Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 21(280) 9 октября 2001 г.

Владимир ВОЙНА (Мэн)

ДРУГАЯ СТРАНА

Контрольный пункт в Нью-Йорке

Стала ли Америка после терактов 11 сентября другой страной? На моём столе - гора газетных вырезок, журнальных статей, подтверждающих этот вывод. Скоро о последствиях этого дня на судьбы нации начнут выходить книги: американцам свойственна страсть к анализу и самоанализу, причем отклики журналистов и ученых следуют за важными событиями мгновенно.

Сейчас в американской прессе много разговоров о том, что делать дальше с расчищаемыми в центре Нью-Йорка руинами, на месте разрушенных взрывами и сгоревших зданий. Восстанавливать ли Всемирный центр торговли, обе 110-этажные башни, в прежнем виде? Или оставить как памятник погибшим в нынешнем, разрушенном виде? Или, может быть, провести архитектурный конкурс и создать новый район на месте уничтоженного?

Понятно: Всемирный торговый центр - не Парфенон. Cугубо функциональная - "без излишеств" - постройка была, может быть, шедевром инженерно-строительной техники 60-х годов, но отнюдь не архитектурным. Пиетет перед ней определяет ностальгию многих ньюйоркцев, но их чувств недостаточно для того, чтобы решиться на затрату немыслимых средств и сил на восстановление гигантских башен.

Для страны, которая с незапамятных времен не воевала (на собственной территории по крайней мере), происходящее ныне в самом деле кажется третьей мировой войной.

"Войной до победного конца" назвал происходящее президент Дж. Буш, честно предупредив народ, что она не будет легкой, что она может растянуться на месяцы и годы, потребовав максимального напряжения сил. Но американцы, после 11 сентября, готовы и к такому развитию событий. Они доверяют президенту. Хотя в Вашингтоне уже начались антивоенные демонстрации пацифистов, эти выступления против готовящихся карательных акций выглядят в глазах американцев непатриотичным поведением, которое осуждается большинством.

Телевизионные каналы начинают и заканчивают свои передачи новостей трафаретными надписями во весь экран, в которых непременно присутствует слово "война". "Новая война Америки"...

За голову бен Ладена (если точно, то "за информацию, которая может привести к аресту бен Ладена") объявлена награда - двадцать пять миллионов долларов. Он требуется живым или мертвым!

Отменен закон, запрещающий сотрудникам американской секретной службы устраивать покушения на врагов Америки, убивать их. Отменено прежнее правило, запрещавшее американским секретным службам пользоваться услугами преступников, лиц, которые сами нарушали и нарушают закон.

Всё в прессе вертится вокруг подготовки к ответному удару.

Где в данный момент находятся боевые корабли США, выводимые на боевые позиции в Европе и Азии? Что делается на базе в Форт-Брэгге, где американские спецчасти готовятся к нападению на базы террористов? Как идут дипломатические переговоры с иностранными государствами о формировании коалиции - по принципу "кто не с нами, тот против нас"? (Дж. Буш заявил, что дело обстоит только так: третьего тут не дано). Как идет запись добровольцев в армию США? Как перестраивается экономика страны? Как военно-промышленный комплекс готовится к получению и выполнению военных заказов?

Американцы доверяют политике президента, они открыто и недвусмысленно поддерживают курс на войну. Опросы общественного мнения подтверждают популярность этого курса, наблюдается единодушие демократов и республиканцев, объединенных общим патриотическим порывом. После вдохновенной речи Дж. Буша в Капитолии перед законодателями, в которой он объявил о начале войны против сил террора, его бросились обнимать лидеры обеих партий. Расхождений между ними в этом главном для страны вопросе практически нет, и каждый законодатель может только укрепить свою базу поддержки в избирательном округе, если открыто проявит лояльность по отношению к президенту. Сенатор Хиллари Клинтон, например, заявила, что глубоко удовлетворена его курсом.

Средства массовой информации столь же единодушно защищают мероприятия, связанные с подготовкой к войне. Вот один лишь пример.

Мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани запретил въезд частных машин без пассажиров в центральную часть города в часы пик. Чем вызвано такое решение? Перед въездом на мосты и в туннели через Гудзон и Ист-ривер, ведущие в центральную часть Манхеттена, ныне дежурят полицейские. Они критическим оком оценивают проезжающие машины и требует от водителей предъявить документы, если возникло малейшее подозрение. Проверки резко замедлили движение транспорта, возникли колоссальные пробки, попасть к началу дня на работу стало невозможно. Как справиться с очередями? Вот мэр и решил ограничить число машин на дорогах, ведущих в Нью-Йорк, по меньшей мере вдвое. С этим ограничением многие не согласны, многие ропщут. Но газета "Нью-Йорк таймс", которая всегда славилась критическим отношением к деятельности городских и федеральных администраций, на этот раз решительно встала на позицию мэра города.

Особые меры принимаются для охраны государственных границ, аэропортов, мостов, туннелей, всех важнейших военных и гражданских объектов, потенциальных целей нападения террористов. Пришел конец беспечности, идет серьезная кампания по укреплению бдительности.

Авиация - на особом счету. События 11 сентября показали уязвимость этого транспортного средства.

В американских аэропортах не существовало многих из тех запретов, что действовали, скажем, в аэропортах близ Лондона, уже не говоря об очень строгом режиме аэропорта им. Бен-Гуриона в Израиле (об этих строгостях сужу по собственному опыту). В любом американском аэропорту было всегда легко выйти на летное поле, пройти без должного документа через таможенный и паспортный контроль, пронести на борт оружие или отправить чемодан с бомбой в багажное отделение авиалайнера. Заплати чаевые (доллар!), и можешь пройти регистрацию даже на зарубежный рейс прямо у обочины, выйдя из машины и воспользовавшись услугами носильщика. Можно было машину надолго бросить у входа, вопреки действовавшему запрету. Легко было устроиться на работу контролером, проверяющим наличие в карманах и в ручной клади металлических предметов, оружия, наркотиков. Для такой работы не требовалось серьезной подготовки, особой проверки, наличия гражданства США, документа об отсутствии судимости. Эту непрестижную, малооплачиваемую, выполняемую во многих случаях спустя рукава работу доверяли лицам, которых потенциально могли подкупить террористы, уже не говоря о том, что самому террористу ничего не стоило поступить на эту работу - либо устроиться официантом в бар, продавцом в сувенирный киоск в аэропорту. Это значительно упрощало подготовку терактов.

Контроль был ослаблен до такой степени, что американский подросток, любитель путешествий, смог добраться без билета и документов до Лондона, где его случайно заметили и задержали. Только катастрофа заставила извлечь уроки.

Всё теперь меняется в аэропортах. Машину нельзя оставить у входа в аэропорт даже на самое короткое время. Отменена регистрация билетов и багажа "у обочины". Аэропорты взяты под контроль национальной гвардией и другими правоприменительными органами, по ним теперь прогуливаются военные в бронежилетах, с ручными пулеметами в руках. В любой момент пассажира могут попросить предъявить удостоверение личности, билет, причем особо проверяют документы тех, кто "заочно", без предъявления документов покупал электронный билет. Отныне пронести на борт любой предмет, который может быть использован для нападения на членов команды, даже стеклянную бутылку, стало куда сложнее.

Пилоты выдвинули свои требования по части безопасности полетов. "Дайте нам возможность иметь при себе огнестрельное оружие, - сказали они, - и тогда мы сможем противостоять террористам. А еще лучше, отгородите нас бронированной непроницаемой переборкой, или дверью, от пассажирского салона, и тогда у террористов не будет шанса захватить контроль над самолетом".

Второе будет выполнено, но что касается оружия, то тут дело обстоит сложнее. Считается, что вооружать можно только специально обученных профессионалов, иначе в ходе перестрелки могут пострадать случайные люди, салон разгерметизироваться и т.д.

Помочь призвано новое правило. Отныне среди пассажиров любого рейса, внутреннего или международного, будет находиться специально обученный борьбе с терроризмом вооруженный профессионал, сотрудник правоприменительного органа, называемого "маршальской службой". (Иногда это название неточно переводят как "служба судебных исполнителей"). Маршалы, в частности, перевозят находящихся под судом лиц - или осужденных - из зала суда в тюрьму, из одной тюрьмы в другую и пр. А теперь еще будут обеспечивать безопасность пассажиров во время полетов.

Кроме того, президент США отдал приказ расстрелировать без промедления самолеты, захваченные террористами. Дескать, пусть террористы знают об этом и не надеются на осуществление своих планов! Ну, а как пассажиры? Ведь в планы террористов может входить как раз уничтожение пассажиров - с целью нагнать еще больший страх на население.

