Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #5(264), 27 февраля 2001

Ванкарем НИКИФОРОВИЧ (Чикаго)

ОН РИСОВАЛ АННУ АХМАТОВУ.

О, не вздыхайте обо мне,
Печаль преступна и напрасна,
Я здесь, на сером полотне,
Возникла странно и неясно...

Анна Ахматова.

Портреты и человеческие фигуры, выполненные акварелью, - жанр в изобразительном искусстве чрезвычайно трудный, требующий определенного уровня мастерства, совершенного владения техникой. Уже многие десятилетия, на протяжении всей своей творческой жизни успешно работает в этом жанре живущий сегодня в Чикаго художник Моисей Лянглебен. Привлекает внимание самобытный подход художника к созданию именно психологического портрета, его стремление подчеркнуть основные черты, индивидуальную сущность того или иного персонажа. Причем именно акварелью, без предварительных карандашных набросков или эскизов.

Моисей Лянглебен.
Портрет Анны Ахматовой.

С огромной теплотой и любовью рисует Моисей Лянглебен самых простых, заурядных людей (акварели "Бабушка", "Пожилой крестьянин", "Девочка" и другие). В этих акварелях мы видим и индивидуальное своеобразие каждого натурного персонажа, и заинтересованное авторское отношение к нему. А вот акварель "Чистка лука"; она написана только одной черной краской, но сколько оттеночных градаций в этом черном, как хорошо передает художник и объемность натуры, и характер персонажа в немного сдержанной манере...

Моисей Лянглебен в бывшем Союзе был довольно известным художником, его картины на выставках пользовались успехом. Сегодня работы Ланглебяна находятся во многих известных российских музеях, в том числе и в Третьяковской галерее. Критики называли его манеру импрессионистской. Но в его портретах и фигурах людей главное - не просто остановленное мгновение, поза, жест, то или иное выражение лица. За всем этим скрыта и индивидуальность самого автора, его взгляд на натуру. Это достигается чрезвычайно удачным, на наш взгляд, соединением графичности и живописности стиля в творческой манере Моисея Лянглебена, синтезом рисунка с живописью акварелью. Причем художник работает в основном кистью, акварельными красками, иногда пастелью.

В "Портрете Людмилы Калнынь" привлекает удивительная гармония цветовой гаммы с эмоциональным состоянием персонажа, переживающим что-то свое, личное. И одновременно в этой работе - изящная графичность, где и удивительно мягкие линии, и тонко выполненное зеркальное отображение. Лиризм, мягкость, стремление понять персонаж, подчеркнуть в нем что-то важное, главное характерны для таких выразительных работ Моисея Лянглебена как "Портрет матери", "Регина", "Елена", "Портрет художника Михаила Иванова" и других.

Как художник Моисей Лянглебен предельно реален, объективен. И одновременно именно образным осмыслением, подтекстом он иногда очень удачно, как например, в "Портрете матери" передает свое эмоциональное отношение к натуре, и это вызывает у нас, зрителей, чувство понимания и сопереживания.

В последние годы Моисей Лянглебен увлечен не так конкретным портретом, как обобщенным, если можно так сказать, изображением человеческой натуры. Лица и фигуры интересуют художника с точки зрения пластики, красоты линий и цвета, гармонии в определенной среде. Эти работы очаровывают виртуозным использованием акварельных или пастельных красок - мягкий объемный рисунок, полутона, тонкая перекличка и гармония цветового сочетания... Характерны с этой точки зрения его акварели "Модель в голубой комнате", "Лорена", "Раздевающаяся модель", "Голова мужчины" и многие другие.

Очень интересны и чисто графические работы художника. Например, в литографии "Портрет художника Зиновия Толкачева" привлекает мягкая моделировка объемов, мастерски выполненная штриховка, изящество тонких и крупных линий, градация оттенков черного... И, конечно же, тонкий психологизм в трактовке персонажа, его взгляд, в котором - немой вопрос, обращенный прямо к нам через годы и десятилетия.

Моисей Лянглебен.
Портрет Виктора Шкловского.

