Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 18(303) 4 сентября 2002 г.

Элиа МИРЗОЕВ (Москва)

СНОВА - ИРАНСКАЯ ЯДЕРНАЯ ПРОГРАММА

Президент Ирана М.Хатами во время очередного официального российского визита

Находящийся в Вашингтоне лидер одной из иранских оппозиционных группировок - "Совета национального сопротивления Ирана" - Али-Реза Джафар-заде, создавший недавно в Париже "правительство в изгнании", - сделал на пресс-конференции сенсационное заявление. Он сказал, что располагает доказательствами существования к югу от Тегерана двух секретных объектов - завода по производству "тяжелой воды" в Араке и предприятия по обогащению урана в Натанзе - на которых ведется разработка и производство ядерного оружия.

Как указывает ближневосточное агентство Mignews, информация эта отчасти подтверждается источниками ЦРУ. Но в то же время в США в отношении Али-Резы Джафар-заде и его "правительства в изгнании" проявляют известную осторожность. Во-первых, аналитики госдепартамента США не забыли, что "Совет национального сопротивления" Ирана (СНСИ) - это ответвление группировки "Моджахеды иранского народа", и многие американские эксперты уверены, что именно она несет ответственность за гибель нескольких граждан США в Иране. СНСИ также получает финансовую помощь от Саддама Хусейна - власти Ирака по традиции "подыгрывают" иранской оппозиции. Да и сама идеология "моджахедов" достаточно одиозна - она представляет из себя смесь религиозного фундаментализма с социализмом. Однако не стоит к заявлению Джафар-заде относиться и слишком легкомысленно. Ядерные приготовления Ирана уже давно вызывают серьезное беспокойство в США. Тут с напряженным вниманием следят за строительством реактора в Бушере и за сотрудничеством в ядерной области с Россией. По мнению американских аналитиков, через несколько лет Иран сможет войти в число членов "ядерного клуба", и прогнозируемые сроки этого события уже несколько раз уменьшались.

В то же время нельзя не обратить внимание, что заявление Джафар-заде совпало с эскалацией антиамериканской риторики со стороны президента Ирана Мохаммеда Хатами. Возможность американской военной акции против Ирана значительно уступает вероятности новой войны с Ираком, но, тем не менее, и в Тегеране, и в среде иранской политэмиграции политическая активность возросла чрезвычайно. А это - верный признак перемен на политическом Олимпе. С одной стороны, США однозначно дали понять, что настроены решительно. Иран был включен в "ось зла" с самого начала войны с терроризмом. Даже после экстрадиции 16 боевиков "аль-Каэды" в Саудовскую Аравию по требованию Эр-Рияда США обвинили Иран в создании "безопасного коридора" для боевиков. Кроме того, на Западе уже не скрывают и своего разочарования политикой Хатами - надеждам, возлагавшимся на приход к власти иранских "реформаторов", по всей видимости, не суждено оправдаться.

Главным раздражителем для США все же остается иранская ядерная программа. Консенсуса по поводу того, для чего Иран возводит АЭС в Бушере - для мирных целей или для создания ядерного оружия, не существует. Как бы там ни было, Россия передает ядерные технологии государству с потенциально нестабильным политическим режимом и агрессивной идеологией, в добавок открыто поддерживающему террористические организации.

Иран рассчитывает на долгосрочное сотрудничество с Россией - ему нужны российские технологии и вооружения. Однако, получив в свои руки оружие ядерного уничтожения, Иран потенциально сможет угрожать не только и не столько США, сколько своим соседям, одним из которых является сама Россия.

