Главная страница [an error occurred while processing this directive]

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 9(268) 24 апреля 2001 г.

Марина МЕДВЕДЕВА-ХАЗАНОВА (Бостон)

КТО Я?
ОТКУДА Я ПРИШЕЛ?
КУДА Я ИДУ?

Работу под таким названием я попросила написать в прошлом году тех моих студентов, для которых русский язык - родной. Было это на курсе "Российские средства массовой информации". Говорили мы обо всём: о работе сталинской пропаганды, о самиздате, о массовой культуре. Народ там был очень разный: кто-то уехал из СССР в 7-9 лет, кто-то кончил в России школу, кто-то и по сей день живёт на два дома: и здесь, и там. У меня и до этого всегда было какое-то количество русскоговорящих студентов на разных курсах. Среди них те, кто совсем не умел писать, те, кто никогда ничего не читал по-русски, и те, кто владел русским языком сносно и появлялся, чтобы получить легко хорошую оценку. За много лет я к этому привыкла и не удивлялась ничему, даже простодушному ужасу, что русский алфавит почему-то не латинский.

В этот раз было другое. Все студенты свободно говорили по-русски, а многие блестяще писали, хотя никто из них не собирался делать своей специальностью русский язык и литературу (в большинстве своём они собирались стать компьютерщиками, бизнесменами, хотя попадались философы и историки), все они интересовались происходящим в России.

Почти с самого начала пошли бурные споры: "Ну почему, почему, такой режим сложился в СССР?", "Чем объяснить повсеместный алкоголизм?", "Откуда появилась такая великая литература?" Часто после бурных дебатов я уходила озадаченная. Ну надо же, как они повернули вопрос, с какой неожиданной стороны посмотрели, как сумели отбросить то, что мне казалось абсолютно незыблемым? Меня заинтересовали эти студенты. Они показались мне намного взрослее и глубже их американских сверстников. Из разговоров я что-то узнавала об их прошлом, об опыте эмиграции и вживания в другую страну, о формировании их личности. Но больше всего меня поразило другое. Эти ребята, хотя и в разной степени, говорили о России и русской культуре не со стороны, не абстрактно, а как о чём-то их касающимся. Я никак не могла решить для себя: как могли вопреки всему, несмотря ни на что, уцелеть невидимые нити, привязывающие их сердца к России?

Конечно, они часто упоминали родителей, бабушек, дедушек как главный источник влияния на них. Но не всегда. Иногда интерес складывался в противовес семье. В конце семестра у меня родилась идея: предложить каждому из них написать о себе, отвечая на вопросы, звучащие в заглавии статьи. Хочу дать выдержки из их работ. Много. Потому что это самое интересное.

В начале одной работы: "Я считала себя русской, потому что была окружена русскоговорящими ребятами в Хьюстоне. Когда я приехала учиться в Бостон, то поняла, что в сравнении с другими русскоговорящими ребятами, которые приехали сюда учиться из России, я не русская... Я приехала в Америку, когда мне было 9 лет, и я, как и многие, забываю как правильно говорить, писать. Я также не знаю новые русские фильмы, не знаю знаменитых актёров, редко слушаю новости. Я не помню слова детских песен, с которыми выросла на Украине, не помню наизусть даже стихи Пушкина... Я чувствую отдаление от той страны, в которой родилась. Я давно гражданка другой страны..."

А вот конец той же работы: "Но настоящей американкой я себя не чувствую... Я не люблю смотреть бейсбол, не перевариваю гамбургеры, не понимаю, как можно ходить в театр в джинсах... Это всё происходит потому, что я выросла в русско-еврейской семье, меня учили любить и уважать совершенно другие вещи. Чем больше я взрослею, тем больше меня тянет к русской культуре. Меня она притягивает, как дом. Без неё я чувствую себя потерянной. Постепенно окунаясь в русскую культуру, я начинаю ощущать связь между моим прошлым и моим будущим..."

