Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #8(241), 11 апреля 2000

Саша БОРОДИН (Оттава, Канада)

КОРОТКИЕ РАССКАЗЫ

Пятно

В 2009 году Мавзолей В.И.Ленина на Красной площади в Москве полностью перешел на самоокупаемость.

Любопытны подробности. Труп вождя был не просто захоронен, а предварительно кремирован. На первый взгляд, такая мера могла показаться чрезмерно перестраховочной, но народ отнесся к ней с одобрением. Решающий толчок чаше весов общественного мнения придало обнародование экстраординарного факта: молодой научный сотрудник Института биологических проблем Михаил Шпагин, занимавшийся разработкой новых методов консервации мумии, подцепил от нее нехорошую болезнь, серьезно подорвавшую его здоровье. Он навсегда лишился возможности иметь потомство. От него ушла жена. Таким образом, кремирование было эмоционально воспринято россиянами не только как символический акт окончательного разрыва с политической практикой тоталитаризма, но и как элементарная дезинфекция.

Мавзолей, переименованный в Государственный музей истории тоталитарных культов, гостеприимно распахнул для москвичей и гостей столицы двери не только в усыпальницу с восковыми копиями мумий Ленина, Сталина и всех последующих Генеральных секретарей ЦК КПСС, но и в подземные служебные помещения - спецбуфет для руководителей партии и правительства, пульт поддержания постоянной температуры и влажности в усыпальнице, комнаты отдыха для персонала и охраны, а также спортзал с сауной. Несмотря на относительную дороговизну входных билетов, очередь в музей постоянно была почти такой же длины, как во времена расцвета упадочного коммунистического режима. По четвергам пенсионеров, студентов и школьников пускали бесплатно.

Все это стало реальностью в первый год президентства 37-летнего Павла Белоцерковцева, получившего на выборах убедительнейшую поддержку 83 процентов российских избирателей. Конечно, неумолимое время практически полностью выкосило сочувствующую коммунистам часть электората, но и новое поколение тоже не чесало в затылках, а решительно выбирало "пепси", то есть западный путь развития. Для нас же с вами, в первую очередь, представляет интерес тот факт, что Павел Белоцерковцев был... гражданином Канады.

А теперь совершим десятилетний прыжок в прошлое, чтобы оказаться в приближающемся 1999 году и проследить истоки могучего возрождения России.

...Пашка-представитель контролировал примерно четыре десятка торговых палаток в районе метро Беляево. Природа наградила этого крепкого здоровьем молодого человека, воспитанника Воронежского детдома, редким выражением лица и глаз. Родись он еще на десять лет раньше - быть бы ему первым секретарем райкома, а то и горкома комсомола. Он буквально излучал уверенность, но не такую, которая в себе, а такую, которая за спиной. Свое прозвище он получил за то, что представлял одно из крупнейших столичных формирований, поэтому ежемесячный процесс сбора "пожертвований" протекал обычно в теплой и дружественной атмосфере. На самом же деле никакого формирования не существовало, а Пашка был самозванцем.

Срыв, как водится, произошел по вине средств массовой информации, вернее - телевизионной программы городских новостей. Коварный телеобъектив, подло спрятавшийся за шторами соседствующей с метро пятиэтажки, запечатлел "беседу" Пашки-представителя с новым хорохористым владельцем пивной палатки. В коротком телевизионном репортаже вместилась и расквашенная физиономия палаточника и, что самое неприятное, невозмутимое лицо Пашки крупным планом.

Первое, что пришло ему в голову, - изменение внешности с помощью пластической операции. Однако, немного поразмыслив, он сообразил, что путь этот долгий, болезненный и крайне бесхозяйственный, потому что разрушал подаренный природой имидж влиятельного представительного человека. Пашка предпочел эмиграцию, потому что вся его хлестаковщина базировалась на понте, который не оставляет следов в милицейских протоколах. Иными словами, он был молод, обладал ценным для Запада образованием, что подтверждал диплом радиоэлектронного техникума, и не имел криминального досье. Не дав последнему успеть вырасти из посеянного телерепортажем семечка, Пашка проявил чудеса изворотливости и уже через полгода оказался в Торонто.

