Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" №5(238), 29 февраля 2000

Наталья НОВОЖИЛОВА (Владимир)

ВОЗЛЮБИ СОСЕДА СВОЕГО

Иногда мне снится кошмар: я бегу по ночному городу от кого-то ужасного, нахожу свой дом, пытаюсь в полной темноте дрожащими руками открыть кодовый замок на дверях подъезда - вот-вот буду спасена! - но в этот момент меня настигает преследователь.

Несколько дней назад на сына моей приятельницы, 25-летнего Бориса, грабитель напал именно тогда, когда тот набирал код на замке своего подъезда. "Приманкой" послужила дорогая кожаная куртка возвращавшегося с работы парня.

Нападавший, скорее всего, выследил будущую жертву заранее. Возможно, еще в троллейбусе. Учел, что обе руки у Бори заняты (он нес два листа стекла и сумку). Девять вечера, темнота во дворе кромешная. Подкрался сзади к возившемуся с подъездным замком юноше и нанес сильный удар в лицо. Нокаутированный Борис упал навзничь и потерял сознание. Стекло со звоном разлетелось по асфальту. В окнах появились лица соседей.

Тут ворюга совершил ошибку: вместо того, чтобы стащить с неподвижной жертвы куртку и дать деру, он решил еще покуражиться. Схватил парня за волосы и начал бить его головой о мостовую. От этого Боря пришел в себя и стал сопротивляться. Ему даже удалось вырваться и добраться до подъезда. Из последних сил он колотил в дверь подъезда и в окно первого этажа, звал на помощь. Потом бандит вновь повалил его на землю и стал избивать.

Бабка с первого этажа высунулась в окошко и заорала: "Алкоголики! Хулиганы! Убирайтесь из нашего двора!". Боря, чувствуя, что может опять потерять сознание, крикнул, чтобы вызвали милицию. Из подъезда вышел здоровый мужик и попытался прогнать дерущихся со двора. Судя по репликам, он узнал Бориса (между прочим, ровесника его сына). Потом ушел, захлопнув за собой дверь подъезда.

Наконец, Боре удалось вырваться и бежать в свой подъезд. Оказывается, за дверями стояло немало людей. Та самая пенсионерка с первого этажа загородила окровавленному, еле держащемуся на ногах Борису, дорогу: "Куда идешь? Вали отсюда!" Кто-то из соседей робко вступился: "Да это Боря Б-в с четвертого этажа!" "Не место такому в нашем подъезде!" - стояла на своем обозленная старуха. "Правильно! - поддержала другая соседка. - Помните, он с Петькой подрался в первом классе!"

Я знаю Бориса с детских лет. Прекрасно учился в школе, окончил университет, работает с компьютерной техникой. Умница. На редкость порядочный и работящий молодой человек. Мать Бори - -врач. Сколько раз каждый из соседей по дому обращался к ней за медицинской помощью! Отчего, когда этой семьи коснулась беда, соседи проявили такую враждебность?

Сейчас Боря лежит в больнице. У него сильное сотрясение головного мозга, сломан нос. Больно касаться подушки - кожа болит на тех участках головы, где волосы вырваны нападавшим.

Через пару дней после происшествия одна из соседок сказала матери Бориса: "Если бы не мы, вашего сына точно убили! Мы смотрели в окна: он так орал!.."

Случай с Борисом напомнил мне аналогичную ситуацию четырехлетней давности, когда двое баркашовцев посреди ночи ломились ко мне в дверь, и ни один из соседей не обозначил каким-нибудь образом свое присутствие, не позвонил в милицию. О том, чтобы наутро кто-то зашел, поинтересовался, жива ли я, - об этом не могло быть и речи...

Ходит такая шутка: электорат в стране негодный, а народ у нас хороший.

Не знаю, как вам, а мне не повезло - соседи, за редким исключением, типичный электорат.

Когда мы с сыном в 85-м году поменяли квартиру в Белгороде на квартиру во Владимире, то с первых дней ощутили ничем необъяснимую неприязнь соседей. Уже на второй неделе проживания нам пригрозили милицией в том случае, если мы не прекратим делать ремонт (оказалось, запах краски беспокоит старушку, проживающую на той же площадке).

