Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 19(278) 11 сентября 2001 г.

Александр ЛАЗАРЕВ (Нью-Йорк)

ЖИЛИЩНЫЙ КРИЗИС

В Ленинграде я жил в коммунальной квартире с общей кухней, одним туалетом и одной ванной на шесть семей, и когда у меня в гостях была заокеанская профессорша, которая привезла поклон от эмигрировавших ранее и живших в Вирджинии друзей, я спросил у нее невинно: "А в Америке есть такие квартиры?" Полли (так звали гостью) потупила стыдливо глаза, не желая, видимо, меня обидеть и выдавила из себя: "Не знаю, Алекс. Может быть, в Гарлеме. Но я там никогда не бывала".

Я давно живу в Штатах и знаю, что и в Гарлеме нет многосемейных квартир типа советских (ныне - российских) коммуналок. Но в Гарлеме, как и во всем Нью-Йорке, существует жилищный кризис, и за те четверть века, что я живу в Америке, кризис этот становится все острее и острее. Исколесив за эти годы Соединенные Штаты вдоль и поперек и побывав в десятках городов и штатов, я нигде не слыхал о подобном кризисе. Но да ведь каждому из нас известно, что Нью-Йорк - это не Америка, а Америка - это не Нью-Йорк.

Крупнейший город страны уникален. И не только архитектурой Манхэттена, театрами Бродвея, Бруклинским мостом, музеями, Колл-стрит, бейсбольной командой "Нью-Йорк янкис" и многим, многим другим, что радует глаз и ласкает слух. Джон Стейнбек писал, что в Нью-Йорке вы встретите самую красивую и самую уродливую, самого богатого и самого бедного, самого щедрого и самого алчного и т.д. В городе с самыми роскошными домами и квартирами должен существовать, наверное, и жилищный кризис. И он действительно существует. Причина очевидна: беззастенчивое вмешательство городских властей в вопросы, связанные с квартирной платой, и в связи с этим отсутствие свободного рынка жилой площади. Ничего подобного нет ни в одном другом городе, за исключением в какой-то степени Сан-Франциско, где, впрочем, ситуация и отдаленно не напоминает нью-йоркскую.

Вот только один факт, характеризующий жилищный кризис в Нью-Йорке: городской наробраз пригласил из-за рубежа учителей в связи с нехваткой американских педагогов, желающих работать в нью-йоркских школах, и примерно 700 иностранцев не сумели к началу учебного года найти себе жилье. Многим придется, видимо, объединяться по двое, а то и по трое, чтобы снять квартиру. Иными словами, создать коммуналку. И все из-за громадных цен за более чем скромные квартиры. В англоязычных нью-йоркских газетах практически не встречаются объявления об аренде 2-3-спальной квартиры меньше, чем за 2200 долларов.

Жилищный кризис в "столице мира" объясним: здесь практически не строят дешевые квартиры. В связи с этим одна еврейская организация даже обратилась к вашингтонским законодателям с просьбой объявить Нью-Йорк зоной стихийного бедствия. Но не землетрясения, не ливневые дожди, не бури и штормы с Атлантики стали причиной бедствия. Причина кризиса - установленный городскими властями контроль за ростом квартплаты; если коротко - рент-контроль.

Ни секунды не сомневаюсь, что читатель "Вестника", живущий далеко за пределами Нью-Йорка, вряд ли слыхал о рент-контроле. Хотя такой контроль был введен в годы Второй мировой войны во многих городах и городках США. Введен как временная мера в рамках стабилизации всех потребительских цен. Правительства - как федеральное, так и местные - ставили своей задачей оградить от возможной спекуляции семьи, оставшиеся без кормильца, служившего в армии. Но как только война кончилась, города стали один за другим отменять рент-контроль. В Нью-Йорке "временная мера" не отменена и по сей день.

Нью-йоркский журналист Уильям Такер, автор изданной десять лет назад книги "Американцы-изгнанники: бездомность и жилищная политика", вспоминал недавно в газете "Нью-Йорк пост" о своей тетушке, жившей до войны в Бруклине. Она меняла квартиру ежегодно. Объясняла она свою страсть к переездам тем, что ей нравится запах свежевыкрашенной квартиры. По существовавшему тогда закону, владелец дома был обязан предоставить новому жильцу отремонтированную квартиру. Таких, как тетушка Такера, в Нью-Йорке были тысячи и тысячи. Не случайно его называли "городом кочевников". 1 апреля и 1 августа были традиционными днями переездов: в эти дни завершались сроки годовых контрактов на аренду. Конечно, в те времена существовали и законы, позволявшие хозяину легко выставить за дверь неплательщиков. Но неплательщику не составляло труда найти квартиру подешевле.