Страх подниматься в воздух обуял нацию. Трудно в это поверить, но американцы, которые до сих пор по праву считались "самой летающей нацией", перестают летать. Резко упало число проданных билетов, сократилось число рейсов, ведущие авиалинии уволили по десять тысяч и более своих сотрудников, потерпев сокрушительные убытки и представ перед возможностью разорения. Опустели здания аэропортов, в самолетах стало пусто - иной раз на целый ряд приходится всего один пассажир. Конгресс срочно выделил 40 млрд. долл. на ликвидацию последствий катастрофы, и из этой суммы львиная доля пойдет на "выкуп авиакомпаний". Но эта мера временная, паллиативная, ведь самим авиалиниям придется оплачивать новые меры контроля, безопасности в воздухе и аэропортах, а это приведет к удорожанию авиабилетов, и число желающих летать станет еще меньшим. Всё это создало первостепенную проблему.

Недавно министр транспорта США Минета сопровождал президента в ходе поездки последнего в Чикаго, где Дж. Бушу предстояло выступить перед сотрудниками авиалиний. Министр, будучи членом президентской свиты, должен был по протоколу лететь в президентском лайнере. Но он предпочел обычный рейсовый лайнер, чтобы доказать безопасность гражданской авиации.

Не знаю, убедил он кого-то или нет, пока же сокращение авиаперевозок сильно подрывает американскую экономику. Речь идет о миллиардах запланированных, но недополученных прибылей, о доброй сотне тысяч людей, потерявших работу, об отказе миллионов потенциальных пассажиров летать в командировку или в отпуск, на школьные или студенческие каникулы, на деловые совещания и конференции, по личным делам. В результате пришлось отменить множество конференций различных обществ и ассоциаций, и резко пострадала еще одна миллиардная отрасль. Аренду автомашин постигла та же участь. Резкий спад в работе авиатранспорта (железными дорогами американцы мало пользуются, да их просто мало) больно ударил по театрам, музеям, концертным залам, гостиницам и ресторанам, таксомоторным паркам, магазинам... Произошла общая разбалансировка экономики. Ведь все отрасли так или иначе связаны между собой, и даже малозаметное падение прибылей в одной - в данном случае транспортной отрасли - может иметь самые серьезные последствия для других связанных с ней отраслей.

Наблюдатели опасаются, что в четвертом квартале резко снизятся затраты американцев на приобретение подарков на День благодарения и Рождество и что будет отложено на неопределенное время приобретение дорогостоящих товаров длительного пользования. Все призывы к патриотизму американцев ("Покупая товары, ты помогаешь обществу") разбиваются о простую мысль: время ли сейчас обзаводиться новой машиной, если страна вступает в войну?

При этом патриотизм огромен, желание помочь ближнему сильно как никогда. С успехом проходят массовые общественные кампании сбора средств для пострадавших в результате катастрофы, особенно на нужды семей, которые лишились кормильца.

Средства накапливаются на счетах благотворительных организаций, и денег удается собрать так много, что было даже принято решение, во избежания дублирования, собирать средства "в один кулак", сконцентрировать их распределение в одних руках, чтобы всем пострадавшим семьям досталось "по справедливости", в зависимости от степени их нужды, от числа детей и пр. Выделило деньги на помощь пострадавшим семьям и государство, из бюджетных средств. Авиалинии без промедления выслали семьям погибших пассажиров чеки на 25 тыс. долл. - вне зависимости от возраста пассажира и прочих обстоятельств. Тысячи жителей Нью-Йорка остались без крова: их временно расселили, но дальнейшая их судьба не определена.

Небывалый успех имеют благотворительные концерты: знаменитые исполнители считают своей обязанностью дать концерты в пользу семей пострадавших. Особый успех в США и в других странах имел концерт-марафон с участием выдающихся артистов эстрады и кино. Помимо выступления, актеры также собирали средства, в течение полутора или двух часов отвечая на звонки слушателей по 30 телефонам. Делая телефонные пожертвования (или обязательства о пожертвовании) в благотворительную кассу на определенную сумму, звонившие имели шанс поговорить с Джеком Николсоном, Вупи Голдберг...

Чтобы не прерывать неуместными рекламными роликами этот необыкновенный мемориальный концерт, телекомпании покрыли "из своего кармана" расходы на его трансляцию. Концерт прошел на одной ноте, был пронизан высоким патриотизмом. Семьи погибших почувствовали, что страна помнит о них.

Что же касается очередей желавших сдать кровь, то никогда еще столько добровольцев не выражало желания помочь: то были самые длинные в истории страны очереди доноров.