Потом к нам пришла соседка сверху и обвинила моего сына в том, что он украл из ее сарая банку с вареньем. Логика ее была проста: до вашего приезда у меня ничего не пропадало. Ежедневное обсуждение на лавочке перед подъездом факта пропажи варенья завершилось тем, что другая соседка заявила: у меня картошка в сарае очень быстро уменьшается - это новоселы воруют!

В то же время, из моего почтового ящика регулярно вытаскивали почту. Я даже объявление повесила: "Дорогие соседи! Я не против, чтобы вы читали мою прессу, но после прочтения, будьте любезны, возвращайте ее мне - я тоже хочу почитать". После такого обращения умыкнули навесной замок с почтового ящика.

Однажды я поставила за дверь подъезда доски и рейки, которые изготовили по моему заказу для сборки стенного шкафа. А сама побежала за шурупами в хозяйственный магазин, расположенный в нашем же доме. Буквально через минуту вернулась - досок уже не было!

Как-то ко мне в квартиру заявилось человек семь соседей. Подъезд уполномочил их проверить, что у меня за телевизор: по всеобщему мнению, качество телеприема во всех квартирах подъезда заметно ухудшилось вскоре после моего приезда. "Комиссия" долго придирчиво осматривала мой старенький ламповый телевизор марки "Рубин", потом заглянула в комнаты, кухню, ванную и, явно разочарованная, удалилась восвояси.

Кстати, когда я подключила свой телевизор к кабельному вещанию (единственная в подъезде), одна из соседок громогласно заявила: "Буржуи!".

Наш подъезд расположен возле арки, сквозь которую прохожие проходят к остановке троллейбуса. Само собой, что мужская часть населения воспринимает пространство под аркой как бесплатный общественный туалет. Некоторые, особо стеснительные, стремились реализовать свои естественные потребности в нашем подъезде. И таких стеснительных насчитывалось два-три человека в день. Поскольку подъезд мы убирали своими силами, радости от такого положения дел никто не испытывал. Ситуацию изменил кодовый замок на дверях подъезда: с момента его установки большие лужи заменились на маленькие кошачьи лужицы и кучки. Хозяйка гадящих кошек (трех!) на наши сетования отвечала с неподражаемым украинским акцентом: "Ну подумаешь - кошечка сходила! Не нравится - уберите, все равно вам делать нечего!". Так и живем - по уши в кошачьем дерьме - никто с кошковладелицей справиться не может. Подъездный диктатор!

Чужаку войти в наш подъезд невозможно. Кодовый замок, как и многие российские изделия, видимо, сделан похмельными руками: открыть его непросто, даже зная код, особенно в темное время суток (это, между прочим, меня и спасло в случае с нападением фашистов). Моя мама всегда с замком долго возится. И каждый раз ей устраивают допрос - к кому идет. Она зачем-то отвечает, что к своей дочери такой-то. Неправда, говорят соседи, вы на свою дочь не похожи!

Соответственно моему брату, раз-два в год приезжающему из Санкт-Петербурга, проникнуть в наш подъезд еще труднее. Соседи его просто не пускают, заслонив проход грудью (или грудями?)! Обычно он звонит мне с телефона-автомата, и я спускаюсь его выручать. Последние полгода таксофоны во Владимире почти все поснимали (якобы для замены на платные), и всякий приезжающий ко мне гость имеет проблемы. Некоторые от отчаяния начинают кричать под окном. Хоть веревочную лестницу из окна спускай!

Громкие свары в подъезде между соседями - обычное дело. Чаще всего по поводу уборки этажа. В летнее время громкое выяснение отношений было принято делать до часу ночи на лавочке возле подъезда (потом лавочку сломали под тем предлогом, что на ней часто сидят чужие). На скандалы времени хватает, а на то, чтобы хоть раз вымыть окна в подъезде...

