Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 11(270) 22 мая 2001 г.

Юлиан РАФЕС (Нью-Йорк)

"УВЕЛИЧИТЬ СУММУ ДОБРА НА ЗЕМЛЕ..."

Елена Куторгене

 

Жила когда-то в Литве удивительная женщина по имени Елена Куторгене. Я вглядываюсь в ее задумчивое, строгое лицо на фотографии и думаю о том, как важно сохранить благодарную память об этом по-настоящему интеллигентном, благородном человеке.

Узнал я о ней в конце 70-х годов. Руководил я тогда отделом Украинского научно-исследовательского института гастроэнтерологии. Мы проводили исследования действия наших новых лекарств в Институте онкологии Каунаса. Многие слышали о печально знаменитых Каунасских фортах, где во время войны было еврейское гетто. Большой лагерь советских военнопленных. Много, очень много безвинных людей загублено там. Зверствовали не только немцы, так сказать, по долгу службы, но и местный люд. Часто именно их руками совершалась "грязная" работа.

Но известны и факты, когда литовские крестьяне спасали еврейских детей. Они привозили в гетто в мешках картофель, а отвозили в тех же мешках ребятишек, воспитывали их. Впоследствии эти выросшие ребятишки называли крестьянок "литовскими мамами".

Меня заинтересовали люди, которые, рискуя собственной жизнью, спасали евреев. И вот в Литовском республиканском архиве я обнаружил дневниковые записи врача Елены Куторгене. Ее уже не было в живых. Но сын Елены Викторас Куторга работал в том же Институте онкологии, куда я неоднократно приезжал. Скромный человек, истинный сын своей матери, он неохотно говорил о том, что именно они делали для спасения евреев (а он активно помогал ей в этом). И мне приходилось по крупицам собирать факты.

Вот один пример. Однажды молодая женщина, еврейка, коллега Е.Куторгене, попросила у нее яд: "Мы решили с мужем и ребенком уйти из жизни раньше, чем нас убьют. Не можем больше страдать". Доктор Куторгене ответила: "Умереть - это не фокус, остаться жить - это нанести поражение убийцам. Я найду для вас литовскую семью, которая вас укроет". Она выполнила свое обещание, и люди были спасены.

Об этом написал в варшавской газете Ш.Бейлис, который сразу после войны встретился с людьми, выжившими благодаря Елене Куторгене. Автор статьи вместе с ней был на вечере, посвященном выходу в свет в издательстве "Елис" книги Елина и Гальперина "Партизаны Ковенского гетто". С большой любовью и гордостью за человеческое мужество говорила доктор Куторгене о партизанах, а вот о себе она говорить не умела...

Елена Куторгене родилась в городе Шауляй в 1888 году в семье врача, который распространял запрещенные в царское время книги. Воспитывалась она в семейной атмосфере высокой нравственности и гуманизма. Молодая девушка уже тогда прониклась сочувствием к обездоленным и угнетенным.

В 1912 году она закончила медицинский факультет московского университета и стала врачом-окулистом. В 1922 году вернулась в Литву и работала в клинике университета, поликлинике "ОЗЕ", где бесплатно лечила больных.

Продолжала медицинскую практику в годы войны.

В 1968 году часть ее дневников была опубликована в восьмом номере журнала "Дружба народов". Многое было опущено. И неудивительно: в советской печати в то время еврейская тема была под запретом.

20 июня 1941 года.

"Отравился и умер доктор Или, скромный прекрасный врач. Еще один врач отравился со всей семьей. Мой коллега, глазной врач Б.Элькес, просит работать за него в вечернюю смену в клинике, так как он боится. Действительно, жутко сидеть в пустой поликлинике, на дверях которой вывешено объявление: "Мы с евреями не будем работать", видеть, как ведут арестованных евреев в тюрьму..."

28 июня.

"Зашла среди многих других докторов хирург Р.Капланайте. Ее лицо могло бы служить художнику моделью для изображения страданий. На днях она переезжает в гетто. Я утешала ее, предлагала дни проводить у меня и только ночевать ходить туда. Она сомневается, чтобы немцы это позволили...

Больной Волонтас рассказал, что в 9-ом форте расстреляно тысяча двести человек. Вырыли глубокие ямы, людям велели раздеться и расстреляли из пулемета. Кто шевелился - приканчивали. Ямы засыпали известкой.

Больной считает, что было убито более двух тысяч евреев. Среди них сорок совсем юных девушек. Убивали литовские националисты под присмотром немцев...

Интересно, откуда эта бессмысленная, паталогическая, просто маниакальная ненависть Гитлера к евреям; какой психиатр смог бы ее объяснить? Она слишком эмоциональна - это выдает ее подсознательность, значит, причина лежит в глубине. Вряд ли он сам может это уяснить себе. Снова по радио слышны речи о "всемирном еврействе", теперь объединяющем английскую плутократию с красными бандитами Кремля".

Однажды д-р Куторгене видела, как вели на расстрел (или в тюрьму) колонну евреев.

Она пишет:

"Поразило меня еще бледное лицо молодого еврея в длинном сюртуке, шедшего с гордым, вызывающим видом. Не могу забыть невысокого худенького юношу в этой толпе, который шел, читая открытую книгу, не обращая на окружающих никакого внимания. Холодное презрение и вызов были в нем. Толпа вокруг на Лайсвис издевалась, злорадствовала, гоготала, смеялась над проходившими".

"Одна знакомая, врач, хоть и осуждает убийства евреев без суда, но ищет им объяснения и оправдания в еврейском "засилии"..."

