Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 10(295) 15 мая 2002 г.

Владимир КАРАСИК (Израиль)

ЧЕТЫРЕ ВЕСНЫ РУССКО-ЕВРЕЙСКОЙ ПРЕССЫ

Владимир Карасик

Русско-еврейская периодика - океан, необозримый во всех четырех или пяти измерениях - в пространстве, во времени, в количестве... Десятки стран, сотни городов, полторы тысячи названий, многие миллионы страниц! Заботясь о читателе, мы предлагаем для начала только четыре кратких взгляда на океан прессы. Можно сказать, четыре моментальных снимка с интервалом в 40 лет. При Моше Рабейну это был срок жизни человеческой, сегодня - только середина. Сколько же нам еще странствовать, нынешнему поколению пустыни, вместе со своей бесконечной периодикой? Пока что позади 142 года.

*

140 лет назад, в начале 1862-го, еврейская пресса в Российской империи пребывала в младенческом состоянии. Не прошло и двух лет с 27 мая 1860 года, со дня рождения самого первого одесского еженедельника "Рассвет". Его редактировал и издавал Осип Рабинович, основоположник не только русско-еврейской периодики, но и русско-еврейской литературы вообще. Рождался "Рассвет" долго и сложно, несмотря на помощь великого русского хирурга Николая Ивановича Пирогова, попечителя Одесского учебного округа. Начинали и "пробивали" журнал больше трех лет, а скончался первенец уже на 52 номере. Прожил он ровно без недели год, но сохранился на века в благодарной памяти русского еврейства.

И осталось на 1/6 суши только русское "Приложение к Гакармелю" при ивритском еженедельнике в Вильно. В 1841 году писатель и просветитель Шмуэль Фин в возрасте 23 лет основал вместе с Э.Л.Гурвичем первое в империи периодическое издание на иврите - альманах "Пирхей Цафон" ("Цветы Севера"). В 1860-м он же, но уже во вполне зрелом возрасте, начал второе в России еврейское издание на русском. "Приложение к Гакармелю" отстало от "Рассвета" всего на 18 дней - как Скотт от Амундсена при открытии Южного полюса. Зато продержался русский "Гакармель" почти десятилетие. Хотя, как всякое приложение, был не вполне самостоятелен, повторяя "Га-Кармел" в сокращенном виде.

Однако и Одесса не сдавала позиций. Уже 7 июля 1861-го на смену "Рассвету" пришел "Сион" с тем же подзаголовком "Орган русских евреев". С известностью ему повезло гораздо меньше. В иерусалимской Краткой Еврейской Энциклопедии "Сион" получил всего пол-абзаца в общей статье "Периодическая печать", да еще обещание - невыполненное - посвятить отдельную статью хотя бы одному из редакторов, одесскому врачу Натану Бернштейну. Вторым редактором был Э.М.Соловейчик. В первые месяцы в издании активно участвовал сам Леон Пинскер, тоже врач, участник Крымской войны вместе с Пироговым, виднейший еврейский деятель.

"Сион" появился намного раньше сионизма. Великий Герцль не был еще ни сионистом, ни даже журналистом, а был нормальным будапештским мальчиком полутора лет отроду. Как и "Рассвет", журнал отстаивал вовсе не эмиграцию, а, наоборот, эмансипацию и ассимиляцию, за что ему доставалось и от русского начальства, и от еврейского. Как и "Рассвет", журнал не прожил и года. Причины вынужденного закрытия редакция изложила следующим замысловатым образом: "Особенные препятствия к опровержению неосновательных обвинений, возводимых некоторыми органами русской журналистики на евреев и еврейскую религию". Говоря попроще, и начальство гневалось, и подписка не очень-то шла. Последний, 43-й номер датирован 27.04.1862.

А в начале 1862-го журнал был еще довольно живой. В номере 30 от 26 января любопытен раздел "Из иностранной еврейской журналистики" - слово "дайджест" еще не успело внедриться в русский язык. Перед нами данные об австрийских исправительных заведениях за 1857-1858 годы из венского ежегодника на идиш. Доля евреев среди населения составляла 24:1000, а среди преступников, к сожалению, 29:1000. Неутешительную статистику немного скрашивает расклад "по родам преступлений". На тысячу убийц - евреев только шесть, зато на тысячу обманщиков - целых 108!

Касаясь внутренних дел, "Сион" предпочитал более нейтральные обзоры бесчисленных официальных постановлений о евреях. Однако рубрика "Современная летопись" отмечает и жизненные факты, в большинстве нерадостные. Например, в Пинске не допустили еврейских девиц в новую женскую гимназию, несмотря на все хлопоты ее инспектора. Вывод обычный: "Вот еще до чего только дошли мы в наш просвещенный XIX-й век".

