Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 3(288) 31 января 2002 г.

Семен ИЦКОВИЧ (Чикаго)

В ОЖИДАНИИ ПРАВОСУДИЯ

Семен ИЦКОВИЧ (Чикаго)

Родился в 1928 году в Минске. Доктор технических наук, профессор. Работал в НИИ, в Белорусском политехническом институте. Кроме двухсот научных публикаций, включая монографии и учебники, ведал юмором и сатирой в институтской многотиражке. К журналистике по-настоящему приобщился только в Америке, где живёт восемь лет и публикуется в разных изданиях.

Согласно приказу президента, Осама бен Ладен должен быть взят - живым или мёртвым. А как лучше? По-моему, лучше, чтобы спецназовцы, рыскающие сейчас по подземельям в поиске живого или мёртвого, нашли его труп или застрелили при обнаружении. Чтобы они ни в коем случае не рисковали своими жизнями в попытке взять преступника непременно живым. Зачем он нам живой? Чтобы идентифицировать личность, убедиться, что это он, а не кто-то другой, внешне похожий? Так на то есть анализ ДНК, причём у близких родственников террориста # 1, судя по сообщениям печати, уже взяты образцы то ли крови, то ли тканей для возможности сопоставления генетического кода. Или он нам нужен обязательно живой, чтобы свершилось правосудие?

Кто знает, пока эти строки увидят свет, его, возможно, уже найдут и арестуют? Хотя вряд ли. Затеряться среди миллиарда правоверных ему не так уж сложно, и он, недосягаемый, ещё объявится где-нибудь. Да и "Аль-Каэда" его живёт, слегка лишь затаилась, а если понадобится, всплывёт под десятком других названий. Она ведь и до сих пор, несомненно, подпитывается нефтедолларами режимов, вступивших сейчас для видимости в антитеррористическую коалицию, но остающихся врагами нашей цивилизации. Если бы не так, то справиться с террористами было бы много проще.

А вдруг его всё-таки арестуют. Что тогда? Свершится правосудие? Увы, в этом нет уверенности. Не исключено, что будет очень долгий процесс и телешоу, как, например, всем памятный процесс О.Дж.Симпсона. И, возможно, с таким же исходом. Подсудимый имеет право не давать показания. Он может выразить недоверие суду. Его будет защищать самая высокооплачиваемая команда изощрённых в казуистике американских адвокатов. Часть присяжных из политкорректности подберут среди единоверцев, и никто не сможет предсказать их вердикт, какие бы доказательства ни представило суду обвинение. Ведь то, что для всех нас преступление, по их понятиям есть доблесть. Подсудимый на процессе получит трибуну для оправдания не только себя, но и вообще исламского террора. Телевидение, радио и пресса доведут до правоверных всего мира его призывы выступить против Сатаны.

Ещё надо иметь в виду, что судебный процесс над террористом ╧ 1 может вызвать шквал новых терактов как в Америке, так и по всему миру, последует захват заложников и страшные угрозы - таким путём соратники будут пытаться выручить своего лидера. Так зачем это всё нужно? Чтобы доказать в суде и объяснить всему человечеству, как ужасен и преступен террор? Так и без суда это ясно. Лучше пристрелить при захвате или "при попытке к бегству". Как ни кощунственно это звучит, на мой взгляд, это разумнее, чем предоставить ему возможность предстать перед обычным американским судом.

Если же он всё-таки предстанет перед судом, то что ему грозит? Даже если смертная казнь, то очень нескорая, а до того - право на бесконечные апелляции и проволочки. Вспомним Тимоти Маквея, который и до сих пор бы жил, если бы самому не надоело.

В США ещё практикуется смертная казнь, её противникам пока не удалось преодолеть общественное мнение. А во многих странах удалось, и вот Испания, Франция, арестовав террористов, причастных к терактам в Америке, передачу их американскому правосудию обусловливают заверением США о неприменении к задержанным смертного приговора. Так вот, представим себе на минуту, что бен Ладен, мулла Омар и другие главари талибов и "Аль-Каиды" приговариваются американским судом к пожизненному заключению. Только на минуту представим это, не более, ибо если бы такое случилось реально, это была бы для Америки пороховая бочка с тлеющим фитилём.

Американские законы и правосудие настолько гуманны, что, пожалуй, бен Ладену из соображений идеологии, стратегии и его жизненной цели было бы даже выгодно самому открыто объявить о готовности предстать перед судом присяжных. Не исключено, что под бомбёжкой ему такой исход может показаться предпочтительнее смерти в заваленной пещере. Только допустить это нельзя. Американский гуманизм не для него. К изуверам должен быть другой подход. И не только к главарям и идеологам терроризма, но и ко всем к нему причастным.