О том, что Иран разрабатывает свое ядерное оружие, неоднократно сообщали разведслужбы США, Израиля, Великобритании и Германии. Информация, полученная агентами германской разведки, стала причиной того, что Германия отказалась сотрудничать с Ираном в строительстве АЭС в Бушере, и ее место заняли российские атомщики. Условия ядерного контракта России и Ирана достоверно неизвестны. Высокопоставленные иранские и российские представители утверждают, что Иран не имеет никаких амбиций в области ядерных вооружений. Большинство американских и западноевропейских экспертов придерживаются иного мнения. Разведслужбы Израиля прогнозируют, что Иран создаст первый образец ядерного взрывного устройства уже к 2005 году, американская разведка считает, что для этого потребуется чуть больше десяти лет. Последняя версия принимается большинством аналитиков. Впрочем, прогнозы спецслужб часто неточны. В 1992 году ЦРУ прогнозировало, что Иран обретет атомную бомбу к 2000-2002 году.

По мнению американского исследователя Джеффри Кемпа, косвенным виновником начала иранских военных ядерных исследований стал Саддам Хусейн. Во время ирано-иракской войны (1980-1988) иракская армия активно использовала химическое и ракетное оружие против Ирана. Иранская армия была абсолютно не готова к таким методам ведения боевых действий и понесла огромные потери. Ракетные атаки на Тегеран и другие крупные города Ирана (жертвой иракских ракет стала и АЭС в Бушере, получившая серьезные повреждения в 1987 и 1988 годах) заставили Иран пойти на заключение перемирия с агрессором и пересмотру отношения к оружию массового уничтожения. На решение Ирана повлияли и соседи - Пакистан и Индия активно разрабатывали свои атомные бомбы, Израиль обладал ядерным оружием, хотя и не признавал это. Кроме того, в Персидском заливе постоянно присутствовали корабли ВМФ США, оснащенные ядерным оружием.

К этому времени в Иране были разведаны достаточно богатые месторождения урана. Развертывая ядерную программу, Иран столкнулся с главной проблемой - нехваткой специалистов. Основными источниками знаний и технологий в ядерной сфере для Ирана стали Россия и Китай. По данным Тимофея Гусинова, участника переговоров с представителями оборонной промышленности Ирана, такие контакты начались уже в 1988 году. "Иранцев интересовало все! Они были готовы покупать любое оружие. Официальные представители Ирана предложили российским переговорщикам расплачиваться в любой форме - буквально привозить чемоданы долларов после отгрузки российского оружия. К чести советских должностных лиц, они отказались от такой нестандартной формы оплаты", - вспоминает он. В начале 1990-х годов Иран начал активно направлять своих студентов на профильные факультеты российских вузов, и его представители обращались с предложениями о сотрудничестве к российским специалистам в военно-технической сфере. Тогда же Иран начал создавать научно-исследовательскую инфраструктуру, необходимую для создания ядерного оружия. При этом Иран полностью соблюдал правила игры - все имевшиеся на его территории атомные объекты регулярно проходили проверку инспекторов из Международного агентства по ядерной энергии (МАГАТЭ). Однако уже в 1991 году Иран запретил инспекторам МАГАТЭ посещать свои ядерные объекты без заблаговременного предупреждения о визите.

Тогда же, в 1991 году, Иран решил достроить АЭС в Бушере, ныне ставшую "камнем преткновения" в отношениях России и США. Он обратился за помощью к бывшим германским подрядчикам, но те, по рекомендации своего правительства, отказались продолжить работы. Неудачей закончились и переговоры Ирана с Китаем и Бразили ей. В результате в 1995 году был заключен договор с Россией стоимостью в 800 млн. долларов. К 2001 году Россия должна была ввести в строй один из двух энергоблоков станции. На сегодняшний момент станция готова на 90% и полностью будет введена в строй уже в 2003 году.

По мнению Джозефа Сиринсионе, директора проекта по нераспространению оружия массового поражения Фонда Карнеги за международный мир, реактор в Бушере жизненно важен для иранской ядерной программы, поскольку иные иранские реакторы (их в стране еще пять) конструктивно неспособны производить радиоактивные материалы, пригодные для военных целей. Бушер даст мощный толчок иранским ядерным исследованиям - российские специалисты являются носителями уникального опыта, которого нет у иранцев, потому что в рамках этого договора Россия обязалась подготовить персонал новой АЭС. Спецслужбы США также опасаются, что проект в Бушере будет служить прикрытием для нелегальной доставки в Иран более продвинутых ядерных технологий и материалов, которые могут быть проданы коррумпированными российскими чиновниками и военными.