Вот вторая работа: "Я родом из места, где, как сказал писатель Приставкин в передаче "До и после", "трудно быть евреем". Но, как ни странно, хотя мои родители увезли меня с Украины ребёнком, здесь, в Америке, я чувствую своё чужеродство... Моё убеждение, что предрассудки и ненависть не знают территориальных границ. Так же, как и девушка из передачи "Взгляд", которую заключили в дом для сумасшедших, я чувствовала, что меня никто не понимал. Мои одноклассники и учительница смеялись надо мной. Девочки высмеивали мою одежду, швыряли в меня объедки... На мне лежала печать изгоя... Уже в пятом классе всё было хорошо, но в памяти навсегда осталось чувство боли и одиночества... Кто я? Легче всего мне ответить: "Человек". По возрасту и жизненному опыту я не могу принадлежать к той советской интеллигенции, которая восхищалась Окуджавой, осуждала правительство, читала запрещённую литературу и искала духовность в 60-80-е годы. Я также не чувствую себя частью третьей волны русской эмиграции - уж больно разные люди представители этой волны, и расходятся всё дальше и дальше. Американкой я себя считать не могу из-за моего грустного опыта в начальной школе... Но, может быть, в непринадлежности есть своё преимущество: ты сочувствуешь тому, кто в меньшинстве, кто "не свой", кого обижают..."

Теперь следующее сочинение: "Русский это тот, кто чувствует себя русским - независимо от фамилии, происхождения и места жительства. Русский человек считает, что Россия его родина, а бывшей родины не бывает. Среди тех, кто сейчас уезжает из России, некоторые всё ещё считают себя русскими, но есть и многие, которые сразу начинают считать себя американцами или канадцами. Так часто бывает потому, что современные русские потеряли национальное чувство, какого бы рода оно ни было: монархическое, коммунистическое или просто народное, независимо от политических убеждений".

Продолжаю. Опять цитирую - уже следующую работу: "Дружить с американскими ребятами меня не тянет. Конечно, у меня много американских знакомых. Но они не поймут, что такое сидеть весь вечер и рассказывать анекдоты, не почувствуют теплые слова песен Никитиных... С одной стороны, я обижаюсь на американцев, которые показывают в своих фильмах русских как беспомощных дураков. Но с другой стороны, я рада быть членом страны, которая всегда побеждает, даже когда побеждает страну, которую я считаю своей родиной.

Так кто же я: русская или американка? Хотя я ещё не могу ответить на этот вопрос, я могу сказать, что у меня такие же цели, как и у всех. Я хочу хорошую и счастливую жизнь..."

Не обессудьте, продолжаю. Ещё одна позиция: "Когда мои знакомые узнают, что я русская, они очень удивляются. У меня совсем нет акцента, и я не выгляжу иначе, чем американцы. И всё-таки я считаю себя русской... Нельзя прожить в другой стране 12 лет и просто забыть об этом. Причин для ностальгии у меня много. Во-первых, я совсем не хотела уезжать. Я всегда очень любила Одессу и мало чувствовала те трудности, которые создавала советская власть для моих родителей. Большинство моих воспоминаний остались положительными. Одесса навсегда останется моей родиной, я прекрасно всё помню и по ней скучаю. Во-вторых, я поддерживаю отношения с родственниками, оставшимися там, и часто их вспоминаю. В-третьих, я выросла с русскими родителями, и поэтому дома меня окружает русская культура. Мы говорим дома по-русски, у нас много русских книг, и родители пытаются сохранить во мне всё русское, так как американского и так уже много во мне и меня везде окружает..."

Поехали дальше. Комментарии потом.

"Очень сложно ответить на вопрос, что меня делает не такой, как всех американцев. Внешне никакой разницы нет. Это что-то необъяснимое внутри. Это чувство другой культуры, другой истории. Например, отношения в семье. В русской семье все намного ближе, чем в американской. В школе или на работе в Америке все сами за себя. В основном люди друг другу меньше помогают и холоднее относятся друг к другу...