Как давно все это было! Нью-Йорк отмечен сегодня самым низким показателем мобильности своих обитателей. Здесь меньший, чем в любом другом городе, показатель (из расчета на 100 тыс. населения) свободных, готовых принять постояльца квартир. Наконец, нет второго города, где был бы столь велик процент стариков, живущих в квартирах с тремя-четырьмя спальнями. И вряд ли найдется еще один город, в котором бы жильцы-арендаторы и владельцы домов - лендлорды - находились в состоянии постоянной войны.

Каждый раз, когда городские власти должны решить вопрос, на какой процент следует повысить квартплату (а это происходит примерно раз в два года), между ассоциациями жильцов и ассоциациями лендлордов начинаются словесные сражения, широко освещаемые средствами массовой информации. Но тихая война, не выплескиваемая на страницы газет и телеэкраны, не прекращается ни на один день. А где война - там и жертвы. Жертвы в буквальном смысле этого слова.

Домовладелец решил выселить Джоэнн Джонс, которая задолжала ему 4500 долларов. Он действовал по букве закона - через суд, и к госпоже Джонс направился судебный исполнитель. Когда представитель закона предъявил неплательщице соответствующие документы, она облила его воспламеняющейся жидкостью и подожгла. Бедняга погиб. Остались вдова и дети-сироты.

Преступница заявила, что не платила за квартиру - и платить не собирается, - потому что домовладелец не установил в квартире противопожарную сигнализацию. Да к тому же на потолке трещины. Городские же законы обязывают домовладельца устанавливать сигнализацию, производить мелкий ремонт, следить за освещением в вестибюле и на лестницах. Закон открывает широкие возможности каждому, кто платить за квартиру не желает. Можно, например, сломать коробочку сигнализации (в магазине ей цена 10 долларов или чуть больше) и не платить несколько месяцев за квартиру. Домовладельца или присланных им рабочих можно не впускать в квартиру. Можно разбить лампочку в вестибюле. О трещинах в стенах и на потолке и говорить не приходится. Пусть хозяин жалуется на вас в суд. Пока суд да дело, вы не платите за квартиру, экономите... А в суде не возбраняется обвинить кровопийцу-лендлорда в отсутствие всякой заботы о квартире. Нью-йоркские суды в редчайших случаях становятся на сторону домовладельцев.

Сплошь да рядом хозяева многоквартирных домов приходят к выводу, что содержание дома в порядке стоит больших денег, чем платят квартиросъемщики. Проще отказаться от приносящей убытки собственности. Ну а жильцы не платят не только за квартиру, но и за электричество и отопление. Отключается то и другое. Дом превращается в трущобу.

В 60-е годы целые кварталы в южном Бронксе стали необитаемыми. Многие дома горели - то ли лендлорды подожгли их, чтобы получить страховку, то ли бродяги разводили костры прямо на паркете. Этот район напоминал развалины после многомесячной битвы, и мы, эмигранты 70-х годов, называли южный Бронкс не иначе, как Сталинград.

Жилой городской фонд с доступными ценами в Нью-Йорке почти не пополняется. Строить дома в городе с рент-контролем невыгодно. Остающиеся в фонде дома их владельцы стараются превратить либо в кооперативы, либо в кондоминиумы и продают квартиры. Строят же в основном 20-30-этажные и выше многоквартирные дома, к которым трудно подступиться даже семьям с устойчивыми шестизначными годовыми заработками. Обычному люду эти квартиры не по карману. Тот же обычный, что вселился когда-то в квартиру с рент-контролем, и не думает куда-либо переезжать. Во-первых, некуда. Во-вторых, зачем уезжать из квартиры с ограниченным ростом арендной платы. Потому-то в Нью-Йорке десятки тысяч многокомнатных квартир с одним-двумя престарелыми обитателями. Ну, а когда одинокий обитатель отправляется в мир иной...

