Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #14(247), 4 июля 2000

Константин КАПИТОНОВ (Москва)

ЦЕНА УХОДА С ГОЛАНСКИХ ВЫСОТ

Договор с Сирией привлечет в Израиль толпы иностранных инвесторов, которые поднимут экономику страны на недосягаемую высоту", - утверждают сторонники соглашения. Его противники придерживаются, разумеется, другого мнения, приводя свои веские аргументы.

Проверить правоту каждой из сторон довольно легко. Достаточно проследить, как развивалось израильское хозяйство за 50 с лишним лет своего существования и как влияли на это развитие различные договоры с соседями.

Наиболее резкий подъем экономики Израиля отмечался в 1953-1965 годах. Рост валового национального продукта (ВНП) составлял в этот период 10% в год, а рост промышленного производства примерно 15%. Только Япония в те годы развивалась так же быстро. Однако этот взлет был весьма относительным. Начальные показатели были очень малы в абсолютном значении. То есть, говоря проще, Израиль начинал... с нуля.

Перед "шестидневной войной" (июнь 1967 года) относительный расцвет сменился кризисом. Например, рост в сельском хозяйстве в начале 60-х замедлился втрое по сравнению с предыдущим периодом. Причина проста: перестало хватать места. Ограничения на использование земли и водных ресурсов, которые до этого не очень стесняли развитие киббуцев и мошавов (сельскохозяйственные поселения), с ростом населения обрели вдруг решающее для отрасли значение. Для кризиса в других областях также были свои причины (внешний долг, бесконечные требования повышения заработной платы), но с ними правительству удалось справиться.

"Шестидневная война" решила проблему ресурсов - в распоряжение Израиля попали плодороднейшие земли и водные источники Голанских высот и западного берега реки Иордан. Кроме того, израильские производители получили огромный (свыше миллиона потребителей) рынок для своих товаров и услуг - арабов Иудеи, Самарии и сектора Газы. Иностранные инвесторы увидели в Израиле жизнеспособное государство, в экономику которого имеет смысл вкладывать деньги. А евреи диаспоры, поддавшись общему оптимистическому настрою, резко увеличили свои пожертвования.

Новые рынки обеспечили новый экономический взлет - ВНП в период после "шестидневной войны" увеличивался на 9% в год. Впервые за всю историю страны была зафиксирована полная занятость. Иностранные инвестиции и пожертвования позволяли правительству довольно много тратить на социальные программы, не влезая в долги и не увеличивая инфляцию, которая в этот период составляла 2% в год.

Гордость евреев всего мира за Израиль кормила страну недолго - до начала 70-х. Потом "золотой" дождь кончился - грянула война Судного дня (октябрь 1973 года), разразился нефтяной кризис. Его последствия ощущались во всем мире. Но если большинство стран оправилось от него к 1977 году, то Израиль в это время только вступал в период стагнации.

Причин, как всегда, было несколько. Во-первых, война, после которой на перевооружение армии пришлось потратить огромные средства. Во-вторых, большие расходы, связанные со стремлением правительства удовлетворить всех недовольных - как в преддверии выборов 1977 года, так и после смены власти. Ну, а в-третьих, переговоры с Египтом и, как результат, уход Израиля с Синайского полуострова.

Он стоил израильской экономике намного дороже тех 5 миллиардов долларов, которые были заплачены в виде компенсации выселенным жителям и владельцам разрушенных предприятий. Не меньший ущерб был нанесен и решением пойти на дополнительные расходы во время галопирующей инфляции. Израильтяне увидели, что стабилизация экономики и уменьшение инфляции не входят в систему приоритетов правительства, а значит, следует готовиться к еще большим скачкам цен. Что происходит в таких случаях, известно. Люди начинают лихорадочно скупать товары, цены на них тут же вырастают, и инфляция совершает новый виток. Более того, любая антиинфляционная политика израильского правительства была обречена на неудачу, ибо уже никто не верил в серьезность его намерений.

