Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 14(273) 3 июля 2001 г.

Марина СТУЛЬ (Кливленд)

НАЙТИ СЕБЯ, ТОЧНО ЗНАТЬ, ЧТО ВЫ ХОТИТЕ В ЖИЗНИ ДЕЛАТЬ

Успех приходит, когда человек влюблен в свою работу.
                                                       Уолт Дисней.

Лев Полякин

 

В Америке он 21 год, и его русская речь пересыпана американизмами. Но когда он берет в руки скрипку - все сомнения отпадают: это русская школа, больше, это русская музыкальная культура. Многие народы имеют самобытный музыкальный опыт, почерк, своих выдающихся музыкантов. Но русский талант непременно выделяется из числа коллег не просто крепко сработанной техникой, позволяющей достигнуть большого музыкального совершенства, а еще и ярко выраженной индивидуальностью.

Больше всего меня огорчает, что нельзя приложить к очерку звучащий диск. Помните, когда-то в Союзе был такой маленький журнальчик, а внутри помещалась голубая пластинка, ее можно было послушать - восхититься, умилиться, растрогаться, предаться воспоминаниям - и уже потом прочитать что-то об авторе музыки, исполнителе. Потому что исполнитель - он же непременно соавтор музыки. Ноты, партитура - это для специалистов, а для обычного рядового слушателя музыку рождает инструмент в руках у виртуоза. Исполнитель вложит в нее свои раздумья, свет или мрак своей души - и уходят из зала слушатели, уносят с собой то, что обогатит их личность... даже если они об этом не подозревают. Впрочем - ХХ1 век! Можно послушать концерт, если не попал в зал, в записи на... на чем угодно. Но этот диск еще надо захотеть найти. А для желания услышать исполнителя - может быть, прочитать скупые строчки о нем в рецензии или очерке. Но что могут рассказать эти скупые строчки? Где родился, где учился артист, в каких конкурсах участвовал...

Наш герой учился в Москве у замечательных музыкантов - Янкелевича и Когана. Информация - вещь полезная, но она не взволнует душу. А искусство не имеет другого назначения - только взволновать душу, передать нам частицу неповторимой личности. Масштаб личности помогает раскрыть масштаб произведения, его форму, внутренний смысл. Можно что угодно говорить про назначение искусства - даже что у него не должно быть никакого назначения, теперь это модно, но сущность музыки, которую нельзя передать словами, всегда в том, что она передает нам - из сердца в сердце - эмоцию, возможность разделить свои переживания с переживаниями сотен людей в зале. Именно за этим мы ходим в музыкальные залы.

Лев Полякин играет в Кливлендском Симфоническом оркестре 11 лет. Начинал в "тылу" первых скрипок, теперь - ассистент концертмейстера. В Кливленде прекрасный оркестр, интернационален его состав, интернационален репертуар, и дирижеры со всего мира часто демонстрируют тут свое искусство. Оркестр - это целое, это сложный творческий организм. Но имя Льва Полякина известно не только потому, что он блестящий солист прекрасного оркестра.

Душа моя омыта ливнем счастья
Сегодня в ней ликует птичий хор!
Встаю, распахиваю окна настежь...
Какой восход!

Это был первый его концерт, который я слушала. Господи, почему вспомнилось? Здесь никто не слышал имени Сильвы Капутикян. Я сама не вспоминала тысячу лет... Это из другой жизни, из другого летоисчисления... Скрипка пела. Не помню, какая музыка тогда звучала. Ливень счастья - пела скрипка. У людей в зале просветленные лица. И другой концерт. Балерина Карен Габе посетовала, что падает интерес к театру San Hose Ballet, и Лев Полякин предложил новую для Кливленда форму концертов - совместные вечера классической музыки и танца. Сегодня возвращается искусство синтеза, столь популярное в далекие 20-е годы. Его назначение - произвести многостороннее эстетическое воздействие на зрителей, слушателей. Тремя рецензиями американские газеты откликнулись на это новшество. Обычно сдержанные рецензенты назвали концерт ошеломительным, восторг перешел границы, - писали они. Не берусь судить о качестве балета, но партия скрипки действительно была ошеломительной - это точное определение. "Цыгане" Равеля - подлинная ослепительная цыганская страсть.

Он играет с любовью любую музыку, которую считает "хорошей" - неважно, это Бах, Чайковский или Гершвин. Его коллеги не решаются перемежать любовь к классике с джазом. Он играет музыку Гершвина, Бернстайна, Ирвинга Берлина, Дюка Эллингтона, других знаменитых американских джазовых авторов и даже пишет свои джазовые композиции. Слушать эти джазовые откровения приходит много русских - еще бы, играет Лев Полякин! Но еще больше американцев. Увы, я не могла сделать в зале даже беглого опроса, но дала послушать кассету своей черной соседке - бывшей учительнице музыки. Она сказала: "Очень интересно. Но это ведь не совсем американский джаз. В нем слишком много размышлений... раздумий". А как же! Это русская интерпретация американского джаза. Сколько новых красок! Необычная внутренняя насыщенность! В этой типично жизнерадостной музыке неожиданно чувствуется тревога и даже печаль. Может быть, так нельзя играть джаз? Послушайте эту запись. Она волнует. Лев Полякин просто не может играть иначе.