Напротив меня живет милая старушка, типичный "божий одуванчик". Ей 92 года, одинокая, очень больная. Уже много лет она не выходит за порог своей квартиры. Естественно было бы освободить ее от мытья полов в подъезде, правда? Однако хозяйки двух квартир на нашей площадке этому активно воспротивились. Чтобы с ними не связываться, я стала мыть подъезд не только за себя, но и за "бабушку-божьего одуванчика", когда подходила ее очередь. Так эти две соседки затерроризировали бабулю: "Либо плати за уборку, либо мой сама!" Старушка плача, попросила меня: "Давай уж я тебе буду платить за уборку, а то они меня до могилы доведут! У меня сердечные приступы после каждого разговора с соседками!" Я, ясное дело, от платы отказалась. А урезонить соседок, увы, не получается.

Однажды на подоконник окна второго этажа кто-то выставил комнатное растение в жестяной банке. Чахлый такой кустик, ничем не примечательный. Вскоре он исчез, а вместо него появилась картонка с надписью: "Верните цветок на место, ублюдки!". Картонка красовалась на окошке долго, и все мои гости, видя ее, падали от смеха. Мой брат как раз в этот период навестил меня. Без свидетелей он открыл кодовый замок и совсем уж было, никем не замеченный, благополучно добрался до второго этажа (я живу на третьем), как из двери своей квартиры высунулась та самая кошковладелица и выразительно начала сверлить глазами незнакомца. Брат остановился и, в свою очередь, уставился на "хозяйку подъезда". После длительной паузы он поинтересовался: "Что это вы на меня так смотрите?" "Да вот смотрю, кто это чужой по нашему подъезду идет", - ответила соседка. "Так я скрывать не буду: я вор, насильник и убийца, - доверительно поведал брат. И с чувством произнес. - Верните цветок на место, ублюдки!". Кошковладелица тут же захлопнула дверь.

Потом мой брат увез уникальную табличку в северную столицу и повесил ее у себя в квартире на кухне.

Истинным наказанием для всех нормальных жильцов нашего подъезда является бомж Толик, который регулярно навещает свою подружку (кстати, ту самую, которая терроризирует "божьего одуванчика"). Подружке далеко за 80, и она вдвое старше Толика. Ее квартира, к великому моему несчастью, расположена рядом с моей, буквально дверь-в-дверь.

Когда Толик трезвый, бабка пускает его к себе. Чаще он приходит "на бровях". В таких случаях идут многочасовые переговоры через дверь. Толик орет, что он "сухой, как лист" и просит пустить его попить чайку. А соседка кричит, что она ему не верит. Согласитесь, что такой "концерт" мало кому может доставить удовольствие. Особенно ночью.

Бывает, что старуха выносит своему дружку еду и питье. Но если его мольбы ни к чему не приводят, он ставит свои котомки на площадку и ложится спать у дверей своей пассии. Голову бомж Толик кладет возле ее квартиры, а, простите, задницу - под двери моей квартиры. Такая у него привычная поза. В этой позе, оглушительно храпя, он пребывает до тех пор, пока не проспится. После него на площадке остается содержимое его желудка и мочевого пузыря. Моя дверь открывается наружу, поэтому ни войти в мою квартиру, ни выйти из нее невозможно. Приходится вызывать милицию. После того, как Толика увозят милиционеры, на площадку выскакивает разъяренная старушенция и начинает поносить меня на чем свет стоит самыми бранными словами за то, что я "не дала поспать несчастному, безобидному человеку". Одновременно она заплевывает мою дверь. В один из таких моментов мне удалось ее сфотографировать. Слева от нее на снимке виднеется веник и совок, которыми другая соседка, поддерживающая негодующую подругу, лупит по объективу моего фотоаппарата.

Поскольку у милиции нет полномочий надолго задерживать алкашей, Толика после составления протокола выпускают. Бывает, он через час уже снова бьется и орет возле моих дверей. И все повторяется сызнова.

Когда в очередной раз подруга Толика вопила на весь подъезд, что я "вовсе и не журналист, а невесть что", бывший у меня в гостях сын заметил: "Мама, и ради этих людей ты пишешь, получая гроши за труд, не спишь по ночам, рискуешь своей жизнью?.". Я возразила, что работаю, прежде всего, ради него, его друзей, их будущего. Чтобы в этом будущем в России люди не сатанели от тяжкой, нищенской жизни и имели обеспеченную старость. Тогда они не будут "бросаться" на своих соседей как бешеные собаки.


Смотри также:


Содержание номера Архив Главная страница