Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" №22(255), 24 октября 2000

Спасибо, «Вестник»!

Теперь я верю, что в жизни все–таки бывают чудеса. В №18 вашего журнала было напечатано мое письмо, в котором я рассказывала о славной женщине–сибирячке Галине Грачевой, которая жила в Киеве и работала одно время вместе о мной. Я уехала в Америку и потеряла ее. Пыталась искать ее через киевское адресное бюро. Там мне ответили, что в городе она более не проживает. Тогда–то я и решила написать в «Вестник» — вдруг кто–то знает Галю и сообщит мне.

И вот 23 сентября в моем доме раздался телефонный звонок. Трудно было поверить, но это звонила она, Галя Грачева! Как я и надеялась, кто–то из ее друзей прочитал в журнале мое письмо, через вашу редакцию разыскал номер моего телефона и передал его Гале.

Что же с ней произошло? Она со своим мужем Фимой и детьми живет теперь в Израиле, куда в начале 70–х годов уехал его брат с семьей. Фима работает. Девочки тоже. У них уже есть внук.

И мы теперь обязательно встретимся, вспомним былые годы.

Спасибо вам большое за доброе дело.

С уважением, Долорес Салганик (Иллинойс)

БОЗВРАЩАЯСЬ К НАПЕЧАТАННОМУ...

Уважаемая редакция журнала «Вестник»!

Хотелось бы ответить несколько слов «взорвавшейся», по ее словам, г–же Мельниковой, которая бросилась на защиту горячо любимого ею г–на Познера. Действительно, он «талантливый, умный, интеллигентный журналист» (цитата из письма г–жи Мельниковой). Да, все это так. Именно поэтому он и был чрезвычайно опасен, что он изумительно талантливо лгал и поливал грязью страну, которая дала ему «язык и колоссальный багаж знаний» (цитата оттуда же). Странно, что г–жа Мельникова все–таки не поверила своему любимцу, который так красочно и тонко живописал ужасы загнивающего капитализма и прелести казарменного социализма, и покинула Россию, очевидно, желая самолично познакомиться со страной, взрастившей столь обаятельного мерзавца, г–на Познера.

Воистину ум человеческий ограничен возможностями познания, глупость же человеческая безгранична…

С совершеннейшим почтением и уважением

Стелла Володарская (Нью–Йорк)

 

3дравствуйте, г–н Фрумкин!

Здравствуйте, уважаемая редакция!

В очередном номере «Вестника» я наткнулся на письмо А.Мельниковой, а также прочел Ваш деликатный ответ на него. Я увидел, что Вас не только благодарят, но и заваливают бранным мусором. Я пишу Вам это письмо, чтобы присоединиться к потоку благодарных писем.

Несколько лет тому назад я выразил свое признание Вам и другим активистам–евреям в США, благодаря которым я получил возможность вырваться из империи зла после 16 лет отказа и борьбы за выезд всех желающих эмигрировать.

Теперь, в Америке, я с ужасом слышу почти от всех иммигрантов, что для получения въездных виз в США они писали ''легенды» в американских консульствах.Они жалуются, что не могут забыть свою Родину, что им противна американская еда. На мой призыв послать в Израиль, как сделал я сам, пожертвования на мемориал первым активистам борьбы за выезд из СССР не откликнулся почти никто.

На прошлой неделе я работал вместе с несколькими молодыми, бывшими советскими, евреями, которые, приехав в США, пошли служить в американские вооруженные силы. Один из них в первый же день ошарашил меня: «Чего это вы называете СССР концлагерем? Россия ничем не хуже Америки. Все стремятся подмять весь мир под свое влияние. Весь Запад — на побегушках у Америки». Он рассуждал о том, что «Андропов был отличный мужик, порядок наводил, а вот Горбачев — сволочь: такую державу развалил». А когда он служил в Боснии командиром (!) подразделения миротворческих войск США, то так говорил своим солдатам: «Зачем, как вы думаете, нас сюда послали? Вы думаете, чтобы защитить албанцев? Глупости! Мы здесь затем, чтобы распространить свое влияние».

А через несколько дней другой 20-летний сержант американской армии — тоже бывший советский еврей — говорит мне, что, когда он в прошлом году посетил Украину, откуда он эмигрировал несколько лет назад, то был просто счастлив: «Что же я могу сказать плохого про Украину? Я там родился, она для меня — Родина. Я там снова почувствовал себя на своей земле. Мы на Украине никогда не испытывали никакого антисемитизма. Мой отец был заведующим магазином, а его друг — заместителем директора завода. И в правительстве было много евреев. И вот Кобзон, пожалуйста. Что, разве его дискриминируют?»

…В СССР мне пару раз говорили русские: «Ты хоть и вашей национальности, но хороший человек». На что я отвечал: «Спасибо. Ты тоже, хоть и русский, но хороший человек».

Я рвался из СССР, потому что не мог вынести унижения как еврей и как человек. Не надо быть великим писателем или музыкантом, чтобы не позволять себя унижать. Телевизионную программу «Время» я называл дезинформационной программой «Время», Андропова — «Гестаповым», а СССР — самым большим концлагерем на планете. Я, правда, не делал это в форме публичных заявлений, подобных заявлениям украинского писателя Гелия Снегирева (он написал роман–протест «Патроны для расстрела»), насмерть замученного за это украинским КГБ в 1980 г., или бранным заявлениям кинорежиссера Параджанова, замученного другим отделом КГБ. Вместо этого я несколько лет (после ареста Анатолия Щаранского) устраивал пресс–конференции в Москве для западных журналистов, которым мы предоставляли факты советских беззаконий, передавал в UCSJ в США и «группе 35» в Лондон списки желающих выехать, жалобы на преследования, собирал жалобы от отказников по всей стране. В 1979 г. от московской Хельсинской группы ездил к пятидесятникам в Находку, где их преследовали за подачу заявлений на выезд в США.

Для получения въездной визы в США я не писал «легенды» Я принес в американское консульство в Риме пачку вырезок из американских и английских газет со статьями про евреев–активистов в СССР, в которых упоминались я и моя жена, я принес копии протоколов обысков и вызовов в КГБ. Как самую дорогую награду в жизни я храню копии двух писем, написанных евреями–отказниками и правозащитниками в Москве и Ленинграде в мою защиту в 1979 г., после того, как КГБ предъявил мне письменное предупреждение по Указу ПВС.

Я благодарен правозащитникам, в благородной деятельности которых я участвовал, я благодарен Вам и другим активистам в США и других странах, которые нам помогли держать калитку открытой для сотен тысяч эмигрантов и, наконец, выехать самим. И вот здесь, в стране, которую я считаю своей, прежде всего, потому, что здесь ко мне относятся как к равному, из нескольких сот иммигрантов, с которыми я разговаривал за 12 лет жизни в США, лишь двое признают, что выехали они благодаря активистам, что выехали они из концлагеря — СССР.

Подавляющее большинство иммигрантов считают СССР своей Родиной, потому что они плоть от плоти той системы. Для них не аргумент, что талантливая сволочь Познер эффективно участвовал в оболванивании не только «советских людей», но и людей на Западе, пользуясь для этого своим прекрасным английским языком.

Я хотел бы в заключение сказать спасибо редакции журнала «Вестник» за высокое качество публикаций и интересную тематику, которая меня волнует как русскоговорящего американского еврея.

Читатель «Вестника» с 10–летним стажем,
Виктор Елистратов (Мэриленд)


Содержание номера Архив Главная страница