На курсах английского языка для иммигрантов Пашка сделал приятное для себя открытие: чужое наречие вливалось в его мозги легко и мощно, как Волга в Каспийское море. Уже через семь месяцев он во всю торговал кошерными деликатесами с крытого грузовичка крупной фирмы, а на втором году иммиграции стал штатным корреспондентом ежедневной англоязычной газеты!

Через пять лет политический обозреватель радиостанции "Голос Канады" Павел Белоцерковцев стал духовным лидером российской демократической оппозиции. Это вряд ли бы стало возможным, если бы ни лавинообразное развитие Интернета, превратившегося к тому времени во всемирную видеотелефонную сеть. Харизматический образ слегка заматеревшего Пашки-представителя стал для мыслящей части русскоговорящего населения планеты символом надежды на выход из затянувшегося национального кризиса.

За два года до очередных президентских выборов Пашка перебрался в Москву и основал партию "Возрождение". Дальнейшее вам известно.

* * *

- Господин президент, - сказал генеральный директор Службы национальной безопасности своим характерным сиплым басом. - Сейчас мы одни: здесь, на даче моей тещи, вряд ли установлены подслушивающие жучки...

- Как?!! Вы не подстраховались?

- Я ценю ваше остроумие, господин президент, но дело, действительно, серьезное. Нам стало известно, что оппозиция раздобыла какую-то десятилетней давности видеозапись. Они расценивают ее как серьезный компромат, достаточный для возбуждения процедуры импичмента. Какое-то будто бы пятно на вашей биографии. Что будем делать?

Если бы в этот момент к Пашке были подключены датчики детектора лжи, они зарегистрировали бы прыжок пульса и заметное повышение температуры кожных покровов с одновременно усилившимся потоотделением. Внешне, однако, он не дрогнул.

- Что, говорите, будем делать? А ничего! Пусть крутят свою пленку хоть в глобальной сети.

Шеф ФСБ, который, конечно, уже все видел, потому что сам пленку и раздобыл, постарался придать своему сиплому басу нотки встревоженного участия:

- Вы недооцениваете возможный общественный резонанс...

- Я? Недооцениваю? - президент встал с плетеного кресла и посмотрел прямо в глаза собеседнику. Тот внутренне съежился и с опаской подумал: "Похоже, рановато я высунулся. Надо было бы придержать пленочку до его первого прокола. А сейчас он вон какой уверенный. Ленина спалил...". Чекист не знал, что Пашка-представитель все эти годы помнил о вытолкнувшем его в свое время из страны эпизоде и был готов к его продолжению.

Прощались холодно.

Вскоре кадры давнего беляевского мордобоя заплясали на телеэкранах. Журналистская свора потребовала пресс-конференции. Вот выдержки из ее стенограммы:

"Вопрос: Господин президент! Ваши политические противники утверждают, что жестокий рэкетир на телеэкране - это вы. Что вы можете сказать по этому поводу?

Ответ: Это я. (Шум в зале). Но слова "жестокий рэкетир" - на вашей совести...

Вопрос: Что послужило причиной драки?

Ответ: Драки не было. Драка, это когда происходит обмен оплеухами. Просто я дал ему в морду. (Шум в зале).

Вопрос: За что?

Ответ: Спросите его самого.

(На сцену из задней двери выходит крепкий мужчина лет сорока пяти, в котором легко узнается жертва исторического конфликта. Шум в зале).

Вопрос: Какие ваши слова спровоцировали столь энергичную реакцию господина Белоцерковцева?

Ответ: Мне неловко... С тех пор я полностью пересмотрел свои убеждения!

Вопрос: Все-таки, что именно вы сказали?

Ответ: Я сказал (очень тихо): "Жидовская морда"...

(Нарастающий шум в зале, переходящий в аплодисменты, а затем - в овации).

