Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 2(287) 17 января 2002 г.

Семен ИЦКОВИЧ (Чикаго)

КЕМ ФОРМИРУЕТСЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИДЕОЛОГИЯ РОССИИ

Александр Дугин

"Каждому из нас по сердцу слова нашего Президента: Россия может быть либо великой, либо никакой", - сказал Александр Дугин, выступая на Всемирном Русском народном соборе, прошедшем 13-14 декабря 2001 года в Москве. Самое интересное здесь в том, что эту формулу, которую можно было бы считать квинтэссенцией столь долго изыскиваемой русской национальной идеи, придумал и неоднократно высказывал сам Александр Дугин, председатель политсовета Общероссийского политического общественного движения "Евразия". Именно так - "Россия может быть или великой, или никакой" - называлась одна из его статей.

Получается, что сам президент России положил формулу Дугина в основу государственной идеологии, и Дугин поспешил это публично на Соборе зафиксировать. До сих пор истоки идеологии президента так явно не демонстрировались, хотя нельзя сказать, что только сейчас они раскрылись. Например, ещё в июле 2001 г. в "АиФ" А.Чернявский прямо назвал Александра Дугина идеологом Владимира Путина, работающим в контакте с главным кремлёвским политтехнологом Глебом Павловским. "Идеи Дугина, - писал он, - легли в основу концепции национальной безопасности России... Центр геополитических экспертиз, которым руководит Дугин, сегодня фактически выполняет роль второго МИДа. Во всяком случае внешняя политика Владимира Путина во многом строится по рецептам, изложенным в фундаментальном труде Дугина "Основы геополитики"... Известно о тесных связях Александра Гельевича с президентской администрацией и российскими спецслужбами".

Учредительный съезд ОПОД "Евразия" состоялся в Москве в апреле 2001 года. Делегатов и гостей съезда встречали два огромных транспаранта с многозначительными лозунгами на зеленом фоне. Один транспарант глубокомысленно провозглашал: "Россия - страна Евроазиатская. В.В.Путин". Таким образом сразу демонстрировалась преданность российской традиции вождизма: все общественные мероприятия всегда проходили у нас под транспарантами с изречениями вождей - от "Учиться, учиться и учиться" до "Экономика должна быть экономной". Вот и "Евразия" сразу заявила о своей верности хозяину. "Индивидуализм, независимость суждений, - прозвучало в выступлении одного из делегатов съезда, - это черты Европы... Любовь к хозяину, повиновение - это черты русского народа".

Лозунг на втором транспаранте был не менее красноречив: "Евразия - превыше всего". Для людей, не забывших гитлеровское нашествие, это звучит как прямой перевод с немецкого: Deutschland uber alles (Германия превыше всего). Очевидно, задумали соблазнить народ идеей призрачного величия, как это удалось сделать с народом Германии в 1933 году. Но если уж обратились евразийцы к исторической параллели, то помнить бы им о крахе гитлеровской идеи в 1945 году.

"Россия может быть либо великой, либо никакой"... Почему обязательно великой? И в чём видится величие: чтобы "превыше всего"? Почему Россия не может быть обычной благополучной страной? Как многие другие, как, например, Канада, такая же северная, тоже огромная, но ставящая во главу угла не призрачное величие, а жизненные блага народа. Беда, что эта простая мысль никак не укладывается в концепцию постсоветской России. Силы, формирующие эту концепцию, тянут Россию со столбовой дороги цивилизации на "особый путь", проще говоря - назад.

На учредительном съезде "Евразии" Дугин, посетовав на то, что "с начала реформ в Российской Федерации возобладал атлантизм, совершенно противоестественная, враждебная для нас идеология бездуховности и индивидуалистического американизма", дал понять, что "поворот к евразийству в идеологии руководства страны" произошёл при его самом близком участии. Кто же он и откуда явился? Г.Нехорошев в "Независимой газете" писал о нем так: "прошёл длинный путь от кружка так называемых сексуальных мистиков Юрия Мамлеева через "Память" Дмитрия Васильева, руководство Национал-большевистской партии Лимонова до поста советника председателя Госдумы Геннадия Селезнёва". В Национал-большевистской партии он был вторым человеком, Декларация об основании этой партии в 1993 году была подписана Э.Лимоновым и А.Дугиным, лишь позже их пути разошлись: первый занялся практикой, второй - теорией, поиском национальной идеи. И преуспел.