Иностранные вкладчики бежали из страны, поскольку вложения в израильскую экономику стали слишком рискованными, скачки инфляции угрожали съесть всю прибыль. Кроме того, раскол в стране по поводу ухода с Синая принял тогда очень резкие формы.

Ливанская война, начавшаяся в июне 1982 года, подлила масло в жарко пылавший огонь финансового кризиса. Экономика страны, уже истощенная после ухода с Синайского полуострова, не справлялась с бременем расходов. Внутренний долг правительства составлял 80% от ВНП, а внешний долг Израиля доходил до 120%! Страна стояла на грани банкротства.

Каким образом экономика вышла из кризиса - разговор отдельный. Немалую роль в успехе стабилизирующих мер сыграло прекращение ливанской войны и установление спокойствия на северной границе без какого-либо договора и, соответственно, без очередных расходов. Но, даже учитывая этот фактор, результаты, достигнутые с помощью программы стабилизации, настолько потрясающи, что до сих пор расцениваются экспертами экономическим чудом, хотя слово "экономическое" здесь совершенно лишнее.

Действительно, инфляция сократилась до 18% в 1989 году (с 400% в 1985-м), внешний долг в 1990 году составлял лишь 28,6% от ВНП. А главное - эти показатели продолжали улучшаться.

Рост не останавливался до 1994 года, т.е. до подписания норвежских соглашений с палестинцами. Достигнутые в Осло договоренности имели весьма серьезные последствия.

Прежде всего, значительно уменьшились возможности торговли в Иудее, Самарии и Газе, ибо после перехода части территорий под палестинский контроль безопасность израильских бизнесменов в этих районах резко снизилась. Правительство было вынуждено компенсировать бизнесменам потери. Чтобы обеспечить поддержку не особо популярного соглашения, пришлось сделать финансовые вливания и в определенные сектора общества, которые к такой практике привыкли. Неудивительно, что в 1995-1996 годах дефицит бюджета снова вырос и поднялся за пределы потолка, установленного Законом о дефиците госбюджета от 1992 года.

Не лучше обстояли дела и с иностранными инвестициями. Теракты, ставшие следствием израильско-палестинских соглашений, были восприняты в мире как свидетельство нестабильности Израиля. Вкладчики снова бежали из страны, забрав свои деньги. Дефицит внешнеторгового баланса рос до 1996 года. Только приостановка переговоров с палестинцами в 1996 году и осторожная монетарная и бюджетная политика правительства помогли переломить эту тенденцию.

Итак, нетрудно заметить, что до сих пор соглашения с арабскими соседями приводили лишь к более или менее серьезным финансовым кризисам в Израиле. Что произойдет в случае достижения мирного договора с Сирией, если он будет сопровождаться уходом с Голанских высот (а другого варианта быть не может)?

Во-первых, отступление с Голан означает для Израиля потерю земли, но главное - водных ресурсов. То есть возвращение к состоянию кризиса 60-х годов. С той лишь разницей, что теперь население еврейского государства стало в два раза больше.

Во-вторых, трансфер жителей Голанских высот, разрушение инфраструктуры и перенос военных баз обойдется Израилю, по наиболее часто встречающейся оценке экспертов, в 60 миллиардов долларов. То есть, в 12 раз больше, чем уход с Синайского полуострова, поставивший Израиль на грань краха.

В-третьих, идея ухода вызывает в обществе гораздо больший протест, нежели соглашения с палестинцами. Значит, чтобы обеспечить себе поддержку, правительству придется платить различным секторам намного более крупные "взятки", чем в 1994-1996 годах. Разумеется, с соответствующими последствиями для госбюджета. Иначе говоря, уход с Голан может нанести экономике Израиля значительно больший урон, чем все кризисы за всю его историю.


Смотри также:


Содержание номера Архив Главная страница