Вопрос: Господин президент! Я убежден, что точно так же вам аплодируют сейчас и телезрители по всей стране. Более того - во всем цивилизованном мире. Мы все немного шокированы. И все же я решусь задать вам последний вопрос. Извините меня за нескромность. Вы - еврей?

Ответ: Я вырос в Воронежском детдоме. (Аплодисменты)".

С тех пор в народе за Пашкой-представителем закрепилось второе в его жизни прозвище: "последний еврей России", а бывший владелец пивной палатки, выросшей за десять лет в солидный винно-водочный магазин, внезапно получил за гибкость ума и сговорчивость хлебную должность директора Государственного музея истории тоталитарных культов.

Мечта

В первые Борис Семенович услышал о "кремлевской таблетке" еще в Одессе, в 1991 году. Рассказал ему о ней под большим секретом сотрудник ОВИРа Кроколев, который занимался оформлением выезда Бориса Семеновича с дочкой на ПМЖ в Израиль.

По словам Кроколева, "чудо-таблетка" была разработана лучшими умами Академии наук СССР по заказу 4-го Главного управления Минздрава специально для членов Политбюро ЦК КПСС и лично для Генерального секретаря ЦК товарища... Тут Кроколев понизил голос до беззвучного шопота, но Борис Семенович все понял. Короче, если бы не таблетка, генсек откинулся бы лет на десять раньше.

"Почему этому старому пердуну было можно, а мне нельзя?" - подумал с возмущением Борис Семенович, у которого как раз начала подавать голос предстательная железа, но не так, как в молодости, а наоборот.

В свободном демократическом Израиле Борис Семенович получил возможность узнать о "кремлевской таблетке" подробнее, благо местные газеты на русском языке прямо пестрели статьями об электронной панацее от всех болезней.

- "Автономный электростимулятор желудочно-кишечного тракта (АЭС ЖКТ) представляет собой заключенный в герметическую оболочку микропроцессор, способный автоматически настраиваться на частоту нервных импульсов организма, самостоятельно находя и исправляя дефекты и патологии желудочно-кишечного тракта, печени, почек, влагалища и матки, - шпарил Борис Семенович наизусть полюбившиеся ему строки изумленным одноклассникам в ульпане. - Благотворно влияя на все обменные процессы организма, АЭС снижает уровень холестерина в крови, уменьшает инсулинозависимость, лечит гастрит, язву, парезы, гемморой, простатит.. - в этом месте Борис Семенович обычно делал многозначительную паузу и поднимал к небесам указательный палец, - ... помогает при нарушениях менструального цикла, сексуальных расстройствах.. - опять палец к небу, - ... очищает организм от шлаков. При этом у мужчин, как правило, усиливается потенция"!

Последняя фраза своим звучанием напоминала оркестровый финал 1-го концерта Чайковского.

- При чем здесь менструальный цикл? - удивлялся какой-нибудь особенно пытливый седовласый одноклассник. - Вы утверждаете, что электронная таблетка была разработана специально для членов Политбюро, но, насколько мне известно, на все Политбюро не было ни одной матки!

- А жены?!! - находчиво отвечал Борис Семенович.

Слушатели уважительно почесывались.

Выучив в ульпане несколько фраз на иврите, Борис Семенович улетел в Канаду, где его умная дочка устроилась на работу в крупную электронную корпорацию.

В Торонто тоже были газеты на русском языке, но не такие толстые, как в Израиле, и не такие интересные. Главное, они не сообщали практически ничего нового о "кремлевских таблетках", которые наверняка должны были за последние годы еще более усовершенствоваться, учитывая стремительный прогресс в электронике. Да и предстательная железа тоже не стояла на месте...

- Папа, ты мне надоел! - сказала однажды дочка. - Ну, сколько можно трындеть о каких-то электронных пилюлях! Я же все-таки специалист. Я знаю, что электроника может, а что - нет. Возьмем, к примеру, самое-самое - суперкомпьютеры. Емкости их памяти вполне хватит, чтобы вместить все воспоминания и особенности характера десятка таких, как ты, но это не значит, что проблема бессмертия личности решена. Никто пока не знает, как в компьютер переписать все то, что у нас в голове. Куда, как говорится, воткнуть штепсель? Если бы твои таблетки представляли собой действительно что-то стоящее, то медицина давно бы взяла их на вооружение. Но специально, чтобы тебя успокоить, я тебе раздобуду одну. Не бери телефонную трубку!