У нас в Канзасе я знаю много ребят, родители которых отвергли всё русское. Большинство из них, как и я, евреи, которые испытали серьёзные проблемы на своей родине и теперь никак не могут ей простить этого. Они пытаются сразу сделаться американцами, не хотят иметь никакого отношения к России и даже к её культуре. Их дети тоже не хотят выделяться в тех местах, где иммигрантов мало. Мне обидно за тех ребят, которым родители не дают шанса сохранить своё прошлое, а тех ребят, которые сами этого не хотят, я просто не понимаю".

Хочу, чтобы вы увидели картину как можно шире. Поэтому перехожу к следующей работе: "Мои родители прошли через огромное количество жертв, чтобы сделать из меня человека. Всю мою жизнь они воспитывали во мне любопытство, вежливость, доброту, умение достигать цели и так далее. За эти уроки я в долгу перед ними на вечность... Они, безусловно, имели огромное влияние на формирование моего характера... По паспорту я американец, по месту рождения то ли русский, то ли украинец, а по религии несомненно еврей... Думаю я главным образом по-английски, хотя процесс мышления у меня более подобен мышлению российского человека... После длительного раздумья я понял, что ответа на вопрос кто я, у меня нет..."

Беру из стопки самую тоненькую.

"Я понимаю, что была бы совсем другая, если бы осталась жить в России. Одиннадцатилетнюю девочку Америка изменила абсолютно, но не дала ей то, что у неё отняла эмиграция. Чувство принадлежности к культуре совершенно неведомо мне. Я не знаю и в какой-то мере не принимаю русскую культуру. Американскую я знаю, но приминаю только частично... Я, живущая в свободной стране, всё ещё не знаю, кто я и куда иду".

Ну, теперь работа студентки с философского.

"Мне говорят, что по-русски я говорю с акцентом. За 7 лет, что я в США, я совсем забыла, как оно там. Но и Америка не стала моим домом. Я, скорее, восхищаюсь Америкой, чем люблю её. Я не русская и не американка. У меня нет дома, но мне и не нужен дом. Мой дом там, где живут люди, которых я люблю, а я хотела бы быть Гражданином Планеты. Возможно ли? Смогу ли?.. Мои моральные нормы состоят из христианской морали плюс кантовские универсальные принципы, плюс опыт прошлого, плюс мнения людей, принципы которых я принимаю".

О следующих двух работах совсем чуть-чуть.

"Сегодня в нашем мире людей разделяет почти что всё. Я чувствую в себе сильное еврейское начало, но я знаю, что я русский человек. Попытаюсь, чтобы мои отличия не разъединяли, а соединяли меня с людьми..."

Работа этого студента меня очень поразила. Он мне казался стопроцентным американцем. И недаром. С 7 по 12 класс он учился в военной академии при Вест-Пойнте. Вот что он пишет: "Постепенно я всё больше и больше становился американцем в моих взглядах на жизнь и в отношении к окружающему миру. Тем не менее, я всегда помню о моих российских корнях. Я горжусь ими и мне приятно осознавать, что мой лучший друг - русский".

А вот ещё один человечек. Весьма эмоциональный.

"Я счастлива, что наряду с языком моей жизни - английским - я приобрела и уже никогда не потеряю способности читать и понимать русскую литературу. Что может быть прекраснее, чем войти в мир творчества Пушкина, Фета, Тютчева, Блока, Толстого... Какое это счастье сопереживать вместе с писателем, чувствовать его стиль, бархат или шероховатость его строк, бережно произнося их губами, как слепой читает их руками, чувствуя вмятинки на бумаге... Я не хочу слышать такие слова, как жид или гой, и буду с пренебрежением смотреть на обоих, их произносящих".

Ещё одно, не менее эмоциональное.