Александр Дугин (справа) и Виктор Алкснис

"Политический экстремизм подвергся небольшому косметическому ремонту, - писал П.Волошин в "Новой газете". - Промаршировав несколько лет в сапогах Баркашова, отказавшись от эпатажа Лимонова и антисемитизма "Памяти", российское державничество получило благозвучное название и чёткие рамки научной доктрины... Уж так в России повелось, что любое движение власти немедленно подхватывается миллионами чиновных энтузиастов. Случайная фраза приобретает черты государственной идеологии. Неосторожное заявление воспринимается как индульгенция. Временное политическое решение становится долгосрочной стратегией. Поэтому в России опасно любое заигрывание власти с радикальными движениями. Когда в Москве начинают говорить о национальной идее... в регионах зарождается фашизм".

Национальная идея - это как вечная болезнь российская: хлебом не корми, а дай национальную идею! Причём простая идея - чтобы людям лучше жилось - не подходит. Только мистическое величие подавай. "Мы - великороссы, - декларировал Дугин, выступая на вышеназванном Соборе. - Мы стали народом под сенью Великой Мечты и Великой Цели, и не мыслим себя иными". В сочетании с пустой риторикой о "православной цивилизации", противостоящей "бездуховному" Западу, проповедуется по сути дела неонацизм.

Дугину и его движению "Евразия" благоволят первые лица православного и исламского духовенства России. Святейший Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II заговорил на Соборе совсем как политэконом большевистского толка: "о несправедливостях, заложенных в современном миропорядке, о неравномерном распределении власти и богатства между странами и континентами". Ему вторил Верховный муфтий России шейх-уль-ислам Талгат Таджуддин, нашедший в движении "Евразия" защиту от "коварных геополитических навыков Запада". Он, кстати, принял активное участие и в учредительном съезде этого движения, где вызвал гром аплодисментов своим сообщением: "Сегодня в Англии из 50 миллионов населения 5 миллионов - мусульмане. Хороший десант!" И этот муфтий ещё говорит о коварстве Запада?

Судя по активности Верховного муфтия, а также Исламского комитета России во главе с Гейдаром Джемалем, на смену красному или красно-коричневому патриотизму в России приходит черёд красно-зеленого. (Напомню, что по закону цветосмешения красный и зеленый цвета образуют коричневый. Такова, боюсь, и политическая реальность). Исламский комитет был создан в 1993 году на Всемирном исламском конгрессе в Хартуме (Судан). Россиянин Гейдар Джемаль участвовал в работе этого конгресса и стал инициатором образования Исламского комитета. По возвращении на родину в интервью российской Национальной службе новостей он похвалялся: "В качестве кандидатуры страны, где подобный центр развернул бы свою работу, я предложил Россию, которая перестала выполнять роль противовеса Западу и превратилась в источник исламофобских настроений. Духовный лидер суданских мусульман Тураби и другие поддержали эту идею". На первый взгляд странно, что простой российский гражданин едет в Судан и предлагает там кандидатуру России в качестве противовеса Западу. Но нет, не сам он просто так взял да поехал. Очевидно, его послали и уполномочили. Уже в 1995 году Исламский комитет России был официально зарегистрирован Министерством юстиции РФ и развернул бурную деятельность по "объединению усилий Исламского мира и России против западного глобализма", за "стратегический союз России и Мирового Ислама в двадцать первом веке".

Похоже, метаморфоза Александра Дугина - от общества "Память" через национал-большевизм к патриотической химере "евразийства" - не обошлась без усилий Исламского комитета. Русские национал-патриоты в ненависти к Америке готовы объединиться с исламистами. Те тоже тянут руки к России и, стремясь предотвратить её ориентацию на Запад, клянутся в любви, но нет сомнений, что если Россия им поддастся, то познает истинное коварство. Почему-то у патриотов, аплодировавших Верховному муфтию в связи с "хорошим десантом" мусульман в Англии, не мелькнула мысль, что ведь и в России "хороший десант".

