Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 3(288) 31 января 2002 г.

Александр ЭПШТЕЙН (Москва)

ОСЕТИЯ ПОД ДАМОКЛОВЫМ МЕЧОМ

Александр Дзасохов

Минувшим летом в одной из северокавказских республик приключился политический скандал местного значения. Во время рабочего визита во Владикавказ заместитель главы администрации президента РФ Александр Абрамов "поторопился" выразить поддержку президенту Северной Осетии Александру Дзасохову, что называется, от имени и по поручению самого высокого начальства. Дзасохов тогда как раз начинал - столь же заблаговременно, с изрядным запасом против норм - свою предвыборную кампанию, и московский гость публично объявил, что Кремль не желает лучшего кандидата. Но, как выяснилось тут же, Владимир Путин, относящийся ко всем подобным вопросам с предельной сдержанностью, вовсе не уполномочивал своего чиновника на такие заявления; пришлось тому срочно "вносить коррективы"...

Тактика "закулисных импровизаций" рекламного свойства вообще характерна для североосетинского руководства, чья политическая участь должна решиться в ближайшие дни. Например, недавно в центральной прессе появилась информация об инвестиционном проекте, "моторами" которого пару лет назад выступили Дзасохов и премьер-министр республики Таймураз Мамсуров. На кредит в 120 млн. долларов (обещанный некой оффшорной фирмой более чем сомнительной репутации в обмен на "долговую расписку" - правительственную гарантию аж в 150 миллионов) предполагалось построить новую ГЭС в районе Алагира. Ровно до тех пор, пока другой иностранный партнер, взявшись проверять условия сделки, не обнаружил, что Владикавказ уже выдал на международном рынке таких расписок на вчетверо большую сумму - иными словами, задолжал без малого десяток республиканских бюджетов. В любой момент регион может оказаться под угрозой банкротства. Вероятно, на помощь, как во множестве подобных случаев, придет Москва, но нужны ли ей такие, с позволения сказать, "гаранты достояния"?

Похоже, если и нужны, то для очень уж особенных дел. Практически одновременно появилась информация, будто главы российских регионов - Александр Дзасохов и красноярский губернатор Александр Лебедь заключили негласную сделку уже с Центром. В обмен на всемерную поддержку на выборах (которые вскоре предстоят и генералу) они якобы обещали разрешить размещение на своих территориях отработанного топлива АЭС.

Прямых документальных свидетельств этого нам получить не удалось, однако о таких договоренностях упоминают источники, близкие как к кремлевской, так и к североосетинской администрации. Если же этот план реально существует и имеет шансы быть выполненным, иначе как безответственностью на грани безумия его назвать нельзя.

Для Красноярска "ядерные" истории не новость; этот регион упоминался во всех бесчисленных обсуждениях проблемы размещения ядерных отходов. Там есть и собственные атомные объекты, следовательно, известный опыт обращения с ними. В случае же с Северной Осетией радиоактивные отходы могут быть размещены в непосредственной близости к одному из очагов международного терроризма. Чеченские "непримиримые" не раз угрожали властям и народу России взорвать какой-либо ядерный объект на ее территории. Охрана последних, соответственно, усиливалась, и угроза еще ни разу не была осуществлена. Но повсюду в "русских" краях и областях справиться с нею помогают, в частности, и такие доморощенные методы, как повышенное внимание к подозрительным "лицам кавказской национальности"; наемники-камикадзе из числа славян до сих пор пребывали скорее в сфере экзотических домыслов. В самом сердце северокавказского региона такой принцип бдительности не сработает по естественным причинам. Не стоит забывать и о том, что "сращивание" правоохранителей с правонарушителями здесь, деликатно выражаясь, серьезнее, чем где-либо во всей Федерации; а пакет законов об охране важнейших объектов и работе в экстремальных ситуациях до сих пор не сформирован полностью.

Достаточно не только теракта, но любой неосторожности в обращении с ядерным "могильником", чтобы возникла реальная угроза заражения радиоактивными материалами. Конечно, ни новой Хиросимы, ни второго Чернобыля из отработанного топлива не создать; более того, специалисты обычно подчеркивают, что в большинстве подобных сценариев (подрыв контейнеров, целенаправленное распыление материалов или их сброс в водные источники) ущерб будет несоизмерим с последствиями, например, диверсии на АЭС, то есть останется сугубо локальным. Для огромного Красноярского края или даже для Челябинской области, где в прошлом не раз случались техногенные катастрофы такого рода, это, по всей очевидности, верно.

