Содержание номера Архив Главная страница

[an error occurred while processing this directive]

"Вестник" #26(233), 21 декабря 1999

Александр ЛОКТЕВ (Москва)

ТЕХНАРЬ С ГУМАНИТАРНЫМ УКЛОНОМ

А.А.Северов

4 октября 1957 года в одной из квартир "Королёвского дома" стояли обнявшись трое мужчин. По их щекам текли слёзы. Это были слёзы радости по случаю вывода на орбиту первого в истории человечества искусственного спутника Земли. Среди них был Анатолий Александрович Северов - соратник С.П.Королёва, один из организаторов космического материаловедения, будущий начальник отделения РКК "Энергия", доктор технических наук, профессор, лауреат государственной премии, кавалер многих орденов и медалей.

28 октября ему бы исполнилось 80 лет...

Он родился в Воронеже, в интеллигентной семье. Родители Анатолия окончили знаменитый Юрьевский (Тартуский) университет, который в 1918 году перевели в Воронеж. Отец умер во время эпидемии тифа, когда Толе было два года. В Воронеже он окончил школу, поступил в университет на отделение физической химии. Учился блестяще, и ему прочили аспирантуру. Здесь же, в университете, он познакомился со своей будущей женой, прелестной Раисой Дмитриевной Бережной (от которой я всё это узнал и которая когда-то преподавала химию в нашем классе Калининградской средней школы #1).

Безоблачное будущее разрушила война. Это было так внезапно, что свой красный диплом об окончании университета Анатолий получил только через полтора года, в конце 42-го. А в августе 41-го он был мобилизован. Раиса Дмитриевна вспоминает:

- Каждый день Толя уходил в военкомат с вещами, а я провожала его до ворот этого учреждения. И каждый день в течение недели Толя через некоторое время выходил и говорил, что отложили до завтра. Каждый день у нас с ним становился праздником. В очередной раз Толи долго не было. И вдруг из ворот вышла колонна...

Анатолий Северов попал в Тамбовское артиллерийское училище, где проучился шесть месяцев. В марте 42-го он был направлен преподавать матчасть артиллерийских орудий в г. Сарепт (под Сталинградом). Когда фронт подошёл к городу, курсанты стали его защитниками. Сталинградскую эпопею Северов провёл в осаждённом городе, где дни и ночи ремонтировал пушки. После разгрома гитлеровцев под Сталинградом начальник артиллерийского отделения Северов прошёл войну на Сталинградском, Южном, Украинском (1-ом, 2-ом и 3-ем) и Прибалтийском фронтах, закончив её под Кенигсбергом в звании гвардии капитана. Ко времени демобилизации в 1946 году на его гимнастёрке красовались боевые награды: орден Красной звезды, медали "За отвагу", "За освобождение Сталинграда", "За освобождение Кенигсберга".

Все эти трудные годы мать Северова находилась в Оренбурге, где работала в госпитале заведующей терапевтическим отделением. Как сказала мне Раиса Дмитриевна, "Нина Петровна была врачом от Бога". Сама же Бережная преподавала в Новосибирской школе и с нетерпением ждала письма с фронта. Анатолий Александрович писал исправно. И можно себе представить, что пережила молодая женщина, когда в 42-ом году письма из Сталинграда не приходили полгода! И вдруг - о, радость! - она получила целую посылку. Вскрыла её, а там - гора писем! Судорожно стала искать самое последнее.

Прошёл год после демобилизации, год поисков и метаний по стране (Рига, Киев, где физику-химику Северову предложили... заведовать секцией культтоваров в универмаге, Оренбург, Воронеж), прежде чем он оказался в Москве и получил в министерстве вооружения направление в НИИ-88, куда был зачислен летом 1947 года младшим научным сотрудником материаловедческого отдела.

Так уж распорядилась судьба, что Анатолий Александрович оказался у истоков становления новой отрасли - космического материаловедения. Речь идёт о разработке, испытаниях, производстве и эксплуатации большого числа разнообразных по свойствам и условиям применения неметаллических материалов: теплозащитных, экранновакуумных, пластмасс, герметиков, клеев и т.п.

