Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #23(256), 7 ноября 2000

Людмила ВАЙНЕР (Чикаго)

ТРИ ХУДОЖНИКА

Почему-то так случилось, что жители Союза мало были знакомы с культурой и искусством своего соседа - Польши. Слушали, конечно ноктюрны, мазурки Шопена, изредка где-то ставилась опера Монюшки "Галька", знали, что был такой поэт Мицкевич, в официальной истории упоминалась картина Яна Матейки "Битва под Грюнвальдом" - и не столько из-за ее художественных достоинств, сколько из-за того, что под этим Грюнвальдом немцы в 1410 г. потерпели поражение.

Поляков "не сильно любили", что определялось российским долгим недружественным отношением к их стране - тут и три раздела Польши, и "Иван Сусанин ("куда ты завел нас, не видно ни зги, - Сусанину громко вскричали враги"). Во многих произведениях русской художественной литературы поляки изображались коварными, вероломными "задирающими нос" (вспомним хотя бы Достоевского), да ведь и мы пели: "Помнят псы-атаманы, помнят польские паны конармейские наши штыки".

Советские граждане по книгам, музеям, лекциям знали художников Италии, Франции, Голландии, даже японцем Хокусаи любовались на выставке, а вот изобразительное искусство Польши оставалось неизвестным.

И поэтому стоит, восполняя этот пробел, рассказать о трех больших польских художниках XIX и XX веков. Это Юлиуш, Войцех и Ежи Коссак. Да, все трое носили одну фамилию, все трое были потомками старинного польского рода Коссаков, имевшего в своем гербе черного дрозда, который по-польски "kos".

Старший из них, Юлиуш, родился в начале XIX века в обедневшей шляхетской семье и с детства выказывал способности к рисованию. Художественному мастерству он учился сначала в Париже, затем в Мюнхене, после чего вернулся в Польшу и жил в Кракове, в доме-вилле, получившей название Коссакувка. Главными темами его картин служили батальные сцены из давней истории Польши, было у него много и жанровых зарисовок на фоне "чрезвычайно польской" природы - крепкие усатые паны в кунтушах, девушки в венках из полевых цветов. Встречались и украинские пейзажи, которые он рисовал, будучи гостем подольского магната; любил он охотничьи сцены и коней - гнедых, каурых, соловых, всяких. Он продолжал живописные традиции польских баталистов, таких как Александр Орловский, упоминаемый Пушкиным в "руслане и Людмиле":

...Бери свой быстрый карандаш,

Рисуй, Орловский, ночь и сечу!

Начинал Юлиуш как акварелист, но позже рисовал и маслом. Все, что он изображал, "дышало" польскими традициями, смотрелось ярко и реалистично, к чему иногда примешивался легкий юмор: стоит хотя бы посмотреть на один из заказных портретов - прекрасный вороной конь, и на нем толстенький, румяный, с пышными бакенбардами и в цилиндре, всадник. Иллюстрировал он и книги (трилогию классика Сенкевича). Больше других известна его картина "Въезд посла Фредры в Стамбул в 1500 г.". Живя в Париже, он, эпикуреец и гуляка, подружился со многими художниками тамошней польской колонии и художниками французскими, один из которых, баталист Орас Верне, даже стал крестным отцом его сына Войцеха, родившегося в 1856 г. Может, где-то на небесах это и предопределило будущую судьбу Войцеха Коссака, которому суждено было стать одним из выдающихся польских (да и мировых) художников-баталистов.

Войцех вырос в интеллектуальной, теплой и слегка богемной атмосфере краковской Коссакувки. Наверху располагалась мастерская отца, в доме часто собирались краковские писатели и художники. Он с детства впитывал своеобычность национальной культуры и интерес к польской истории. Войцех получил солидное образование как художник, учась сначала в Кракове, затем в Мюнхене и Париже. Принадлежал он к реалистической школе, дополненной (и украшенной) чисто польским романтизмом. В отличие от отца, рисовал только маслом, иногда - в мастерской, а иногда и "на пленэре". Большинство его картин - это батальные сцены: восстание Костюшко, наполеоновские походы (Польша воспринимала Наполеона как освободителя от угнетателей-русских), декабрьское восстание (против русского царя).

