Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #8(241), 11 апреля 2000

Гарри ЛЮБАРСКИЙ (Чикаго)

ОППОНЕНТ ВОЖДЯ

Подавляющему большинству русскоязычных жителей США хорошо известно имя Эммануила Казакевича, одного из лучших советских писателей в послевоенные годы, храброго воина, талантливого фронтового разведчика, исключительно порядочного человека, сохранившего до конца своей короткой 47-летней жизни верность своему еврейству. В нашем коротком очерке речь пойдет об одном из героев его произведений, внесших свежую струю в начавшую чахнуть на корню еще в 30-е годы отечественную литературу.

В 1962 году в газете "Известия" был напечатан, вызвавший настоящую сенсацию, рассказ Казакевича "Враги", который больше нигде и никогда не публиковался. Наверноe, никто и никогда не узнает как удалось автору пробить сквозь казалось бы непреодолимый цензурный заслон произведение, в котором главным героем, наряду с В.И.Лениным, был его главный идейный противник и политический оппонент, "заклятый враг трудящихся России и главарь банды меньшевиков" Юлий Мартов, на упоминание имени которого в положительном контексте было наложено не имеющее сроков давности "табу".

С полной уверенностью можно сказать, что до появления этого рассказа в течение многих лет именно с Мартова апологетами социалистического реализма писался отталкивающий образ жуликоватого меньшевика в неприятной одежке с характерной еврейской внешностью. Особенно ярко это просматривалось в таких знаменитых фильмах, как "Великий гражданин", трилогии о Максиме. Сенсационность рассказа Казакевича состояла в том, что практически впервые Мартов был показан не только глубоко принципиальным, честным, интеллигентным и привлекательным человеком, но и другом самого Ильича. Сюжет его состоял в том, что во имя этой дружбы "сердобольный" Ленин, невзирая на политические разногласия, не ликвидирует, как других, своего непримиримого противника, а втайне от своих соратников самолично устраивает ему побег за кордон.

Верил ли сам Казакевич в написанную им легенду о "самом человечном человеке"? Надо полагать, что нет, хотя многие критики с дипломами историков, встретившие "в штыки" этот рассказ, признавали: "что-то такое все же было". Мартов не воспользовался благосклонностью своего "покровителя", а был выдворен из страны в официальном порядке. Скорее всего, автор использовал легенду для того, чтобы донести до своих читателей хотя бы частицу правды, тщательно скрываемой большевиками-ленинцами от народа на протяжении жизни нескольких поколений. Ведь подлинная история меньшевистского движения была под запретом, а доверчивым обывателям вдалбливалось в головы, что меньшевики - это предатели рабочего движения, поступившие на службу эксплуататорским классам, осуждающие насильственный захват власти и экспроприацию материальных ценностей у буржуазии.

Между тем, меньшевизм - это подлинная российская социал-демократия, близкая по своей идеологии западноевропейским социал-демократиям, стоящим нынче у власти во многих процветающих странах. У его истоков, наряду с Г.В.Плехановым, стоял Мартов. Один из видных меньшевистских деятелей Потресов писал: "Не только Плеханов, но и Мартов имел все основания оспаривать у Ленина его влияние на слагающуюся партию. И, пожалуй, Мартов еще больше, чем Плеханов. Ибо по направлению своих способностей, сосредоточенных на злободневных задачах политики, на нуждах движения, он был более доступен и близок людям, чем теоретик Плеханов. Бесподобный публицист и многоопытный практик, с 18-летнего возраста окунувшийся в самую гущу борьбы, он чрезвычайно ценился Лениным, и я помню Ленина, в особенности в 1901-ом году, когда этот не склонный к чувствительности человек говорил о Мартове с нескрываемым восхищением. В партийной же среде трудно было найти другого более популярного деятеля... Мартов был положительно неутомимым в своем общении с людьми, всегда готовый расточительной рукой сыпать блестки своей вдумчивой и впечатлительной мысли".