*

100 лет назад просвещенный XIX-й век только что уступил место еще более просвещенному XX-му. Остались в далеком прошлом и "Сион", и его потомок "День", не переживший беспорядков 1871 года. После очередной серии погромов одесские евреи в очередной раз разлюбили ассимиляцию, полюбили сионизм и прессу на иврите. А в Петербурге пышное цветение русско-еврейской периодики продолжалось. Целых пять лет, с 1879 до 1884 года, прожил второй, столичный "Рассвет", а также и еженедельник "Русский еврей". Выходил ежегодник "Еврейская библиотека" и многие-многие другие. Учено-литературный и политический журнал "Восход", родившийся в 1881 году, издавался четверть века и до сего дня заполняет бесчисленные библиотечные шкафы всего мира.

При всем при том, конец российского сезона прессы был не за горами. После половодья 1905-го - резкие заморозки 1914-го, бурная оттепель 1917-го, короткая осень НЭПа и долгая-долгая советская зима. И уже в первые годы XX столетия начиналась новая, европейская весна русско-еврейской периодики. В Берлине и Мюнхене, в Париже и Женеве за первую треть века появлялись и исчезали десятки еврейских газет и журналов на русском языке - информационных, студенческих, сионистских, анархистских... В них печаталось все, что не печаталось в царской и в советской России - от воззваний Кропоткина и Троцкого до романов Жаботинского. Преобладали социалистические издания - всех партий и всех фракций. Кроме большевиков, которые пока что еврейским вопросом, слава Б-гу, не занимались.

В январе 1901-го в Лондоне родился первенец века - бюллетень "Последние известия", орган Бунда - Всеобщего Еврейского Рабочего Союза в Литве, Польше и России. Эта еврейская социалистическая партия образовалась, как я недавно узнал, на пару лет раньше РСДРП, и, в отличие от нее, кое-как жива и в XXI веке. Пресса Бунда на идиш и других языках изучается и хранится в десятках университетов и институтов мира. А вот "Последние известия" за 1901 год я не нашел пока ни в одной библиотеке России, Израиля и Европы.

Номера за 1902-й удалось, однако, обнаружить, и именно в Иерусалиме. Основные новости ровно столетней давности связаны со студенческими беспорядками по всей Российской империи. В Николаеве - "большие аресты", в Екатеринославе "взята типография", в Варшаве прошла "сходка 600 студен. (евр., пол. и рус.)". При ближайшем рассмотрении зверства царизма кажутся весьма умеренными. Виновные в том, что "набросились на швейцара, чтобы разорвать лист, на котором отмечены были фамилии участников сходки", были всего лишь "отведены в полицию, где их переписали".

Да и сами студенты не безгрешны. В Московском университете на Моховой "у весьма многих, как оказалось потом, было оружие (револьверы, ножи, кастеты)". В Харькове "Соединенное общество русских студентов" выпустило прокламацию с обвинением евреев во всех грехах - от распятия Христа до создания Парижской Коммуны и до нынешней попытки "ни больше ни меньше как уничтожить правительство, разбить армию и учредить в России республику".

*

60 лет назад, в начале 1942-го, грозовые тучи нависли и над коммунизмом, и над сионизмом. От русской подмосковной зимы дело шло к летним немецким победам. Возвращаясь к русско-еврейской прессе - в СССР её почти поголовно истребили к концу 1920-х, а 37-го не пережила даже не очень еврейская и трижды советская "Трибуна" в Москве. Понятно, что в остальной Европе после 1939 года евреям посвящались только издания типа нюрнбергского "Жидоведа", не к ночи будь помянут. Я бы и не поминал, если бы авторы одной из солидных монографий не включили его в список еврейской периодики!

Но не могло же не быть на Земном шаре русско-еврейской прессы вообще? Она и была, и в немалом количестве, и хорошего качества. А было это в стране, о которой в большинстве монографий нет ни полслова. Вы правильно подумали - в Китае. Именно в Харбине, Шанхае, Тяньцзине, начиная с 1920-х, выходили десятки названий и тысячи номеров еврейских изданий на прекрасном русском языке. В 1940-е этот газетный остров стал просто единственным в мире. Забегая немного вперед, можно увидеть, как харбинская пресса пережила и маньчжурского императора, и японскую оккупацию, и советское освобождение. Последний, 153-й "Подпольный листок" Тедди Кауфман отстучал на своей машинке 22 сентября 1949 года, за неделю до провозглашения КНР и за месяц до отбытия юного редактора в Израиль.

Теперь представьте себе заголовок "Наша жизнь - Унзер Лебн" и подзаголовок - "Национальный Беспартийный Орган Еврейской Жизни. Выходит по пятницам". А над датой 8 мая - крупно: ЮБИЛЕЙНЫЙ НОМЕР. Вы опять правильно подумали - это не День Победы, до которого еще ровно 3 года, а славная первая годовщина еврейского журнала в Шанхае. И какую же русско-еврейско-китайскую информацию можно было найти в мае 1942-го на 24 страницах среднеформатной газетной бумаги (две из которых - на идиш, для полного Интернационала)?