В обществе воцарились какие-то новые понятия демократизма, равенства перед постигшим горем. Вот характерный пример. В газете "Нью-Йорк таймс" из номера в номер продолжают печататься полосы с фотографиями погибших. Эти фотографии сопровождают небольшие нетрадиционные "литературные портреты". На газетную полосу приходится примерно полтора-два десятка таких микроновелл, своеобразных "стихотворений в прозе". Их стиль - сочетание серьезного и смешного, забавного и трогательного, ответ на вопрос, почему лицо погибшего имело "необщее выраженье", в чем именно человек был неповторим, в чем выражались замечательные черты его (ее) личности, за что любили человека сослуживцы, родные и близкие. Сотрудники редакции самой знаменитой газеты Америки (их имена обязательно называются в нижнем углу полосы) выполняют эту работу не просто умело, но с какой-то особой, пронзительной любовью и нежностью, деликатностью, находя для каждого героя какие-то особые слова, свой профессиональный угол зрения. Некролог, рассказывающий о скромном пожилом уборщике, или мальчике рассыльном, мексиканце, соседствует с рассказом о молодом и талантливом специалисте, о замечательном поваре из ресторана в Международном центре, о крупном чиновнике страховой компании. Каждому - поровну газетной площади. Смерть их всех уравняла.

Люди в Нью-Йорке, как пишут журналисты, после случившегося стали добрее, сердечнее, заботливее относиться друг к другу.

Но происшедшее заставило, вместе с тем, усилить контроль за действиями подозрительных лиц. Как добиться того, чтобы потенциальные террористы и их сообщники не могли впредь с легкостью получать права на вождение самолетов, на вождение большегрузных автомобилей, используемых для перевозки легковоспламеняющихся горючих веществ? Как исключить возможность доступа террористов к средствам химического и бактериологического нападения?

Возникло множество вопросов, связанных с контролем над иностранцами.

Конечно, террористы - не обязательно арабы. Террористом был "свой" Тимоти Маквей, урожденный американец, белый, с отличием прошедший через службу в армии США - и взорвавший здание федеральных учреждений в Оклахома-Сити. Так что нельзя всё сваливать на иностранцев. Однако именно иностранцы, в данном случае арабы совершили чудовищные акты террора 11 сентября, и потому не вызывает удивления антиарабская волна в США, которую ныне пытаются удержать власти.

Излюбленная ныне тема выступлений печати: ислам, как и христианство, иудаизм и так далее, это миролюбивая религия, и мусульмане - вполне достойные люди; но есть среди мусульман фундаменталисты, фанатики, "отклонисты", извращенцы - вот с ними-то и нужно бороться.

Не вызывает удивления возросшее недоверие к приезжим. У страха глаза велики. После длительной вольницы для приезжих в США наступил более сложный период. И в этом тоже Америка становится другой страной.

Американцы задают вопрос: стоит ли с такой легкостью пускать в страну иностранцев, если этим элементарно пользуются террористы? Почему иностранцам не предлагают уехать домой, когда заканчивается легальный срок их пребывания в стране? В Америке постоянно пребывает восемь миллионов нелегалов: как за ними уследить, как сократить число этих нарушителей закона? Почему трудно выслать такого нарушителя? Как сохранить основные традиционные американские свободы, но при этом получить возможность контроля за телефонными и компьютерными разговорами потенциальных террористов, за их передвижениями, за их денежными поступлениями, за их контактами?

Укрывательство террористов, недонесение о них отныне приравнивается к прямому соучастию в терроре. Чтобы лишить террористов денежных средств, уже приняты серьезные меры по контролю за финансовыми операциями, заморожены счета ряда организаций и лиц, и будет проведена конфискация соответствующих средств. Усиливается работа всех сыскных агентств, они получают дополнительные ассигнования, создано новое ведомство, которое объединяет усилия всех существующих правоприменительных и разведорганов для координации работы по борьбе с терроризмом.

Трудно пока судить, приведёт ли нынешняя реакция американцев на теракты 11 сентября к реальным изменениям в сознании американского общества, и в чём эти изменения выразятся. Но нельзя не отметить, что нация, в этих трагических обстоятельствах, смогла мгновенно и достойно на них отреагировать, продемонстрировав высоту духа, подлинную человечность перед лицом чудовищного акта агрессии.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 21(280) 9 октября 2001 г.

[an error occurred while processing this directive]