В ноябре прошлого года президент Джордж Буш специальным указом установил, что иностранные граждане, обвиняемые в совершении терактов против США, подлежат суду военных трибуналов. Понятно, что это означает применение к такого рода преступникам несколько иных правовых процедур. Указ президента вызвал в стране резкую критику со стороны неистовых либералов и постоянных оппонентов республиканской администрации, но, с другой стороны, он получил и поддержку: "В большинстве критических высказываний, - читаем в газете "Вашингтон пост" от 2 января с.г., - звучала мысль о том, что военные суды грубо нарушают приверженность Америки гражданским правам и свободам. Это поистине прискорбно, потому что военные трибуналы призваны играть давно отлаженную и соответствующую роль в военное время".

Имя автора статьи в "Вашингтон пост" -сенатор-демократ Джозеф Либерман, бывший кандидат на пост вице-президента США на выборах 2000 года. Я голосовал за него, и сейчас, читая его статью, вижу в нём замечательного человека, мудрого и честного. Вот кого демократическому большинству Сената следовало бы выбрать своим лидером, подумалось мне, а не Тома Дэшла, тогда межпартийные дрязги уступили бы, наконец, место межпартийному сотрудничеству в столь трудное и ответственное для страны время.

"Многим это может показаться оксимороном (сочетание противоположных по смыслу понятий - С.И.), - обосновывает свою позицию сенатор Либерман, - но существует свод международных норм, обычно называемый "законами и обычаями войны", настаивающий на том, чтобы воюющие стороны твёрдо придерживались определённых правил. Некоторые наиболее священные из этих правил заключаются в том, что солдаты не должны нападать на мирное население, при подготовке к нападению они не должны прятать своё оружие или, готовясь к нападению, пытаться выдать себя за мирных жителей. Теракты 11 сентября были актами войны, поскольку они были совершены против беззащитных мирных жителей террористами, выдававшими себя за мирных жителей и использовавшими спрятанное оружие... Преступники виновны в совершении военных, а не просто бытовых преступлений. На протяжении всей нашей истории мы... использовали военные трибуналы... и Верховный суд неоднократно поддерживал право исполнительной власти на это".

Среди доводов предпочтения особой процедуры военных трибуналов открытым гражданским судам сенатор Либерман приводит соображение о возможности мести со стороны сообщников осуждённых террористов: "почему мы должны навлекать на наших судей и присяжных заседателей потенциально пожизненные последствия их участия в процессе над военными преступниками, когда существует общепринятая и законная альтернатива?".

Предпочтительность военных трибуналов в борьбе с террором для сенатора-демократа настолько очевидна, что он в этом отношении более последователен, чем республиканская администрация. Он резко критикует решение администрации о передаче дела Закариаса Муссауи не в военный трибунал, а в федеральный окружной суд.

Напомню суть этого дела. Теракты 11 сентября осуществили 19 террористов: в трёх самолётах было по пять сообщников, а в одном самолёте - четыре. Муссауи, по всей видимости, должен был быть пятым, но не смог присоединиться к другим участникам преступного сговора, поскольку 17 августа был арестован. Формально причиной ареста стало нарушение иммиграционного законодательства, но за ним уже следили в связи с более важными делами. 33-летний гражданин Франции марокканского происхождения в феврале прошлого года прибыл из Лондона в Чикаго с 35 тысячами долларов наличными, затем перебрался в Оклахому, где поступил в частную лётную школу. Обучался управлению авиалайнерами "Боинг", причём требовал учить его только навыкам полёта на высоте, более сложная техника взлёта и посадки его не интересовала, что, естественно, вызвало подозрения. К тому же, он оказался получателем крупного банковского перевода, отправленного человеком, причастным к организаторам террора. При аресте на его персональном компьютере была обнаружена информация технологического характера, дающая основание видеть в ней подготовку террористических актов. Он опознан свидетелями, проходившими вместе с ним подготовку в тренировочном лагере в Афганистане. В 2000 году дважды посещал Малайзию, где общался с исламскими боевиками, теперь арестованными. Короче говоря, то, что он террорист, ни у кого не вызывает сомнений.