В молодости Войцех год прослужил в уланском полку, а уже в зрелом возрасте участвовал в 1-й мировой войне, служа сначала в австро-венгерской армии, а затем в польских легионах, что помогло ему создать ряд батальных полотен. Он был энтузиастом и активным исполнителем (вместе с художником Яном Стыкой) трех военных панорам. Разъясню для молодых: панорамы - это громадные полотна-картины, дополненные на переднем плане, для большей достоверности, объемными предметами местности, фигурами и военным реквизитом, что в то "докиношное" и "дотелевизионное" время воспринималось очень живо, особенно когда панораму исполняли художники-мастера.

Первая из них, панорама "Рацлавице", много лет выставлялась в специальном павильоне в Львове, на ней изображалась битва повстанцев-костюшковцев с русской армией генерала Толмазова. На второй панораме, "Березине", отступало наполеоновское войско. "Березину" демонстрировали во многих европейских столицах, побывала она также в Киеве и Москве. Третья панорама посвящалась египетскому походу Наполеона. Впоследствии эти панорамы были разрезаны на части, которые после небольшой авторской доработки превратились в картины с отдельными сценами этих сражений.

Немного особняком в творчестве Войцеха стоят картины "Черкесы на Краковском предместье" и "Кровавая неделя". На написание первой его толкнуло воспоминание детских лет, когда в Варшаве он видел подобную расправу сам; другая же отображала январские события 1905 году в Петербурге. Следует отметить, что "Кровавую неделю" Войцех создал вскоре, по горячим следам (а не после Октябрьской революции, как "некоторые"), и в ней художник солидаризовался с русским народом, против ненавистной этому народу - и ему, поляку - царской власти.

Войцех Коссак много ездил по белу свету. Он рисовал портреты разных знаменитостей, красивых дам, рисовал охоту при дворе императора Франца Иосифа. Много раз он награждался золотыми медалями на больших выставках.

Войцех Коссак "Сестра милосердия на боевых позициях под Варшавой" (1910 г.)

Войцех приветствовал образование долгожданного польского государства. Но оно было разорено многими годами войны, и ему пришлось ездить по городкам и поместьям, рисуя для заработка многочисленных "Уланов на коне" и портреты состоятельных людей. С какой радостью он принял в начале 30-х заказ на выполнение ряда батальных картин для военного раздела Государственного музея в Варшаве! Он говорил, что согласился бы их рисовать и без вознаграждения. К этому времени относятся его портреты маршала Пилсудского и триптих "Видение польского войска": маршал на коне стоит на пригорке и "внутренним взором" как бы видит перед собой польское войско - пехота в конфедератках, артиллерия на конной тяге, конники с поднятыми саблями, стремящиеся на битву - все поднимало польский дух и говорило о будущих победах...

Войцех Коссак несколько раз побывал в Соединенных Штатах, где много рисовал по заказам, в том числе выполнил два портрета генерала Першинга. Он принял участие в выставке 1927 г. в Баффало. Тут нужно добавить, что у него был не только талант художника, но и талант привносить в свое окружение радость жизни. Вот как писала о нем младшая дочь Магдалена в своем полуромане, полубиографии "Мария и Магдалена":

"Кто еще обладал его очарованием, остроумием и искрящимся умом? Кто мог с таким шиком и элегантностью носить и фрак, и измазанную в красках старую куртку, и шляпу, браво сдвинутую набок? Кто мог со вкусом и блеском в глазах представлять дочкам явления жизни, словно изысканные закуски на большом блюде? "Мои драгоценные, - говаривал он, - хватит болтать, посмотрите-ка лучше на эти заснеженные вершины Татр!" Но это могли быть и не величественные горы, а просто дремлющая на солнцепеке собака или два воробья, дерущиеся из-за куска булки... К тому же, он был живой энциклопедией и имел великолепную память. Когда вдруг требовалось уточнить историческую дату или узнать, что еще сочинил писатель, который нас заинтересовал, то не нужно было заглядывать в справочник Ларусса, а только сбегать наверх к отцу".