Но только не для Осетии, которая по населению лишь примерно впятеро уступает Красноярскому краю, а по площади меньше его в 300 раз! В столь "тесной" республике, вдобавок уже переполненной беженцами, да еще в специфических условиях Кавказа, любые конфликты распространяются со скоростью степного пожара. Радиоактивное заражение - случай совершенно особый: не приходится сомневаться, что основная тяжесть массового недовольства при этом падет не на головы безответственных местных руководителей, а будет перенаправлена на Центр и на русскоязычное население региона. Не секрет, что даже в сравнительно благополучной в этом смысле Осетии русские испытывают целый ряд бытовых затруднений, связанных не столько даже с национализмом, сколько с административным местничеством и клановостью. Эти тенденции, надо заметить, особенно усилились именно в последние годы...

"Локальный эффект" частичного заражения как раз особо привлекателен для чеченских боевиков тем, что едва ли затронет их родные места, но, наоборот, может отвлечь от них хотя бы часть федеральных сил. То же относится и к бойцам террористического интернационала вроде до сих пор не пойманного Хоттаба. К интересам любых народов они равнодушны, а Чечня для них - просто удобная зона действий. Свои экстремисты имеются и среди ингушей; те мечтают "наказать" осетин, не отдавших Пригородный район. Не только политики, но и многие авторитетные эксперты утверждают, что террористы зачастую проникают в Северную Осетию под видом возвращенных ингушских беженцев. И последняя серия терактов в этой республике осенью 2001 года, примечательным образом совпавшая со всплеском террора в мировом масштабе, не противоречит таким данным.

Словом, есть все основания опасаться, что "невзрывоопасный" проект ядерной свалки на деле окажется способен вызвать в Северокавказском регионе социально-политический взрыв такой мощи, что далеко превзойдет последствия всех прежних конфликтов и войн...

Пожалуй, вся надежда на то, что доломать хрупкое равновесие природных и социальных факторов в Северной Осетии помешает обстоятельство, о котором упоминалось в начале заметок: бюджет, "заложенный" на годы вперед. А также вероятная в самом недалеком будущем смена руководства. Целый ряд последних выборов, в том числе и на Северном Кавказе, показал, что такое возможно даже в самых "схваченных", казалось бы, регионах.

СООБРАЗИМ НА ВСЕХ

На московском оптовом рынке "Вятский" налоговые полицейские обнаружили 15 автофургонов под завязку груженных фальсифицированной водкой. Большая ее часть была изготовлена в Северной Осетии.

В ООО "Промкомбинат", что в Раменском районе Подмосковья, производилась и разливалась водка без лицензии, маркировалась поддельными специальными марками. Налоговые полицейские на складе готовой продукции нашли более 500 коробок с фальсифицированной водкой. Помимо этого они нашли 94 тысячи рублей и 13 тысяч долларов.

На станции Крюково-Товарная Октябрьской железной дороги налоговая полиция арестовала девять вагонов с контрабандным немецким пивом. Весь этот груз "потянул" на два миллиона долларов. На его растаможке дельцы пытались сэкономить 500 тысяч долларов.

Это лишь некоторые факты, взятые из вереницы проверок, которые в последнее время провели сотрудники Федеральной Службы Налоговой Полиции (ФСНП) России в сфере производства и реализации алкогольных изделий. Ни одна из проверок не обошлась без того, чтобы не были обнаружены разного рода нарушения и злоупотребления, махинации и манипуляции, а также сокрытие доходов и прибыли от налогообложения.

