Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 5(290) 28 февраля 2002 г.

Виктор СНИТКОВСКИЙ (Бостон)

К ПРЕДСТОЯЩИМ ГАСТРОЛЯМ ТЕАТРА ЭЙФМАНА

Борис Эйфман

Труппа Бориса Эйфмана в очередной раз приезжает на гастроли в США. Обычно на гастролях российских артистов мы привыкли видеть только выходцев из бывшего СССР. Сейчас иная ситуация - есть реклама в "Нью-Йорк Таймс", "Бостон Глоб" и других газетах. Значит, будет много американских любителей балета.

Первые гастроли театра в Нью-Йорке прошли под аккомпанемент хорошо организованной рекламы и положительных отзывов в статьях ведущего балетного критика "Нью-Йорк Таймс" Анны Киссельгоф. Но премьеру "Русского Гамлета" на следующих гастролях в Америке Анна Кисельгоф из "Нью-Йорк таймс" восприняла холодно. Многое было ею раскритиковано. Вслед разразилась отрицательной рецензией "Новое русское слово". И действительно, профессионалы балета отмечают, что из спектакля в спектакль повторяются некоторые приемы. Например, длинные шлейфы платьев, которые несут смысловую нагрузку. Повторяются бутафорские головы, изломанность жестов, боковые поддержки, полуспортивные пирамиды, танцы теней на экране. Вообще, наши зрители привыкли к ярлыку "Эйфман велик". И ничего другого. Так что иногда критика бывает полезной. Кстати, рецензия на прошлогодние гастроли театра Эйфмана в "Бостон глоб" тоже была холодной+. Но она прошла на гребне "антирусской" кампании в бостонском балете, когда местные "патриоты" отказались продлить контракты 11 выходцам из бывшего СССР.

И всё же Эйфман - замечательный хореограф. Каждая новая его работа удивляет режиссурой, раскрытием новых возможностей синтеза балета и драматургии. В целом, его спектакли в первую очередь режиссерские. Они заставляют зрителя не только видеть, но и думать. Спасибо ему за это. Всё это, тем не менее, не означает, что его работы должны восприниматься только на "ура".

Нужно сказать, что балеты Эйфмана на родине, в Петербурге, воспринимаются частью публики весьма своеобразно. Например, депутат Государственной Думы и тележурналист Невзоров вывел на улицу красно-коричневых демонстрантов, которые требовали не трогать их национальную гордость - великого русского композитора, не глумиться над ним и снять со сцены балет "Чайковский". Дело в том, что по ходу балета очень тактично намекалось на гомосексуальные склонности великого композитора.

Американский зритель привык к развлекательному балету: красоте тела, красивым линиям, красивой музыке. Это не всегда характерно для постановок Бориса Эйфмана. Есть еще одна важная причина отсутствия должного внимания американцев к балетам Эйфмана - в хореографии его спектаклей нет ничего нового (кстати, вкус к новизне американским балетоманам привил Баланчин). Конечно, техника лучших американских исполнителей весьма высока. Восемнадцатилетние выпускницы нью-йоркского балетного училища "Juilliard School" вертят 32 фуэте вправо и тут же 32 влево. Уланова и Плисецкая никогда в "Лебедином озере" не вертели 32 фуэте даже в одну сторону, хотя это умели делать более техничные танцовщицы. Конечно, Эйфман в своих балетах не обязан заниматься демонстрацией балетных достижений. Он достигает сильного эмоционального воздействия и без головокружительной техники исполнителей, за счет почти незнакомого советскому зрителю "body language" - языка тела, актерской игры и, главное, блестящей режиссуры.

У Эйфмана также есть определённые проблемы с техническим уровнем танцоров, связанные со спецификой театра. Эти проблемы хорошо известны причастным к балету специалистам, да и Эйфман сам говорил о них в своих интервью. Дело в том, что в коллектив приходят многие из тех, кого не взяли в театры оперы и балета - у художественного руководителя особые требования к танцорам - его в первую очередь интересуют актерски одаренные личности. Поэтому у балетных профессионалов всегда найдутся нарекания, впрочем, вполне справедливые, по поводу уровня хореографической выучки артистов Эйфмана.

Эти недостатки скрадываются тем, что постановки Эйфмана подогнаны под возможности конкретных исполнителей. Если танцовщик хорошо вертится, но плохо прыгает, то Эйфман ставит для этого исполнителя больше вращений и меньше прыжков. Если же исполнительница партии хорошо прыгает, и у нее большой шаг, но вертится слабо, то зритель увидит на сцене, главным образом, именно наиболее удающиеся у неё элементы, а не вращения.

В классических же балетах, увы, нужно уметь все. Но не стоит при этом забывать, что все исполнители Эйфмана имеют профессиональное хореографическое образование.

Важно отметить, что костюмы, декорации и свет на сцене создают для театра Эйфмана поистине мастера своего дела. Это значительно улучшает восприятие его спектаклей.

Каково бы ни было отношение критиков к Эйфману, каждые его новые гастроли поражают раскрытием новых драматических возможностей балета. И, что самое главное, - спектакли театра хочется увидеть еще раз. Значит, это - настоящее искусство.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 5(290) 28 февраля 2002 г.

[an error occurred while processing this directive]