У Войцеха было две дочери и сын; семейную талантливость унаследовали и они. Старшая, Лилька - это поэтесса Мария Павликовская-Ясноржевская, поэтесса круга Тувима, Лехоня, Стаффа и Слонимского. Ее поэзию можно сравнить с поэзией ранней Ахматовой. Вторая дочь стала писателем-сатириком, чьими пародиями и сценками зачитывалась вся интеллектуальная Польша (писала она под псевдонимом "Магдалена Самозванец"). В 20-м году можно было видеть Войцеха и его дочь Магдалену на забавном представлении - польской "шопке", где действовали "куклы" современных знаменитостей, и среди этих кукол был усатый шикарный красавец, который грассировал точно так же, как и сам Войцех, и кукла-Магдалена в песочного цвета костюмчике, в таком же, как и ее "оригинал", сидевший в первом ряду. Над их остроумным диалогом "рыдал от смеха" весь зал. (Виктор Шендерович со своими "Куклами" появился на московской сцене лет этак через 70).

Войцех Коссак "Дочери" (1906 г.)

Среди художественного наследства Войцеха есть также прекрасные портреты его жены Марии и дочерей. Умер он в 1942 году. Стоит еще упомянуть, что он отказался делать портрет немецкого оккупационного генерал-губернатора Франка.

Художником-баталистом стал и его сын Ежи. Впервые Ежи Коссак показал свои работы на выставке в 1911 г., когда ему было 20 лет. Варшавская пресса отозвалась тогда статьей "Наследие таланта и третий Коссак". Ряд его картин тоже был посвящен наполеоновским походам ("Горящая Москва", "Битва под пирамидами"), но были и другие. Он, большой польский патриот, как и его отец, отображал современные ему польские победы: разгром армии Тухачевского при его наступлении на Варшаву - "Чудо над Вислой", схватку с конармией Буденного - "Сражение подо Львовом, 1920 г.". Были и еще картины, где поляки побеждали своего врага - русских, теперь уже не "царских", а большевистских; нужно ли добавлять, что о существовании этих картин (и самого художника) советскому человеку не было известно ничего. Рисовал Ежи и разные народные сценки, и хватских уланов с красивыми девушками, благодаря чему, а также множеству репродукций и почтовых открыток он был очень популярен и любим в Польше в довоенные годы.

Где можно видеть произведения этих трех мастеров? Большинство их картин находится в музеях Польши. Есть они, особенно "Войцехи", в музеях Парижа, Берлина и Вены. Есть картины в частном владении, как в Польше, так и за ее границей. В Советском Союзе (насколько я знаю) картины Войцеха и акварели Юлиуша были в картинной галерее Львова, а в Москве, в Музее революции, демонстрировалось "Кровавое воскресенье", но картина воспринималась посетителями лишь как надоевший иллюстративный материал к "истории революции" (не там бы ей висеть, не там...).

В Америке тоже есть работы Коссаков: кроме картин, находящихся в частном владении (в основном, у американцев польского происхождения), в музее в Вашингтоне находится один из портретов генерала Першинга, а в чикагском польском музее есть акварели Юлиуша и "Черкесы на Краковском предместье" Войцеха.

Кто хотел бы ближе познакомиться с творчеством этих интересных художников, пусть возьмет в библиотеке толстую книгу Казимежа Ольшаньского "Необычайный род Коссаков" ("Niepospolity rod Kossakow"). Можно листать ее и долго рассматривать великолепные цветные репродукции, а подписи к ним, хоть и на польском, все равно будут понятны.


Содержание номера Архив Главная страница