Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" №17(250), 15 августа 2000

Сай ФРУМКИН (Лос-Анджелес)

РАСИСТСКОЕ СИТО

В бесконечном потоке исследований, объяснений, комментариев и предсказаний я напрасно искал упоминание того, что, на мой взгляд, кажется наиболее примечательным аспектом недавних выборов президента Мексики. Наши средства массовой информации сообщили о победе демократии, прокомментировали окончание восьмидесятилетнего правления одной политической партии, рассказали необычную биографию выигравшего кандидата, отметили энтузиазм избирателей и т.д. и т.п. Но никто и нигде ни разу не обмолвился о том, что в США не могло бы быть таких выборов по определению. Никто, кроме меня, не заметил, что мы принимаем за норму то, что нельзя назвать иначе, как извращение нашей собственной политической системы.

Я желаю всего доброго вновь избранному президенту Мексики Винсенту Фоксу и хвалю его прежде всего за то, что у него хватило здравого смысла выставить на выборы свою кандидатуру именно в Мексике. Но мне грустно оттого, что он никогда не смог бы претендовать на политический пост в мексиканском районе Соединенных Штатов. В США, согласно правилам "политической корректности", Винсент Фокс по своему происхождению не может считаться чистым латиноамериканцем. Его ирландский дедушка здесь был бы классифицирован как "англосакс", и, несмотря на то, что это иммигрантам из Ирландии могло бы показаться оскорбительным. Его мать была иммигранткой из Испании - европейской страны - и, таким образом, в соответствии с той же самой гротесковой системой расовой классификации, могла бы также рассматриваться как "англосакс". У президента Мексики фамилия явно не латиноамериканская. Он - верующий христианин и член нескольких организаций, которые в Америке считались бы откровенно правыми...

В течение последних десятилетий мы разработали и приняли систему расовой классификации, которой позавидовал бы сам Гитлер. Мы, как предполагается, должны голосовать только за тех, кто относится к нашей расе. Наши кандидаты на политические посты выбираются на основе их цвета кожи, национального происхождения и этнической принадлежности, в то время как их способности, идеалы и моральные качества имеют гораздо меньшее значение. Мы требуем, чтобы отделения полиции и пожарной охраны состояли из "правильной" смеси представителей различных рас, и, поскольку считается, что белые полицейские не могут беспристрастно относиться к афроамериканцам, в "черных" районах работают преимущественно черные полицейские. Означает ли это, что в дальнейшем пожар в "черных" районах будут гасить только чернокожие пожарники, что в школах черных детей должны будут учить только черные учителя и что белым нельзя будет усыновлять черных младенцев?

Даже в тех областях, где мера успеха - личностные способности и талант, слышны расистские призывы. Активисты требуют, чтобы в киноиндустрии и на телевидении было занято гораздо большее число представителей меньшинств, под которыми однозначно понимаются только черные и латиноамериканцы, но отнюдь, к примеру, не норвежцы или рыжие, или евреи-левши, которых в здравомыслящем обществе тоже наверняка отнесли бы к "меньшинствам". Среди всех этих пересудов о дискриминации никогда не упоминают о том, что самая высокооплачиваемая ведущая программы на телевидении - это черная женщина Опра и что одними из самых любимых и высокооплачиваемых деятелей шоу-бизнеса многие десятки лет являются черные актеры Билл Косби и Вупи Голдберг. Никто не говорит о засилье чернокожих в баскетболе и не требует, чтобы в спортивные команды или в рэп-коллективы принимали больше азиатов или евреев в целях уравнения их присутствия с черными.

Всякий раз, когда я получаю анкету, где обязательно есть вопрос о моей расе, я гордо пишу "человеческая". Это, конечно, просто бравада, которая не требует большого героизма. Я ведь не прошу правительственных субсидий и не выдвигаю свою кандидатуру на политические должности. Был бы я таким же храбрым, если бы я заполнял анкеты в поисках работы в престижном университете или денежной ссуды для своего бизнеса? Честно говоря, не уверен, и мне стыдно в этом признаться.

Как же это случилось? Когда же мы утратили идеал безрасового общества и докатились до того, что нынешний президент Мексики не смог бы даже подумать о выдвижении своей кандидатуры в американском районе, где преимущественно живут мексиканцы? Разве можно от них ожидать, что они будут голосовать за кого-то с фамилией Смит или Гринберг, или Чонг, или Фокс? Конечно же нет! Им, по нашим правилам, подавай Гонзалеса или Родригеса!

Я мог бы согласиться с этим новым и специфическим расизмом (который, кстати, у нас никогда так не называется, для этого изобрели термин "разнородность" - "diversity"), если бы существовали доказательства того, что отбирать и избирать кандидатов на политические посты, исходя из их цвета кожи, лучше, нежели исходя из принципа их расового равенства. Я не вижу таких доказательств. Относятся ли черные полицейские к своим черным собратьям в Африке или на Гаити лучше и гуманнее, чем белые полицейские относятся к черным избирателям в США? Относятся ли латиноамериканские судьи и диктаторы к своим собратьям в Латинской Америке лучше и гуманнее, чем судьи других национальностей и рас относятся к латиноамериканским избирателям в США? А азиаты? А евреи? А студенты в общежитиях американских университетских городков, распределенные по спальням и клубам в соответствии с принципом "политической корректности?" Разве давным-давно, когда разделение на расы в университетах справедливо классифицировалось как проявление расизма, у студентов было меньше возможностей и профессиональных знаний? Я думаю, что нет.

Итак, я поздравляю не только Винсента Фокса, человека, которого в США считали бы "англосаксом", но и азиата Фуджимори, избранного на пост президента Перу. У нас им бы такое и не снилось. Им просто повезло, что их не пропускали через сито американских представлений о равенстве и демократии.


Содержание номера Архив Главная страница