Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 23(282) 6 ноября 2001 г.

Виктор ЮЗЕФОВИЧ (Вашингтон)

ЦМШ В НЬЮ-ЙОРКЕ?
(Беседа с Линдой Шапиро)

Выпускная церемония 5-го класса Специальной музыкальной школы. Весна 2001 г.

Вот уже шестой год в Нью-Йорке работает Специальная музыкальная школа Америки. Инициатором создания ее был известный русский пианист Владимир Фельцман. В основу школы были положены программы, методические установки и огромный опыт прославленных специальных музыкальных десяти- одиннадцатилеток бывшего СССР, которые продолжают функционировать и сегодня.

Надо сказать, что необходимость создания в США подобной школы осознавалось давно. Общепризнанной сделалась истина, что при широком развороте высшего музыкального образования в университетах и консерваториях Америки, явно отстающим звеном оставалось и остается ныне начальное музыкальное образование.

С ростом эмиграции из бывшего СССР в Америке оказалось множество музыкантов из Москвы и Ленинграда, из столиц бывших союзных республик, в частности, музыкантов с большим педагогическим опытом. Это, казалось бы, должно было облегчить задачу. Тем не менее всякий раз попытки создания подобной школы упирались в отсутствие достаточно прочной финансовой базы и в сложности непривычного для Америки совмещения циклов общеобразовательных и музыкальных дисциплин под одной крышей.

Открыть Специальную музыкальную школу Америки с непривычной для этой страны новой программой оказалось возможным в 1996 году в Нью-Йорке благодаря поддержке Культурного центра имени Элиан Кофман (Elian Kaufman Cultural Center или, кратко, ЕКСС), под эгидой которого функционируют также Школа музыки и танца имени Люси Мозес и известный Меркин-концерт холл. Возглавляющая Культурный центр Лидия Контос является одновременно и президентом Специальной музыкальной школы, которая работает под руководством Совета попечителей.

Реальной крышей для новой музыкальной программы сделалась одна из Нью-йоркских средних школ. Примечательно - школа не частная, не привилегированная, а обычная "паблик скул", что является хорошим противоядием привычному скептицизму относительно бюрократизма государственной системы образования.

Директор Специальной музыкальной школы Марк Лакирович - скрипач, закончивший в свое время Специальную музыкальную школу при Бакинской консерватории, затем и саму консерваторию, человек, в котором соединяются большой опыт педагога, организатора музыкального обучения и недюжинная энергия. Стараниями Лакировича создана и действует ныне подобная же школа в Брисбейне (Австралия), где он жил несколько лет после эмиграции из СССР. Среди педагогов Специальной музыкальной школы Америки немало музыкантов - выходцев из бывшего СССР, имеющих большой педагогический опыт. Вместе с ними работают и музыканты-американцы.

Обучение в школе полностью бесплатное: цикл всех общеобразовательных предметов, как в каждой "паблик скул", оплачивается государством, оплата музыкальной программы покрывается стипендиями из фонда ЕКСС, которыми обеспечены все учащиеся.

На одно место в школе претендуют до 10 человек. Прием учащихся на отделения фортепиано, скрипки, альта, виолончели и флейты (рекордера) осуществляется на конкурсных началах: в трех турах проверяются общие музыкальные данные детей - слух, чувство ритма, музыкальная память, реакция. Поступающие в третий и более старшие классы должны продемонстрировать основы владения инструментом и сдать экзамен по сольфеджио и теории музыки. Сама идея предварительного отбора наиболее талантливых детей не вызывает ни у кого возражения, полностью соответствуя практике давно уже существующих в Нью-Йорке специальных школ - балетных, научных, технологических.

Программа Специальной музыкальной школы предусматривает два урока в неделю по специальности, два урока по сольфеджио и теории музыки (в младших классах - по ритмике и сольфеджио), один урок хорового пения, один урок (начиная с шестого класса) музыкальной литературы и истории музыки. Все эти занятия включены в обычное школьное расписание - с девяти часов утра да трех часов дня. В это же время еженедельно проходят закрытые (академические) и открытые, (показательные) концерты учащихся. В послешкольные часы предусмотрены занятия по фортепиано для исполнителей на струнных и духовых инструментах, класс импровизации. Эти классы платные, однако дети из малоимущих семей получают стипендии и на них.

Учащиеся - "старожилы", начавшие обучение по новой программе с самого начала работы школы, перешли ныне в шестой класс. В младшие классы приняты за эти годы новые маленькие музыканты. Администрация стремится, чтобы численность каждой группы не превышала 15 человек. Вплотную стоит сегодня задача дальнейшей разработки музыкальных программ и учебных планов применительно к программе средней школы.