Об этом периоде жизни Северова мне рассказали его бывшие сотрудники Евгения Петровна Антонюк, Валентина Никаноровна Колоскова, Иван Савельевич Прудников.

В ОКБ-1 (после выделения предприятия во главе с С.П.Королёвым из состава НИИ-88) из материаловедческого отдела НИИ-88 С.П.Королёв отобрал по одному ему известному признаку группу специалистов, в том числе и Северова. Будущее показало, что Королёв в своём выборе не ошибся. Анатолий Александрович занялся теплозащитой головной части МБР (межконтинентальная баллистическая ракета). По словам Ивана Савельевича, защита головной части от тепловой нагрузки считалась тогда проблемой # 1, ведь в то время вообще не было разработок, обеспечивавших тепловую защиту головной части при скоростях движения в атмосфере, близких к первой космической. Эта разработка стала в полном смысле слова базой для развития космического материаловедения. Новые разработки, новые технологии - и всё это на старом оборудовании, в старых, неприспособленных цехах. Без этой работы был бы невозможен и вывод на орбиту первого искусственного спутника Земли.

- Когда запустили первый спутник, - рассказывает Раиса Дмитриевна, - Толя каждую ночь выходил из дома и смотрел на небо. А в день, когда это произошло, здесь, в прихожей квартиры, стояли три здоровых мужика, стояли обнявшись... и плакали!

В 1958 году Северову, в числе одиннадцати специалистов, сделавших возможным вывод спутника на орбиту, по представлению С.П.Королёва была присуждена без защиты степень доктора технических наук.

Раиса Дмитриевна продолжает:

- Для присуждения степени доктора технических наук Толе надо было получить отзыв о работе двух академиков. Одного Толя знал: своего научного руководителя в аспирантуре (в 1955 году Северов защитил кандидатскую диссертацию - А.Л.). Когда же он пришёл к Королёву и сказал, что второго академика не знает, Сергей Павлович ему возразил: "А я что, по-твоему, не академик?!"

Вообще же, способности Анатолия Александровича и его умение работать Королёв оценил давно. У него и кличка была для Северова - "Солдат". И - не случайно: до 1952 года Северов ходил в солдатской одежде, другой у него просто не было, как, впрочем, и нормального жилья. И когда в 1953 году Королёв дал этому парню двухкомнатную квартиру в доме на улице Карла Маркса (в т.н. Королёвском доме), молодые супруги, снимавшие комнату в частном секторе, не сразу поверили в своё счастье.

Следующий этап - тепловая защита спускаемого аппарата (СА) типа "Восток". В ходе эксплуатации многочисленных СА шёл процесс совершенствования теплозащитного слоя, что позволило существенного уменьшить его толщину. Если вспомнить, во что обходился вывод на орбиту каждого килограмма, станет понятным, как это было важно.

Новые задачи встали при разработке изделия "Зонд", спускаемый аппарат которого, облетев Луну, возвращался на Землю и при этом дважды входил в атмосферу (для гашения скорости). Казалось бы, жёсткие требования к весу и многоразовые тепловые нагрузки пришли в неразрешимое противоречие. Многие крупные специалисты так и говорили, отмахиваясь от попыток решения задачи. Но решать задачу надо было! И под руководством Северова её решили. Это был большой шаг вперёд и одновременно база для создания космических кораблей следующего поколения - "Союзов".

Параллельно шло совершенствование испытательной базы, позволявшей имитировать условия эксплуатации в различных точках теплозащитного покрытия. Один из крупных специалистов в системе АН СССР, ознакомившись с испытательной базой, сказал:

"Я завидую вам. Это редкий случай комплексного подхода к решению проблемы!"

Следующий этап - Н1-ЛЗ, где в полной мере сказался масштабный фактор. И хотя ракета отработана не была, все разработки пригодились при создании носителя "Энергия".

Это был пик деятельности Анатолия Александровича. Здесь пришлось решать совершенно новые задачи. Ведь к необходимости защиты от высоких температур добавились требования теплоизоляции от низких из-за использования криогенных (низкотемпературных) компонентов топлива. Были ещё разработки для твёрдотопливных ракет в подразделении И.Н.Садовского (Эту эстафету подхватила фирма во главе с А.Д.Надирадзе), новые материалы для станции "Мир". По свидетельству И.С.Прудникова, Северов привлёк к решению сложных задач много академических и научно-исследовательских институтов. И в том, что работа ладилась, большая заслуга Анатолия Александровича. Что же касается производственной базы, то многое из созданного при Северове работает до сих пор.