Недавно правительство России одобрило долгосрочную программу развития сотрудничества с Ираном, по которой в течение 10 лет в Иране планируется построить пять ядерных реакторов на общую сумму более $10 млрд. За последние годы Иран превратился в третьего по важности экспортёра российского оружия - ежегодно он тратит на эти цели 500 млн. долларов. Илан Берман, вице-президент американского совета по внешней политике , считает, что интерес России к сотрудничеству с Ираном понятен: "Российская оборонная промышленность нуждается в клиентах, и Иран активно покупает российские военные технологии. Москва также нуждается в партнерах для того, чтобы закрепить де-факто свою монополию на энергоносители Средней Азии. В борьбе за нефтяные ресурсы Каспийского моря Иран и Россия часто действует совместно. Но, возможно, еще более важно то, что в обмен на российское оружие и технологии Иран не поддерживает исламистов на Северном Кавказе". Впрочем, по некоторым сведениям из российских военных источников, оружие, которое Иран предоставлял шиитской террористической группировке "Хезболла", действующей в Ливане и Израиле, всплывало в Чечне.

С момента заключения российско-иранского контракта администрация США предпринимала активные усилия, чтобы не допустить его реализации. В том числе оно вводило санкции в отношении российских организаций и учебных заведений, заподозренных в помощи иранской программе по созданию оружия массового уничтожения. Однако эти попытки пока не дали результата. Джон Ньюхауз, старший научный сотрудник центра оборонной информации, убежден, что развитие иранской ядерной программы вредит всем - и России, и США, и самому Ирану. "Иран имеет колоссальное геополитическое значение, большее, чем Ирак. Присоединение Ирана к "ядерному клубу" не отвечает интересам всего мира - мы уже стали свидетелями, как планета оказалась на грани ядерной войны из-за противостояния Пакистана и Индии".

нефтЯные игры

Наследный принц Абдалла - фактический правитель Саудовской Аравии

Между США и Саудовской Аравией разразился дипломатический скандал. 10 июля на заседании консультативного совета при Пентагоне выступил с докладом сотрудник научно-исследовательской корпорации "Rand" Лоран Муравек, в прошлом консультант французского министерства обороны. Почти через месяц, 7 августа, резкие заявления Муравека процитировала The Washington Post, и ее статья произвела эффект разорвавшейся бомбы.

По мнению Муравека, Саудовская Аравия - не союзник, а враг Соединенных Штатов, и Вашингтону следует предъявить ей ультиматум: если она не перестанет поддерживать террористов, то США захватят ее нефтяные месторождения и ее авуары в американских банках. "Саудовская Аравия поддерживает наших врагов и обрушивается на наших друзей", - заявил в докладе Муравек, назвав Саудовскую Аравию "средоточием зла" и "самым опасным оппонентом" Америки на Ближнем Востоке. Как указывает газета, в полемику с Муравеком из всех членов совета вступил только Генри Киссинджер, заявивший, что "Саудовская Аравия не является стратегическим противником США. Она делает вещи, которые я не одобряю, но она и не стратегический противник". Официальные представители Пентагона поторопились отмежеваться от доклада "Rand", не опровергая при этом его содержания. "Ни доклады, сделанные на консультативном совете, ни замечания его членов не отражают официальной позиции министерства обороны, - поспешила заявить пресс-секретарь Пентагона Виктория Кларк. - Саудовская Аравия является давним другом и союзником США". "Что из того, что большинство участников теракта 11 сентября оказались саудовцами? - сказал министр обороны США Рамсфелд. - Тем не менее мы держим на территории Королевства внушительный воинский контингент, да и история отношений у нас давняя." По его словам, публикация в газете секретного доклада наносит ущерб интересам США - статья создает впечатление, будто доклад, представленный аналитической корпорацией, отражает точку зрения правительства. Это не так, пояснил вслед за шефом официальный представитель оборонного ведомства Филип Рикер. "США поддерживают с Саудовской Аравией хорошие отношения, - сказал он. - Королевство сотрудничает с нами в борьбе с терроризмом".

