыми характерами. Профессия театрального художника наложила на натюрморты праздничную театральность. Его цветы благоухают. Фрукты почти осязаемы. Собранные в одном помещении, его картины производят впечатление плодоносящего сада. Некоторые посетители выставок Лейфера даже утверждают, что его картины оказывают на них благотворное воздействие.

У голландцев Хеды и Класа художник заимствовал условный бестеневой фон, позволяющий сосредоточиться на собственно композиции. Иногда этот фон отдаленно напоминает облачное небо, что создает определенное настроение. В последнее время художник пишет свои композиции на темном, почти черном фоне, чтобы не рассредотачивать внимания зрителей. Композиция кажется парящей в воздухе.

Связь с миром живой природы в натюрмортах Бориса Лейфера очевидна. И в этом смысле его работам больше подходит другое определение натюрморта-"стиллайф" - "застывшая жизнь". Он не может писать цветы, если они чуть привяли: подлинность ему необходима. Он умеет передавать фактуру предмета так, что хочется его потрогать. Его персики бархатисты, а виноградины налиты прозрачным зеленоватым соком. Это не фотографичность, а передача сущности предмета через его фактуру. Можно только удивляться, как при гладкой манере письма ему удается достичь такой глубины и объемности изображения.

Лейфер - первоклассный колорист. Свои натюрморты, решенные в спокойных, элегантных, серовато-зеленых, золотистых или красно-коричневых тонах он "взрывает" ярким цветовым пятном - будь то ягоды красной смородины, пламенные апельсины или красные яблоки. Последние натюрморты отличаются особенной цветовой интенсивностью. Но иногда, словно желая отдохнуть от этого буйства красок, художник позволяет себе поэкспериментировать с белым цветом. Так возникла серия "белых" натюрмортов, "герои" которой - кувшин с молоком, белая чашка, яйца, белоснежная салфетка, батон фигурируют на белом же фоне. Художник словно демонстрирует бесконечные возможности белого цвета...

Натюрморт в советском искусстве был на задворках. Он не звал на бой, не учил и не воспитывал. На нем лежало клеймо "чистого искусства". Он был непопулярен. Правда, классики соцреализма - Петр Кончаловский, Евсей Моисеенко, Юрий Непринцев иногда грешили натюрмортами в перерывах между "Красные пришли" и "Отдыхом после боя", выполняя заказ собственной души. Но это были глубоко личные и не афишируемые островки в их соцреалистическом творчестве. Случаев, когда российский художник, подобно малым голландцам, целиком бы посвятил себя натюрморту, я не знаю.

Борис Лейфер заполнил эту нишу, и в этом качестве приобрел международную известность. Сегодня его работы находятся в частных собраниях и музеях Японии, Швеции, Голландии, Германии, Австрии, Финляндии, Израиля, Америки, Швейцарии. У него были персональные и групповые выставки в Атланте, Миннеаполисе, Нью-Йорке, Тель-Авиве, Торре-Кановезе (Италия). В настоящее время готовятся выставки в США: в Беверли Хиллс, Атланте и Чикаго.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 21(306) 16 октября 2002 г.

[an error occurred while processing this directive]