Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #3(236), 1 февраля 2000

Викторий ЮДКИН (Нью-Йорк)

УМНОЖАЯ ПЕЧАЛЬ, МЫ УМНОЖАЕМ НАДЕЖДУ

ИНТЕРВЬЮ С ГЕОРГИЕМ ВАЙНЕРОМ

Георгий Вайнер

Читающий люд в новой России и приснопамятном Советском Союзе привык, что каждая новая книжка бр. Вайнеров уверенно занимает место на полке бестселлеров. Понятное дело - мастера! И что приятно было - регулярно. В среднем, каждый год-два - новое волнующее сочинение.

А тут пауза длиной в семь лет. И после столь долгого молчания вдруг доносится весть: Георгий Вайнер написал роман "Умножающий печаль".

- Георгий, ваш роман "Умножающий печаль" - пересказ заповеди Экклезиаста?

- Наверное. Я взял эту заповедь эпиграфом к роману: "Во многой мудрости много печали, и кто умножает познание, умножает скорбь".

- А кто они - "умножающие знание"? Учёные, следователи, художники, творцы?

- В моём романе они - творцы денег. Художники, композиторы, создатели богатства. Их называют олигархами, магнатами, могулами, тайкунами - их существо от этого не меняется. Они капитаны стихии, которая рухнула на российский народ. Новая грозная, могучая стихия - стихия денег. В социалистические времена мы обходились без них, поскольку существовала система нищенского товарно-бартерного обмена. Деньги реальные пришли только сегодня, весте с тотальным переделом собственности. И этот передел полностью изменил наш мир и произвёл передел таких понятий, как любовь, дружба, карьера... Изменилась вся система ценностей и взаимоотношений!

С другой стороны, деньги являются величайшим изобретением человечества. Деньги строят города и разрушают государства. На них ведутся войны и учиняются страшные кровопролития. Но на них воспитывают, лечат, кормят людей и создают невиданные вещи. И в этом мире живут люди, владеющие деньгами в виде капитала, которым они на незагрунтованном холсте человечества рисуют наше будущее. Поэтому если на вопрос "о чем?" я отвечу: о деньгах, то на вопрос "о ком?" я скажу: об олигархах.

- Почему вы выбрали именно эту тему? Об олигархах и так кричат на каждом углу...

- Дело в том, что социально-художественным исследованием природы русского олигархизма никто всерьез не занимался. Есть только страшилки с такими обязательными элементами, как "мочилово", "кидалово" и т.д. Мне другое интересно: зачем нужны огромные деньги вне возможности человеческого потребления? Как человек становится миллиардером? Что означает быть миллиардером? Сколько стоит такая возможность?..

- Конечно, лучше один раз прочитать, чем сто раз услышать. Но все-таки, что собой представляет ваш пока еще не опубликованный роман? Не является ли он учебным пособием для молодых финансистов?

- Мне трудно определить жанр этой книжки. Наверное, это социально-психологический детектив. Его сюжетика определена вторым эпиграфом: "По законам нынешней жизни, если в первом акте на стене висит ружьё, значит, до начала спектакля из него уже кого-то застрелили". Это - сценический закон современной жизни в России, где вся жизнь превратилась в огромный нескончаемый детектив. На мой взгляд, любая сюжетная литература - обязательно детектив, раскрытие тайны. Любая книжка, посвященная врачам, любви, цветам, пряникам или уголовным преступлениям, должна в финале раскрывать тайну.

- А какую тайну вы раскрываете в романе?

- Одну из тайн человеческих отношений - историю одной компании. Миллиардер, бандит и агент Интерпола. Что у них общего? А, пустяки! 25 лет дружбы, братства, счастливой юности, общих увлечений, сумасшедших приключений, головокружительных влюблённостей и азарт собирания громадного богатства.

- То есть, события в книге происходят сегодня?

- В час пик - грозный для всех россиян день дефолта 17 августа 1998 года. В этот день сошлись судьбы современных русских олигархов, матёрых ментов, весёлых уголовников, Олимпийских Богов и олимпийских чемпионов, античных царей и героев - живущих здесь, с нами.

- Не слишком ли крутую кашу варите?

- Меня многие запугивают: дескать, роман слишком сложен по композиции и художественным приёмам. Сейчас, мол, для читателя чем хуже, тем лучше, чем проще, тем понятнее, чем страшнее, тем больший спрос. А я в это не верю. Безусловно, существует широкий круг людей, интересующихся этим. Но я не верю, что миллионы моих читателей перешли на чтение желтой прессы и "страшилок". Наш читатель сохранился, просто стал другим. Он томится и ждет хорошей, интересной книги.

- А почему вы его заставили ждать? Ведь сейчас книги братьев Вайнеров найти очень трудно.