"Согласно обвинительному акту, - пишет сенатор Либерман, - Муссауи умышленно и сознательно вступил в сговор с целью убийства людей на территории США..." и т.д. Так почему же правительство не хочет, чтобы это дело слушалось в трибунале, специально созданном для рассмотрения таких преступлений?.. В статье, опубликованной в газете "Вашингтон таймс", говорится, что вице-президент Дик Чейни объяснил это решение тем, что оно "прежде всего основано на оценке обстоятельств дела Муссауи, которое может быть рассмотрено в рамках обычной системы уголовного судопроизводства без раскрытия источников или методов сбора оперативно-розыскных данных. Имеются достоверные, убедительные доказательства его вины". "Подобные объяснения, - считает сенатор, - не могут не лить воду на мельницу тех, кто видит в военном трибунале инструмент произвола, а не отправления честного правосудия. Решение о передаче дела в военный суд должно основываться на типе совершённого преступления, а не на качестве доказательств", причём "достоверные, убедительные доказательства" должны быть в любом случае, как в гражданском судопроизводстве, так и в военном трибунале.

С точки зрения министра юстиции Джона Эшкрофта, рассмотрение дела Муссауи в обычном суде "отвечает интересам страны". Нам с вами, читатель, трудно судить, кто здесь прав и что больше отвечает интересам страны. Наверно, хорошо информированные люди знают, что делают. Но кое-что настораживает. По четырём из шести пунктов обвинения закон предусматривает смертную казнь, но поскольку Муссауи является гражданином Франции, а там такой меры наказания нет, возникают дипломатические осложнения. Впрочем, этим, на мой взгляд, можно было бы пренебречь. Другой вопрос: насколько открытым будет процесс. Одна телекомпания обратилась к властям с просьбой о разрешении съёмки в ходе процесса. Сам Муссауи и его адвокаты тут же поддержали просьбу телекомпании. Обвинение - против. Вопрос пока не решён, но не исключено, что процесс могут превратить в телешоу. Судья в Арлингтоне (штат Вирджиния) назначила отбор 12 присяжных на сентябрь, начало процесса - на октябрь, но защита просит больше времени на изучение материалов обвинения. Возможно, процесс перенесут на 2003 год. Почему Фемида так нетороплива, мне не вполне понятно, но одно соображение по этому поводу выскажу.

Дело в том, что процесс по делу Муссауи не может пройти изолированно от других. Так, готовится судебный процесс по делу террориста, чуть не взорвавшего авиалайнер American Airlines, следовавший из Парижа в Майями и совершивший вынужденную посадку в Бостоне, после того как пассажиры и стюардесса скрутили преступника, не дав ему поджечь запал заложенной в его обуви взрывчатки. По фальшивому паспорту он гражданин Великобритании Ричард Рид, фактически же, как установило ФБР, это Тарик Раджа, гражданин Шри-Ланки. Кстати, выяснилось, что этот террорист посещал в Лондоне ту же мечеть, что и вышеупомянутый Муссауи. Может быть, их бы лучше сейчас отдельно не судить, а держать в одиночных камерах, собирая постепенно всю банду для процесса, подобного Нюрнбергскому? Именно такой процесс нужен. И трибунал предпочтителен международный, с мандатом ООН. Уже арестованы многие главари "Аль-Каэды" и "Талибана", а также сотни преступников второго и третьего плана. Вот всех вместе и судить бы трибуналом, не просто преступников, а всю преступную организацию. Строго, справедливо и показательно. Пойманных и не пойманных. Чтобы кара на основе приговора настигла и ещё скрывающихся преступников.

Правда, и тогда останется вопрос: является ли наказание преступников самоцелью? Очевидно, нет. Наказание одних не остановит других. Тем более, что фанатики этого рода, вдохновляемые своими духовными наставниками, идут на смерть с охотой и светского правосудия не боятся. И так будет продолжаться до тех пор, пока мусульмане посмертно славят своих преступников-террористов. Если ислам, как многие говорят, религия мира, то где те муллы, аятоллы, имамы, которые возьмутся доказать это всему человечеству? Исламский террор будет остановлен только тогда, когда прибегнувших к террору мусульман будут проклинать как вероотступников муллы в мечетях и муэдзины с минаретов, когда толкователи корана во всех медресе развернутся на 180 градусов от проповеди ненависти к неверным к проповеди мира и сотрудничества, от прославления террористов к их безусловному осуждению. Пока о таком развороте и не слышно. А именно это, как мне представляется, должно быть одной из главных целей международной антитеррористической коалиции.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 3(288) 31 января 2002 г.

[an error occurred while processing this directive]