Вообще же у российских национал-патриотов кризис и потому распри. "Патриоты и патриотическая оппозиция сами виноваты в том, что на протяжении долгих лет новейшей истории полнота политической власти принадлежит тем, кто откровенно ненавидит наш народ, нашу культуру, нашу историю и исполняет прилежно лишь волю Запада..." - так пишет в "Литературной газете" (12-18 дек. 2001 г.) Александр Дугин, полемизируя со статьёй "горбачёвца" А.Ципко "Врождённый порок красного патриотизма", опубликованной в "ЛГ" ранее. Дугин знает патриотическую оппозицию изнутри: "ЛДПР доказала, что один дерзкий и остроумный авантюрист с дурным вкусом способен в такой ситуации отвоевать полцарства, а тяжёлый, опирающийся на гигантский сектор населения краб КПРФ всё ноет, что ему недостаточно депутатов в Думе. Передовицы "Завтра" из года в год обречено сетуют... на крылатых хорьков и когтистых стрекоз, развлекая разве что "правых" наркоманов. Про маразматический стиль, культивацию неадекватности, бравирующую косность подавляющего большинства патриотических проектов я уже не говорю... Одним словом, колоссальный провал... Вместо воспитания нового патриотического сознания патриотическая оппозиция затрачивала основные усилия на культивацию нелепых предрассудков, поощрение невежественных мифов с густо перемешанной черносотенной и архаико-коммунистической лексикой... Крах патриотической оппозиции, который... объективно способствовал лишь триумфу либерал-реформаторов и западников, это трагедия России".

Раз трагедия, то надо спасать. Отбросив, наконец, печально известный старый черносотенный рецепт спасения России ("русскому патриотизму, - полагает он, - и особенно красному ксенофобия и антисемитизм органически чужды, и хаотичные апелляции к этим реалиям видятся идеологам патриотов как дань предрассудкам улицы или популистский ход примитивного объяснения наших неудач и трагедий"), Дугин, как будто в вещем сне, увидел спасение России в евразийском единении православия с исламом против Запада, атлантизма, глобализма и т.д.

Встаёт, правда, вопрос о правах человека, но "и Россию спасти, и права человека соблюсти не получится. Так не бывает. Всё великое создаётся колоссальным усилием, мобилизацией глубинных энергий бытия. Либо Россия, либо права человека. И вождь сможет появиться только тогда, когда баланс этого уравнения будет решён критической массой в пользу России".

Что здесь можно приветствовать - это откровенность. Правда, народные массы, на отклик которых уповает ведущий идеолог патриотизма, "Литературную газету" не читают, там в ходу другие средства, в том числе и старые патриотические рецепты, а откровения - они для интеллигенции, которую после долгих лет "разгула демократии" стараются перевоспитать: "Величие предполагает масштаб и жертву. Брезгливо отворачиваясь от большевистских эксцессов, мы унижаем наш национальный дух, приземляем нашу огненную мечту. Даже страшные, чудовищные ошибки наши - стократ прекрасней ненашей умеренности". Перевести на немецкий, получится "Mein Kampf".

То ли российские комментаторы хоть в какой-то мере правы, утверждая, что Дугин - идеолог Путина, то ли Дугин с "Евразией" - это очередной эксперимент спецслужб, как прежде "Память" с Васильевым, РНЕ с Баркашовым, ЛДПР с Жириновским, НБП с Лимоновым, ИКР с Джемалем и прочие "громоотводы", - неясно. Но стоит задуматься, не эфемерно ли сближение России с Америкой, последовавшее после трагедии 11 сентября, так ли уж прочна и надёжна широкая антитеррористическая коалиция, на которую мы уповаем. Не рассыплется ли она, если вдруг выпадет из неё один кирпич? Не обязательно арабский. Выпасть может и Россия. Всё зависит от того, кем в конечном итоге формируется там государственная идеология.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 2(287) 17 января 2002 г.

[an error occurred while processing this directive]