Северова хорошо знали и ценили в Институте стекловолокна, ВИАМе, институте химии древесины (г. Рига), институте проблем прочности (г. Киев), институте механики (г. Киев). Он был членом учёных советов многих научных институтов, и к его мнению прислушивались. В результате был создан прекрасный коллектив самостоятельных работников. К ним, в первую очередь, Прудников относит Валентину Львовну Никулину, Владилена Фёдоровича Бурлуцкого, Виктора Ивановича Рыжикова, Клару Михайловну Алышевскую. Северов, как руководитель, чётко ставил задачу и затем работал со всеми на равных. К нему шли за советом по любому вопросу.

Всю жизнь Северов поддерживал связь с друзьями со школьной скамьи, со студенческих лет. Анатолий Александрович всегда умел помочь друзьям - человек дела, он упорно добивался поставленной цели. Вряд ли найдётся хоть один из друзей Анатолия Александровича, на юбилей которого он не написал бы дружеское стихотворение. Раиса Дмитриевна показала мне два тома этих стихотворений, которые "изданы" друзьями в одном экземпляре.

А как любил он путешествовать во время отпуска! Дальний Восток, Камчатка, Курилы, плавание по Енисею от Красноярска до Диксона. И везде - фейерверк жизнелюбия, активное участие в художественной самодеятельности, где он и автор, и режиссёр, и актёр. Пока плыли до Диксона, на корабле сложился настоящий "цыганский табор" - детище Анатолия Александровича, в котором он был и "цыганским бароном", и "цыганкой Азой".

Многие годы Анатолий Александрович и Раиса Дмитриевна дружили с Булатом Окуджавой и Зиновием Гердтом.

С Окуджавой они познакомились случайно, во время очередного отпуска на турбазе Дома учёных на речке Гауе. К слову сказать, приобщил Северовых к этому отдыху Георгий Георгиевич Конради, один из создателей ЦНИИМВ (ныне НПО "Композит"), с которым Анатолия Александровича связывала творческая и человеческая дружба. У них даже гараж был сдвоенный (без перегородки). Зиновий Гердт как-то пошутил: "Живут в одном гараже и ни разу не судились!"

Так вот, на хуторе, рядом с турбазой жил Окуджава. Хозяйка кормила его плохо, и Булат Шалвович долго приглядывался к столовой турбазы, но сам зайти стеснялся. А ещё больше, чем столовую, ценил Окуджава баню с парилкой. И потом пел для всех. Раиса Дмитриевна вспоминает, как однажды Окуджава сказал: "Боже мой, как я отдыхаю душой! Какие люди меня здесь окружают! Это пир души моей!"

Именно Окуджава прозвал однажды Северова "технарём с гуманитарным уклоном". На память от Булата Шалвовича у Раисы Дмитриевны остались книги и фотографии, подаренные им.

Здесь же, на турбазе, с 1971 по 1990 годы семья Северовых отдыхала вместе с Зиновием Гердтом, с которым супруги сошлись очень близко. Впрочем, Анатолий Александрович никогда не афишировал свою дружбу с известными людьми.

Анатолий Александрович ушёл из жизни 3 октября 1995 года, не дожив до 76 лет. Ушёл внезапно: сердце остановилось. На похоронах Зиновий Гердт сказал о нём много тёплых слов. Он, в частности, говорил и о том, что судит о городе Калининграде (ныне - г. Королев - А.Л.) очень высоко, ибо в нём живут такие люди, как Анатолий Александрович Северов. И в заключение я просто обязан процитировать Ивана Савельевича Прудникова, которого с Анатолием Александровичем связывали не только деловые, но и дружеские отношения. Он сказал мне, что неоднократно слышал от Северова такие слова: "Если ты увидел незнакомого человека, торопись сделать ему хорошее: быть может, ты видишь его в последний раз".


Смотри также:


Содержание номера Архив Главная страница