По количеству махинаций, как свидетельствует статистика налоговой полиции, спирт и изготовление водки вышли на первое место. Причина, думается, понятна: спирт в стране стал жидким золотом. Сегодня цена его за литр колеблется от 1,5 до 4 долларов. Из одного литра спирта делается как минимум два литра водки, а это, соответственно, четыре бутылки водки, каждая стоимостью не менее трех-четырех долларов США. Разве есть в России какая-нибудь сфера предпринимательства, где так легко можно было бы один доллар превратить в десять? Нет! Простота изготовления водки, не требующего дорогого и громоздкого оборудования, по разным оценкам приносит от 300 до 600 процентов прибыли, а нередко и до тысячи! По уровню доходности теневой алкогольный бизнес сравним разве что с торговлей наркотиками. Но при этом он менее рискован и относительно прост. Водку легко сбыть. Кроме того, алкобизнес имеет быстрый оборот. Водка практически в магазинах и ларьках не залеживается. Оборот одной бутылки в среднем составляет от трех до десяти суток. А отдача от вложенных средств практически молниеносная. И еще два существенных фактора, которые весьма привлекательны для алкодельцов: ресурсы для производства спирта быстро восполнимы, а рынок потребления в России огромен - за последние полвека потребление алкоголя на душу населения в среднем выросло с 0,17 до 12 литров. Возможность быстро обогатиться, в короткое время сколотить приличный капитал кружит головы многим, порождает хитроумные и запутанные способы и методы сокрытия объемов спирта, производства и реализации водки.

Из-за того, что алкобизнес является высокодоходным, он стал предметом особого внимания организованной преступности. По данным налоговой полиции РФ, сегодня в стране функционирует целая теневая алкоиндустрия. Если в других отраслях хозяйства скрываются в основном коммерческие сделки, то тут прячется не только реализация, но и производство. Механизм сокрытия довольно прост: на стадии производства, отгрузки и реализации товара все документы производителя и покупателя оформляются надлежащим образом, однако после сбыта продукции они уничтожаются. Основные источники незаконного спирта и алкогольной продукции - контрабандный импорт, подпольное и нелегальное производство. При этом следует различать подпольное и нелегальное производство. Между ними есть существенное отличие. Подпольно выпускается алкоголь на незарегистрированных предприятиях, которые не имеют соответствующей лицензии и не состоят на налоговом учете. Нелегально - на зарегистрированных предприятиях, но из неучтенного сырья.

Подпольно производится водка с большим размахом. Она не облагается никакими видами налогов и не проходит сертификацию. Ее розничная цена в два-три раза ниже средней цены легальной продукции, прибыль же производителей и продавцов, особенно при использовании непищевого спирта, достигает баснословных размеров.

Этот метод ухода от налогообложения особенно облюбовали мелкие, в основном сельские спиртзаводы, где разливают и маркируют спирт. Здесь продукция снабжается поддельными сертификатами или продается вовсе без них в местной торговой сети. Нередко водка производится на спиртзаводах во время их простоя. Объемы такого товара зачастую соизмеримы с масштабами легального производства.

Необходимое условие функционирования подпольного производства - наличие производственной базы, постоянных источников неучтенного спирта и тары, то есть неформальные связи со спиртовыми и стекольными заводами, а также налаженная торговая сеть.

Теневая экономика в сфере производства и реализации алкогольной продукции наиболее тесно связана с общеуголовной и другой преступностью. Как следует из материалов уголовных дел, возбужденных налоговой полицией, ликеро-водочные заводы являются объектом особого интереса представителей преступных группировок, сфера деятельности которых в отдельных случаях носит межрегиональный характер. В ряде регионов выявлены факты создания фирм, подконтрольных лидерам преступного мира, получающих продукцию с ликеро-водочных заводов и реализующих ее на территории региона и на экспорт. Руководители фирм являются подставными лицами. Порой ничего не зная о деятельности этих фирм, они подписывают чистые бланки договоров, писем, платежных документов. Обороты таких структур достигают в месяц сотен миллионов рублей. Особо доверенные лица из окружения "хозяина" являются бухгалтерами в этих фирмах, практически руководят ими и не несут ни уголовной, ни финансовой ответственности в случае выявления сокрытого дохода. Например, в Пермской области было выявлено около трех десятков такого рода фирм, работающих с ликеро-водочной продукцией, бухгалтерами в которых были шесть человек из окружения "авторитета", контролирующего деятельность этих фирм и получающего весь доход от реализации продукции.