С этими словами дочка села за свой компьютер. Раздался характерный скрип подключения к Интернету. Минут через 15 дочка протянула Борису Семеновичу листок бумаги с какой-то таблицей.

- Выбирай! Тебе какую?

Борис Семенович для солидности надел очки и с минуту разглядывал непонятные английские письмена.

- Давай переведу, - сжалилась дочка. - Цены, значит, такие: от 80 до 30 долларов за штуку. Американских! Я думаю, тебе нужен так называемый "биокорректор", у него широкий спектр действия, а противопоказание одно - беременность. Ты, часом, не в положении? Ладно-ладно, шучу. Стоит он всего полсотни. Годится?

- Да, - с неожиданной дрожью в голосе ответил Борис Семенович.

Дочка достала из сумочки карточку VISA и снова села за компьютер.

Через неделю почтальон принес картонную коробку с американским флагом на марках. Борис Семенович не на шутку разволновался.

- Чем я теперь хуже Брежнева! - хвалился он по телефону знакомым.

Вечером под руководством дочки коробка была вскрыта, инструкция прочитана и похожая на пулю таблетка торжественно проглочена.

Борис Семенович скушал на ужин свой обычный малиновый йогурт и, прислушиваясь к ощущениям в подреберье, забрался под одеяло.

Не спалось. Вспоминалась молодость, одноклассница Соня Соркина, стрельба из найденного в лесу настоящего "парабеллума" по невзорвавшейся мине...

- Товарищ Коган! - позвал удивительно знакомый сочный голос.

Было такое ощущение, что исходит он не снаружи, а изнутри. Прямо из черепной коробки. Или из живота.

- Ты кто? - прошептал испуганно Борис Семенович.

-Теперь уже не "кто", а "что", - ответил голос. - А был Генеральным Секретарем ЦК, так что особенно не тыкай. Таблеточку-то тебе подсунули пользованную...

- Откуда знаете?

- Как не знать, если я в ней сижу... лежу... Торчу!

- Как это?

- Очень просто. Я же с этой таблеткой в животе помер. А в ней какой-то там электронный чип. Вот моя память на этот чип и переписалась. Правда, не вся, только хвостик. Что было раньше - ничего не помню. А эти профессора, наверное, забрали таблетку у патологоанатома, растиражировали и теперь торгуют по всему свету... Так что смотри, сам не помри!

"Господи! - с ужасом подумал Борис Семенович. - Покойника заглотнул!"

* * *

- Папа! Тебе плохо? Ты так кричал, - заспанное лицо дочки выглядело встревоженным.

- Кошмар приснился. Ты не помнишь, у нас какого-нибудь слабительного нет?

- Завтра куплю. Спи.

На следующий день дочка принесла с работы листок с напечатанным по-русски текстом.

- Смотри, вытащила из Интернета.

Борис Семенович надел очки и прочитал: "Французские врачи, испытавшие выпускаемую в России "кремлевскую таблетку", известную также под названием АЭС ЖКТ, пришли к следующему выводу: она, скорее всего, безопасна (если внутри кишечника не произойдет случайное разрушение капсулы), но и польза от нее весьма сомнительна..."

- Интересно... А слабительное не забыла купить?

Первые шаги

В свои двадцать шесть Гера не выкурил ни одной сигареты, не выпил ни капли спиртного и никого еще не полюбил так, чтобы... ну, всем своим существом... Знаете, бывают такие чрезмерно застенчивые юноши из чересчур интеллигентных семей. В свое время, например, для его постоянно кудахтающей мамы одно лишь упоминание об армии (упаси Боже, не просто упомянуть, а упомянуть это в связи с достижением Герой призывного возраста!) было подобно удару ножом в сердце. Именно поэтому, когда Гера благополучно провалился на вступительных экзаменах в библиотечный институт, мама встала на уши и сделала эмиграцию. Легкий путь в Израиль сразу был отметен как не исключающий армейскую службу даже (!!!) для девочек.

