Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" №9(242), 25 апреля 2000

Борис ШУСТЕФ (Рочестер, Нью-Йорк)

ИЕРУСАЛИМ И ХРАМОВАЯ ГОРА

Забытые факты

Сегодня, когда Израиль и палестинские арабы готовятся скрестить шпаги в окончательной дипломатической схватке за Иерусалим, неосторожно поставленный на кон правительством Рабина, тем, кому не безразлична судьба этого самого дорогого еврейскому народу города и его самой главной еврейской святыни - Храмовой горы - стоит вспомнить несколько поучительных фактов. И не только вспомнить, но и попытаться сделать из них выводы, для того, чтобы Иерусалим навсегда остался единой и неделимой столицей еврейского государства.

Иерусалим упоминается в книгах Ветхого завета 656 раз, в то время как ни восточный, ни тем более западный Иерусалим в Коране не упоминаются ни разу. Да и само деление на восточный и западный Иерусалим исторически неверно. Существует старый город и его пригороды. Старый город, в свою очередь, разделен на четыре квартала: еврейский, мусульманский, христианский и армянский. Причем мусульманский - самый молодой по возрасту. Он был искусственно создан англичанами для политических целей, когда Англия в начале XX века отвоевала Палестину у турок.

В квартале, который Англия назвала мусульманским, "в 1914 году жило 70% евреев"1. До того, как они были оттуда изгнаны англичанами под предлогом охраны их безопасности, "1160 из 1840 жителей главной улицы квартала - улицы Халдия - были евреями. На этой улице было 22 синагоги, две иешивы и несколько еврейских общественных заведений, в том числе линотипный станок для печатания еврейско-язычных газет"1.

Сомнительно, что эти факты хорошо известны евреям как диаспоры, так и Израиля, а поэтому не стоит удивляться, что и важные моменты, связанные с самой главной еврейской святыней - Храмовой горой, для многих являются тайной за семью печатями. Поэтому не удивительно, что варварские разрушения, произведенные арабами во время строительства в районе Соломоновых конюшен на Храмовой горе в конце 1999 года, вызвали больше возмущения среди археологов, чем среди евреев.

Похоже, что даже само упоминание о Храмовой горе уже не вызывает того благоговения, которое охватывало евреев на протяжении тысячелетий, когда они молились, прося о восстановлении Храма. И поэтому никто не отреагировал, когда 9 февраля нынешнего года израильский журналист Надав Шрагай написал в газете "Хаарэц", что "Министерство безопасности... рассматривает возможность передачи Храмовой горы под контроль палестинской администрации, для включения в окончательный вариант договора с палестинскими арабами". Шрагай не был первым. Как указал в воззвании к израильским раввинам 21 декабря 1999 года член Кнессета Бенни Эвон, "израильское правительство и полиция передали [Храмовую гору] почти под полный суверенитет мусульман, которые беззастенчиво нарушают закон и несут угрозу миру, заявляя, что Храмовая гора не имеет никакой религиозной ценности для еврейского народа"2.

А ведь история Храмовой горы могла бы сложиться совсем по-другому. Конечно, сомнительно, что имя Марека Шварца о чем-либо говорит подавляющему большинству жителей Иерусалима, однако вклад именно этого человека в иерусалимскую историю был исключительно важен. Если бы он выполнил приказ Джамаля Паши, командующего турецкой армией во время первой мировой войны, судьба Иерусалима могла сложиться совершенно иначе.

Вот как описал события того времени в своей книге "Дни наших лет" известный журналист Пьер ван Паасен: "Марек Шварц командовал артиллерийской батареей, когда Джамаль Паша... был вынужден оставить святой город под натиском генерала Алленби. Шварц получил указание "разбомбить Иерусалим, превратив его в ад", как только в него войдут англичане. По личному приказу Джамаля Паши Шварц нацелил артиллерийские орудия на Мечеть Омара, причем имеющихся у него снарядов было достаточно для непрерывной 48-часовой бомбардировки. Когда Джамаль уехал в Меггидо, чтобы организовать там последний оборонительный рубеж перед Дамаском, капитан Шварц, вместо того, чтобы уничтожить Иерусалим..., перешел на сторону англичан"3.