Одним из участников Совета попечителей школы является Линда Шапиро. Не будучи музыкантом по профессии, она принадлежит к людям, в жизни которых музыка занимает большое место. Постоянный посетитель концертов и оперных спектаклей, мать двоих детей, каждый из которых получил музыкальное образование, она выстроила небольшой концертный зал и регулярно проводит камерные вечера "Музыка в моем доме".

На протяжении нескольких лет Шапиро возглавляла и спонсировала специальную группу для одаренных детей подготовительного отделения Пибади-консерватории в Балтиморе. Интересно работая и сегодня, группа эта могла бы сделаться прекрасной базой для создания специальной музыкальной школы и в Балтиморе. Вот уже несколько лет Линда Шапиро - член Совета попечителей Специальной музыкальной школы Америки в Нью-Йорке.

Вместе с президентом Совета Бетани Миллард, президентом Совета попечителей ЕКСС Филлис Федер, а также педагогами школы Марком Лакировичем и Джозефом Рисом Линда Шапиро посетила недавно Москву, где знакомилась с работой Центральной музыкальной школы (ЦМШ) при московской консерватории имени П.И.Чайковского.

Американской делегации был оказан, по ее словам, исключительно радушный прием. Дни были целиком заполнены встречами с руководством и педагогами ЦМШ, посещением классов и концертов учащихся. Главное впечатление от проведенной в Москве недели - исключительная самоотдача, с которой работают музыканты-педагоги и в ЦМШ, и в других школах, высочайший уровень профессионального музыкального обучения.

При посещении скрипичного класса небольшой районной музыкальной школы, расположенной за пределами Московской кольцевой дороги, - рассказывает Шапиро, - даже мне, не имеющей отточенного музыкантского слуха, было совершенно очевидно, что уже с самого раннего этапа занятий учащихся педагоги формируют в них то особое отношение к звукоизвлечению, к звучанию инструмента, которое впоследствии превращается в так хорошо всем нам знакомый "секрет" русской скрипичной школы.

Школьная делегация в Москве. Слева-направо: Беттани Миллард, Линда Шапиро, Лидия Контос, Филлис Федер, Марк Лакирович, Джозеф Рис.

Говоря о труднейших материальных условиях, в которых вынуждена жить сегодня ЦМШ, Шапиро замечает, что педагоги, с которыми ей удалось беседовать, не видят - в ближайшей, по крайней мере, перспективе - выхода из этой ситуации. На многие годы затянулась реставрация здания ЦМШ в центре Москвы, а ныне сомнительно, что школа получит его обратно в свое распоряжение. Все эти годы ЦМШ работает в совершенно неприспособленном для музыкальной школы здании вдали от центра города. Старая, разбитая мебель являет собой ужасающий контраст блистательному "иконостасу" - портретам выпускников школы, музыкантов, чьи имена известны сегодня всему миру.

Хотя мэр Москвы Юрий Лужков обещал взять ЦМШ под свою личную опеку, школа по-прежнему не получает от государства почти никакой поддержки. Это особенно драматично в условиях России, где не сложились еще традиции филантропии. (Вернее, заметим в скобках, было бы сказать, что не восстановлены еще великолепные традиции филантропии, существовавшие в России до 1917 года, традиции, которым все мы обязаны существованием и Третьяковской галереи, и Московского Художественного театра и множества других культурных институтов).

Любопытно, что по наблюдениям Шапиро, уровень преподавания общеобразовательных предметов находится в ЦМШ не на таком высоком уровне, как музыкальных. Это было ей тем более ощутимо, что Нью-йоркская школа, вобрав в себя музыкальную программу, сохраняет свою позицию в десятке лучших школ Большого Нью-Йорка.

Не прошло мимо наблюдательного внимания американцев и то печальное обстоятельство, что нередко в глазах маленьких московских музыкантов - явно талантливых, хорошо продвинутых технически - не светится радость. Виной тому, надо думать, вовсе не методика преподавания, а общее состояние жизни в сегодняшней России.

Американцы пригласили русских коллег посетить Нью-Йорк. Обсуждались перспектива обмена учащимися - пока что на двухнедельный срок, - а также организация мастер-классов в Нью-Йорке и Москве. Как говорит Линда Шапиро, руководство Специальной музыкальной школы Америки вовсе не стремятся выстроить некий слепок с русской модели - слишком различны в каждой из стран традиции общественной жизни, воспитания детей, взаимоотношений между ними и родителями. Цель же школы остается той же самой, что и привычная нам - всячески способствовать воспитанию молодых талантливых музыкантов.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 23(282) 6 ноября 2001 г.

[an error occurred while processing this directive]