Юлий Осипович Мартов (настоящая фамилия - Цедербаум) родился 12 ноября 1875 года в семье служащего. Огромное влияние на становление его мировоззрения оказал его дед, Авраам Цедербаум, пионер еврейской печати, издатель и редактор выходившей в Петербурге газеты на иврите "Ха-мелиц", человек с ярко выраженным национальным самосознанием. На страницах своей газеты он по мере сил протестовал против еврейского бесправия и нищеты. Под влиянием деда Мартов в юности постоянно ощущал свою неразрывную связь с еврейством. Именно дед, а не родители, всемерно поддержал его после первого ареста и благословил на общественное служение. Рассказы очевидцев погромов на юге России произвели огромное впечатление на юного Мартова и подтолкнули его на борьбу с самодержавием. В результате Мартов так же, как и многие другие выходцы из интеллигентных еврейских семей, не идет по стопам своих предков и уходит в русскую революцию. Его сопровождают братья Сергей и Владимир и сестра Лидия, ставшая впоследствии женой одного из лидеров меньшевиков Федора Ильича Дана (Гуревича).

К сожалению, наиболее многочисленная, агрессивно настроенная и малограмотная масса участвующих в революции российских люмпен-пролетариев, соблазнившись утопическими идеями и лживыми обещаниями большевиков, вознесла их на вершину государственной власти, которая, как гениально предвидел Мартов, принесет России трагическое будущее. Уже 30 декабря 1917 года в письме к Н.Кристи он пишет: "Под покровом "власти пролетариата" на деле тайком распускается самое скверное мещанство со всеми специфическими русскими пороками некультурности, низкопробным карьеризмом, взяточничеством, паразитством, распущенностью, безответственностью... Мы идем через анархию к цезаризму, основанному на потере всем народом веры в способность самоуправляться".

В дни "красного террора" Юлий Осипович выступает с решительным публичным протестом против преступлений большевиков, публикует брошюру "Долой смертную казнь", обнародует факт исключения из партии Сталина за запрещенные решением Четвертого съезда РСДРП грабежи кавказских банков.

В 1920 году подавляющее большинство деятелей партии меньшевиков было арестовано. Мартов из-за тяжелой болезни подвергся домашнему аресту. На его квартире круглосуточно дежурят чекисты. На ходатайство Луначарского освободить Мартова Ленин отвечает резким отказом. В начале 1921 года он умирает в одном из санаториев Шварцвальда. Братья Мартова после многочисленных тюрем и ссылок, по личному указанию Сталина, были расстреляны в июне 1941 года в числе других остававшихся в живых меньшевиков и эсеров.

Этот небольшой очерк не претендует на освещение меньшевистской программы и многосторонней деятельности ее автора, незаурядного политика, блестящего оратора, острого и широко образованного публициста. Его цель состоит лишь в том, чтобы напомнить об одном из его постепенно забываемых героев, сумевших предвидеть будущее своей несчастной родины.

Некоторое время назад я встретился с группой молодящихся "культуртрегеров" со средним возрастом 40-50 лет. Разговор шел о наших знаменитых единокровцах, сыгравших выдающуюся роль в истории России. Были упомянуты имена многих выдающихся политических, общественных, религиозных деятелей, военных, деятелей культуры и искусства. Когда я назвал Мартова, то прочитал в глазах моих собеседников немой вопрос: "Кто это?". Поэтому я и написал этот очерк.

И последнее. У некоторых моих бывших соотечественников и теперешних земляков слова "социализм" и "демократия", независимо от сопутствующих определений, вызывают приступы бешенства и злобы. Не хочу спорить ними в спор. Я только уверен в том, что такие люди, как Мартов, Плеханов и их товарищи, никогда не стали бы палачами своего народа и не довели бы его до того состояния, в котором он пребывал много лет и пребывает сейчас.


Смотри также:


Содержание номера Архив Главная страница