Сегодня, когда весь мусульманский мир обвиняет евреев в осквернении мусульманских святынь, вышеприведенный факт особенно интересен, так как именно мусульманин отдал приказ о разрушении третьего по значению святого места в исламской религии, а еврей предотвратил это разрушение и тем самым сберег самую важную святыню иудаизма - Храмовую гору. Нам остается лишь гадать, какого рода строение возвышалось бы сейчас на Храмовой горе, если бы Иерусалим подвергся тогда 48-часовой бомбардировке.

К счастью или несчастью, но мусульманские святыни остались невредимыми, а евреи по-прежнему были нежеланными гостями на Храмовой горе. Только через 50 лет, 7 июня 1967 года, евреи смогли вернуться на Храмовую гору, на самое святое для еврейского народа место. Навсегда останется в нашей памяти возглас полковника Моты Гура: "Храмовая гора в наших руках. Я стою возле мечети Омара. Западная стена лишь в минуте хода".

Евреи ждали этого момента тысяча восемьсот девяносто семь лет. 16 августа 1967 года, на девятый день месяца Ав по еврейскому календарю, в день поста в знак траура в связи с разрушением храма, раввин Шломо Горен возглавил религиозную службу группы студентов иешивы на Храмовой горе, завершившуюся трубным звуком шофара. Казалось, что сбылись слова пророка: "И случится так в тот день, что раздастся трубный звук из большого рога. И они придут, те, что затерялись в землях Ассирии, и те, что были разбросаны по земле Египта. И они восславят Б-га и святую гору в Иерусалиме" (Исайя 27:13).

Увы, это была первая и единственная общая молитва евреев, вознесенная с Храмовой горы после их возвращения на это святое место. Моше Даян написал в своей автобиографии "История моей жизни", что в первую субботу утром после окончания Шестидневной войны он посетил мечеть Аль-Акса. Даян сказал встретившей его там мусульманской религиозной делегации, возглавляемой главным мусульманским судьей, шейхом Абдель Хамид Сайей, что отныне будет" неограниченный доступ евреев к комплексу Харам эш Шериф... этот комплекс был нашей Храмовой горой. Здесь в древние времена стоял наш Храм, и будет просто непостижимо, если евреи не смогут иметь возможность свободно посещать это святое место, когда Иерусалим находится под нашей властью"4.

Даян написал, что "слушатели не выразили восторга по поводу этого заявления, но понимали, что будут не в силах изменить мое решение"4. В тот момент только от Даяна зависело, сказать ли арабам, что отныне евреи будут постоянно молиться на Храмовой горе, и мусульмане смирились бы с "невозможностью изменить его решение". К сожалению для агностика Даяна, вознесение евреями молитв с Храмовой горы не представлялось важным.

Наоборот, как Даян написал в своей книге, "именно потому что эти места находились под нашим контролем, от нас зависело показать большую терпимость... Бесспорно, мы должны уважительно относиться к Храмовой горе, как к историческому месту, связанному с нашим древним прошлым, однако не следует причинять неудобства арабам, которые используют ее в той роли, какую она исполняет сегодня - являясь местом поклонения мусульман"4.

Даян ошибся, когда написал, что Храмовая гора была историческим местом, связанным с нашим древним прошлым. Храмовая гора была, есть и всегда будет самым святым местом для еврейского народа. Даже после разрушения Храма еврейское присутствие на Храмовой горе не прерывалось почти пятнадцать веков. Элиягу Таль написал в книге "Чей Иерусалим?", что "евреи были активно вовлечены в службу при мечети Омара: они отвечали за зажигание свечей, подготовку фитилей для масляных ламп и уборку святилища"1. Таль приводит потрясающий факт: оказывается, "в течение значительной части исламской истории, религиозные церемонии в мечети Омара проводились по понедельникам и четвергам [как принято в иудаизме], а не по пятницам, как принято у мусульман"1. Возможно это было связано с тем, что "с самого начала купол [позже, получивший имя мечети Омара] не строился как место для молитвы... Абд аль Малик хотел построить купол над камнем в святая святых Храма, чтобы защитить мусульман от жары и холода"1.