Тем не менее, вскоре после публикации в "The Washington Post" министр иностранных дел Королевства принц Сауд Аль-Файсал заявил, что его страна не собирается предоставлять свою территорию для проведения наземной операции против Ирака. Вместе с тем глава МИД Саудовской Аравии дал интервью газете "The Washington Post", где решительно опроверг высказанные в докладе "Рэнд" обвинения, что его страна поддерживает врагов США и настроена антагонистически против союзников Вашингтона. По мнению принца, доклад "Рэнд" вообще не стоит воспринимать всерьез (!), а Соединенным Штатам следует "искать союзников, чтобы бороться с терроризмом, а не превращать союзников во врагов". Кроме того, глава внешнеполитического ведомства крупнейшей арабской нефтяной монархии сообщил журналистам, что Эр-Рияд добился у Ирана выдачи 16 саудовцев - членов "Аль Каэды", бежавших в Иран после поражения в Афганистане. По его словам, делегация саудовских официальных лиц отправилась в Иран для обсуждения этого вопроса еще в мае, а в июне 16 саудовцев - боевиков "Аль Каэды" были переданы властям Саудовской Аравии для суда. "Мы просили иранцев сделать это, и они выполнили нашу просьбу", - заявил принц в интервью "The Washington Post".

Трудно сказать, сумел ли Сауд Аль-Файсал убедить американскую общественность в том, что его страна борется с терроризмом "на должном уровне", в особенности на фоне собственных же заявлений, что Саудовская Аравия не присоединится к возможной американской военной операции против Ирака.

По данным саудийской "Аш-Шарк Аль-Аусат", издающейся в Лондоне, вице-премьер Саудовской Аравии эмир Абдалла бен Абдельазиз и король Иордании Абдалла II обсуждают в Джиде ситуацию вокруг Ирака. Обозреватели указывают, что позиции двух стран, "главных соседей" Ирака, во многом совпадают: и Саудовская Аравия, и Иордания "отвергают в принципе" нанесение военного удара по Ираку с учетом последствий такой военной акции на стабильность в регионе.

Если же вернуться к публикации в "The Washington Post", то, на первый взгляд, эта история смахивает на традиционную схему преднамеренной "утечки информации". Сенсация "The Washington Post" и двусмысленные заявления чиновников Пентагона могут быть частью многоходовой дипломатии в Персидском заливе - регионе, от положения дел в котором зависит прежде всего уровень цен на нефть, на колебания которых болезненно реагирует даже сверхустойчивая экономика Запада.

О необходимости пересмотра политики в отношении Саудовской Аравии в США заговорили задолго до скандального доклада. Саудовская Аравия согласилась предоставить США свой командный центр для использования в антитеррористической операции в Афганистане только после долгого дипломатического торга. А не ограниченные дипломатическими рамками муллы в мечетях Эр-Рияда вообще открыто призывают убивать всех американцев - и военных, и гражданских, и власти не делают каких-либо попыток пресечь подобную деятельность. Вопрос о росте экстремистских настроений в странах Залива стоял и до 11 сентября 2001 года. А после сентябрьской трагедии о необходимости корректировки отношений США с крупнейшей нефтяной монархией Залива в Вашингтоне не высказался только самый ленивый. В СМИ наконец -то появились хоть какие-то сообщения о катастрофическом положении с правами человека в этой стране, о жесткости местного режима, который не так уж сильно отличается от установленных афганскими талибами порядков.

Но пока что дело дальше газетных статей не пошло. Зависимость от нефтяного экспорта арабских монархий Залива заставляет Вашингтон действовать осторожно и одновременно прилагать колоссальные усилия, чтобы сделать обстановку в Заливе хотя бы предсказуемой. Один из элементов этой стратегии - установление светского прозападного режима в Ираке.

