Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #23(256), 7 ноября 2000

Виталий СКУРАТОВСКИЙ (Хамельн, Германия)

МАСКИ БЕЗ МАСОК

Кто из нас хотя бы раз в своей жизни не использовал маску - в прямом, а не переносном смысле этого слова? Я не имею здесь в виду маску косметическую для улучшения кожи лица, маску медицинскую, накладываемую на лицо больного для ингаляции наркоза или какого-нибудь лекарства, и маску - слепок из гипса или других материалов, снятый с лица умершего. Речь идет только о маске - накладке с каким-либо изображением (человеческой физиономии, звериной морды, головы мифического существа). На праздниках в детском саду, на школьных вечерах, карнавалах и маскарадах - везде маски являются непременным атрибутом розыгрышей, развлечения и веселья. Маски вошли в употребление в различных видах театра, например, в античном, индонезийском, итальянской комедии масок и т.п.

Но развлекательную роль маски играли не всегда. Во всех примитивных религиях считалось, что то или другое божество живет также в изображающей его священной маске. Носитель такой маски был как бы одержим этим божеством. Он был - по меньшей мере, во время священнодействия - тем богом или же соответственно той богиней, чью маску он носил.

В пещерной живописи времен палеолита, в египетских рисунках и барельефах божественные существа представлены в виде людей с масками, изображающими морды животных, часто священных, т.е. почитаемых и являющихся воплощением богов. В наше время подобное сакральное значение маски еще имеют у некоторых африканских, меланезийских народов и у аборигенов Австралии. Знахарь в маске льва, например, не играет льва, а верит, что он на самом деле является львом, т.е. идентичен этому зверю. В дохристианской Европе тот, кто надевал маску или головной убор бога (богини), представлял для окружающих соответственно бога или богиню. В христианской же Европе подобный человек считался одержимым дьяволом.

Слово "маска" есть во многих индоевропейских языках и восходит к шумерскому или аккадскому слову "маским", означающему духов нижних сфер или духов предков. Средневековые маги-суфисты (приверженцы исламского мистического движения) носили маски духов и назывались "маскхара" (ночной дух или фанатик, бодрствующий по ночам), откуда, вероятно, и произошло французское слово "masque", означавшее вначале накладку на лицо, применяемую во время мистерий (таинств или действий, посвященных богам).

Скандинавское слово, обозначающее маску - grim - перешло, правда, несколько видоизменив свое первоначальное значение, и в другие языки. Во многих сагах (скандинавских сказаниях о богах и героях) маска заменялась магическим шлемом, который - согласно поверьям - давал возможность людям проникать в мир духов. Богиня мира мертвых Хель снабжала подобным шлемом своих любимых героев, которые, надев его, становились невидимыми и не только могли войти в розовый сад рая, как если бы они были мертвыми, но и вернуться из него живыми на землю. Носитель такого шлема становился Властелином Мертвых и мог управлять собственной реинкарнацией, т.е. возвращением к новой жизни после смерти. Иногда эти шлемы делались из собачьей шерсти, т.к. считалось, что именно собаки были животными, посвященными богине смерти.

Во Франции в разного рода мистериях и карнавалах обязательно принимал участие ряженый в маске, носящий имя "Властелин Смерти", - Macabre, или, иначе, "Свирепый Жнец". Этот "Жнец" использовал свою косу для косьбы человеческих душ. Он танцевал во время мистерий и народных праздников так называемый "танец мертвых". (Вспомните многочисленные картины самых разных художников на эту тему!) Как и танцующий бог Шива в индийских религиозных изображениях, "Властелин Смерти" напоминал публике о том, что танец жизни является одновременно и танцем смерти и что оба этих танца взаимосвязаны и не могут существовать один без другого. В тибетских мистериях смерть также представлена в виде человека с маской, изображающей череп, и в одеянии, на котором нарисован человеческий скелет.

Божества Египта и Среднего Востока, имеющие, как представлялось, тело человека и голову животного, воплотились в Европе в средневековых мистериях по-новому. В этих мистериях танцоры носили маски в виде голов принесенных в жертву животных и соответствующие одеяния. Здесь можно, наверное, говорить о пережитках праздников времен года, связанных с галльскими или другими богами. Эти боги очень часто представлялись не в человеческом облике, а в виде животных.

Применение ритуальных масок вообще связано с культом предков, животных, тотемистическими представлениями и т.п. Надевший маску сам как бы перевоплощается в то существо, которое она изображает. Нередко (например, у народов Меланезии, Африки, Америки) ритуальные маски до сих пор являются принадлежностью тайных союзов и используются при посвящении юношей, военных набегах, отправлении правосудия и т.п. И в настоящее время маски широко используются шаманами при их камлании (особых ритуальных действиях в состоянии экстаза), при котором шаманы - как верят приверженцы шаманизма - общаются с духами, лечат больных и гадают.

Языческий обычай употреблять маски во время религиозных и других праздников сохранился в Западной Европе до сих пор. Церковь фактически капитулировала перед таким карнавальным обычаем, и это после того, как она в течение многих столетий объявляла сам карнавал и многие его атрибуты вне закона. Теперь на карнавале церковь разрешает носить маски. Но слово "maska" остается, тем не менее, и по сей день одним из официальных церковных обозначений ведьмовства.

В XX веке, правда, религиозная нетерпимость почти исчезла, жизнь стала, можно сказать, лучше и веселее, и теперь никто, даже самый строгий церковнослужитель, не станет отождествлять с ведьмой даже ту женщину, которая на карнавале - например, в Венеции или Рио-де-Жанейро - носит маску ведьмы. Бояться людям нужно не тех масок, которые для веселья надевают на праздник, а тех, которые придают своим лицам разного рода мошенники (в том числе, и политические), пытаясь уверить других, что черное - это белое и наоборот.


Содержание номера Архив Главная страница