Естественно, масса поздравлений: от местной русской и английской прессы, от вечного и вездесущего "Джойнта", от десятков других организаций и частных лиц. Надо сказать, что участники юбилея не хуже нас понимали и его скромность, и исключительное значение печатного слова в таком невероятном месте и времени. Говорит Абрам Иосифович Кауфман из Харбина, впоследствии легендарный "лагерный врач", а тогда - Председатель Национального Совета Евреев Восточной Азии:

"В дни кровавой бойни и великого поединка народов, когда один за другим рушатся еврейские центры... В эти страшные дни, в далеком от центров еврейской культуры Шанхае, разбросанном, не объединенном, ушедшем в "бизнес", не организованном - Вы начали издавать орган еврейской национальной мысли... Вы разбудили многих от мертвого сна..."

Редактор и издатель Д.Б.Рабинович настаивает на полной объективности журнала: "Мы, например, с одинаковой готовностью уделяем свое внимание и Мирскому ешиботу, и деятельности беженской столовки общественных работников в Хонкью". И он же предлагает свою "попытку перевода", хотя и с английского подстрочника, стихотворения "Сион" Иегуды Галеви:

"...О, дождаться б когда твой избранный народ Тебе юность, Сион, вновь, вернет".

И.Д.Эпштейн начинает юбилейную статью с еврейской периодики конца 17-го века, которая была не на русском, а на ладино, и не в Китае, а в Нидерландах. А далее утверждает, что в прагматическом Шанхае "только газета увековечивает все красивые деяния" и объединяет "беженцев-писателей, поэтов, мыслителей". На ту же тему о пушках и музах - объявления: об оперном вечере на "собственные скудные средства" эмигрантов, о концерте кантора, о постановке "Тевье-Молочника". И даже анонс издаваемого с помощью "Нашей жизни" Пантеона Еврейской Литературы - сборника литературно-критических статей О.Рапопорта с портретами писателей на меловой бумаге и с выходом уже "к середине июня с.г.". Как будто мы не в Шанхае, а в Иерусалиме!

Эта параллель вовсе не случайна. В том же 1942-м в Иерусалиме появилось первое периодическое издание Палестины на русском языке - бюллетень-альбом "Эрец-Исраэль в стройке". Китайский период прессы сменялся израильским весьма неспешно. За первые 20 лет в Стране родилось всего 8 названий. И было им отпущено лет жизни: семи изданиям - от двух до пяти, но зато восьмому... Бессмертный орган тех же харбинцев, "Бюллетень Игуд Йоцей Син", с тем же Тедди Кауфманом во главе, в мае 2002 года отметит 48-й день рождения!

*

20 лет назад, в начале 1982-го, коммунизм на 1/6 суши близился к закату, а сионизм - к рассвету и к расцвету. Однако предутренние заморозки в СССР были довольно крепкие. Еврейский самиздат 1970-х задавили окончательно, а самиздат 1980-х рождался с трудом. До знаменитого "Ленинградского Еврейского Альманаха" оставалось еще полгода. А в данный момент жил, кажется, только еврейский литературно-публицистический журнал "Хайим" в Риге. "Кажется" - потому что его былые участники имеют множество мнений о номерах и датах, но не имеют на руках ни одного живого выпуска из пяти или десяти. Твердо известно одно - именно из таких машинописных листков и бледных фотокопий разрослась новая еврейская периодика на территории от Балтики до Амура и от Карпат до Памира. Десятки городов, сотни названий, тысячи номеров... Только часть из них удалось нам пока описать в трех томах на трех языках. Эта новая российская весна продолжается и в 2002-м и тоже требует отдельного рассказа.

*

Седьмая держава - такое неожиданное определение еврейской прессы я встретил в том же номере шанхайской "Нашей жизни" от 8.05.1942. Раввин М.Ашкенази поэтически уподобляет журнал библейскому фрукту этрог, всегда свежему и ароматному. А потом вдруг дает чеканную формулу не хуже ленинской: "Если в нормальное время газета служит отображением общественной жизни во всех ее проявлениях, то насколько необходимым является орган печати в такое ненормальное время, которое мы переживаем... У нас, евреев, нет юридических институтов, которые контролируют поступки частных лиц в отношении всего общества. Эту роль нейтрального судьи и объективного наблюдателя взяла на себя "седьмая держава" - еврейская пресса".

С журналистикой чаще связывают более скромные числительные - "четвертая власть", "вторая древнейшая профессия". Но "седьмая держава"? Сначала об арифметике. Мы привыкли к послевоенным пяти великим державам, а до 45-го их насчитывали шесть - без Китая, но зато с Германией и Японией.

Теперь о самой метафоре, пока не устаревшей. Сегодня есть крепкое еврейское государство, и крепкая еврейская диаспора, и "юридических институтов" более чем достаточно. Но от этого наше время и место не стали такими уж нормальными. Должен ли и может ли кто-то - сейчас и здесь - взять на себя эту непосильную ношу "нейтрального судьи и объективного наблюдателя"? Конечно, можно оставить все это еврейским идеалистам и мечтателям, которых в одном Шанхае в 1942-м скопилось больше, чем во всем мире в 2002-м. Но можно хотя бы задуматься над красивой мечтой.

А подробный рассказ о русско-еврейских изданиях - впереди. Замечания и пожелания принимаются и приветствуются.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 10(295) 15 мая 2002 г.

[an error occurred while processing this directive]