Корейский полуостров на распутье

Ким Чен Ир и В.Путин 

Очередная активизация межкорейского диалога, даже на фоне возросшей напряженности вокруг Ирака, непрекращающегося террора на Ближнем Востоке и катастрофических наводнений в Европе, продолжает оставаться в центре внимания мировой прессы. На первый взгляд, поступающие сообщения дают повод для осторожного оптимизма. Две недели назад в Сеуле, столице Южной Кореи, завершились первые после девятимесячного перерыва межкорейские переговоры. Причем "самим фактом возобновления диалога" дело не ограничивается - впервые за все послевоенные годы представители Севера и Юга Кореи вместе праздновали 57-ю годовщину "освобождения полуострова от японских захватчиков".

Форум, посвященный этому событию, был торжественно открыт в сеульском "Шератоне", и для участия в нем в Южную Корею прибыло более сотни делегатов с севера острова, в том числе известные в стране деятели культуры. А президент Южной Кореи Ким Дэ Чжун в своем обращении к народу по случаю празднования годовщины освобождения от японской оккупации подтвердил, что он и дальше намерен продолжать политику "солнечного тепла" по отношению к КНДР, несмотря на недавний вооруженный морской конфликт, который стал причиной гибели нескольких южнокорейских моряков, хотя и отметил, что правительство сделало выводы из этого инцидента и приняло меры по укреплению безопасности государства. В те же дни, когда мир обсуждал шансы межкорейского диалога на успех, появилась информация, что лидер Северной Кореи, "любимый руководитель" Ким Чен Ир "в конце августа" снова собирается с визитом в Россию. Правда, на сей раз повторения "железнодорожного кошмара" с перекрытием движения по Транссибу для спецпоезда "любимого руководителя" не предвидится.

В Москве повестку дня переговоров обнародовать не спешат. Но официальные представители российских властей уже успели отметить, что Россия не намерена играть роль посредника в межкорейском диалоге - она только хотела бы способствовать его успеху. В самом деле, Ким Чен Иру со своими российскими друзьями есть что обсудить. Сказать, что Москва с самого начала оказалась втянутой в межкорейское противостояние, значит ничего не сказать - сам факт появления на Корейском полуострове двух враждующих государств стал результатом геополитического соперничества СССР и США, затем свою роль тут стала играть и конкуренция с набиравшим силу Китаем. Плюс ко всему сегодня Северная Корея, включенная в знаменитую "ось зла", находится под беспрецедентным международным давлением. Эта страна, где остро стоит проблема обеспечения населения продовольствием, а международные организации открыто говорят об угрозе настоящего голода, обладает солидным военным потенциалом. Именно северокорейские ракеты - "Нодоны", "Тэпходоны" и т.д. - стали, как неоднократно указывалось в печати, главным аргументом в пользу пересмотра договора по ПРО - они способны достигать территории Аляски, Гавайских островов, а по некоторым данным, даже некоторых районов Тихоокеанского побережья континентальной части США. Наконец, власти Северной Кореи до сих пор оказывают покровительство боевикам террористической "Японской красной армии", еще в 1970 году угнавшим в Пхеньян японский "Боинг".

Напряженность на Корейском полуострове такова, что ради сохранения минных полей на границе Северной и Южной Кореи США отказались подписать конвенцию о запрещении противопехотных мин. К тому же эпицентр событий находится на Дальнем Востоке, рядом с Россией, Китаем и США, в непосредственной близости от "созвез дия драконов", и переоценить опасность возникновения здесь вооруженного конфликта трудно. Катастрофическое положение в экономике страны заставило корейские власти пойти на беспрецедентный шаг, отменив в стране карточную систему распределения продуктов и товаров, в результате чего потребительские цены здесь "взлетели" в десятки раз. И нетрудно догадаться, как необходима сегодня северокорейскому лидеру и политическая, и экономическая поддержка Москвы.