"На дверях 1-ой поликлиники, где я служу, висело объявление: "Ни одного еврея в нашей поликлинике".

"Со всех сторон рассказывают об ужасных немецко-литовских зверствах. Психоз садизма целого народа".

29 июля.

"Сегодня я пошла за деньгами в поликлинику, из которой меня уволили. Все бывшие сослуживцы враждебны, более чем холодны, некоторые не кланяются. Отворачиваются, презирая и смеясь".

"... Всё едут и едут евреи с жалкими пожитками. Идут по мостовой гуськом, с желтыми звездами. Что-то дикое. Стыдно. Город выглядит пустым, безжизненным, вечером в особенности жутко.

Моя коллега-хирург уже переехала в гетто. В последнюю минуту принесла мне свой стеклянный любимый шкаф с красивыми статуэтками..."

22 августа.

"Читаю Тургенева... Снова встает далекое доброе время, когда люди верили в дружбу, благородство, были чувствительны и даже плакали от восторга и умиления. Как холодно, черство, тупо, жестоко наше время".

4 августа Куторгене идет в гетто.

"С жутким чувством не то вины, не то стыда, не то кошмарного невероятия совершившегося переступила я порог убогого домика, в котором жила моя добрая знакомая, врач-гинеколог П.Ожинская вместе с двумя семействами. Настроение у моих друзей мужественно-стоическое: "Мы обречены на гибель, единственное, что осталось, - это жить и умереть с достоинством".

"Утром видела в окнах: на длинной крестьянской колымаге среди каких-то убогих столов, стульев, матрацев проехал знакомый врач-еврей с женой, обнимавшей двух маленьких детей! Возы с еврейским скарбом все едут и едут; литовские мужики и извозчики дерут с евреев громадные деньги за перевозку".

"Виленская газета на вопрос, что такое демократия, ответила таким образом: "Демократия - безответственное сообщество богатых евреев всего мира - ни что иное! Само слово благородно, идея красива, однако все несчастье в том, что всемирное еврейство поработило ее своим целям - все человечество сделать своими слугами-рабами".

Куторгене добавляет: "Сколь безграмотно, сколь беспардонно глупо, стыдно за бумагу, но теперь она все терпит..."

"Трагично положение смешанных браков. Один литовец, женатый на еврейке, застрелил жену и двух дочерей и сам застрелился. Есть примеры верности и стойкости".

"Получила медицинский журнал "Литовская медицина". Помещен список увезенных большевиками врачей, но евреи в нем отсутствуют. В "приличном" обществе ведь о них не говорят.

23 сентября Куторгене записала о себе:

"Когда-то девочкой, прочитав о рыцарях, выбиравших себе девизы, я сочинила себе свой: "Увеличить сумму добра на земле". Я ему верна... и знаю, что нас много, и мы победим..."

1 октября.

"Надо как можно меньше показывать свое презрение и отвращение к людям, а я просто ненавижу их за равнодушие и примиренчество. Только страдающие человечны..."

4 октября.

"Рассказывают, что немцы сожгли в гетто больницу вместе с персоналом под предлогом, что она распространяет инфекции. Подвезли бензин, налили его в окна из каких-то насосов. Из детского отделения детей швыряли в грузовик и увезли куда-то. Слабые больные, оперированные, родильницы, парализованные погибли, т.к. все было сделано без предупреждения, очень быстро. Из моих знакомых погиб д-р Файнберг, старый врач, разбитый параличом.

Люди сгорели заживо. Иногда я серьезно думаю, не сошли ли с ума все немецкие владыки? Может быть, это массовый психоз: до того все, что они делают, бессмысленно, ужасно, дико, непостижимо нормальному человеку. Сама идея уничтожения всех евреев в Европе и во всем мире является каким-то бредом, слабоумием, ведь евреи до фашизма врагами немцев никогда не были. Я думаю, что задачей психиатров и историков будет проследить причины проявления, начало и развитие душевной болезни Гитлера и массового заражения ею части (далеко не всего) немецкого народа (выделено мной. - Ю.Р.)".

"Заходила сегодня к двум юристам, которых считала гуманистами и к одному старому врачу, общественному (деятелю) с целью уговорить их организовать протест против ужасающих преследований еврейских врачей и адвокатов, ведь нельзя же молчать... Но встретила лишь равнодушие и неприязнь, безволие. У них одно желание - выжить во что бы то ни стало, подальше от погибающих... Устала я, опечалилась..."

И в заключение д-р Куторгене пишет: "Я вела дневник, чтобы сохранить в памяти ужасающие факты невиданных зверств, которых еще не знала история человечества и которыми были отмечены действия фашистов и их прислужников - националистов.

Пройдут годы, и люди не захотят уже верить, что могли совершаться такие преступления. Поэтому надо напомнить им, что ни один гуманный человек не имеет права ни забыть, ни простить такие преступления, они должны остаться живыми в памяти людей для того, чтобы никто никогда не посмел их повторить".

Это писала Е.Куторгене в Вильнюсе в сентябре 1945 года. Ее дневник - это не только правдивые, подлинные записи происходящего в годы войны, но это и призыв к борьбе с ядом национализма, шовинизма, антисемитизма, которые, увы, живут и сейчас.

Елена Куторгене умерла в 1961 году. На ее могильном камне высечены слова: "Увеличить сумму добра на Земле". Это был ее девиз. Она стремилась быть ему верной всю жизнь.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 11(267) 22 мая 2001 г.

[an error occurred while processing this directive]