Моисей Лянглебен рисовал Виктора Шкловского, Эммануила Казакевича, Всеволода Иванова, Льва Славина, Николаса Гильена, Сергея Смирнова, Александра Крона, многих других известных писателей, художников, артистов... Но одно из высших достижений художника в графике - это его портреты замечательной русской поэтессы Анны Ахматовой. Моисей Лянглебен был последним художником, рисовавшим Анну Ахматову при жизни. На четырех выполненных тогда портретах она оставила свои автографы. Известно, что Ахматова подписывала только те портреты, которые ей нравились.

Мы попросили Моисея Лянглебена рассказать, как он познакомился с Анной Ахматовой.

- Я с давних лет дружу с замечательным московским художником Михаилом Ивановым, певцом старой Москвы. Он, к сожалению, недавно скоропостижно скончался, собираясь на этюд; последнее письмо я получил от него, когда уже знал, что он умер. Его портрет есть в моей экспозиции. Когда он узнал, что у меня будет эта выставка, он постарался прислать сюда многие мои работы, - я ведь приехал в Америку в 1991 году совсем без них. Михаил Иванов - сын Исаака Бабеля, но усыновил его известный писатель Всеволод Иванов, когда Михаил был еще совсем младенцем. Михаил знал, что он сын Бабеля, но всю жизнь ощущал себя сыном именно Всеволода Иванова. Так вот, я познакомился с Михаилом Ивановым в 1947 году, мы учились вместе в художественном институте. Я стал тогда часто бывать у них в доме. К Всеволоду Иванову всегда приходила масса людей, известных и в литературе, и в искусстве. В 1963 году я там у них и познакомился с Анной Ахматовой.

Моисей Лянглебен.
Портрет матери.

Михаил, который часто подавал мне всякие идеи, сказал тогда: нарисуй Анну Ахматову. А как? Я тогда не знал, как и спросить, смелости не хватало. Михаил сказал об этом своему брату, Иванову Вячеславу Всеволодовичу, известному ученому-лингвисту, тот представил меня Ахматовой. И в ответ на мою просьбу она, к моему удивлению, сразу же сказала: "Давайте". Я попросил телефон, она тогда жила на квартире у профессора МГУ А.В.Западова. Я немного оробел, потому что мне вдруг показалось, что для такой работы я не очень подготовлен. Но в душе надеялся, что я позвоню, и она скажет: ну, приходите через несколько дней. И когда я позвонил, напомнил о нашем разговоре и спросил, когда же можно приехать, она сказала: "Сейчас".

Я быстренько собрал все принадлежности и поехал. Анна Андреевна сразу предупредила, что долго позировать не может. Она к тому времени уже перенесла два инфаркта, сказала: ну, максимум - час. Я нарисовал тогда портрет, он сразу же пошел в Манеж на выставку московских художников, а потом его приобрел Государственный исторический музей.

У меня постоянно такое ощущение: когда видишь модель, она всегда кажется ярче, чем любое ее изображение. Я спросил в тот первый сеанс, могу ли я еще ее порисовать. Анна Андреевна ответила: "Давайте". И так продолжалось еще несколько раз, всего у нас было, наверно, пять таких встреч-сеансов, а может, и больше. Когда она была больна, я тоже приезжал на короткое время, тогда она жила у Маргариты Алигер, и делал зарисовки. На четырех из пяти нарисованных мною ее портретов она оставила свои автографы. Потом, после ее смерти, на основе своих натурных рисунков я сделал еще несколько ее портретных литографий. Большой портрет Ахматовой, который представлен на этой выставке, - это повторение, правда, очень близкое к оригиналу, а оригинал находится в Государственном литературном музее России.

В прошлом году Моисею Лянглебену исполнилось семьдесят лет. У уроженца белорусских Климович за спиной - большая нелегкая жизнь, война, учеба в Московском художественном институте имени Сурикова, поиски своей индивидуальности, постоянная работа в излюбленном жанре портрета и не только в нем, встречи со многими интересными людьми... И особенно приятно, что и здесь, в эмиграции, он продолжает плодотворно работать как художник, раскрывая новые грани своего таланта.

Содержание номера Архив Главная страница