Впрочем, судя по сообщениям ряда СМИ, Россия - далеко не единственное государство мира, на чью помощь и поддержку рассчитывает Северная Корея. По данным израильских источников, Северная Корея предложила нескольким арабским странам, в том числе Сирии, дополнительные поставки ракет в обмен на закупку у них оборонных систем двойного использования, в которых остро нуждается Пхеньян. В частности, арабско-корейское сотрудничество обсуждалось в ходе недавнего турне по Ближнему Востоку Ким Ион Нама, который считается вторым должностным лицом в Пхеньяне. В числе прочего, Ким Йон Нам встретился с сирийским президентом Башаром Асадом.

Тем временем усугубляется конфликт в американо-корейских отношениях. Напомним, что КНДР отказалась от строительства двух современных американских реакторов и пригрозила возобновить разработку собственных - устаревших. Так Пхеньян отреагировал на требования Вашингтона о немедленном начале инспекций ядерных объектов. Резкие заявления корейцев последовали за визитом в Пхеньян представителя США Джека Причарда. Он прибыл в КНДР 7 августа для участия в церемонии закладки первого из двух реакторов, которые строятся с иностранной - прежде всего с американской - помощью.

Причард понаблюдал за процедурой заливки котлованов бетоном, после чего обратился к корейцам с речью. В ней он дал понять, что Пхеньяну следует как можно скорее допустить в страну международных инспекторов, которые проведут проверки северокорейских ядерных объектов и хранилищ. Причард напрямую увязал продолжение строительства реакторов со степенью сотрудничества КНДР с иностранными инспекторами. Руководство Пхеньяна отнеслось к американским предложениям как к "политическому шантажу". МИД КНДР высказался вполне однозначно: "США сознательно тормозят строительство реакторов на корейской территории. В результате страдает северокорейская энергетическая отрасль и население голодает".

В ответ на ультиматум Вашингтона Пхеньян выдвинул свой собственный - КНДР выйдет из договора 1994 года, запрещающего Северной Корее разрабатывать свою ядерную программу. Развитие северокорейской ядерной отрасли возобновится, если Вашингтон не откажется от требований о немедленном начале инспекций. Вашингтонские чиновники недоумевают и цитируют договор от 1994 года. В нем, по их мнению, четко указано, что Северная Корея должна сначала допустить на свою территорию инспекторов международного агентства по атомной энергетике и только после этого должны начаться поставки в Пхеньян американского оборудования для реакторов. КНДР интерпретирует текст договора иначе. Корейцы считают, что связи между проверками и началом строительства не существует и что сроки проведения инспекций в договоре вообще не оговорены. Последние заявления Пхеньяна выдержаны в наступательных тонах: северокорейский МИД официально заявил, что Пхеньян вынужден идти по собственному пути - строить ядерные реакторы своими силами.

Отметим, что заявления самих северных корейцев также очень похожи на шантаж. Дело в том, что тип реакторов, которые корейцы собираются строить самостоятельно, представляет гораздо большую опасность, чем те, которые обещают построить американцы. Корейцы планируют использовать устаревшие технологии, позволяющие, однако, получать гораздо больше оружейного плутония, чем на современных американских реакторах. Именно поэтому США и приступили в свое время к строительству в КНДР двух "безопасных", контролируемых реакторов.

У США в сложившейся ситуации есть, как минимум, два пути. Первый - силовой. Через Пхеньян в очередной раз пройдёт "ось зла", всяческие контакты Вашингтона с КНДР будут заморожены. Второй путь - это путь уступок и компромиссов. Очевидно, что в преддверии войны с Ираком Вашингтон вряд ли станет портить отношения с КНДР. Есть и еще одна причина, по которой США, вероятнее всего, ослабят давление. В случае разрыва отношений с Пхеньяном помощь корейцам может предложить Россия.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 18(303) 4 сентября 2002 г.

[an error occurred while processing this directive]