...Здесь я прерву рассказ, потому что меня потянуло на воспоминания. Сам я когда-то положенный срок отслужил, о чем нисколько не жалею. Более того, приобретенная в армии закалка и бесценные навыки отлынивания очень пригодились в последующей редакционной деятельности на родине и особенно - для выживания на чужбине. Например, умение спать с открытыми глазами в общей сложности два года кормило меня на постах охранника и в Израиле, и в Канаде. А что касается девочек в армии, то до сих пор не могу без сердечного трепета вспоминать фантастически стройных марокканок с ниспадающими на погоны иссиня-черными, мелко вьющимися гривами и с "узи" на тусиках. Вы не знаете, что такое "тусик?" В приближенном переводе с иврита это "попка". В очень приближенном. Потому что тусик значительно лучше. На уставленных ресторанными столиками улицах израильских городов то и дело звучат восхищенные восклицания: "Эйзе тусик!", что и без перевода понятно. Так вот, всего этого Гера лишился из-за гипертрофированной трусоватости своей мамы...

...Мама встала на уши и сделала эмиграцию в Канаду, где нет всеобщей обязательной воинской повинности. Осуществить это было так не просто, что на второй месяц заокеанской жизни хлипкий папа-профессор от всех этих пертурбаций помер. Остатки семьи плотно сели на велфер, потому что мама до этого ни одного дня в своей жизни не работала, а Гера был патологическим недотепой.

Теперь я несколькими штрихами набросаю Герин портрет. Конечно, очки. Взгляд тревожный, ниспадающий. Нос продолжительный, вялый. Волосы и уши вислые. Фигура щуплая, сутулая. Штаны короткие, широковатые, с пузырями. Из-под них видны излишне светлые носки, а в зимнее время - кальсоны. Полуботинки древние, сильно стоптанные набок. Особая примета - седая прядь. О ней - отдельно.

До Канады никакой седой пряди у Геры не было. Когда папаша первый и последний раз в своей жизни четко и определенно выразил свое отношение к их иммиграции предсмертным хрипом, он некоторое время лежал дома. Трясущийся от страха Гера на цыпочках зашел в комнату с покойником, чтобы взять оставленные там очки. И в это время папа довольно раскатисто пукнул. Вы когда-нибудь слышали, чтобы покойники пукали? Гера от ужаса тоже испустил дух. Не так, как родитель до этого, а как уже после - только что... Ну, вы поняли. А потом с необычной для него резвостью выкатился из комнаты. На следующее утро, глянув на сына, мама квохтнула раз в десять громче обычного и замахала руками, как перепуганная курица крыльями. Гера приподнял завешенное черной маминой комбинацией зеркало и увидел над своим юношеским прыщавым лбом первое истинно мужественное приобретение.

Надо сказать, что седая прядь - этот небрежный мазок шаловливой художницы-судьбы - придала облику юноши самобытность и очарование. С этого момента он стал замечать на себе внимательные женские взгляды. И... еще глубже увяз в робкой застенчивости.

Чем еще может быть занят в жизни такой пентюх, как не учебой! На что он еще годится! Естественно, Гера учился. Долго и нудно. Сначала английскому, а потом - многообещающему ремеслу бухгалтера, курс которого включал в себя и компьютерные премудрости. Чтобы "мальчик" имел все условия для успешной учебы, мама опять встала на уши и купила своему чаду компьютер. И вот это-то его чуть не сгубило.

Когда по вечерам Гера священнодействовал за компьютером, мама испытывала восторг и трепет. Она не решалась даже приблизиться к столу с чудесным прибором. Но если бы она это сделала, то была бы шокирована, во-первых, знакомой кириллицей на экране, а во-вторых, крайне порочным содержанием сложенных из нее фраз. Дело в том, что Гера открыл для себя Интернет и с головой нырнул в его океанскую муть.