- Писатель должен выполнять просветительскую, если угодно, пастырскую роль. Если человек днем забывает, о чем читал с утра, это - трата времени, бумаги, сил. А я не считал для себя возможным что-то писать в последние годы, ибо не вполне ясно понимал, что происходит с нами. Но за прошедшее время мне удалось увидеть новый этап бытия общества, России и людей, которые формируют здесь новую жизнь. В результате появился роман "Умножающий печаль". Раньше мы с братом писали о преступниках, сыщиках, алхимиках, благотворителях, ученых, музыкантах. Но проблема денег включает в себя все: их категорически не хватает, и потому мы думаем, будто это грязное дело. А все не так: деньги - великое изобретение. Умножая печаль, мы умножаем надежду.

- Когда выйдет ваш роман "Умножающий печаль"?

- В середине января крупнейшее российское издательство АСТ выпустит книгу в Москве. Надеюсь, в феврале она уже будет продаваться в Нью-Йорке.

- Жизнь на два дома - в Америке и в России - помогает лучше понять происходящее? Большое лучше видится на расстоянии?

- Безусловно. Мир получает дополнительный объём. Это как в кино - съёмка с двух камер. А езжу в Россию, как раньше артисты ленинградского БДТ Стржельчик, Копелян, Фрейндлих, занятые на "Мосфильме", ездили в столицу. Отыграв спектакль, они садились в "Красную стрелу", утром - на студию, весь день в павильоне, а вечером на той же "стреле" возвращались домой. Это нынешняя модель моей жизни: за десять лет я пересек океан 47 раз.

- Вы живете большей частью в Нью-Йорке, Аркадий Вайнер - в Москве. Как же умудряетесь работать вместе?

- Это очень трудно. Когда-то шутили, что братья Стругацкие, один из которых жил в Ленинграде, а другой в Москве, работали в Бологом - на полпути между столицами. Мы на полпути можем встретиться только в Гренландии, но работать там сложновато. Однако я надеюсь, что мы будем по-прежнему писать вместе.

- Вы собираетесь написать продолжение "Эры милосердия". Не боитесь, что прекрасный роман превратится в мыльную оперу? Кроме того, он стал всенародно любимым во многом благодаря Высоцкому. Кого видите в роли Жеглова?

- Высоцкого никем не заменить, и это, собственно говоря, главная причина, по которой мы до сих пор не реализовали свою задумку. Но сюжет второй части нами продуман без Жеглова и ни в коем случае не может превратиться в мыльную оперу. Наш роман должен стать своеобразным вызовом, опровержением многих вещей, происходивших в то время.

- Вы знакомы с реальными российскими олигархами?

- Конечно, знаком.

- Нет опасения, что они вас неправильно поймут?

- Художника не могут интересовать эти соображения. Художник пишет то, что он считает необходимым сообщить людям. При этом всё равно часть читателей будет уверена, что этот роман оплачен мне магнатами, а другая половина будет в ужасе, что они наймут на меня киллера. Но, откровенно говоря, большинство наших олигархов - чрезвычайно здравые люди. Они прекрасно понимают, что я написал роман, художественное исследование, а не клеветническую карикатуру или визгливый памфлет.

- Читателя сложно обмануть. Он всегда будет искать в литературном образе знакомые черты. Березовского, например...

- В моем романе бессмысленно искать черты Березовского, Ходорковского или Потанина. Это психологический портрет социального типа, собирательный образ "героя" и творца нашего времени. Что касается Березовского, то я глубоко убежден, что его личность очень сильно мифологизирована политиками и журналистами, как общественный факт он раздут нашим публичным интересом. Я не считаю, что он так сказочно богат, и не верю, что его единственной целью является нажива. Мне думается, его неукротимая деятельность имеет совсем иные стимулы.

- А вы не думали с братом податься в депутаты Госдумы? Там ведь для вас столько живого материала ходит по коридорам: бери - не хочу.

- Зачем же мне за материалом в Госдуму подаваться? Проще сойтись с "солнцевскими" или "тамбовскими" братками! Эти персонажи безусловно интереснее и колоритнее. А в депутатской деятельности меня не прельщает ровным счетом ничего. Я не люблю политику и не люблю политиков - ни в России, ни в Америке, ни в Израиле... Люди, чья целожизненная профессия - убиваться за простых людей, защищая их интересы, всегда вызывали у меня подозрение.

- Если пройтись по названиям романов, что ваша жизнь напоминает больше - "Эру милосердия" или "Визит к Минотавру"?

- Скорее, "Гонки по вертикали". Это вызов судьбе, слом традиционных представлений. Я много раз менял линию судьбы и за все эти годы сохранил только одну стойкую привязанность - к своему писательскому ремеслу. Именно оно выручало меня в любой трудный момент.

- Вы верите, что Эру милосердия нам приблизят Умножающие печаль?

- Думаю, она не придет раньше, чем мы к ней будем готовы. Вот когда мы станем жить не по блатным понятиям, а по законам Божьего разумения, наступит та самая эра. Все-таки светлых начал в жизни больше. Иначе мир давно бы рухнул. Но человек ориентирован на благо, счастье, радость, взаимное уважение. И несмотря на все искушения и ужасные обстоятельства нашей жизни, добра в людях всегда будет больше, чем зла. И эра милосердия все-таки когда-нибудь наступит.


Содержание номера Архив Главная страница