Требовательность его к себе безгранична. А если он играет с партнерами, она захватывает и их. Мне рассказывала его партнерша - превосходная пианистка Халида Динова, что им как-то не удалось встретиться для дополнительной репетиции, и он оставил ей по телефону сообщение, где долго говорил о звучании каждого пассажа, каждой ноты и так тщательно аргументировал свои замечания, что невозможно было не последовать его советам. Она последовала - и выходило очень красиво и изящно - это ее определения. Партнеры отзываются о нем с большим уважением, даже с восторгом. Уверенный в себе, он никогда не старается подавить их индивидуальность или "выставиться". Сложный у него характер, он человек настроения, очень ранимый, но всегда доброжелательный и отзывчивый.

*

- Сыграли концерт - что после этого: подъем или опустошение?

- Я никогда не остаюсь удовлетворен собой. Только после концерта наступает недолгий отдых, расслабление.

- Как по-вашему, что такое талант? Чем он отличается от среднего музыканта, который просто хорошо работает?

- Я думаю, какой-то талант есть в каждом, но надо рано понять, что - ваше. Что вы хотите в жизни делать.

- Найти свое призвание?

- О да! Но вы сказали о просто хорошей работе. Призвание без работы - ноль. Работа - главное. А талант помогает достигнуть результат быстрее, лучше, привлекательнее для публики.

- Нравится работа, процесс - или обязательно результат?

- Я думаю, результат - это важно. Но без процесса теряется смысл результата. Вот художник картину пишет - чтобы кому-то ее показать? Ежедневная работа ведет к результату - показать то, что сумел достигнуть.

- Что помогает работать много - наследственность, воспитание, культура?

- Дисциплина, я думаю. Ежедневно я должен открыть скрипку, поиграть гаммы, поискать что-то новое. Это уже стало натурой. Если почему-то не пришлось взять скрипку, плохо себя чувствую. Моя позиция в оркестре сейчас больше, чем обычная работа. К примеру, тренинг для молодых дирижеров. Они не профессионалы, но репертуар у них тот же: Бетховен, Чайковский.

- Вы курируете их творческий рост или подготовку к конкурсам? Как вы сами, кстати, относитесь к конкурсам?

- В ранней молодости я рвался участвовать в конкурсах. Но в Московской консерватории, где я учился, было два варианта: если ты русский - поезжай. А если не русский - надо было непременно вступить в партию. Когда в 70-м году умер мой учитель Янкелевич, мне надо было вступить в партию, чьи идеи я не разделял.

Когда выехали из России, я был на 5-ти конкурсах, на 3-х выиграл призы. А сейчас у меня бывают международные концерты в Италии, Англии. Канаде, Мексике. В Англии мне предложили 20 концертов, но я не смог приехать. Не отпустили в оркестре. До сих пор переживаю. Но руководители Кливлендского оркестра правы: главная работа - здесь. Это большая удача - иметь работу в хорошем оркестре.

- Вы оптимист?

- Все время нельзя быть оптимистом. Но я в общем верю, что завтра может быть лучше, чем сегодня. Это если все время работать.

- Но нельзя же и без отдыха! Как вы отдыхаете?

- Я люблю путешествовать. Как только выходной - еду в Калифорнию. Калифорния напоминает Узбекистан - я родился в Ташкенте - там тепло всегда. Люблю ездить в Канаду. Ну и в Европу езжу охотно - музеи, театры, все это надо пережить.

- А в Москву ездите?

- Один раз ездил - 11 лет назад. Звоню часто, и мне звонят, там остались мои друзья и соученики. Я был там очень счастлив, и работа была замечательная - помощником концертмейстера Московского Камерного оркестра... Там очень непросто сейчас. Мои друзья почти все трудно живут. Я посылаю им деньги... Не знаю, как еще можно решить их проблемы...

- Поговорим о публике. У вас большой международный опыт. Американская публика отличается от европейской?

- Да. Хотите пример? Если слушают 3-ю симфонию Чайковского, там 3-я часть заканчивается грандиозно, а 4-я - медленная, элегического плана. В Америке аплодируют после 3-й части. В Москве - не будут. Ну, если поехать в Псков... не знаю. Американцы - всегда. Даже если концерт в Карнеги-холл. В Европе слушатели хорошо знакомы с классикой. Мы встречали в Германии или Австрии таксистов, которые знали, сколько симфоний у Брамса или Бетховена. Многие приходят в концертный зал с партитурами. Я не уверен, что это случается здесь.

- Но вот Кливленд - провинция, а концертные залы никогда не пустуют. Почему они ходят на все концерты?

- Принято поддерживать свой оркестр. Традиция такая. Но публика не становится моложе. Не видно, чтобы молодежь тянулась к музыкальной культуре, хотя мы даем специальные концерты для детей и юношества. Впрочем, это всегда проблема - везде...

*

Лев Полякин чувствует обязанность реализовать то, что ему отпущено природой, культивировано семьей, передано выдающимися учителями. Человек долга, обладающий высокой музыкальной культурой - согласитесь, это всегда явление неординарное.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 14(273) 3 июля 2001 г.

[an error occurred while processing this directive]