Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 11(296) 29 мая 2002 г.

Виктор КОРДОВСКИЙ (Калифорния)

МАРШАЛ НА БЕЛОМ КОНЕ

Виктор Кордовский родился в 1926 г. в Ленинграде. Родителей, членов партии с дореволюционным стажем, в 1937 г. репрессировали. Семью выслали в Сибирь, затем отца посадили (пробыл в заключении до 1957 г.) В 1944 г. рядовым попал на фронт, был ранен. В 1949 арестовали мать, затем Виктора: держали 4 месяца в тюрьме, заложником, пока мать не подписала обвинительное заключение. В 1953 г. окончил заочное отделение института физкультуры, поступил на заочное отделение ЛГУ (отделение журналистики). Работал в ленинградских газетах и журналах, в АПН - сначала на северо-востоке страны, затем в Москве. В 1993 г. иммигрировал в США.

Приказ #370 был отдан Сталиным 22 июня 1945 года. Он гласил: "В ознаменовании победы над Германией в Великой Отечественной войне, назначаю 24 июня 1945 года в Москве на Красной площади... - Парад Победы. Парад Победы принять моему заместителю, Маршалу Советского Союза Жукову. Командовать Парадом Победы - Маршалу Советского Союза Рокоссовскому..."

На Руси победных парадов было немало. Обычно воинов встречали наспех сколоченные Триумфальные арки. Под ними проходили полки Петра, гусары и драгуны, гнавшие Наполеона от Москвы, аж до самого Парижа. Парад победы в честь низвержения фашизма - иное дело. На Красной площади не было Триумфальной Арки, цветочных гирлянд и красочных транспарантов. Небо заволокло тучами, шел беспрерывный моросящий дождь. Батальоны были сурово молчаливы. Изредка слышался перезвон медалей на мундирах победителей. От этого смысл происходящего становился затаенно-торжественным, наполнялся ожиданием пока еще не пережитой радости. Все взоры и участников Парада и гостей сейчас были устремлены на ворота Спасской башни. Оттуда на белом коне должен был вот-вот появиться командующий Парадом...

Мы беседуем с ветераном Великой Отечественной войны Ильей Козаком. До 1944 года он воевал со своей кавалерийской бригадой на различных участках фронтов. С 1944 года и до ухода в отставку был приквартирован к ветеринарной службе Манежа Министерства обороны СССР. Являлся одним из помощников Игоря Федоровича Бобылева, ставшего впоследствии членом-корреспондентом Французской академии естественных наук. Несмотря на свой почтенный возраст, мой собеседник помнит тот день и предшествующий ему месяц до мелочей. Ему слово:

- Игорь Федорович вплоть до смерти Сталина отвечал за подготовку скакунов ко всем парадам. Перед торжествами 1945 года начали поиски белого коня, который подходил бы для столь значительного события. На поиски отрядили всего 7 дней. Нужен был крупный, эффектный конь. По слухам, Сталин требовал, чтобы он был не только красивым, но и послушным. В нашем Манеже были две такие лошади. Но Жуков был мужчина, что называется, под стать, и они оказались мелковаты.

Нас выручили чекисты. Разыскали Кумира в кавалерийском полку НКВД. Но - опять проблема: окрас портили желтые пятна. Мыли мы коня горячей водой со специальным мылом в душе. Опять - беда: началось шелушение кожи. И вот, после одной из репетиций хромовые сапоги Жукова вдруг покрылись белым налетом. Георгий Константинович ничего не сказал, но бросил на нас свой знаменитый жуковский взгляд.

Ох, и переволновались мы тогда все! Жукова в Манеже боялись - от уборщицы до генералов. С другими маршалами мы могли и анекдот рассказать. Жуков же всегда был серьезен. И когда случился конфуз с его сапогами, решили обратиться к старому русскому способу. Прекратили все души и стали мыть коня березовым углем. А потом щеткой очищали, и шкура Кумира становилась белой с серебристым оттенком.

- Илья Семенович, спустя годы после Парада, ходили разговоры, что, якобы, Сталин сам хотел принимать Парад. Было такое?

- За месяц до торжеств и у нас в Манеже были шепотные разговоры об этом. Вождю шел уже 66-й год. Но дело не в возрасте. Нельзя было ему садиться в седло, совершенно не знал он техники выездки...

Чем ближе Парад, тем напряженнее становилась жизнь обслуги и Кумира. Коня долго водили шагом по Манежу, учили делать остановки, проходить строй галопом, подводили коня к танкам, приучали к разным шумам, для чего вызывали в Манеж целый оркестр. Месяц Кумира кормили по высшему разряду - "деликатесами". А за два дня до Парада посадили на голодную диету. Два офицера МВД круглые сутки охраняли коня.

Весь этот месяц мы ночевали в Манеже. А 24 июня с пяти утра начались последние приготовления - макияж для Кумира. Уверен, ни один парикмахер не наводил такой лоск на женщин, как мы на парадных лошадей. Но и красота получилась неописуемая! Трудно передать словами...

24 июня маршал Жуков встал раньше обычного. Без трех минут десять Георгий Констрантинович был уже на коне у Спасских ворот. Волнение всадника передалось и белому арабскому скакуну. Правда, он не знал и не ведал, что ему суждено войти в мировую историю вместе с восседавшим на нем полководцем. Часы отбили десять. Пришпорив Кумира, Жуков направил его галопом по брусчатке и появился на Красной площади. Этому блестящему выезду Маршала Победы, всегда показывавшего высокий класс верховой езды (военную карьеру он начинал в кавалерии) предшествовал месяц ежедневных тренировок.

- У нас были специальные бархатные седла, - продолжает рассказ Козак. - Красные - для принимающего, синие - для командующего. Они были облиты золотом с красной звездой - эффект потрясающий! И пока Жуков принимал Парад у Рокоссовского, пока не спешился, пока Кумира не увели под уздцы, мы - вся обслуга - страшно поволновались.

- А что стало с Кумиром потом?

- После парада его отправили обратно в кавалерийский полк НКВД. Вспомнили о нем через три года. Буденный приказал разыскать коня для майского парада 48-го года. И вновь Кумир предстал перед Сталиным. Увы, эти "смотрины" оказались для него последними. Видимо, красавец-конь напомнил генералиссимусу о звездном часе тогда уже не любимого им маршала Жукова.

После тех смотрин Буденный приехал к нам в Манеж в мрачном настроении. "Знаете, сказал он, - товарищ Сталин запретил принимать парады на белом коне, давайте другую лошадь найдем". Кумира отправили обратно в полк. Больше о нем никто не слышал. Вот, смотрите, у меня осталось единственное фото этого красавца...

Рассказ ветерана ВОВ, капитана Ильи Козака записан мной год назад. Для нынешней публикации нужно было сделать небольшое уточнение. На днях позвонил Илье домой. На другом конце провода - дочь: "Папы уже как полгода нет с нами..."

Уходят ветераны...

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 11(296) 29 мая 2002 г.

[an error occurred while processing this directive]