"Я не люблю Россию, да и за что её любить? Я не верю, что там когда-нибудь будет хорошо. Мне кажется, как бы глупо и помпезно это ни звучало, что она проклята, потому что ничего хорошего не может быть в стране, которая веками творила только преступления... Единственное светлое событие в истории России был Горбачёв, но его цинично и жестоко убрали, ругая за развал и неспособность управлять страной. И никто не поблагодарил его за то, что он сделал... Я не люблю русских, потому что их не за что любить, и не хочу называться русской, как это принято здесь в Америке".

У той же студентки через пару страниц: "Но несмотря ни на что меня тянет обратно. Не только из-за того, что у меня там близкие люди. Каждый раз по дороге из аэропорта, по дороге, на которой я знаю каждый дом, я счастлива, и чувствую, что вернулась домой. Я скучаю по Питеру, и, наверное, он навсегда останется для меня домом..."

А вот её земляк.

"За 5 лет в Америке я сменил много кругов и всё никак не могу найти людей, похожих не тех, кого я оставил в Питере. Какие-то здесь все другие. Не знаю почему, все русские в большинстве своём продолжают общаться с русскими... Наверное, в глубине души я люблю и ненавижу Россию. Ненавижу оттого, что при моём диком желании жить там, жить по-человечески там нельзя. Меня там постоянно преследует чувство стыда. Когда я вижу на улице нищих, бездомных с несчастными глазами, я хочу спрятаться, исчезнуть, не быть".

Но вот мы подошли и к последней работе. Я не раскладывала их ни в каком определённом порядке. Порядок случайный.

"Я с ужасом думаю о себе, как о дочке эмигрантов, которая физически в Америке, а душевно и эмоционально - всё ещё на самолёте между двумя континентами. Человек без земли, народа и культуры не является человеком. Это призрак, который ищет соединения с чем-то... У музыкальной группы "Ноль" есть такая песня:

Как ненавижу, так и люблю
Свою Родину
И удивляться здесь, право,
Tоварищи, нечему.
Такая она уж слепая, глухая уродина,
Ну а любить-то мне больше и нечего.

Россия, которую я потеряла, это та самая "слепая, глухая уродина", которой мне не хватает. Америка не смогла и, наверное, никогда не сможет заменить мне то, о чём поёт солист группы "Ноль": чувства принадлежности к чему-то..."

Я не меняла ни одного слова в приведенных выше цитатах, хотя, конечно, вырывала из контекста. О контексте знает любая эмигрантская семья - он в общем один. Кто же они, наши дети и внуки?

На мой взгляд, они люди независимые, свободные и раскованные. За их спиной не стоит идеологический секретарь, и они не будут писать разные разности, чтобы угодить учителю. Да, у них нет ответа на многие вопросы. А есть ли они у нас? Но наши дети думают, ищут и не отказываются от прошлого. Им не было легко и, может быть, никогда и не будет. Опыт эмиграции заставил их повзрослеть быстрее. Они острее воспринимают одиночество, и им никогда не уйти от "проклятых русских вопросов", по крайней мере от одного: "Кто виноват, что так получилось?", а со вторым: "Что делать?" они более или менее справились. Они серьёзно занимаются. Хотят стать профессионалами, иметь семью, дом, друзей и быть нужными им всем.

То, что почти никто из них не назвал себя американцем, меня не удивляет. На то она и Америка, что позволяет каждому оставаться самим собой. Скорее меня поражает другое: что же это за страна такая Россия, которая даже людям, уехавшим из неё в 7-11 лет, не даёт от неё "отвязаться"? В всё больше и больше склоняюсь к мысли о том, что им и не надо "отвязываться". Быть человеком двух культур гораздо интереснее, чем одной, даже если иногда в их отношении любовь перемешивается с ненавистью. Дети этих двух культур, я надеюсь, будут нужны и милы обеим странам. Нам же, поглядывая на них из прекрасного далёка, останется только радоваться.

Главная страница | Архив | Содержание номера

Номер 9(268) 24 апреля 2001 г.

[an error occurred while processing this directive]