Он читал тексты, разглядывал картинки и все больше осознавал, что до сих пор не жил в том смысле этого слова, который вкладывают в него большинство граждан обоих полов. А Интернет бурлил страстями. На "чатах" тусовалась молодежь, обмениваясь репликами из непонятных жаргонных слов. Люди постарше, забыв стыд и совесть, направо и налево бросались такими выражениями, которые постеснялся бы употреблять даже дворник. Из всех щелей перла обнаженная женская плоть, и было в ней много такого, о чем раньше Гера и не подозревал. Но доконали его стихи нью-йоркской поэтессы Ольги Аникиной. Они были прекрасны, печальны и... недоступны сопоставлению с личным опытом:

...Льется занавес мелодий, упоителен и сладок,
даровитый композитор бередит благоуханье
и выискивает ноты в скользком царстве алых складок,
все заметнее пьянея от неровного дыханья.
Раздавая опахала, ходят ласковые слуги,
слепо щурятся глазницы из темниц оторопелых,
аромат совокупленья, безучастный и упругий,
глушит запахи свиданий - прошлогодних, перепрелых.
Это место для утраты. Милый ангел, где ты, где ты?
Шепот мечется по кругу, неудачлив в откровеньи,
смутно грезится прохлада, и струится из манжеты
чье-то тонкое запястье, торопя прикосновенье...

Гера решил покончить счеты со своим безжизненным существованием. В качестве орудия умершвления тайно от мамы была куплена бутылка "Смирновской". Дело в том, что еще на выпускном вечере в московской школе одноклассник Геры Толя Радиков выпил большой стакан водки и, не приходя в сознание, скончался. Врач скорой помощи сказал притихшим перепуганным выпускникам: "Это четвертый случай в практике нашей больницы. Большая доза алкоголя, если до этого человек никогда не пил, убивает!" Гера это очень хорошо запомнил и сторонился спиртного, как отравы. Но сейчас путь Толи Радикова показался ему простым и легким. И поэтому заманчивым!

Когда все было готово, Гера заперся с компьютером и стал писать предсмертные стихи. Получалось тоже красиво и грустно:

Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж
Достоинство, что просит подаянья,
Над простотой глумящуюся ложь,
Ничтожество в роскошном одеянье,
И совершенству ложный приговор,
И девственность, поруганную грубо,
И неуместной почести позор,
И мощь в плену у немощи беззубой,
И прямоту, что глупостью слывет,
И глупость в маске мудреца- пророка,
И вдохновения зажатый рот,
И праведность на службе у порока.
Все мерзостно, что вижу я вокруг...
Но как тебя покинуть, милый друг!

Скромному Гере было неловко подписывать стихотворение своим именем. Он подумал и написал так: Уильям Шекспир. Сообразив, что англичанин Шекспир вряд ли мог писать по-русски, добавил: Перевод С.Маршака. Потом вписал в соответствующее окошечко электронный адрес Ольги Аникиной и дал команду на отправку. Написанные кровью сердца строки помаячили на экране и провалились в кибернетическую бездну. А Гера наполнил большой стакан смертоносной "Смирновской", выпил его до дна и стал ждать смерти.

Мама, встревоженная подозрительным бульканьем, постучала в дверь.

- Гера! Открой!

- Я занят!

- Гера! Что у тебя с голосом? Открой немедленно!

По телу разливалось приятное тепло. В голове не так, чтобы шумело, а скорее - прояснялось. В пространстве комнаты замаячила и начала материализовываться Истина. Гера, пошатываясь, подошел к двери и открыл ее.

- Боже! Чем от тебя пахнет?!

- Мать! Все o'key! Мне надо пройтись.

Не обращая внимания на материнское кудахтанье, он накинул куртку и вышел на улицу. Ночной Торонто искрился февральским снегопадом. В лицо ударил бодрящий морозный ветер. Вдали послышался заливистый девичий смех.

С безжизненным существованием было покончено!


Смотри также:


Содержание номера Архив Главная страница