На самом деле, не арабы запретили евреям появлятья на Храмовой горе, а евреи запретили себе это сами. Почти до конца XV века евреи имели доступ к Храмовой горе. Карен Армстронг рассказала в книге "Иерусалим: один город, три веры", что итальянский путешественник Обадия да Бертинеро отметил, когда посетил Иерусалим в 1487 году, что "теперь евреи отказываются ступить ногой на территорию Харама [аш Шарифа]... иногда мусульмане нуждаются в осуществлении там ремонта, но евреи не соглашаются на проведение работ, ибо считают, что не обладают достаточным уровнем ритуальной чистоты"5. Стоит напомнить, что Маймонид, придерживавшийся подобных взглядов, тем не менее нашел возможность посетить Харам, когда был в Иерусалиме.

Несмотря на то, что евреи добровольно ограничили свое присутствие на Храмовой горе, мусульмане до двадцатого века не оспаривали еврейских притязаний на Иерусалим. Вот что написал в книге "Обычаи и традиции Палестины", опубликованной в 1864 году, итальянский ученый Эрметте Пиеротти, который провел много лет в Иерусалиме и служил главным архитектором при Оттоманском губернаторе Паше из Иерусалима: "8 июля 1861 года евреи ожидали со всеми формальностями губернатора Сурая Пашу и потребовали от него, чтобы он передал им ключи от Иерусалима, согласно закону, в связи со смертью одного султана и восхождением на престол другого султана. В то же время они привели в защиту своего требования столько подтверждений его справедливости, что Паша не отверг его, а обратился за консультацией к своему обычному Совету, состоявшему из муфтия, судьи и других представителей местной знати страны. Решение было в пользу израэлитов, весь Совет знал, что евреи являются древними владельцами страны. ...Саид Паша, генерал командующий войсками, ...отправился в еврейский квартал, и его ...препроводили в дом главного раввина, который встретил Пашу у порога своего дома, и при большом стечении народа Паша вручил ему ключи"6.

В течение двух тысяч лет, на земле Израиля и в изгнании, евреи всеми силами цеплялись за Иерусалим. Нехотя мусульмане и весь мир признавали, что евреи являются "древними владельцами страны". Однако после восстановления государственности евреи стали добродушны и беспечны, сами стали задувать огонь национальной жизни, который поддерживали до этого две тысячи лет.

Одно поражение следовало за другим. Сначала Израиль позволил другим странам переместить свои посольства из Иерусалима. Затем не протестовал, когда 26 июня 1991 года Бенджамин Бегин продемонстрировал перед Кнессетом карту, где были представлены все столицы стран Ближнего Востока, за исключением Иерусалима. Эта карта входила в набор документов, с которым американский госсекретарь Джеймс Бейкер прибыл в Израиль в марте 1991 года. Чуть позже Израиль позволил назвать исконно еврейские земли "оккупированными территориями".


1 Eliyahu Tal: Whose Jerusalem? Published by the International Forum for a United Jerusalem, Israel, 1994.
2 IMRA 1/12/00
3 Pierre van Paassen: "Days of Our Years". Hillman-Curl, Inc. New York,1939.
4 Мoshe Dayan: "Story of My Life". William Morrow and Company, Inc. New York,1976.
5 Karen Armstrong: "Jerusalem: One City, Three Faiths". Alfred A. Knopf, New York, 1996.
6 Ermette Pierotti, "Customs and Traditions of Palestine". Cambridge, 1864.


Содержание номера Архив Главная страница