Как стабилизировать алкогольный рынок в России? Каким образом остановить производство левой водки? Что надо сделать, чтобы перекрыть кислород алкодельцам? Эти вопросы сегодня волнуют не только политиков, экономистов, правоохранительные и контролирующие органы, но и общество в целом. Стабилизация алкогольного рынка в последнее время выросла чуть ли не до проблемы национальной безопасности.

Правительство России в течение последних двух лет принимает различные меры, чтобы обуздать разбушевавшийся алкогольный рынок. Наряду с другими правоохранительными органами не последняя роль в этом деле отводится и налоговой полиции. Например, одним из Указов Президента РФ налоговой полиции было предоставлено право не только контролировать, но и изымать алкогольную продукцию, если она изготовлена незаконно. Благодаря принятым мерам удалось приостановить нарастание негативных процессов в сфере производства и оборота спирта и алкогольной продукции.

Эффективной оказалась идея создать налоговые посты в организациях, производящих спирт из всех видов сырья. Сейчас таких постов насчитывается более трехсот. С их помощью удалось составить более-менее цельную картину об алкогольных потоках, которые пульсируют в стране, заметно повысить финансово-учетную и налоговую дисциплину. Налоговые посты провели инвентаризацию производственных и складских средств, определили объемы фактического производства и отгруженного спирта. Отпуск продукции, вскрытие и опломбирование емкостей, лабораторный анализ спирта производится только в присутствии сотрудников налоговых постов. Они также поверяют паспортные данные граждан, которые получают спирт по доверенности, ведут регистрацию тех, кто его перевозит. Введение постов резко сократило количество покупателей спирта, многие из которых не состояли на налоговом учете и имели поддельные печати существующих коммерческих структур или использовали фиктивные документы на получение алкоголя.

Дала свои плоды и реализация постановления Правительства о введении специальной маркировки алкогольной продукции марками нового образца.. Благодаря деятельности постов и маркировки поступления в казну увеличилось более чем на два миллиарда рублей.

В то же время, несмотря на принимаемые меры, кардинально переломить ситуацию не удается. Доля нелегальной водки продолжает оставаться высокой. По оценке специалистов, она составляет в общем объеме реализации алкогольных напитков на рынке России 40-50 процентов. Это ведет к большим потерям в доходах государства. Ориентировочно прибыль криминальных структур в настоящее время в алкогольном бизнесе составляет свыше миллиарда рублей в месяц. В ходе проверок, проведенных налоговыми полицейскими, выявлены различные нарушения налогового законодательства. Чаще всего предприниматели занижают и намеренно скрывают налогооблагаемую базу, не соблюдают сроки уплаты акцизов, неправильно применяют ставки, благодаря чему занижают сумму платежей. Значительная часть продукции маркирована поддельными специальными марками. Реализация продукции производится ниже минимально установленных цен.

Слабо пока используются производственные мощности легальных ликеро-водочных предприятий. Высокие размеры сборов и акцизов с производства и оборота спирта и алкогольной продукции, необходимость выплачивать значительную часть платежей еще до того, как производитель получит доход от своей деятельности сужают финансовые возможности этих производителей. Еще одна сдерживающая причина - продукции легальных предприятий из-за высоких цен трудно тягаться с водкой, изготовленной подпольно. Попытки восстановить государственную монополию на производство и оборот алкогольной продукции, усилить надзор и контроль в этой сфере встречают активное противодействие со стороны криминальных структур, связанных с алкогольным бизнесом.

ФСНП России даже по распоряжению правительства РФ создала Межведомственную специализированную следственно-оперативную бригаду по борьбе с незаконным производством и оборотом спирта и алкогольной продукции. В нее вошли сотрудники оперативных, следственных, экспертных подразделений ФСНП, МВД, ФСБ, Госналогслужбы, Госкомтаможни и погранслужбы России. Согласно этому документу ФСНП выделены административно-служебные помещения, а также складские помещения для хранения изымаемой продукции. Для оснащения следственно-оперативной бригады транспортными средствами, специальной техникой, радиосвязью, а также для оплаты командировочных и иных расходов целевым назначением выделены серьезные финансы. Насколько эффективны эти очередные меры Правительства станет известно уже в ближайшие месяцы.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 3(288) 31 января 2002 г.

[an error occurred while processing this directive]