Широкую огласку получила история, имевшая место в Гринич-Виллидже - районе нью-йоркской богемы. Долгие годы в одной квартире проживал человек, въехавший в нее после смерти бывшего жильца. Объяви он о себе, владелец дома повысил бы квартплату, назначив рыночную цену. Он получает такое право, когда квартира остается пустой. Но его не поставили в известность о смерти многолетнего арендатора, и новый квартирант получил, так сказать, в наследство недорогое жилье. Лендлорд никогда не узнал бы, вероятно, о смене жильца, но квартирант после 35-летнего (!) проживания решил пересдать квартиру и назначил желающему въехать в нее свою собственную цену, чтобы класть в карман разницу... Жульничество раскрылось. Хозяин дома предъявил жулику судебный иск на 50 тыс. долларов. Недополучил он за 35 лет гораздо больше.

Рент-контроль давно бы ушел в небытие в Нью-Йорке, если бы, во-первых, не сменяющие друг друга в послевоенные годы либеральные (социалистические) городские правительства и, во-вторых, не могущественные обитатели квартир с рент-контролем, оказывающие давление на власть. Начну со вторых.

В последнее десятилетие газеты перестали печатать имена богатых обитателей квартир с рент-контролем, находящихся в самых дорогих районах Манхэттена. Лет же этак 15 назад нью-йоркские таблоиды "Пост", "Дейли ньюс" и "Ньюсдей" без стеснения публиковали имена голливудских звезд, манекенщиц, общественных деятелей, которые платят за свои шикарные апартаменты по 700-800 долларов, имея, конечно, собственные виллы то ли на Лонг-Айленде, то ли в Коннектикуте и нью-йоркском графстве Уэстчестер, то ли в северных графствах штата Нью-Джерси. Их вполне устраивали - и устраивают до сих пор - манхэттенские квартиры, на которые распространяется рент-контроль. И поэтому они поддерживают нью-йоркских политиков щедрыми вливаниями в их избирательные кампании. Одно время в квартире с рент-контролем обитал даже мэр Эдвард Коч. Он жил в ней много лет, в том числе и тогда, когда был конгрессменом, но вскоре после того, как был избран мэром, счел неэтичным использовать закон военного времени.

Среди влиятельных сторонников рент-контроля - и убежденные социалисты и коммунисты (один из них, писал Уильям Такер, завещал, чтобы его похоронили в Москве), которые считали и считают, что правительство обязано контролировать ценообразование, в том числе и арендную плату за жилье. Да ведь и городская власть - и исполнительная (мэр), и законодательная (горсовет), и судебная - состоит почти исключительно из социалистов, скрывающихся за псевдонимом "либерал".

В эти дни четыре демократа и два республиканца (оба - бывшие демократы) ведут борьбу за освобождаемый в конце года Рудольфом Джулиани пост мэра. 11 сентября состоятся первичные выборы, в первый вторник ноября - всеобщие. Ну, а пока претенденты на высший пост в городской исполнительной власти рекламируют себя и свои избирательные платформы. Все шестеро - все, как один, - защищают рент-контроль. Хотя все понимают - не могут не понимать, - что эта "временная мера" привела к жилищному кризису. Но стоит кому-нибудь из этой невеликолепной шестерки выступить против рент-контроля, как он будет тут же обвинен конкурентами в том, что защищает интересы богатых в ущерб интересам бедных. Особенно не с руки выступать против контроля миллиардеру Майклу Блумбергу - ныне республиканцу, пожертвовавшему в прошлом году тысячи долларов в избирательный фонд кандидата в Сенат Хиллари Клинтон. Уж кого-кого, а его-то конкуренты обязательно обвинят в защите интересов богатых.

Нет никакой надежды, что в обозримом будущем в Нью-Йорке придет конец рент-контролю. В нынешнем году он отметил 58 лет со дня рождения, полон сил, энергии и здоровья и умирать не собирается.

Я прожил в Нью-Йорке всего один год, а затем бежал на правый берег Гудзона (и, кстати, добираюсь до работы в Манхэттене быстрее, чем обитатели нью-йоркских районов Бруклин, Куинс и Бронкс). В городе, где я живу, о рент-контроле понятия не имеют. Наверное, поэтому снять в нем недорогую хорошую квартиру особого труда не составляет, и я не перестаю удивляться нью-йоркским обитателям, которые жалуются на дороговизну и продолжают жить в Нью-Йорке.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 19(278) 11 сентября 2001 г.

[an error occurred while processing this directive]